From: Алексей Дещеревский (deshere@uipe-ras.scgis.ru)
 Date: Feb 1998
---------------------------------------------------------------

Отчет о пешеводном спелеопоходе по маршруту:

Москва   --  ст.Белое  Озеро  --  Красноусольск  --  Мендим  --
Хайбуллино -- р.Бол.Шишеняк -- р.Зилим --  пещера  "Победа"  --
р.Зилим -- Красный Зилим -- Приуралье -- Москва,

			совершенном 30.04-12.05 1997 группой в составе:

	Дещеревские Лена, Леша(1), Олег {6}, Оля {8}   (Таймень-3)
	Дубовские Лена, Леня, Дима {14}, Игорь {13}  (Таймень-3)
	Рудневы Карина, Леша(2), Катя {7}	     (КНБ-самоделка)
	Озеровы Юра, Леша {10}			     (Таймень-2)
	Свистунов Борис					--""--
	Степановы Аня, Сережа, Паша (10) Петя (10)   (Таймень-3)



					Содержание отчета:

				1. Резюме маршрута

				2. Список продуктов

				3. Финансовый отчет

				4. Дневник похода

				5. Замечания Леши Руднева.






Пущино - Москва, 1997г.



     Вместе   с   верхним  течением  Зилим  весной  --  тройка.
Пройденный нами маршрут в целом, наверно, можно отнести  ко  II
к.с.  (Леша  Руднев  говорит -- I с элементами II). Вода стояла
исключительно высокая, на стандартное  половодье  (правда,  уже
после пика) наложился крутой ливневый паводок, поэтому характер
препятствий мог здорово измениться даже по сравнению с  обычным
весенним сплавом.
     Вода  в  Зилиме  весной  мутная (но пить можно). Место для
лагеря хорошее тоже нетрудно найти, особенно если о  вкусах  не
спорить и дождя нету.

     Маршрут  мы  прошли  нормально.  Кроме  заброски,  никаких
проблем больше  не  было,  разве  что  с  погодой.  Всю  неделю
проливные  дожди шли и вода (и так немаленькая) небывало высоко
поднялась, за одну ночь  --  больше  чем  на  метр  и  мы  даже
боялись, что нас затопит. Из-за дождей потеряли много времени и
на пещеры остался всего день, так что слазили только в Победу и
только около входа (чуть дальше колодца).

     Течение  тащило  очень  прилично,  валы  местами стояли до
метра, но  по  мощной  воде  растягивались  и  байдарки  их  не
протыкали, а переваливали.

     Шли   мы   на   обычных  (непеределанных)  "Тайменях"  без
фартуков, лаг и прочих  прибамбасов,  но  с  плотной  обвязкой.
Сперва  строго  держались  пологого берега, но потом оказалось,
что и на середине реки, несмотря на валы, не заливает.  Правда,
Борину лодку (Т-2) несколько раз накрывало, когда он (по-моему,
умышленно)  залезал  в  отбойные  струи,  а  зачаливаясь  перед
"Победой",   они   поймали   совсем   неплохую   "бочку"  после
здоровенного чуть прикрытого водой валуна.

     Довольно   часто  на  коротких  участках  с  чередующимися
поворотами приходилось пересекать  основную  струю.  Будь  валы
чуть  круче,  они  могли  стать для нас серьезным препятствием.
Однако мы прошли на удивление легко, с запасом. Правда, в самые
крутые  волны  не  совались. Линия движения просматривалась без
проблем, все препятствия работались "с ходу".
     Другое  обычное  для  подобных  рек  препятствие -- мощные
прижимы. Как ни странно, мы их практически не видели. Возможно,
прижимы  появляются при низкой воде, когда мелководные шиверы у
выпуклого  берега  ограничивают  свободу   маневра,   и   плыть
приходится  по  основной  струе.  Для нас более реальную угрозу
представляли затопленные кусты и деревья, затруднявшие чалку  в
бурной воде.
     А  знаменитых  Толпаровских  порогов  (судя  по описаниям,
единственного на нашем участке опасного  места)  мы  вообще  не
заметили.

     В  целом,  впечатления  от  похода  хорошие,  несмотря  на
погоду. Маршрут достаточно (для  нас)  сложный,  разнообразный,
красивый,  река  интересная  и  под  занавес  -- пещеры. Клещей
действительно   много,   особенно    на    волоке,    но    нас
(осматривались!)  укусил  всего  один  (у Победы), и того почти
сразу заметили и вынули. По количеству экзотики наш  10-дневный
"детский",  на  обычных  туристских байдарках, поход, наверное,
превосходит иные полнометражные "взрослые".
     Главный и пожалуй единственный минус -- ненадежная, долгая
и дорогая заброска. Выезжая, мы слишком  доверились  карте  (по
ней  до Бакеево асфальт). Сколько раз говорила мне бабушка: нет
в природе страшнее препятствия, чем граница района!
     Впрочем,  летом,  при  заброске машиной прямо на Шишеняк и
низкой воде в Зилиме маршрут наверняка потерял бы для нас часть
своей привлекательности.

     Знай  мы про отсутствие дороги заранее, наверно поехали бы
через Белорецк-Тукан до Бакеево (чтобы начать ниже порога)  или
через  Кулгунино  со  сплавом  по  Шишеняку.  По  описанию, его
верховья труднопроходимы из-за многочисленных завалов, быстрого
течения  и  мелкой  воды  (информации о порогах мы не нашли, но
судя по умеренному  уклону  и  расходу,  они  вряд  ли  слишком
опасны).   Вероятно,   весной   при   отсутствии  дороги  через
Красноусольск (о чем нужно  узнать  заранее)  "детская"  группа
может  от Кулгунино попытаться проехать или пройти пешком часть
пути в сторону Зилима до того места, где  сплав  превратится  в
удовольствие, а не работу.


(из расчета 144 чел.-дня, дети по 0.71 чел.)

Продукт
Количество
Цена, т.р.
Продукт
Количество
Цена, т.р.

Вермишель
1.5 кг
9.9
Паштет свиной
1.2 кг
27.0

Геркулес
2.5 кг
13.0
Печенье
3 кг
38.0

Гречка
3.5 кг
15.0
Пшено
3 кг
11.5

Детское питание (Беби-папа)
1.0 кг
40.0
Рис
3.5 кг
15.0

Изюм
3 кг
22.0
Сахар
5 кг
14.0

Какао
1 п.
2.0
Соки сухие
0.5 кг
15.0

Картофельные хлопья
1 кг
24.0
Соль
1 кг3
-

Колбаса
4 кг
140.0
Супы
25 п.
57.1

Консервы рыбные
3 кг
32.4
Сухари
2 кг
29.0

Конфеты
2 кг
27.5
Сушки
2 кг
29.0

Курага
2 кг
35.0
Сыр
4 кг
80.0

Лук
4 кг
10.0
Тушенка
14.6кг =30б
112.5

Майонез
0.6 кг
6.4
Халва
1 кг
12.2

Макароны
4.5 кг
30.
Хлеб белый
7 шт.
10.0

Манка
1.4 кг
6.0
Хлеб черный
7 шт.
20.0

Мармелад
1 кг
13.2
Чай
0.8 кг4
10.0

Масло сливочное
3 кг
57.6
Чернослив
1 кг
32.0

Масло топленое
1 кг
13.6
Чеснок
1 кг
14.0

Молоко сухое
3 кг
54.0
Шоколад
5 кг
139.

Морковь
2 кг
8.0
Яблоки сушеные
2 кг
-

В  походе  докупали  хлеб  (перед  выходом на маршрут), молоко,
сладости. В поезд (туда и обратно) еду брали отдельно.




Вид траты:
Тыс.руб.
На 1 чел.

