---------------------------------------------------------------
Дата написания   (1995-1998)
URL        http://bolotov.karelia.ru
 © Copyright Авторские права принадлежат  Праслову Владимиру
 Email:    bolotov@karelia.ru

Ссылка на следующий источник обязательна.
http://bolotov.karelia.ru

Сайт посвящен творчеству членов Сегежского клуба авторской песни "Откровение".
Оформление:	Болотовой Аллы,Болотова Андрея.
    bolotov@karelia.ru   .
Авторские права принадлежат  Праслову Владимиру.
Издано  Morosoft (с) 1998  г.Сегежа .

http://bolotov.karelia.ru
---------------------------------------------------------------

ВЛАДИМИР ПРАСЛОВ  Поэтический сборник "КРЫЛЬЯ И КОРНИ"


     Праслов Владимир Николаевич родился 26 января 1967 года в городе Сегежа
в Карелии. Там же проживает по улице Ригоева дом 13.
     Один  из  ведущих авторов исполнителей Сегежского клуба авторской песни
"Откровение". Лауреат Костомукшского фестиваля авторской песни памяти Сергея
Ожигова  (1997г). Участник республиканского конкурса исполнителей популярной
песни "ШАНС-94". Победитель районного конкурса  "Мистер-Икс"  (март  1997г).
Участник  Северо-западного  тура  международного  фестиваля  авторской песни
"Петербургский аккорд" (1998г).
     Действительный  представитель  Международной  Академии  Мега-Науки (МАМ
г.Петрозаводск) в Сегеже, пара-академик. Звание присвоено 25  сентября  1992
г.  (диплом No7) Ученым Советом Академии за авторскую разработку "Диалектика
Триединства - теория парадокса" (монография из  области  общей  философии  и
парадоксальной логики).
     Неоднократно  печатался  с  научно-популярными  статьями  и  стихами  в
районной прессе:  газете  "Доверие",  "Инфо-Биржа".  Ранние  стихи  вошли  в
коллективный  сборник Сегежских поэтов, посвященный 50-летию города "Сегежа,
здравствуй!", изданный в 1994 году.




И жизнь, и забвенье кружились когда-то
В бурлящих потоках великой реки,
Родившей существ, что так мыслью крылаты ...
Но чувства, как корни в земле,
                               - глубоки ...
(1998)





Мой ангел белый,
               мой ангел черный,
Мой свет небесный
                 и мрак глубин,
Мой друг прилежный
                  и враг проворный,
Я раб ваш вечный
                иль господин?
Мне жить несладко
                под вашим взглядом,
Но сами будто обречены:
Как день и ночь вы -
                   все время рядом;
Как вечер с утром -
                    разлучены.
Мой ангел белый,
                мой ангел черный
Мне смотрят в душу,
			хотят спросить:
Имея крылья, имея корни,
Что делать будешь?
			как будешь жить?!
(1997)



На край земли, где даль еще светла
И солнце на прощанье задержалось,
Вдруг молодость случайно забрела
И встретила задумчивую старость.
Снег сыпался с густых ее ресниц,
Белил... и седина рекой струилась,
С макушки пролетая прямо ниц.
У края рта улыбка притаилась.
"Привет, родная,
                сбилась ты с пути.
Присядь, рассудок светел
                     лишь в покое.
Назад дорогу сможешь ты найти,
Рискни, ответь мне:
                     что это такое?
Что губит и врачует нам сердца,
Знаком с ней как мудрец,
                     так и невежда.
Смертельней, чем отчаянье слепца,
Живучей, чем последняя надежда.
Незримую всегда сплетает прядь,
Да так, что может всякое случиться:
Обманываясь, можешь угадать,
Угадывая, можешь ошибиться.
Нетленной блещет славой, и не зря,
И силу демонстрирует веками:

Раба вдруг ставит выше, чем царя;
Царей, не глядя, делает рабами.
Из праха восстает к нам вновь
                          и вновь
Владычицей божественного
                       жезла?"
- Любовь! - вскричала
             молодость. - Любовь!
- Судьба, - сказала старость
                       и исчезла.
А молодость сидела, глядя ниц,
У края рта улыбка затаилась,
Снег сыпался с густых ее ресниц,
Вдали фигура чья-то появилась...
(1996-1997)



Эпоха прозрений неслышно неспешно
В страну заблуждений уводит людей.
Земля не была еще чистой безгрешной,
Свобода еще не была без цепей.

Ёще не бывало ума без сомнений,
А также души, неподвластной страстям.
Еще не рождалось таких поколений,
Не плюнувших вслед уходящим вождям.

Неслышно неспешно эпоха прозрений
В страну заблуждений уводит людей,
Но вновь, как и прежде, объявится гений
Соскабливать плесень с вчерашних идей.
(1994)






А этот мир, не миф ли он?!
И для чего я в нем рожден? -
Так с незапамятных времен
Себе терзают люди души.
Но кто из нас умеет слушать
Надежды шопот? Он как сон...
Мы затыкаем свои уши
На чей-то зов и чей-то стон
И слишком часто равнодушны
К тому, к чему взывает он.
Инертность душ - проклятье века
Не отпускает человека.
Неужто впрямь, когда-то будет
В себе несложно разобраться;
На белый свет, рождаясь, люди
Не плакать будут, а смеяться?
Тогда, быть может, я найду
Свою далекую звезду
И, растворясь в потоке млечном,
Вдруг поскачу я ей навстречу,
На непокорнейшую вечность
Накинув звездную узду!
(1986)




Нам некогда заглядывать
                       в глаза,
Встречая, видеть больше,
                    чем одежку,
И нас уже не трогает слеза,
Упавшая с ресниц не понарошку.
Нам некогда смотреть на облака,
Наивно и восторженно мечтая.
Мы много рассуждаем, но пока
Увы, мы не творим,
                  а вытворяем.
Совсем не замечая, как сердца
Устали от всех противостояний.
О, да, не разглядеть вблизи
                         лица,
Но мы не видим лиц
               и с расстояний.
Мы видим только маски и тела,
Душе мы отвели такую малость.
Любовь уже так фальшью
                      обросла,
Что честной в ней осталась
               только жалость.
И жизнь, как сумасшедшая
                        пурга,
Снежинками в ней кружат
                    наши даты,
И некогда нам вспомнить,
                    что снега
Растают обязательно когда-то.
Нам некогда заглядывать
                      в глаза,
Встречая, видеть больше,
                   чем одежку,
И нас уже не трогает слеза,
Упавшая с ресниц не понарошку.
(1996)




То ль в мечтах увязли, то ль во лжи?
То ли сумасбродная эпоха?
Ангел наш, хранитель наш, скажи,
Почему нам хорошо, когда нам плохо?!
(1994)




Ты, не требуй от людей ни смертей,
Даже если есть во имя чего,
Ни возвышенных страстей, ни идей,
Ни, тем более, еще сверх того.

Ни о чем таком, ты, их не проси...
Есть какой-то характерный изъян:
Всей страды то опять на Руси -
Только песни, да граненный стакан.

Да все тот же не решенный вопрос,
Как и прежде, самый главный, один:
Принесет ли что-нибудь, кроме слез,
Возвратившийся домой блудный сын?!
(1997)




К сожаленью, всегда так было
На российской моей земле.
Здесь народ все считают быдлом
Перестраивают в быт бытие.

Здесь к болотам ведут дороги,
А не в храм, и судьба - строга,
Здесь так часто орут о боге,
Тут же шляпой прикрыв рога.

Здесь победы кислы, как щавель,
Но слащава всегда беда,
И давно уже не прощают
Ни на сколько и никогда.

Здесь опять с перепоя что ли,
Рады с небылью путать быль,
Жаждать хлеба, мечтать о воле,
Но глотать только пот и пыль.

Утверждая порядок новый,
Красить флаги, менять гербы,
Здесь опять, как всегда, готовы
Крылья смять и сложить в горбы.

Брат, как прежде, враждует с братом,
Попирая и свой уют,
Тех, кто прав посылают матом,
Да красиво, по-русски, шлют.

Здесь воюют душа и тело,
Совершенно забыв за что.
Здесь так любят вопрос: что делать?
И еще - виноват то кто?

Здесь вообще все творят с любовью,
Только как это ж надо любить,
Чтоб захлебываться потом с кровью,
Но себя продолжать губить?!

Так отвержено, так покорно,
Эту землю душой любя,
Так бездарно и так упорно
Продолжать истреблять себя?!
(1995 - 1996)




Мерцанье звезд, как звонкий смех.
Незыблема потока млечность.
Нас время спеленало всех,
Нас всех распеленает вечность.

И тщетно стать стремимся мы
Властителями жизни тленной,
Где я и ты - всего лишь пыль,
Космическая пыль Вселенной.
(1995)




Пока еще проделывает па
Земля по предначертанной
                         орбите,
Судьба ее всевидяще слепа,
Хотите вы того, иль не хотите,
Земля как полигон
                вселенских пьес,
Миров незаживающая рана,
Всем телом бьет в тот
            звездный свод небес,
Что тверд, как бубен
                 старого шамана.
Кружиться возле древнего костра,
Свой танец совершая
                      ритуальный,
Дочь Вечности,
              туманностей сестра
И Совершенства родственник
                    сверхдальний
(1997)


СЦЕНА В МАГАЗИНЕ

Улыбаясь рядами витрин,
Незатейливый, как удавка,
Продовольственный магазин
Приглашал всех людей к
                прилавкам.
Каждый брал что - то,
            каждый платил,
Так положено,
          что ж вы хотите?

Но присутствовал в зале один
Необслуживаемый посетитель.
Он, конечно, не подозревал,
Озираясь вокруг с испугом,
Что считает людская молва
Его братом меньшим и другом.
И стоял, поджимая хвост,
На избитых дрожащих лапах
Беспородный, бездомный пес,
Жадно втягивал носом запах.
Никому не желая вреда,
Он пройти всем давал покорно.
А на полках теснилась еда...
Только что - то его не кормят.
Он почти на судьбу не пенял,
Не скулил и не выл отчаянно.

Молча на пол слюну ронял,
Одинокий и не замечаемый.
Что нам с вами чужая боль?!
Монотонно и неутомимо
Люди мимо текли гурьбой,
Проносились авоськи мимо.
Будто не было Экзюпери,
Будто нет нас черствей,
                      упрямей,
Вдруг... мальчишка,
     вдруг - Маленький Принц!
Протянул обмусоленный
                       пряник.
(1997)


И снова снасти рвет, взбесившись, ветер,
И еле видно средь огромных волн,
Как все презрев,
              и обо всем забыв на свете,
Несется вдаль мой хрупкий дерзкий челн,
Надеясь, все же на рассвете
       прийти туда, куда так долго шел.
(1985)



Королева-луна
      по безропотной чаще
              разливает свинец.
Под покровом листвы восковой,
    неморгающе в небо глядящей,
Трутся тени и ждут
              крика вещей совы.
Возвещения жаждут, как будто
                      прощенья,
И во мха париках привстают
                        валуны.
Вся природа в томлении
                 и в изумлении:
Ослепительна власть
                 королевы-луны.
А туман, как вампир,
            заграбастав болото,
Изогнувшись вопросом,
       высасывает душу
          из воды под гипнозом.
Та силится что-то
     прошептать но не может:
             безмолвие душит...
И лишь только сверчок-
             простачок-дурачок,
Церемонию всю беспардонно
                       нарушив,
Шутовски распевает:
                  "Еще, еще..."
(1996)







Ах, Осень - мой восторг с печалью;
Разбавлен золота разлив
Небес голубоглазой далью,
И лист осенний так красив...

А грусть, рожденная дождями,
Изящнее плакучих ив,
Так и непонятая нами.
И лист осенний так красив...