Раскладка
1470
91,8

Продукты в походе
220
13,8

поезд (
поезд5 (

145,0
153,0

Автобус Белое озеро --Красноусольск
120
7,5

Автобус Красноусольск -- Мендим
100
6,3

Газ-66 Мендим -- перевал
700
43,8

Телега Хайбуллино -- Бол.Шишеняк
100
6,3

Грузовик Красный Зилим -- Приуралье
200
12,5

Электричка Приуралье -- Уфа
190
11,9

Итого
3100
491,8







     Идея  сплавать  Зилим пришла нам в голову еще в 96-м году.
Но тогда что-то не сложилось, и мы поехали  кто  на  Псковщину,
кто  на Южный Буг, уговорившись отложить башкирскую авантюру до
следующей весны. А разве не авантюра -- ехать в мае, в паводок,
на и без того троечную уральскую речку на Тайменях с детьми, но
без фартуков, спасжилетов и завещаний? Впрочем, в  единственном
доступном  нам описании6 про выбранный участок реки говорилось:
"...дальше на Зилиме  сложных  препятствий  нет."  О  том,  что
представляют из себя "несложные", мы узнали чуть позже...
     Как  всегда, перед походом я начал искать карту местности.
Дома  у  меня  хранится  довольно  приличная  подборка,  однако
маршрут  мы  почему-то  всегда  выбираем по региону, на который
топооснова отсутствует. А  вернувшись  в  Москву,  узнаем,  что
нужная  карта  появилась  в  магазине  на  следующий день после
нашего отъезда.
     Но  на  этот раз все было не так. Когда в 96-м году вместо
Урала мы внезапно поехали на псковщину, ГУГК не  сумел  вовремя
сориентироваться  и  перенести  издание  карты Башкирии7 на год
позже. Зато они нанесли на  карту  прекрасную  асфальтированную
дорогу,   ведущую   из  Красноусольска  точно  в  пункт  нашего
предполагаемого   отплытия.   Надо   ли   говорить,   как    мы
обрадовались? Вместо сложной и дорогой заброски через Бутаево8,
с последующим  нехилым  для  нашей  группы  шиверисто-завальным
сплавом,  многокилометровым обносом порога Кысык и т.п., теперь
можно сразу заехать в "самые красивые места  на  Зилиме,  да  и
вообще на реках Южного Урала" (Рыжавский, стр.132)!
     Но  карта  картой,  а  вот  о  самой реке стоило бы узнать
подробнее. Г.Я.Рыжавский основное внимание, естественно, уделил
серьезным  препятствиям, справедливо полагая, что для прошедшей
Кысык группы остальное покажется  легкой  прогулкой.  Поскольку
вершиной  наших9  достижений  была  весенняя Мста (когда мы так
перепугались на боровичевских порогах, что драпали  оттуда  без
остановки и за три дня просвистели 300 км до Мстинского моста),
мы решили поинтересоваться средним течением Зилима поподробнее.
     Ввиду  полного  отсутствия  нужных  отчетов  в библиотеках
(искали на Большой Коммунистической и в  турклубах  г.Пущино  и
МГУ),   мы   решили   прибегнуть   к  современным  технологиям.
Действительно, думал я, уже всякие  провинциалы  из  отдаленных
глубинных  районов Москвы вовсю пользуют Интернет, и только я в
своем мировом центре биологической науки все  еще  живу  как  в
каменном (от вируса Stone) веке!
     И  вот,  проникнув  с  помощью  одного преданного друга на
WWW-компьютер, я бросил в Интернет клич о помощи. Надо сказать,
поступил  я  при  этом  довольно оригинально: не имея доступа к
конференциям (да и вообще  не  очень-то  представляя,  что  это
такое),  я  скачал откуда-то список всех электронных адресов на
территориях Бывшего Советского Союза  и  разослал  туда  письмо
примерно  одинакового  содержания:  мол группа малолетних детей
хочет на Зилим, а ренегаты-родители боятся потонуть и надеются,
чтобы   им  помогли,  кто  чем  может,  узнать  про  эту  речку
что-нибудь поужаснее.
     Как   ни   странно,   многие  откликнулись.  Так,
Y.Nikiforov@Global-One.Ru сообщил, что  по  весне  на  Зилиме  иногда
бьются.  А летом он однажды встретил компанию, которая в межень
(1986) прошла знаменитый порог  Кысык:  "вместо  стрингеров  на
Тайменях -- обструганные палочки и одну байду везли сверху. Сам
не видел, но слухами земля  полнится".  По  его  предположению,
весной 1997г река обещала быть интересной.
     Леша  Руднев  (alex@Relcom.EU.net)  по  Зилиму  раньше  не
плавал, но как-то побывал по весне на Инзере--Лемезе, и  с  тех
пор стал "очень аккуратно относиться к 2-кам в паводок". По его
мнению, нам светило: а) огрести льды; б) влететь "до"  паводка,
а  не  после;  в) в паводок 2-ка может стать и 4-кой. Из прочих
прелестей он пообещал 20-км пешку по глубоченной грязи и снегу,
с   непроходимыми  переправами  через  5-сантиметровые  (летом)
ручьи; пульсирующие валы, запросто ломающие честер, и  чалку  в
500 метрах от препятствия. Ночевать мы будем в 2 метровом снегу
в стиле "затопит - не затопит", с вероятным выходом в 4 утра по
случаю первой альтернативы.... и многое, многое, другое.
     Прочитав  это  сообщение, наши дети твердо решили, что это
именно то, о чем ни мечтали. И только Боря, как  самый  здравый
из  всех, строго-настрого запретил мне показывать полученный от
Леши файл кому бы то ни было, а особенно Юре, не исправив  "20"
на "2", а "4 утра" на "3 вечера".
     German   Yu.  Christmas  (ger@ladem.tlt.ru)  (который  сам
плавал по Зилиму, тоже от Шишеняка, и чей отчет мы  перед  этим
нашли  в Интернет10) ответил, что в засушливое лето Зилим почти
непроходим (мелко), а в нормальное -- впечатления  потрясающие.
     По  его  мнению,  весной самое надежное средство сплава --
катамаран. Правда, некоторые ходят и на байдах, но самые крутые
места   обносят.  Ниже  устья  Шишеняка  такое  место  одно  --
Толпаровские скалы. Но по большой воде ничего очень уж опасного
там  нет  -- просто надо держаться низкого берега и не лезть на
скалы,  а  прижимов  весной   практически   нет.   Единственное
действительно опасное место -- порог Кысык (его проходят только
на плотах и катамаранах), но он  выше  того  места,  откуда  мы
должны стартовать.
     Правда,  дорога  к Зилиму, по его словам, "даже летом была
отвратная". До Красноусольска  (а  это  крупный  по  башкирским
меркам  райцентр)  от Белого Озера ходят автобусы, а вот дальше
надо  идти  на  Ташлы--Бакеевскую  дорогу  и  ловить   попутный
транспорт.