Вся жизнь - лишь горстка вдохновений,
И до конца ее испив,
Мы все уйдем, но лист осенний...
Безумно все-таки красив!
(1995)




Бесполезно хозяюшка Осень
Птичьим клином заштопывает небо,
Дождь все льет, вот уже суток восемь,
Как в предверьи потопа, а мне бы
Только слушать как утки да гуси
Исполняют прощальные руны.
Это ж ветер-маэстро взял гусли -
Дождевые упругие струны,
И, листвой аплодируя, просит
Этих песен природа как хлеба.
Бесполезно хозяюшка Осень
Птичьим клином заштопывает небо.
(1998)


Бьется ветер, плутает меж сосен
И расшвыривает в стороны снег.
А зовет он ушедшую осень,
Уступившую место зиме.
Златокудрую Осень-девицу,
Что, при прочих других делах,
В чистом поле, в колосьях
                       пшеницы,
На рассвете его родила.
Помнит ветер, как в этом же
                         поле
Набирался он силы потом,
Как впервые почувствовал волю
И гонялся за табуном.
А когда же пора листопада
Приходила, то сам не свой
По земле он разбрасывал
                     радость,
Осыпая весь мир листвой.
И не знал он дыхания стужи,
Не рассчитывал даже узнать.
Безмятежно он детям в лужах
Помогал корабли пускать.
Заигрался и вот, между делом,
Не заметил совсем, как земля,
Словно простынью сделалось
                       белой,
Снежным пухом укрылись поля.


Вот и мечется ветер меж сосен,
Просто места себе не находит.
Ну куда ж это дивная осень,
Уступая зиме, уходит?!
(1994)


За рассветом придет вечер,
Заискрится седым пеплом
Дым костра, и ночным ветром
Улыбнется сестра-вечность.
Будут звезды с небес падать
И согреют собой землю.
Мокрый листик прильнет к стеблю:
Так теплее, да так и надо.
(1995)


Когда покажут мне мои года,
Что жизнь не исчисляется веками;
Не упрекну себя я и тогда,
Что не молюсь, ведь я молюсь стихами.

Живу, как струны нервы теребя,
В горячности способен и обидеть,
Но я живу, пока живу любя,
И ненавижу только ненавидеть.
(1994)


(от автора)
     Я жил когда-то ничего не боясь, думая, что люблю и умею любить. Потом я
жил, поняв, что любить не умею. Теперь я живу, боясь, что  так  и  не  успею
этому  научиться. Жизнь - не сухая проза, но любить - это труд, влюбляться -
развлечение. Как ни странно это прозвучит, думаю, что совершенно  необходимо
заставлять  себя  любить,  как  утром  заставляешь себя проснуться, чтобы не
опоздать на работу.


Это вовсе не так уж и грустно,
Только правильно все пойми:
Жизнь дается с любовью в нагрузку,
В крайнем случае, с жаждой любви.
(1998)


Я давно не веду уже счет
Ни потерям своим, ни удачам.
Я любить не умею еще,
Но уже не могу иначе,
Не хочу, чтоб с ума свели
Эти будни - серые злыдни.
Если прожит день без любви,
Значит пройдет день мимо жизни
(1996)



Предо мною, слов рассыпанный хрусталь,
Словно, отблески лампады на иконе.
Собираю я их бережно в ладони;
В дар любви я возложу их на алтарь.

Возложу их и замру, стараясь вспомнить,
Как, когда-то, много лет назад, шутя,
Я пришел душой старик, умом дитя,
Что-то нужное, пришел я в мир исполнить.
(1994)


Как резвый конь гарцует память,
И стук сердец, как звон подков,
Зовет к любви, рискуя ранить
Всех тех, кто явит связь веков.
(1995)


Любовь - это голос слепца и пророка;
И враг, и товарищ: жар, тающих льдин.
Сползает слеза по щеке одиноко -
Беглянка с пожарищ, ревущих в груди.
Бушует дыханье, робость ломая,
И нет насыщения жадным глазам.
Какая же бездна... вершина какая...
Да, разве не знаешь ты все это сам?!.
Любовь - это рабство и это свобода;
Тугие объятья бумажных цепей;
Незыблемый берег, ушедший под воды;
Целительство яда. Не веришь? Испей.
Болезни прозрение, сладкая горечь;
Где даже презрение - кроха тепла;
Где даже бессилье - огромная помощь;
И даже печаль бесконечно светла.
Вопросы - ответы, чистейшая помесь;
Пространность намека прочнее, чем сталь;
Когда обречен, еще только знакомясь;
Когда пять минут - бесконечная даль.
Когда себе под ноги стелешь гордыню,
Без тени сомненья по ней проходя,
Когда, уж, готов ты на жертвы любые,
Стремясь искупить. Но исправить нельзя...
(1993)



Знаешь, и правда любовь, все же волшебная сила,
Но при условии одном делает магами нас,
С нею я все смогу,
                  что бы ты не попросила,
Хочешь, я сам волшебником стану прямо сейчас?
Хочешь, я стану водой,
          и утолю твою жажду?
Хочешь, я стану воздухом,
      слаще чтоб было дышать?
Хочешь, я стану мечтой?
Хочешь, травинкой каждой
   брошусь тебе я под ноги
      мягче чтоб было шагать?
Хочешь, я ветром буду
     нежным как песнь прибоя?
Хочешь, явлюсь к тебе чудом -
              утреннею зарею?
Хочешь, твоей стану тенью:
         буду всегда с тобой?
Лишь бы во всех превращениях
      все ж оставаться собой!
(1983 - 1996)


Как ножом беспощадно глазами кромсаю
Эту наглую тьму,
Что посмела украсть
И держать тебя.
Подлая ночь усмехаясь,
Мне открыла на встречу бездонную пасть.
В ее вязком теченьи почти задыхаюсь,
Беспомощно воздух крушат кулаки.
За паутину надежды цепляюсь,
Чувствуя сзади дыханье тоски.
Ну почему не со мною ты рядом?
Я затихаю бессилье кляня.
Ночь побеждает одним своим взглядом
И черным плащом накрывает меня.
(1988)


Я брошусь в объятья твоих надежд
Как в танец горячих струй,
Я вырвусь из плена своих одежд,
Целуй же меня, целуй.
Пока сам рассвет не прильнет к окну,
Застав нас врасплох с тобой.
Я тихо уйду, грустно взглянув,
Не выиграть спор с судьбой.
(1995)



Вышел резко, как шторы задернул,
И закутался в ночь, как в пальто.
Только слезы дождем стоведерным
Обжигали мне душу потом.

Их глотал я, как тосты пил, стоя.
Мы в сплетениях правды и лжи
Слишком мало жалеем порою
Тех, кем больше всего дорожим.
(1995)



Не обижаюсь я, все понимая:
Жизнь просто учила меня и тебя,
Что быть невозможно счастливым, страдая,
Хотя и несчастным нельзя быть, любя.
(1995)



Это было вчерашней осенью:
Спал закат на моем окне;
Ты пришла и с размаху бросила
Свою жизнь, как перчатку, мне.

Как пощечину дней постылых.
То ли вызов, то ли упрек,
Что был занят мечтами, растил их,
А вот жить для других не мог.

Никогда не перечил судьбе я,
Обречен, уличен во лжи.
Мне тогда и дожди пропели:
Мол, обжалованию не подлежит.

Я давно уже понят другими,
Сытен борщ бытовой суеты,
Только где же теперь та богиня,
Заменившая мне мечты?

Это было вчерашней осенью,
Было только вчера, но давно...
Знаю, точную дату не спросишь ты.
Я ж не помню ее, все равно.
(1993-1994)


В нашей комнате окна закрыты,
В нашей комнате нет дверей.
Мы хотели, чтоб не было выхода,
Чтобы не было даже щелей.

Только нет преград для ухода,
Как и нет причин для прощенья,
И стоит у закрытого входа
Долгожданное возвращение.
(1992)




Никто не умирает от любви.
Жизнь такова, и каждый это знает.
В нас время боль и пылкость чувств
                                 стирает,
Никто не умирает от любви!
(1996)



РАЗРЕШИ МНЕ ТЕБЯ РАЗЛЮБИТЬ

Разреши мне тебя разлюбить?
Только молча не надо ни слова.
Все не ново, все в жизни не ново,
Хоть ничто в ней нельзя повторить.

Разве с сердцем раба можно жить?
Знаю все наперед до смешного.
Все, действительно, в жизни не ново,
Разреши мне тебя разлюбить?

Я бы мог тебя и не спросить,
Но хочу, чтоб была ты готова.
Боже мой, как все в жизни не ново,
Хоть ничто в ней и не повторить.

Разводя свой костер не забыть,
Что прикуриваешь от чужого.
Черт возьми, как все в жизни не ново.
Разреши мне тебя разлюбить?!
(1996)




Покачнется звезда, мерцая,
И рванется, как дождь к земле.
Ты уже не придешь, я знаю,
Заплутает мой вздох во мгле.

Ветер взвоет, луну кусая,
И рассыпится ночь на части.
Ты уже не придешь, я знаю.
Сколько прошлого в слове "счастье".

Одинокая птица ночная
Прокричит, обжигая душу.
Ты уже не придешь, я знаю,
Я один буду птицу слушать.
(1994)




Посмотри, как любить всем хочется,
Но безжалостно правильна жизнь.
Не споткнись об мое одиночество,
Ну, пожалуйста, не споткнись.
Обойди стороною, мимо.
Я и так уже раненый зверь
И по жизни иду как по минам,
А вернее - ползу теперь.
(1995)



То ли косу заплетал,
То ль судьбу.
То ли просто заплутал,
                     не пойму.
Что - то сердцу не до дал
                       своему.
Еще больше не до дал -
                   твоему.

Может жизнь не разгадал,
Но живу,
Но люблю,
Хоть век любви очень мал.
То ли косу,
То ль судьбу заплетал?!
(1996)



Любовь - щепетильная тема
И стоит ли много рассказывать,
Тень наводить на плетень.
Любовь - это ведь теорема,
Которую нужно доказывать
Мне и тебе каждый день.
(1988)




     Не кайтесь -
     ибо  это  цепи, не дающие уйти от событий вашего прошлого. Подлинное же
счастье вообще не зависит от обстоятельств внешней жизни, оно внутри вас.
     Не стучите - не откроется -
     ибо  давно  уже  не  заперто  и сказано: "Входи!" Но за стуком своим не
слышите приглашения.
     Не просите -
     ибо  все  необходимое  вам  уже  дадено и ни кем это может быть отнято,
остальное - пыль и просить о ней незачем.
     И не ищите -
     для  этого  нужно  стать не имеющим, в вас же все есть, только откройте
глаза.

     R: Мы все родилась с жаждой любви, но получаем лишь суррогат ее, потому
что  воплощаем  только  жажду.  Успокойтесь,  мир  не  нуждается   в   ваших
причитаниях  о  своей  несчастной  доле,  потому  что  нет  несчастных.  Все
существует как Соединенность ЧАСТей, все взаимосвязано со всем  и  НЕСЧАСТЬе
не  отменяет  этого  принципа, оно лишь ваша собственная НЕудовлетворенность
наличествующим положением  вещей, а это  уже  вопрос  величины  претензий  к
миру,что всегда является делом поправимым.
     (1995-1998)
     от автора...



Слов нет уже, и нет нужды искать.
Мне боязно, но я уже не трушу.
Что требовать, тем паче упрекать,
В неверности, в неправедности душу?

Как флюгер она в сутолоке дней,
Над ней уже ветра судеб столпились.
И все - таки мы любим, тем сильней,
Чем глубже мы однажды оступились.
(1993)



Чужим путем идти не так уж сложно,
Как правило, но я хочу спросить:
На горе иль на счастье невозможно
Чужую душу взять на время поносить?

На горе иль на счастье мы не в силах
Ни радости чужой испить до дна,
Ни боли, затяжной невыносимой?
Поэтому душа всегда одна.

Поэтому всегда чужое бремя,
Ну, разве что слегка, волнует кровь;
И сумма одиночеств не все время
Нам дружбу выдает или любовь.