     Как  хорошо,  что  теперь  есть  новая  дорога  к  Зилиму,
подумали  мы!  Правда,  немного  смущала  обещанная   Пущинской
санэпидемстанцией  энцефалитность  района.  Но на этот счет нам
тоже сообщили немало полезного.
     Михаил  Верхотуров (verhotur@vmk.ugatu.ac.ru) рекомендовал
дважды в день (утром  и  вечером)  полностью  осматривать  друг
друга. В разнообразные кусты и лес -- не ходить, где пасут скот
--  не  вставать.  Алексей  Добронадежин  (lexa@ashtech.msk.ru)
пояснил,  что  обитают клещи на звериных тропах. Сидят в кустах
на высоте не выше пояса (то бишь  за  шиворот  как  правило  не
падают).  Еще  Леша  посоветовал  не ликвидировать пострадавших
сразу после укуса, потому что процент зараженных  клещей  очень
мал и, в принципе, даже если клещ кого-то подцепит, человек еще
может выкарабкаться.
     Алексей Зубарев (az@rest.ru) настоятельно советовал носить
закрытую одежду светлого цвета, и время от  времени  снимать  с
нее  клещей  друг  у  друга...  На светлом их видно лучше, пока
ползают, а если это не помогло, потом можно везти  человека  на
кладбище  не  переодевая. Кстати, благодаря Алексею, мы здорово
сэкономили на репеллентах, так как "они все равно не помогают".
     Наиболее  обнадеживающее  письмо прислал все тот же Герман
(ger@ladem.tlt.ru). По его опыту,  клещ  никогда  не  впивается
сразу,  а  сперва  с  час-другой  ползает,  ищет место получше.
Поэтому  если  каждые  10-15  минут  полностью  раздеваться   и
осматриваться  (особенно  тщательно  --  на  ночь) -- все будет
нормально. Для проверки этого факта Герман уже  15  лет  (с  82
года)  регулярно  ходит  по  Уралу,  стараясь  попадать в самые
клещевые пики (конец мая/начало июня), но за все это время  его
так ни разу и не укусили.
     На  всякий  случай,  нам еще сообщили, что вочеловеченного
клеща смазывают подсолнечным маслом  и  через  несколько  минут
цепляют ниточной (из 2-ух слоев) петлей около головы (чем ближе
к хоботку, тем лучше) и  постепенно,  не  торопясь  раскачивая,
вытаскивают.  Если  туловище  оторвется,  остатки  внимают  как
занозу  со  всеми  вытекающими  оттуда  последствиями.  Счистив
последствия, смазывают рану йодом, зеленкой и т.д.
     По  другим  сведениям,  мазать можно любым жиром, например
вазелином, а вот вытащенного клеща не выбрасывают  на  произвол
судьбы,  а  кладут  в  баночку и привозят в Уфу. Там в СЭС была
(есть?) специальная служба, они исследовали клеща (за  деньги),
и  если находили энцефалит, кололи пострадавшему гамма-глобулин
(бесплатно). Но всегда спрашивали, откуда клещ, и всегда еще до
анализа     говорили,     что    те    (приЗилимские)    районы
эпидемиологически безопасны (нет энцефалитных клещей), что  при
анализе всегда подтверждалось. Можно перед походом сделать цикл
прививок (всего три или четыре прививки через одну-три недели),
но  в  Уфе этого не практикуют -- говорят, очень вредно. К тому
же подходящей вакцины в  неэнцефалитных  районах  (откуда  едет
основная масса туристов) обычно нет, а в энцефалитных все уже и
так привитые.

     Из  других  полезных  сведений мы узнали, что "в Толпарово
есть пекарня" (проще было бы прочитать об этом у Рыжавского), и
что  "с  зак.прод.  в эт.р.-не дов.слож. Т.е.иног. устр.дневк.,
недел.караул.маг. А там, как завезут, так чер.2ч все  раск.,  и
маг.закр., хор.есл. до след.лет., а быв., и навс..."

     Самоотверженный  акт  совершил Андрей Кириллов. Совершенно
не турист, он в конце зимы приезжал  в  Пущино,  чтоб  защитить
диссертацию,  и  как-то  заглянул  к  нам  в гости попить чаю и
поболтать о влиянии космических  полей  на  прорастание  семян.
Случайно узнав о наших планах, он ничего не сказал и (в отличие
от многих)  ничего  не  обещал,  а  спокойно  уехал  к  себе  в
Челябинск.  И  вдруг,  за  неделю  до  выезда,  к  нам приходит
килограммовая бандероль, где на необъятном многометровом  листе
ватмана  мы  нашли  тщательно  перерисованную от руки (!) лоцию
Зилима!  Но  напрасно  я  мучился,  запихивая   эту   лоцию   в
неприспособленный  под  формат А2 ксерокс: увы, ориентироваться
по ней оказалось почти невозможно. Видимо, обрисовав с  любовью
и  заботой  верхний,  порожистый  участок  реки,  авторы решили
сэкономить силы на нижнем. А может, они просто рисовали реку по
памяти   --  ведь  замечательной  5-километровки  Башкирии  (по
которой мы и "плыли") у них еще не было!

     Перед  самым  походом  случилось ЧП. Связавшись со мной по
mail, Леша Руднев спросил,  нельзя  ли  к  нам  присоединиться.
Бегло  просмотрев  его прошлое послание (об ожидаемых на Зилиме
трудностях),  я  сразу  понял,  что  с  этим   человеком   надо
договариваться  как  можно  быстрее,  пока он не напророчил нам
чего-нибудь еще более ужасного.
     Как  раз  в  этот  момент  у  собиравшихся  с нами на Урал
Антоновых очень кстати заболела дочка,  так  что  нам  даже  не
пришлось брать новые билеты (тем более, что они задолго до того
кончились). Теперь для удобства пассажиров проводники проверяют
документы  отъезжающих  прямо  при  посадке,  так  что  в вагон
Рудневы  прошли  по  Антоновским  паспортам,  а  когда   состав
тронулся, отдали их провожающим.
     В  Уфе прицепные кумертаусские вагоны 256-го пассажирского
поезда стоят почти четыре часа. Во время  стоянки  пользоваться
туалетом,  естественно,  нельзя  --  надо идти в вокзал. Что мы
сразу по приезду и сделали.
     Увы,  у входа нас встретил ОМОН (как раз перед этим прошла
серия взрывов на железных  дорогах),  и  потребовал  документы.
Перебегая  через  пути,  мы  попытались вернуться в вагон, но к
своему ужасу, никаких следов родного поезда не обнаружили.  Как
оказалось, в отличие от других, более культурных станций, таких
как, например, Великие Луки (где забытые диспетчером  прицепные
вагоны могут стоять в одном тупике неделями), в Уфе нет проблем
ни с дизтопливом, ни финансами на зарплату. А поскольку  оплата
машинистам  идет  от  километража, все четыре часа ожидания они
таскают прицепные кумертаусские вагоны из одного конца города в
другой. А тупиков в Уфе уйма...
     Конечно,  мы  не растерялись и сразу полезли на переходной
мост. Не прошло и пяти минут, как наш поезд вновь показался  на
одном  из дальних путей и, набирая ход, помчался вдоль станции.
Бросившись к вагону, мы хотели забраться внутрь, но  не  тут-то
было.  Проводники, у которых пассажиры в Уфе, бывает, пропадают
десятками,  наглухо  задраили  входную  дверь.  Сообразив,  что
гнаться  за  поездом  бесполезно  (ибо  раньше, чем мы его, нас
догонит ОМОН), мы вновь вернулись к вокзалу.
     К  счастью,  у  меня  в  кармане случайно оказался кусочек
мятой  желтоватой  бумаги  --затерявшаяся  визитка,  которую  я
некогда  распечатал  на своем принтере. Как ни странно, "ксива"
подействовала. Глянув на надпись  "СИ-12  ОИФЗ  РАН",  омоновец
резко изменился в лице и как-то незаметно перешел на "Вы". "Эти
со мной", --  бодро  заявил  я,  и  свора  грязных  обшарпанных
оборванцев прошествовала внутрь помещения (....).
     В  вокзале  мы  нашли  расписания поездов (электрички -- в
отдельном  здании),  кассы,  буфеты,  междугородние  и  местные
телефоны  и  еще  много  всего другого. Не было только туалета.
Точнее он был, платный и даже с душевой, но именно в этот  день
душ  почему-то не работал. Пришлось вернуться на платформу, где
мы нашли все, что требовалось, в 100 метрах от входа в  вокзал.
Кстати,  рядом  с  туалетом на платформе есть очень неплохой (и
недорогой) аптечный киоск, но работает он только днем.

     Купив  в  ларьке телефонный жетон, я попытался позвонить в
город. Жетон, естественно, провалился, а автомат  не  сработал.
Киоскер,  как  всегда,  оказался  ни  при чем, и я уже собрался
жаловаться в ООН, как вдруг кто-то из  местных  подсказал,  что
неподалеку есть точно такой же автомат, работающий без жетонов.
Второй звонок получился удачнее  первого,  и  вскоре  к  нам  с
неофициальным визитом прибыла делегация представителей местного
мелкого и среднего бизнеса в составе Оли  и  Олега  Одиноковых,
названных   так   в   честь  наших  детей.  Встреча  прошла  на
нейтральной территории  (под  фонарем  на  перроне),  в  теплой
дружественной   обстановке.  Правда,  выдрать  на  память  пару
страниц с фотографиями из альбома нам так и не позволили.



     В два часа ночи наш поезд прибыл на станцию Белое Озеро11.
Выгружались мы явно больше минуты (но меньше двух); детей, чтоб
не задавить в суматохе, выпустили через соседний вагон. Постояв
для приличия еще с минуту, поезд тронулся дальше, а мы с вещами
пошли  в  вокзал, где было чуть посветлее, и там Юра запечатлел
для истории первые минуты нашего пребывания на земле Приуралья.
     Единственный  приехавший  с нами белоозерец рассказал, что
автобус в Красноусольск ходит трижды в  день:  в  четыре  утра,
одиннадцать  дня  и сколько-то вечера. Памятуя о Кынском ночном
кпоездном рейсе, мы поверили. Но и в четыре,  и  в  пять,  и  в
шесть на остановке было все так же пусто.
     Случайный  прохожий  пояснил,  что  по рабочим дням ночной
автобус иногда не приходит, потому что мало  пассажиров.  А  по
праздникам  --  не приходит просто так, без всякой причины. И к
тому же утренний рейс уже  давно  отменили,  да  и  вообще  его
никогда  не  было.  Но  в  одиннадцать автобус, все-таки однако
наверно, может быть, будет.
     Рассвело,  сквозь  серые  облака  проглянуло  солнышко. Мы
проснулись, повеселели и  пошли  искать  попутку.  Одна  группа
рыскала  по  поселку,  другая отправилась на юг по единственной
здесь асфальтированной дороге.
     В  поселке  частных  машин  оказалось  на  удивление мало.
Будить хозяев мы побоялись, а когда они повылазили из  избушек,
почти   все  уже  были  "хорошие".  Встретили  мы  и  двух-трех
трезвенников, но те спешили на работу на элеватор, где в восемь
утра  местный  бригадир  распределяет наряды12. И машины у них,
естественно, были колхозные. Только в десятом часу нашелся один
тип  с личным ЗИЛком, согласный ехать "куда угодно", но у него,
как назло, было срочное дело в Уфе, и он просил  подождать  3-4
часа до его возвращения.
     Второй группе повезло больше. В 600 м от станции их дорога
соединилась с центральной улицей поселка, а еще  через  500  --
вышла  на  идущее  в Красноусольск шоссе. Грузовики там шныряют
один за одним, а примерно раз в час (днем -- реже) попадаются и
автобусы,  следующие  в  Красноусольск  из  Уфы, Стерлитамака и
всяких других колхозов. Обычно они на станцию не заходят  (чего
им  там  делать?),  но  с  одним,  не очень полным, нам удалось
договориться,  добавив  к  обычной  цене  билета  еще  примерно
половину.
     От  Белого  Озера  в  Красноусольск есть две дороги, через
"старый" и "новый" мост. В начале мая на Белой -- пик  паводка,
и  "старый"  мост  был  затоплен,  поэтому  через Белую автобус
поехал по необычной дороге, чем окончательно  запутал  рейсовых
пассажиров.     Уже     перед     райцентром    мы    встретили
Красноусольск--Белоозерский ПАЗик, который днем все-таки ходит.



     Выгрузившись  в  Красноусольске,  мы первым делом устроили
перекус. Аня  подсчитывала  запасы,  Карина  и  Лена  раздавали
бутерброды,  другая  Лена  пошла  искать  хлеб  и  аптеку. Дети
забрались в песочницу.  Леша  Р.  изучал  карту,  Сережа  чинил
гитару,  а  Юра  с  Леней снимали все это на видео. Только мы с
Борей остались без дела и от скуки пошли на автостанцию узнать,
скоро ли будет автобус на Тукан или хотя бы Бакеево.
     Увы,  в расписании таких рейсов не значилось. Оказывается,
в нашу сторону из  Красноусольска  идет  единственный  рейс  --
Мендимский  (отпр.  в  шесть  утра  и пять вечера). Но это лишь
треть пути! Правда, нас  это  не  смутило:  была  б  дорога,  а
попутка найдется!
     Чтобы ехать с комфортом, то есть не в кузове, решили брать
автобус. У одного из "ПАЗ-иков" наметился трехчасовой обеденный
перерыв.   Мы   прикинули,   что   сорокакилометровый  крюк  по
свежепостроенной дороге "с твердым покрытием"  вряд  ли  займет
больше  времени,  и  предложили  ему  200 тысяч за заброску "до
Бакеево или докуда проедет". Но то ли водитель  оказался  очень
голодным,  то ли побоялся опоздать к следующему рейсу, а нас он
не повез. Не очень-то  огорчившись,  мы  принялись  прочесывать
центр   поселка,   допрашивая   всех   попадавшихся  шоферов  с
мало-мальски подходящими для нашей группы машинами.
     Но  все они под разными предлогами почему-то отказывались.
Больше того, ни один из них не мог даже взять в толк,  о  какой
дороге  идет  речь.  Нам предлагали ехать в Кургашлы, Саитбабу,
Юлуково и даже Толпарово, и только о Бакеевском тракте никто не
мог  сказать  ничего  определенного.  По-видимому,  купленная в
Москве карта была столь секретной, что о  новой  трансуральской
магистрали  здесь  еще  никто  ничего  не  знал. "Ну, деревня",
восхищались мы  своей  предусмотрительностью  и  прятали  карту
поглубже.
     Ближе к обеду добрая ирония постепенно перешла в близкое к
панике недоумение.
     Ну  ничего,  решили  мы, поедем пока в Мендим, а там уж не
может быть, чтоб ничего не поймали! Ибо новое шоссе, на  сто  с
лишним  километров  сократившее  путь  из Тукана, Зигазы и тому
подобных поселков в Уфу, не может пустовать!  Иначе  зачем  его
вообще  тогда  строили?  На  худой конец, если не возьмут всех,
отправим хотя бы вещи, а сами уж как-нибудь налегке эти  30  км
да проковыляем?
     Кто-то  подсказал  нам,  что  искать  надо  не водителя, а
некоего  Сергея13,  который  раньше  якшался  с   туристами   и
наверняка  знает,  где  найти  машину. А живет он неподалеку от
автостанции, где-то в той стороне...
     Прогулявшись в нужном направлении, мы почти сразу -- здесь
все друг друга знают -- нашли нужный дом и хозяина. Увидев нас,
Сергей  удивился  --  еще не сезон, -- но не растерялся и сразу
включился в поиски. Однако была середина  дня  и  застать  дома
никого  не удалось. "Ничего страшного," -- успокоил нас Сергей.
-- "Вечером шофера вернутся, тогда и сговоримся.  Выезжать  все
равно лучше завтра, с утра, а переночуете у меня".
     Немного  поколебавшись,  мы  отпустили вечерний мендимский
автобус и перетащили шмотки к Сергею. Женщины  сготовили  ужин,
мужики   чуть   покопались   в  хозяйском  огороде,  но  ничего
съедобного так и не нашли. То ли картошка здесь  растет  глубже
двадцати сантиметров, то ли хозяин ее еще осенью выкопал.
     Но  и  вечером  снять  машину  не удалось. Оказывается, мы
первые в истории этого поселка попытались заехать  на  Зилим  с
этой  стороны  весной, когда все дороги, включая и наш хваленый
"асфальт", традиционно становятся непроходимыми. К тому же этот
самый  "асфальт"  на  самом деле вовсе не асфальт, а щебенка, и
идет он не в Бакеево, а только в Мендим,  откуда  на  вездеходе
можно проехать в Толпарово.
     Что  касается  Хайбуллино  (которое  здесь  все  знают как
Саралы), то туда от Мендима идет проселок, но по  пути  он  раз
пять  пересекает  речку  Мендимку,  и в паводок там не проедешь
(мосты давно размыло). А вот летом  там  ездят,  только  машина
нужна  помощнее  -- "Урал" или 66-я. Но обычная летняя дорога в
Хайбуллино идет через Кургашлы (где видимо и ехал  наш  заочный
консультант  Г.).  Сейчас  там  точно  не  проедешь -- мосты за
Кургашлами (судя по карте, верховья р.Ряузяк) тоже  размыло,  а
восстановить  некому.  К  тому же в горах еще полно снега, а по
снегу даже 66-я не идет.
     Переночевав  у  Сергея  (чтобы  не  тесниться  на веранде,
поставили три  палатки  за  домом  на  школьном  стадионе),  мы
поднялись в пять утра и к шести были на автостанции. Мендимский
автобус  оказался  "Уралом"  с  небольшой  пассажирской  будкой
вместо кузова; впрочем места хватило всем. По пути мы тщательно
выглядывали злополучную "асфальтовую" дорогу; но  там,  где  по
она  должна  была  начинаться,  увидели только две прошлогодние
колеи, весной еще ни разу не езженные.
     В  семь  утра мы были в Мендиме; сопровождавший нас Сергей
отправился к знакомым шоферам, а мы стали прочесывать деревню в
поисках незнакомых.
     Один  парень  с  ходу  предложил  отвезти нас в Толпарово,
всего-то за 500 тысяч и на нашей солярке. Солярки у нас с собой
почему-то не оказалось, к тому же Толпарово было не очень-то по
дороге, да  и  цена  немного  смущала.  После  каждого  вопроса
паренек уходил в дом, видимо к матери -- местной Кабанихе, -- и
потом, вернувшись, ретранслировал ответ как бы от своего имени.
     Мы  поинтересовались,  не может ли он сам съездить в Ташлы
на заправку? Нет, это невозможно: прав у паренька нема,  машина
давным-давно  списана14,  номер  и тормоза отсутствуют, так что
ехать в Ташлы просто опасно. Это вам не по горам шастать!
     Хмм-м, подумали мы и пошли к соседнему дому, где стоял еще
более потрепанный "Урал". Но солярки там тоже не  оказалось.  В
следующем  доме  не  было машины, через один -- опять солярки и
так далее.
     Вернулся Сергей. По его данным, завтра в верховья Мендимки
на тракторе, 66-й  и  двух  "Уралах"  должна  была  отправиться
лесорассадочная   экспедиция,  и  наш  наиболее  реальный  шанс
заключался в том, чтоб к ней присоединиться. Мы рассчитали, что
из  25  км, отделяющих Хайбуллино от Мендима, нам надо проехать
как минимум 10-15, чтобы на пешую часть остался только спуск  с
перевала.  В  противном  случае  волок растянулся бы на 3-4 дня
(вместо 2), к чему мы были не  очень  готовы.  С  лесниками  мы
могли  бы  проехать  примерно  15  км,  но терять еще день было
жалко, да и обещанного тут ждут иногда по три года...
     Еще  в  Красноусольске  у  нас  возникла мысль брать волок
пешком, арендовав 1-2 вьючные лошади. Не так быстро, но сколько
экзотики,  особенно детям! Увы, и эта затея провалилась: лошади
все как одна ушли на какой-то неведомый выпас,  и  привести  их
оттуда оказалось совершенно невозможно.
     Единственную  готовую  к  выезду машину мы нашли у братьев
Зуфара  и  Аухата  Мунасиповых,  водителей   леспромхоза.   Сам
леспромхоз  уже  давно  полумертв,  зарплату почти не платят, и
братья заинтересовались нашим предложением прокатиться хотя  бы
до  перевала.  Но  виду  не  подали,  хотя старший пошел к реке
оценить уровень воды. Договорились, что они съездят в район  за
семенами, а когда вернутся, попробуют нас забросить.
     На  дворе  у  братьев  обнаружился целый автопарк (видимо,
леспромхозный). Слив с "Урала" три  ведра  горючки  для  нашего
рейса, братья заперли бензобак на ключ (такие тут нравы) и дали
команду загружаться.
     Прощаясь  с  Сергеем,  мы еще раз попытались уговорить его
ехать с нами на сплав, хотя бы только до Толпарово.  За  сутки,
прошедшие  с  момента  знакомства,  мы  так  и не пообщались, а
хотелось. Теперь Сергей уже не мог подумать, что мы  зовем  его
только  из  приличия (или чтобы искать транспорт), но все равно
отказался. А жаль -- место в байдарке у нас было, и в группу он
вполне бы вписался.
     Братья  Мунасиповы забросили нас под самый перевал, дальше
66-я не пошла из-за снега. Всего проехали 17-18км. Взяли они  с
нас  700т.р. (в Москве мы надеялись, что вся заброска обойдется
в 500), но дорога, пожалуй, того стоила: три брода  по  полтора
метра  глубиной15  и  буйным  течением и еще два моста, до того
размытых, что мы переходили их пешком и даже думали  разгрузить
машину.  В  одном  месте  пришлось насыпать камни, чтобы машина
спустилась с метрового обрывчика. Нечего было и думать соваться
туда  на лошади; для этого надо, как минимум, поставить на всех
переправах мостики. К тому же местами дорога  идет  по  воде  и
нужны обходы, а на склоне -- грязь и скользко.
     Так сбылось первое пророчество Леши Руднева.