Поэтому никто вас не проверит,
Никто не влезет в душу, только вот,
Поэтому никто и не оценит,
И до конца никто вас не поймет.

Возможно ль быть внутри чужого тела?
Ответте, я отстану и уйду;
Не знает одиночество предела
На счастье или все же на беду?
(1998)






О чем горюешь, брат мой, волк,
Когда в полночный час печальный,
Как будто след слезы случайной,
Блеснет на небе звездный шелк?
Когда наложница душа
Вдруг так взгрустнет и станет биться,
Что ночь - напуганная птица
Замрет на ветке, чуть дыша?
Когда метнется в облака,
Как неоконченная повесть,
Твой вой, пронзительней, чем совесть
И даже больше, чем тоска?
О чем горюешь, брат мой, волк?!
(1995)




Завтра опять затяжная зима
Плюнет в лицо запоздавшего лета.
Словно прощальную строчку письма
Чертит по небу снежинка - комета.

Чертит, сгорая сама на лету,
Письма зимы в мокроту превращая.
Строки отчаянья... я их прочту,
За одиночество зиму прощая.
(1994)




Души входят друг в друга без стука.
От одной звезды до другой
Не бескрайняя даль, да разлука,
А всего лишь - подать рукой.

Пусть сильна одиночества мука,
Но отчаянно помни и верь:
Души входят друг в друга без стука,
Для Души несущественна дверь.
(1998)




Без молитвы и день не крылат,
Мы в миру, как в пыли придорожной,
Погибаем быстрей во сто крат
Без молитвы нехитрой несложной.

Ложь сложна, Божья правда проста:
Жизнь - война, в ней душа - поле битвы;
Что за брань без меча и щита?
Что за жизнь без креста и молитвы?!

(1998)







От "чего-нибудь" до Бога - далеко,
А от Бога до "ничто" - всего лишь шаг.
Быть ничтожным вовсе не легко;
А великим быть - порой пустяк.

(1994)



Догорала свеча, догорала печаль,
Таял воск, лед души тоже таял.
Рук тепло повенчал с рукояткой меча
Тот, кто крест свой над миром поставил.

Не для рубки с плеча и суда сгоряча -
Преступленья пред вечным и целым.
Просто он завещал: быть от самых начал
Под крестом, как на мушке прицела.

Под крестом или на?...Со щитом или над... -
Смысл меча и креста? Не смущаясь,
Господин Сатана двери райские в ад
Открывал, краем рта ухмыляясь.

А развязка проста: он ведь знал что по чем;
При умелом весьма обращении
Да же святость креста можно сделать мечом
Беспощадным в кровавом крещении.

Догорала свеча, и струилась печаль,
Словно дым, уходя дальше дали.
Как же громко молчал Ты, когда отвечал
Тишиною на стон каждой твари.
(1994)




Ночь, словно тень, уходящего дня;
Тайна рассвета грядущего;
Смотрит надменно с небес на меня,
Дерзко в потемках идущего.
Месяцем - плавной ухмылкою рта
Тихо меня провожает.
В сущности жизнь наша крайне проста:
Быть между адом и раем.
(1993)




Впервые в детстве увидав распятье;
Нательный крестик брат мне показал,
Такой животный страх увидел в брате я,
Как сотня дьяволов тогда я хохотал.

И стыд мой, тут же, был еще огромней,
К кресту меня на вечно пригвоздил.
Я не был сам тогда еще Любовью,
А брат меня простил и все забыл.

А может быть он попросту не понял,
Что сам себе я вынес приговор:
С крестом навеки гнаться за любовью,
Но не другим теперь - себе в укор.

И стал я на кресте, как на прицеле,
Значенье чувствуя, значением томясь,
Всю жизнь свою сводя к единой цели,
И подходя к черте , и преступить боясь.

Что б преступить чего-то не хватало.
Переступить - стать больше, чем теперь.
Любовь к другим, к себе - все это мало! -
Душа моя рычала словно зверь.

И можно обернуться было снова,
Сорвав однажды аленький цветок,
Мне в молодца из чудища лесного
Единственной любовью - ЧТО ЕСТЬ БОГ!

И молодость не отказала в рвении,
И я, шагнув, над пропастью завис.
И небо ожидало в нетерпении,
И, вожделея, ждал обрыва низ.

Мне все равно , я не боялся смерти,
Я знал уже значение черты,
Когда гнусней всего, что ты очерчен,
Нужней всего, что бы к нему на "ТЫ".

И понесли крылатые сандалии
По вечности мгновенья, а потом,
Приняв крещенье, взял свой меч тогда я,
Любви Закон стан зеркалом - щитом.
(1995)


ЧТО БЫЛО И ЧТО БУДЕТ!

Как мало, Господи, как мало
Д у ш а молилась и стяжала
Как много, Господи, как много
Шла своевольно и убого.

Как мало, Господи, как мало
Самоотверженно страдала;
Как много, Господи, как много
В себе лелеяла дурного.

Как больно, Господи, как больно
Жила душа собой довольна,
А к ближнему глуха, бескрыла;
Влюбляясь даже, не любила.

Как жалко, Господи, как жалко,
Что плод трудов ее - лишь свалка,
Лишь свалка мусора внутри.
Спаси нас, Боже, сохрани!



Я как звезды рассыплю слова,
Я наполню их звоном хрустальным.
Будет ясной моя голова,
Будет сердце чуть-чуть печальным.

Мне вам нужно успеть рассказать,
Я узнал, по особым приметам,
Что однажды людские глаза
Заискрятся на зависть рассветом.

И богам станут люди подстать,
Со здоровьем, прочнее чем камень;
Станет дружба крепка, будто сталь,
А любовь будет длиться веками.

И не в тягость нам станут года.
Это будет, поверьте мне люди,
К сожаленью, не знаю когда,
Но зато стопроцентно - будет!
(1998)



МОЛИТВА

Ах, Отче, Отче, обрати
Мне в сердце свои очи,
Очисти, Боже, и прости,
Всемилостивый, Отче!

Я в Вере слаб, не скор в пути,
Но, Боже, среди прочих
Бесчисленных грехов, прости
Неискренность мне, Отче.

Неискренность - начало лжи,
А ложь - палач свободы.
Ее стараньем мир лежит
В плену все эти годы.

И я, лукавя, жил в миру,
Чтил небо в грязной луже.
Я слеп, но, Отче, я не вру:
Ты мне всегда был нужен.

Бездарно ли, иль хорошо,
В пригоршню душу скомкав,
Я падал, Господи, но шел
К тебе в своих потемках.

О, Отче, сколько ж мне во мгле
Брести пустопорожне?!
Зажги Свет Истины во мне,
Откликнись Словом Божьим!

Не отвернись, не покидай!
Яви, как сам захочешь,
Но, только, Господи,
                  подай!!!
Помилуй, же мя,
               Отче!!!
(1998)



Прозревшим - храм, Слепым - дорога.
Спасенным - рай, Святым - венец.
Душа поэта - песня Бога,
Надежда страждущих сердец.
(1995)


Не жалей никогда, если клятву нарушил,
Не спеши горевать за проигранный бой.
Как бы ты не грешил, не бросай свою душу,
Не бросай, ей и так очень трудно с тобой.
(1994)



Что ж ты скорчилась? Что ж ты сгорбилась,
Откровения устрашась?
Ясен "кормчий" твой - гибель гордости,
Моя бедная ты душа.

Мы же плакали с тобой вечером,
С иллюзорностью распростясь.
Ты ж усвоила слово - "вечное",
Обрела его, окрестясь.

Что ж смущаешься перед полем ты?
Поле бранное велико?
Хоть и кровью и потом полито,
Все же бремя сие легко.

А когда же мы снова встретимся,
Но не здесь, а на том краю,
То оплакивать станем вечером
Тех, кого не найдем в раю.
(1994)




Надежней всех опор одна - любовь в Нему:
Реальность миражей, сокрытая от глаз.
Он не обманет вас, хотя бы потому,
Что нет его уже давно, средь грешных нас.
(1994)




     Решил однажды Бог создать рай и сотворил женщину. Потом захотел создать
и ад, но добавлять к сделанному уже  не  пришлось.  Дальше  все  завертелось
само, оставив Бога не при делах.

     R:  Чтобы  не  стать  безработным,  не  делайте  сегодня  то, что можно
отложить на завтра.


     Однажды,  человек  попросил  Создателя  о том, что бы никогда больше не
пришлось плакать. Творец согласился и выполнил просьбу. Жил человек радостно
пока  в глаз ему не попала соринка. Потом - другая, третья... Тщетно натирал
он руками веки, его глаза не знали слез и человек ослеп.

     R:  Беда  ль,  что  жизнь  нас  заставляет  плакать? А что в нас чище и
светлей слезы?!
     (1995)
     от автора


Что ты трясешься? Что ты хрипишь?
Да, я все делаю плавно.
Думаешь мне есть соперница? Жизнь?
Тайна ее я, главная.

Но для твоих худосочных мозгов
Я - не доступная цель.
Как ты беспомощен и бестолков,
Бел как эта постель.

Сердце сквозь пальцы подпрыгнуло ввысь,
Треснуло яблоком спелым
И растеклось миллионами брызг
Красных по черному с белым.

Тень заметалась к окну, к стене.
Гаркнул петух, аж до рвоты.
Это рассвет, размозжен на окне,
Простынь сырая от пота!
(1995)







Час придет: я умру;
Жизнь покинет, спеша,
Унося и последние силы.
Будет биться душа,
Как огонь на ветру,
Не приемля претензий могилы.
Вспомнит каждый свой шаг,
Каждый сон, каждый бред;
Не захочет ни с чем расставаться.
Так взлетай же душа,
Чтоб за жизнью вослед
Мне уйти: не в могиле остаться.
(1993)





Какой-то слепец безнадежных путей
Небо истыкал тростью.
Звездный свинец и лунная тень
Вдруг превратились в кости.

И встрепенулась груда костей,
Стала старухой тощей,
Через окно ко мне в постель
Рухнув незваной гостьей.

Челюстью лязгнул беззубый рот,
Голос исторг стеклянный:
Не ожидал? Меня мало кто ждет,
Я прихожу не званной.

Что ж ты притих? Ты я вижу не рад?!
Страх на лице и ропот.
Может тебя смущает мой смрад?
Слышишь могильный хохот?

Там - за спиною, протри же глаза, -
Колокол стопудовый.
Это не серп и не коса:
Месяц стальной подковой.

Видишь как плавно вошел он в кадык?
Дальше скользит проворно.
Что ты трепещешь? Ах, ты не привык
Сталь ощущать под горлом?

Жалкое месиво, куча кишок.
Вечно жующий и спящий.
Ты же наполненный кровью мешок,
Червь вертикально ходящий.

Что так стучит? Так противно стучит?
А, это глупое сердце.
Дай-ка его мне, не спорь и молчи.
Кто же перечит смерти?!

Я осторожно вспорю твою грудь,
Нежно как белую скатерть,
Чтоб не запачкать и не погнуть.
Глянь мои пальцы как скальпель.

Видишь как просто: вспорот живот,...
Хлюпает кровь и стонет,
Глубже под ребра, левее и вот...
Сердце в моей ладони.

Хрупкий комочек, ну что тебе в нем?
Сгусток страданья и боли,
Харкает кровью и этим дерьмом
Хвастаешь ты все более?!

Скормлю-ка его я бродячим псам,
Выброшу мухам вонючим,
Больше не дам выступать я слезам
Я не способна мучить

Так как оно - склизкий пучок
Мелких страстишек, гляди,
Как пульсирует, словно зрачок,
Уголь, шипящий в груди.