     Подъем на перевал мы начали в третьем часу дня. На подъеме
(500 м) и наверху (еще 1 км) снег был по колено, под снегом  --
вода  и  грязь. Слава богу, что не два метра, вспомнил я Лешино
Второе Пророчество.
     На спуске снега стало меньше, и когда мы вышли на поляны в
верховьях Хайбуллинской речки (ее название мы так и не узнали),
он кончился совсем. Вещи носили в две ходки, к сумеркам (20.00)
дошли до сенокоса в 4-5 км от Хайбуллино. Чуть выше этого места
дорога  впервые  переходит  на  правый  берег, а еще километром
раньше остались чудесные лесные поляны, где можно было устроить
такой уютный лагерь! Но возвращаться не стали.

     Вечером  Карина  обнаружила  первых клещей. Они ползали по
еще не  снятой  детской  одежде,  и,  казалось,  совершенно  не
собирались  кого-то  кусать.  Во  время предпоходной подготовки
среди  наших   консультантов   возникла   небольшая   дискуссия
относительно времени активизации этих мерзких тварей:
     -- Наиболее опасны они в мае -- июне! -- сообщил нам А. из
Москвы.
     --  А  появляются  сразу, когда сходит снег!!! -- дополнил
его М. из Уфы.
     --  Но  на  майские  праздники  в горах в верховьях Зилима
клещей еще нет, -- разочаровал их Г. из Свердловска.
     -- В горах нет, а у реки -- есть! -- не сдавался М.
     --  А в 96 году их еще и на 9 мая там не было, -- возражал
Г. -- И в этом году в Уфе холодно, снег не сошел, так их  может
и в низовьях не будет...
     -- Снег не сошел, а только они уже вылезли! И были случаи!
-- поставил точку в затянувшейся дискуссии М.
     И вот теперь мы могли убедиться в правоте его слов.

     С  костром  еще  история интересная приключилась. Стали мы
огонь разводить, а на чем пищу готовить, непонятно. Кто  тросик
натягивает,  кто  палку с крючками на петли костровые вешает. И
таганков вокруг несколько модификаций. И каждый, значит,  дрова
под   свою   конструкцию   тащит!   Да  еще  дети  на  выселках
персональные костры соображают. Тут никакой  дежурный  в  жизнь
столько хвороста не насобирает.
     Ну,  с таганками понятно: еду на них варить удобно, и дров
много не надо. Если аккуратно готовить,  двух-трех  полешек  на
весь обед хватит. Главное, чтоб сухие были.
     Леша  Руднев,  например,  всегда так делает. И нас научил:
чтоб время не терять, да и дождь,  мало  ли,  пойдет,  дрова  к
своему  дежурству надо заранее запасать. Какие получше выбрать,
посушить, поколоть, увязать и в полиэтилене везти.  Одно  плохо
--  в  рюкзаке такие дрова места много занимают и непосвященный
народ в поезде черт знает что подумать может.
     На  этот  случай  Сережа Степанов свои костровые припас. У
него вместо таганка петельки такие аккуратные, чтоб перекладину
на стойки без рогатин вешать. А на перекладину -- крючки всякие
заготовлены. Удобно, ничего не  скажешь.  По  весу  от  таганка
почти  впятеро  экономия.  И  костер можно нормальный развести,
чтобы его остальным,  кроме  дежурного,  без  микроскопа  видно
было.  Вот только если перестараешься, беда: горят стойки-то! И
перекладину хорошую попробуй найди, не  рубить  же  всякий  раз
зеленое дерево...
     Чтоб  костер совсем большой был, надо тросик натягивать. У
такого костра и погреться, и посушиться можно, и котелки пустые
не  сгорят,  если  их  по тросику вовремя в сторону сдвинуть. И
бревна для такого костра заранее сушить не надо:  так,  накидал
всякой  трухи-рухляди,  оно само собой и горит. Это Дещеревский
специально придумал, чтоб дрова  в  лагере  не  пилить.  Народ,
правда,  вокруг  костра  ходит,  дымом-искрами  возмущается,  о
веревочки спотыкается -- весь лагерь перегорожен, шагу  ступить
некуда!  А  он  знай  себе  штормовку  сушит  и над чужой бедой
злопыхается.