Ведь все едино, что раздельно,
Отсюда вся и круговерть.
И если жизнь, увы, смертельна,
Не жизненна ль тогда и смерть?!
(1995)




О бренности текущего скорбя,
Мы злимся, часто нам, ведь не по нраву,
Что жизнь так иссякает в круговерти.
Но раз уж смерть на жизнь имеет право,
То жизни и подавно на себя
Двойное нужно право - быть бессмертием.
(1995)






Что за чертова пружина
Движет день за днем года?
И уму непостижимо
Как всегда неудержимо
Время движется...
Куда??
(1985)




К земле обращается каждый поэт,
Пророчит свою звезду.
Бывал я в раю но поэтов там нет,
Как, впрочем, и нет их в аду.

В них там не нуждаются, попросту, братцы,
Стремится туда - пустое.
И коль умирать, так чтоб снова рождаться,
А так... умирать не стоит.
(1993-1994)





Чтоб ты не выбрал, не попадешь;
Правда не есть еще истина.
Странно, но правда, как, впрочем, и ложь,
В общем-то равноубийственна.
(1995)








Весь этот мир мы отражаем
И сколько можем, искажаем,
Своеобразье отраженья -
Есть результаты искажения
И дальше ищем положенья
                  в жизни,
Согласно формам искаженья
                    мысли.
(1982)




     Позиция истины не уловима, как не "за", не "против" и не "воздержался".

     Не воздержался, потому, что
     не участие в конфликте, т.е. отсутствие решительной позиции (да - нет )
- все равно позиция - позиция нерешительности.

     Не "против", потому, что
     отрицание всегда истребляет содержащееся во всем зерно истины.

     Не "за", потому, что
     только  наше  огульное  "да"  сотворило всех идолов и кумиров, забыв об
отсутствии на земле совершенства.

     R:  Истина  - это как жизнь: то, что нельзя повторить, и то, что всегда
не ново.







Не дайте себе обозначить предел.
Снизить возможности - это мы смело,
Но это занятие трусов удел:
Трудности встретить словами "я пасс".
Чем мы плотнее подходим к пределу,
Тем он скорей отступает от нас.
(1984)



С тех пор как совсем разучились мы верить,
Все меньше в нас правды, все больше в нас лжи,
Но боль существует, чтобы проверить
Насколько ты мертв и насколько ты жив.
(1998)






А ведь листья еще не опали,
Убегай же к своим стихам.
Боль, я видел, не тонет в стакане,
В нем скорее утонешь сам.
(1995)




Как странно все дышит,
Как странно живет,
Как странно все звучит...

Никто ведь не слышит,
Ни кто не придет,
И в дверь мою не постучит.

И буду я молча сжигать траву
И сплевывать пепел с губ.
Как странно, что сам я еще живу,
Благополучный труп.

Не помню когда я сумел уйти,
Сломал и выбросил дверь.
А то что, что все жизнью зовут, прости, -
Дурацкая пляска дней.

Звони ж по мне колокол вновь и вновь,
Мой путь вовсе не был бескрыл.
Венчались на небе смерть и любовь,
А значит я правильно жил.
(1994-95)





Спятили что ли минуты?
Мне не угнаться, хватит,
Стойте, замрите, боги!
Дайте же мне дышать.

Я ведь, проснувшись утром,
Встать не могу с кровати;
Руки целы и ноги,
Но как тяжела душа.
(1995)




Взбунтовалась душа против "я"
Заскорузлого окостенелого.
Пожалей же душа меня,
Что же милая ты наделала?

Я ведь знаю, тебе взаперти
Этой клетки "я" опостылого
Не прожить, не пропеть, не пройти,
Но хоть чуть пожалей меня, милая.

Я же силы такой не скопил,
Чтобы дать тебе вольную, золотце.
Я же врал, балагурил и пил,
Вовсе не был я добрым молодцем.

Так от куда же ты взялась
Мне на голову на беспечную?
Плодородна ль людская грязь?
Пожалей же меня, сердечная.

Я ведь тоже не премяну,
Когда дни сочтены мои будут,
Отпущу тебя с богом одну,
А о боли, пожалуй, забуду.
(1994)



Рождался ли поэт?
               - нет!
Он сквозь столетий шелк,
                        шел!
Душой касаясь звезд,
                    нес
Он крест свой, но какой
                       спрос...
За то что больше всех
                     смел,
В толпе средь черных был
                        бел!
Душой, сквозь лед страниц,
                          грел,
И да же падав ниц,
                  пел!
Мостами всех дорог
                   лег,
Он был не бог, но он
                     смог!!!
(1993)




Я слезою разбавлю чернила,
Пусть душа упадет на бумагу.
Лист ей пухом, ведь все уже было.
Я назад не ступлю ни шагу.

Обернусь только я на последок:
В череде проносящихся дней
Лист исписанный - жизни слепок
Тем теплее он, чем черней.

По ночам я кладу к изголовью
Чистый лист, но дрожит пустота;
Строчки черной и жирной кровью
Проступают сквозь тела листа.

Оживают застывшие лица,
Всех, уже не успевших допеть,
Взглядом - выпорхнувшей птицей,
Продолжая по небу лететь

Сколько ж боли для творчества нужно...
Если хочешь, попробуй все сам.
Небо смотрится в каждую лужу,
Но вмещает ли та небеса?!

Стань огнем за стеклом закопченным,
И сгорай, ничего не прося.
Так же больно: по белому черным
Как и жизнь истлевает вся.

И раз все завершается где-то,
Значит там, в заключении лет,
Будет время последних поэтов,
Что нам скажет последний поэт?!

Я слезою разбавлю чернила,
Пусть душа упадет на бумагу.
Лист ей пухом, ведь все уже было.
Кто оценит ее отвагу?!
(1998)



Может хватит?! Все кончено, хватит...
Ну, захлопнись же ты, тетрадь
Жизнь не сказка, а сердце не скатерть:
Собирать, разбирать, собирать.

Да, и нервы - не прутья стальные.
Я себя еле-еле донес
До небес, но, пылая, шальные
Мысли плавят меня будто воск.

Буквы режут бумагу, как пилы.
Я устал от потока стихов.
Не хочу я писать их в полсилы,
А вовсю - я еще не готов.