     Потом  компромисс  нашли:  один,  значит,  костер  большой
делаем, вдоль него рогатину вешаем, наискосок -- тросик.  Рядом
--  еще  один  костер,  маленький,  для  таганка.  Котелки  для
равномерного прогрева с одного места  на  другое  перевешиваем.
Главное,  все  костровые  при  деле,  и  дежурный  от  скуки не
мучается. Если рогатины, например, сгорают, важно котелки сразу
на  тросик  перецепить.  А  уж когда закипит, или там веревочка
отвяжется,  тогда  их  на  таганок  опускают   и   на   угольях
доваривают.
     В  этот момент на тросик хорошо носки чьи-нибудь повесить.
Народ смотрит, котелки на  столе  уже,  от  радости  прыгает  и
бдительность   теряет.   Обязательно   кто-нибудь   за   тросик
зацепится! Носки, конечно, в костер; по всему лагерю аромат, не
поймешь,  то  ли  это от колбасы к ужину пахнет. Хозяин носков,
понятно, за ножик, а то и  за  топор  --  тросик  этот  поганый
перерубать. Тут уж никакой Д. не поможет. Сережа к тому времени
обычно крючки свои уже полчаса, как по углям собирает. И только
таганисты  проклятущие  сидят,  радуются!  У них два таганка --
мафия, и оба между собой в сговоре.

     Рано утром устроили разведку. В километре от места ночевки
"наша" речка сливается с другой такой же16; дальше дорога  идет
по  воде,  и  мы  хотели  поискать  обход. Справа по бугру есть
старые лесовозные дороги, но все  они  лезут  куда-то  в  гору.
Другая дорога шла влево; судя по карте, по ней можно спуститься
сразу к Зилиму, миновав деревню и сэкономив с полкилометра. Все
же  ввиду  явного  несоответствия  карты рельефу мы решили идти
вниз к Хайбуллино, и правильно: "левая" дорога  на  карте  тоже
нарисована  халтурно,  так  что  отправившись по ней, мы скорее
всего просто поменяли бы три брода на один перевал.

     От  слияния двух речек (левую перешли вброд, глубина 0.3м,
ширина 2м, течение  умеренное)  дорога  опять  идет  по  левому
берегу;  местами  она  залита водой, но в сапогах идется. Через
2-2.5 км дорога возвращается на правый берег; брод мы  нашли  в
300 м выше этого места. Веревку не натягивали (хотя мысль такая
была),  шли  в  парах--тройках,  детей  перенесли.  Глубина  до
0.4-0.5м, дно твердое (камни).
     Перед  самой  деревней  дорога вновь возвращается на левый
берег.  Последнее   препятствие   (или   удовольствие?)   проще
предыдущего:  река  там  разбивается  на  два  рукава,  течение
слабое, глубина 0.3-0.4м. Переходить можно  поодиночке  и  даже
без палки.

     Сразу   за   переправой   наша  дорожка  вышла  на  хорошо
накатанную дорогу --  окончание  Тукан--Бакеево--Хайбуллинского
тракта.  До  Бакеево  на этом тракте нет ни одного капитального
моста, хотя дорога частенько  переходит  разные  речки,  в  том
числе трижды -- Большой Шишеняк.
     На  развилке  устроили  обед;  за это время договорились в
деревне с подводой и основной  груз  отправили  к  Шишеняку  на
телеге.  Перед самой деревней нам опять пришлось перейти речку,
на этот раз по мостику; телега легко проехала вброд.
     В  деревне  и сразу после нее есть еще пара мостиков через
речку, но к Шишеняку надо идти вдоль дороги по правому  берегу.
В  полутора  километрах от деревни мы встретили пустую подводу,
которая  уже  отвезла  вещи  и  возвращалась  обратно.   Хозяин
развернул лошадь, посадил детей и повез их к реке.

     Вот  уж  кому  на  волоке  раздолье,  так  это детям! Пока
взрослые пыжатся, бегая взад-вперед с тяжелыми  рюкзаками,  они
не  спеша  идут  по  тропинке,  разглядывая окрестные пейзажи и
только изредка останавливаясь, чтобы переехать речку-другую  на
каком-нибудь  папе.  Их  привалы  неторопливы  и  живописны,  а
злобные родители, от которых так трудно не отставать,  плетутся
замученные где-то далеко сзади. И только дежурные мамы суетятся
вокруг, собирая с одежды клещей и переобувая промокшие  ноги...
     Хорошо...  А  тут  еще и на лошади покатались! Но проехали
они недалеко. В полкилометре от Шишеняка дорога в очередной раз
переходит речку; телега с парой детских рюкзаков поехала вброд,
а мы с детьми пошли по мостику.
     Глубина   речки   здесь  около  полуметра,  ширина  метров
двадцать, течение довольно быстрое. В прошлый  раз  телега  шла
груженая  и  проехала без проблем, подталкиваемая бьющей чуть в
спину струей. Но сейчас течение легко сдвинуло пустую телегу на
глубину;  кузов  залило  водой  и  рюкзаки  поплыли. К счастью,
возница успел схватить их за лямки, а лошадь вытащила телегу из
ямы. Так и хочется сказать:
     --  Уважаемые  дети!  При выходе из телеги, не забывайте в
ней свои вещи!

     Остаток  пути  до Шишеняка прошел без приключений, если не
считать приключением местного дурачка, присоседившегося  к  нам
еще  в  деревне  и  все  время  просившего  закурить,  выпить и
поносить рюкзачок. Дурачок был в форме и по  этому  случаю  все
время  говорил  о каком-то удостоверении: лесничего, пожарного,
или, на худой конец, сержанта внутренних  дел.  Видимо,  хотел,
чтоб мы ему подарили. Лишнего удостоверения у нас не было, и по
этому случаю мы все время отгоняли незваного  гостя  от  вещей,
так  и  не  позволив  ему  унести  что-нибудь  на  память. Хотя
приставал он к нам наверняка без всякой задней мысли. А мы  ему
даже  костер развести не дали! Только потом, во время перекуса,
чуть-чуть угостили чаем, и то в последнюю очередь --  все  пили
из своих кружек, а у него не было.

     Всего  на дорогу до реки у нас ушло трое суток, из которых
только последняя треть (т.е. пешеходно-лошадиный участок)  была
по-настоящему   интересной  и  приятной,  особенно  для  детей.
Спасибо, погода на волоке не подкачала. Если бы  мы  поехали  к
перевалу сразу со станции, сэкономили бы полтора дня. К тому же
утром в Мендимке меньше воды. Сергей  обещал,  что  с  будущего
года  "КРУС"  сможет  организовать  такую заброску, если группа
заранее с ним  спишется  (созвонится).  Правда,  перед  выездом
нужно  уточнить  проходимость  дороги. Мы попали весьма удачно:
дорога уже была, а вода в Зилиме еще не спала.  Неделей  раньше
мы бы вообще никуда не уехали (разве что в Толпарово).
     На  этот  случай  есть  еще запасной вариант со сплавом по
Мендимке -- в пик паводка воды в ней вполне достаточно. Но этот
вариант существенно сложнее и короче (и не так интересен?), чем
сплав по Зилиму. Судя по характеру реки (то, что мы видели), из
препятствий  вероятны  очень  быстрое  течение,  коряги, частые
лесные завалы и затяжные труднопроходимые шиверы; вполне  могут
встретиться  и  пороги  произвольной  сложности.  Средний уклон
Мендимки в два с  лишним  раза  больше,  чем  пройденного  нами
участка Зилима; во всяком случае, эта речка должна быть сложнее
Шишеняка. Изюминка маршрута -- расположенное примерно в  10  км
ниже поселка глубокое ущелье, каких нет даже на Зилиме; судя по
рельефу, там вполне могут быть приличные пещеры.