Это память долги мои платит,
Словно, завтра пора умирать.
Может хватит?! Все кончено, хватит!
Да, захлопнись же ты, тетрадь!
(1993)



В.ПРАСЛОВ  Поэтический сборник "КРЫЛЬЯ И КОРНИ"

Глава-пролог: ...О НАС.

(1998)         x x x И жизнь, и забвенье кружились когда-то...		4

Глава I: ...О СЕБЕ.

(1997) КРЫЛЬЯ И КОРНИ.							6

Глава II: ...О ЖИЗНИ.

(1986)         x x x А этот мир, не миф ли он?!				9
(1996-1997) ПРИТЧА.							10
(1994)         x x x Эпоха прозрений неслышно неспешно...		12
(1997)         x x x Ты, не требуй от людей ни смертей...		13
(1996)           НАМ НЕКОГДА.						14
(1994)         x x x То ль в мечтах увязли, то ль во лжи? 		16
(1997)         x x x Пока еще проделывает па... 				17
(1995-1996)         x x x К сожаленью, всегда так было...		18
(1995)         x x x Мерцанье звезд, как звонкий смех. 			20
(1985)         x x x И снова снасти рвет, взбесившись, ветер...	21
(1997)          СЦЕНА В МАГАЗИНЕ					22

Глава III: ...ВРЕМЕНА ГОДА.

(1995)         x x x Ах, Осень - мой восторг с печалью...		26
(1998)         x x x Бесполезно хозяюшка Осень...				27
(1996)         x x x Королева-луна...						28
(1995)         x x x За рассветом придет вечер...				29
(1994)         x x x Бьется ветер, плутает меж сосен... 		30

Глава IV: ...О ЛЮБВИ.

(1998)          Я жил когда-то ничего не боясь...		33
(1998)         x x x Это вовсе не так уж и грустно...			33
(1996)         x x x Я давно не веду уже счет...				34
(1994)         x x x Предо мною, слов рассыпанный хрусталь...		35
(1994)         x x x Когда покажут мне мои года...			36
(1993)         x x x Любовь - это голос слепца и пророка...		37
(1983-1996)         x x x Знаешь, и правда любовь,
				 все же волшебная сила...		38
(1988)         x x x Как ножом, беспощадно глазами кромсаю...		39
(1995)         x x x Как резвый конь гарцует память...			40
(1995)         x x x Вышел резко, как шторы задернул...			41
(1995)         x x x Не обижаюсь я, все понимая...			42
(1993-1994)         x x x Это было вчерашней осенью...			43
(1995)         x x x Я брошусь в объятья твоих надежд...		44
(1996)         x x x Никто не умирает от любви...		 		45
(1996)          РАЗРЕШИ МНЕ ТЕБЯ РАЗЛЮБИТЬ.			46
(1994)         x x x Покачнется звезда, мерцая...				47
(1992)         x x x В нашей комнате окна закрыты...			48
(1988)         x x x Любовь - щепетильная тема...				49
(1995)         x x x Посмотри, как любить всем хочется...		50
(1996)         x x x То ли косу заплетал...					52
(1993)         x x x Слов нет уже, и нет нужды искать...		53
(1998)          ИСКАТЕЛЯМ ЛЮБВИ И СЧАСТЬЯ. 			54

Глава V: ...ОБ ОДИНОЧЕСВЕ.

(1995)         x x x О чем горюешь, брат мой, волк...			58
(1998)         x x x Чужим путем идти не так уж сложно...		60
(1998)         x x x Души входят друг в друга без стука...		61
(1994)         x x x Завтра опять затяжная зима...			62

Глава VI: ...О БОГЕ.

(1994)         x x x От "чего-нибудь" до Бога - далеко...		65
(1994)         x x x Догорала свеча, догорала печаль...			66
(1998)         x x x Без молитв и день не крылат...			68
(1993)         x x x Ночь, словно тень, уходящего дня...		69
(1995)         x x x Впервые в детстве увидав распятье...		70
(1994)         x x x Не жалей никогда, если клятву нарушил...		73
(1998)          ЧТО БЫЛО И ЧТО БУДЕТ!				74
(1998)          МОЛИТВА							75
(1995)         x x x Прозревшим - храм, Слепым - дорога...		76
(1995)         x x x Решил однажды Бог создать рай...			77
(1995)         x x x Однажды, человек попросил Создателя...		77
(1994)         x x x Что ж ты скорчилась? Что ж ты скорбишь... 	78
(1994)         x x x Надежней всех опор одна - любовь к Нему:...   	79

Глава VII: ...О СМЕРТИ.

(1993)         x x x Час придет: и я умру...				81
(1995)           НЕЗВАННАЯ ГОСТЬЯ					82
(1985)         x x x О бренности текущей скорбя...			85
(1985)         x x x Что за чертова пружина...				86
(1993-1994)         x x x К земле обращается каждый поэт...		87
(1995)         x x x Ведь все едино, что раздельно...			88

Глава VIII: ...О ИСТИНЕ.

(1984)         x x x Не дайте себе обозначить предел...			89
(1995)         x x x Чтоб ты не выбрал, не попадешь...			90
(1982)           РАЗМЫШЛЕНИЕ						91
(1998)          Искателям истины					92

Глава IX:  ...О БОЛИ.

(1995)         x x x А ведь листья еще не опали...			93
(1994-1995)         x x x Как странно все дышит...			94
(1998)         x x x С тех пор как совсем разучились мы верить...	96
(1994)         x x x Взбунтовалась душа против "я"...			97
(1993)         x x x Рождался ли поэт?...					98
(1995)         x x x Спятили что ли минуты?...				100
(1993)         x x x Может хватит?! Все кончено, хватит...		101
(1998)         x x x Я слезою разбавлю чернила...				102

Оглавление 									105

Оформление:
Болотовой Аллы, Болотова Андрея. bolotov@karelia.ru.
Авторские права принадлежат  Праслову Владимиру.
Издано  Morosoft (с) 1998  г.Сегежа .

Популярность: 13, Last-modified: Fri, 13 Nov 1998 07:01:57 GMT