     В  тот  же вечер собрали байдарки и отплыли. В шестом часу
(перед самым отплытием) прошел сильный, но недолгий  ливень,  и
мы  впервые испытали рудневский тент. Полезная штучка, особенно
если его вовремя поставить!
     Перед  тем,  как  отчалить,  договорились далеко не плыть,
пристать где-нибудь поблизости. Вдруг у кого течь, да и к речке
приноровиться  надо.  Течение-то  километров  пятнадцать тащит.
Хотя вода вроде спокойная, а  только  вдруг  где  за  поворотом
завал  или  водопад  какой?  Да  и  устали  все  --  с утра под
рюкзаками по жаре топать, внимание  уже  не  то  и  практики  у
большинства почти год не было.
     Ну,   отплыли   мы,   за  поворотом,  как  договаривались,
пристали.. А Дубовские поотстали чуть, пока их команда в  лодке
рассаживалась. Я сперва думал, случайно...
     Боря чуть повыше пристал, стоим, ждем Леню. Детишки наши в
байдарке икебану  налаживают.  Вдруг  Боря  как  заорет:  "Сюда
греби,  сюда!  Скорее,  а то проскочишь!!!" Смотрю, выскакивают
они из-за кустов, и  на  всем  ходу  прямо  нам  в  борт  идут!
Расстояние  до них метра три, течение километров двенадцать, да
еще штук восемь  они  сами  набрали...  И  хрен  что  сделаешь:
свободы  маневра никакой, сейчас прямо под икебаной цунами блин
харакири будет. Только и успел, что веслом на них  замахнуться.
     Тут  Дима  --  он  у  них  первый  сидел  --  увидел,  что
достанется мое весло ему, любимому,  и  давай  в  другой  конец
нашей  байдарки  поворачивать.  К  Лене  моей, значит, поближе,
она-то все одно сдачи не даст. А Леня  уже  заранее  настроился
меня давить, и лодку не дает разворачивать! И пока они так друг
с другом боролись, затормозило их все-таки  немного,  смягчило,
значит,  удар. И пришелся он нам ни в рыбу, ни в мясо, а акурат
в крупы -- они у нас  плотно  вдоль  борта  лежали,  и  коврики
ижевские  еще там были, в трубочку свернутые и поперек байдарки
распертые. Они-то нас и спасли: удар весь  самортизировали,  из
каркаса  только один стрингер сломался, там где у него трубочка
на пружинке выскакивает. Но заметили мы это  потом  уже,  когда
байду  разбирать  стали,  и  все  внутренности  из стрингера по
отдельности на землю высыпались. А при  ударе-то  их  сперва  в
усмерть  заклинило, так что мы даже и внимания не обратили. Еще
бы тут разглядишь, когда в деке пробоина на  полметра,  изнутри
гнутый  каркас  зияет,  везде  вода  хлещет  и  рядом три бугая
веслами со всех сторон машут! А кругом  остальная  компания  от
счастья просто сияет.
     Не  знаю, уж что там они Лене пообещали, а только, видимо,
мало дали. Потому как добивать он нас не стал, так, отплыл себе
спокойно, и все. Только Олегу по пальцу матросы егойные здорово
врезали -- он к дыре ближе всех сидел  и  вражью  лодку  голыми
руками  остановить  пытался.  Ему  потом  за героизм от завхоза
лишние полсухаря дали.
     А  Юра,  чтоб улик не оставлять, камеру заранее спрятал. А
на воде ни стекла битые, ни шины, ни кровь не  остаются.  И  на
сорок  миль  ни одного гаишника! Поди разберись, кто нарушал, а
кто пострадавший. И в лодке еще у Лени -- два самурая,  полтора
с  половиной  метра каждый, веслом не хуже как лопатой только и
ждут кого бы заехать. В общем, не стали мы протокол составлять,
решили  сматываться  скорее,  пока  они  нас  же  на счетчик не
поставили.
     Дальше  уже  мы последними плыли. Резина наша, по счастью,
уцелела, дыра-то повыше ватерлинии пришлась, а только  в  волны
мы  не  лезли.  Спешить  не  спешили,  все  место  для  ночевки
выглядывали, а встали в итоге в самом  устье,  на  стрелке.  Не
успели  лагерь разбить -- смотрим, по Зилиму уже плывет кто-то.
Движение как на Калининском проспекте.

     А  в  общем  Шишеняк  нам  понравился:  быстрый,  верткий,
красивый, берега в меру суровые и препятствий на этом  участке,
кроме камикадзе случайных, нет. Раза три реку бакеевская дорога
пересекает,  --  там  выход  из  воды  удобный,  правда  вязкий
немного.  И  броды  вроде не слишком глубокие, нам показалось с
метр-полтора, а только дно  у  берега  склизкое  и  видно,  что
весной по этой дороге не ездят.



     Наутро   погода   пасмурная  была,  хмурая.  Накануне  все
подустали,  еще  вечером  у  костра  добавили,  поэтому  решили
спозаранку  не плыть, отлежаться. Мы, как встали, байдарку сели
заштопывать. Тут Юру совесть замучила; призвал он  для  полноты
панорамы  Лешу Руднева и Сережу Степанова, дал им иголки, нитки
какие-то, а сам процесс ремонта на пленку  запечатлевать  стал.
Ну,  в  кадр,  ясное  дело,  всем хочется. Тут и Дубовские дети
набежали, и Лена моя кругом суетится, чай наливает.  Позировать
стали,  Юра  их  под  освещение  оптимальное  расставляет,  сам
комментарии  наговаривает...  Увлеклись  они,  в   общем,   про
байдарку  забыли.  Так  я  ее  в  одиночку  до  самого  обеда и
ремонтировал.
     Часов в двенадцать выплыли, разогреться не успели -- дождь
начал накрапывать. А  тучки  такие  кучерявые,  капли  крупные.
Примерно  как  вчера,  ливень. Ну, думаю, ерунда, через полчаса
кончится. Тем более,  что  перед  дождем  сквозь  туман  солнце
проглядывало.  И  то сказать, пяти миль не прошли, неужто снова
на берег? Плывем, не останавливаемся.
     И правда, через полчаса дождь этот кончился. Пошел другой,
капли еще крупнее и перерыва ни на минуту нету. Делать  нечего,
вставать  надо,  то  ли  обедать,  а  то и на ночевку совсем. А
места, как назло, одно хуже другого: ни дров нет, ни  от  дождя
спрятаться.  Наконец,  Боря  углядел  одну  полянку,  почти  на
берегу. С одной стороны к реке обрывчик, метр  с  хвостиком,  с
другой  осыпь  лежачая. По краю осыпи две березки, как воротца,
поставлены, а между ними след от костра и даже  дрова  сложены.
Красиво,  ничего  не  скажешь. Сам бы я, правда, не встал, елки
поплыл искать, но тут к нам с Борей остальные капитаны вылезли,
все, говорят, останавливаемся! И правда, давно пора.
     Натянули  мы  тент, палатки поставили, за дровами на осыпь
слазили, -- благо, оттуда они самотеком валятся. Обед  сварили,
покушали,   а  дождь  все  не  кончается  и  не  кончается!  По
справедливости, я так понимаю, одно из двух: или  сильный,  или
надолго. А тут каждые пять минут с тента ведро воды собираем, и
чем дальше, тем хуже.
     К  вечеру  вода  в  реке  почернела  и подниматься начала.
Честно сказать, она и раньше была немаленькая, разлив такой  не
каждый год случается, куда уж выше-то! Ну думаю, напророчил нам
Леша, хрен теперь расхлебаешься. Воткнули у берега палку, стали
сантиметры мерять. Чуть пониже валун здоровенный из воды торчал
-- глядь, нету уже. Остались Боря с Юрой по  очереди  дежурить,
остальные  спать  легли.  А Лене моей всю ночь кошмары снились,
что мы в пустыне в под Оби-Гармом сидим и воды ни капли нету.
     На  рассвете слышим -- дежурные костер греют, не затопило,
значит, еще. Даже завтрак успели сварить.
     А  вода  за  ночь больше чем на метр поднялась, до палаток
один хвостик остался. Зато вещи далеко носить  не  надо,  лодки
грузить удобнее. И дождь вроде ослабевать начал.

     Собрались,  поплыли.  По  реке  пена  идет,  бревна  через
пень-колоду с корягами.
     Сверху  моросит  чуть-чуть,  но  тепло. Гребем, по берегам
пещеры высматриваем. Даром, что ли, мы два конца веревки везем,
обвязки всякие с фонарями и для съемок полкило плекса? Его Леня
Янин нам прямо в поезд принес. Сам не поехал, а плекс на всякий
случай отправил. Чтоб если мы вдруг пещеру какую новую откроем,
с алмазами или например кладами, тоже,  значит,  к  этому  делу
примазаться.  А  то  в прошлый раз на Чусовой его так обломило,
что он даже драгоценные камни с собой в Москву не взял.
     А   в   описании-то   ясно  сказано:  "пещер...  множество
неоткрытых, а известные -- хорошо  замаскированы".  Не  дураки,
видать,  открывали.  И  то  верно  -- открыл пещеру, замаскируй
сразу же, чтоб  другим  неповадно  соваться  было.  Может,  там
золото спрятано!
     Еще   в   первый   день   видели   мы  пару  пещер  таких,
замаскированных. Прямо посередине  скалы  огромной.  Одна  чуть
пониже  над  водой, другая повыше. Вход типа грота, метров пять
шириной и в высоту чуть поменьше, и оба прямо на речку смотрят,
издалека  видно.  А  только  все равно не залезешь: снизу скала
мокрая идет, метров двадцать подниматься надо, а сверху  вообще
отрицаловка,  даже  по  веревке  не спустишься. Разве только по
полочке сбоку забраться, если  перила  навесить.  Но  мы  тогда
останавливаться  не стали, -- погода не выдалась, да и детей по
перилам не очень удобно в пещеру тащить. Думали, уж  чего-чего,
а такого добра у нас впереди будет достаточно.

     А  только вот нет больше на Зилиме пещер, и все! Даже мест
подозрительных не видно. Пещерам, им что нужно -- чтобы  массив
карстовый,  плоскогорье для водосбора побольше, и все это прямо
к реке разгружается, только не под водой, а повыше, чтоб ходить
не  мешало.  Хорошо  еще,  когда из пещеры ручеек течет и ветер
холодный  дует.  Ручеек-то  пещерный  весной  по  чистой   воде
завсегда отличить можно!
     Но  нет  ручейков  подходящих, даже скал закарстованных не
видно.
     Вдруг  смотрим  --  есть впереди такая скала, справа грот,
слева дырочка, а напротив на берегу кострище и банок консервных
видимо-невидимо.  Ну, думаем, точно, спелеологи стояли, пока по
пещере   лазили,   полтонны   тушенки   сожрали.   А    дырочка
подозрительная  такая, осыпь из нее идет и ручеек капает, и все
это между двумя здоровенными каменными массивами,  как  раз  по
трещине открывается.
     Остановились,  обед  варим,  на  ту сторону Боря с Юрой на
разведку  поплыли.  Чуть  на  скалу   не   наехали,   в   улове
развернулись,  на  осыпь  залезли. Нет, говорят, не пещера, это
никакая, так, гротик. Вот думаю, спелеологи, чудаки: месяц  тут
жили,  не  разобрались,  а  Боря  с  Юрой  за  пять  минут  все
провычислили. А может, и была там пещерка-то, да  замаскировали
они ее хорошо...
     Но  тут,  как обычно, дождь пошел, не под дождем же плыть!
Растянули  тент,  палатки  поставили,  дров   напилили.   Банки
консервные в ямы упаковали. Заночевали, в общем.

     Утром  солнце  как  выглянет,  как  рассветет!  А  мы уж и
забыли, как оно выглядит. Я с детьми на  другой  берег  поплыл,
хотел  на  вершину скалы в обход выйти. На гребень поднялись, а
там за ним опять речка наша течет, только в другую  сторону!  И
скала  вся -- с полтапочка шириной, откуда в такой пещеры. А на
вершину не вылезли -- гребень острый, и без страховки опасно.
     В  девятом  часу  вышли.  Скалу  кругом  обогнули,  на той
стороне пристали. Там тропинка на самый верх  идет17,  панорама
чудесная, и на небе ни облачка. Скала эта Мамбет называется.
     Дальше знаменитые толпаровские скалы пошли. В описании про
них много красивого сказано, мы невесть что ожидали  встретить.
Юра  камеру  распаковал,  то  в  одну  сторону  посмотрит, то в
другую... А стена оказалась так себе. Стоит такая  вертикальная
махина   и   прямо  в  воду  уходит.  Если  заранее  не  знать,
впечатление, может, больше бы было. И течение под ней не  такое
уж  сильное,  пристать  можно. Только не нужно, там наверх даже
альпинист не вылезет. А  вот  камнем  по  голове  вполне  может
трахнуть.

     Борю   так   скалы   разочаровали,   что  он  себе  другое
развлечение придумал.
     А  может, просто традицию нарушать не захотел. Сколько я с
Борей плаваю, еще ни разу  он  без  купания  не  возвращался18!
Экзотики  ему,  что  ли,  не  хватает?  (И правда, какой уж там
оверкиль в домашних условиях).  Зато  остальные  экипажи  могут
спать  спокойно.  Знают,  если  кому  и  суждено  в этом походе
окунуться, Боря -- не подведет!
     В общем, только мы за угол повернули, слышим, сзади тишина
подозрительная какая-то. Пристали, ждем-с... А байдарки Бориной
не  видно,  только  весло  одинокое плывет... Хорошо, у нас еще
дети из лодки не вылезли, мы через речку сплавали и  Оля  весло
поймала.
     Про  оверкиль  у нас еще в поезде разговор был. Юра сказал
тогда, что переворачиваться лучше  в  сухую  солнечную  погоду.
Сегодня  как  раз такое утро и было. Первое за весь поход и, на
его  счастье,  последнее.  Кильнулись  они,  правда,  у  самого
берега, на стремнине поостереглись. А отстал Боря, оказывается,
специально,  чтоб  мы  не  подумали,  будто  они   на   публику
отрабатывают.  Нет,  не  показухи  все это для, но по глубокому
внутреннему побуждению...

     Вернули  мы  им  весло,  останавливаться не стали, поплыли
дальше. Скалы исчезли скоро,  в  реке  подпор  чувствуется.  По
малой  воде,  наверно,  есть  в этом месте что-то. За поворотом
хутор увидели, а  вот  и  Толпарово.  Моста,  разумеется,  нет,
дорога речку вброд переходит.
     Напротив  поселка  остановились  обедать.  Чуть  пониже на
плетень из  Бориной  байды  вещи  повесили,  подсушиться,  сами
сухари-пряники перебрали, которые чуть подмокшие, съели. Женщин
с детьми на ту сторону перевезли  хлеб  по  домам  выпрашивать.
Течение  ровное, но несет круто: даже вдоль берега на веслах не
поднимешься. Чтоб на другую сторону переплыть, надо  сперва  на
бечеве  лодку метров сто вверх протащить. Хорошо, нам много раз
не пришлось плавать: в два рейса фуражиров туда перевезли,  еще
два  -- обратно, и потом еще разик за курткой сплавали, которую
Леша Озеров на берегу забыл.

     Пока обедали, дождь начался. Это все я, дурак, виноват. Не
иначе, от Руднева заразился! Меня Аня накануне  спросила,  мол,
будет  сегодня  дождь  или  нет.  А  я сгоряча и ляпнул, что до
обеда, мол, все нормально, а там -- как сложится. Лучше  бы  не
обедали!
     И  ведь  не первый раз уже нарываюсь! Нет бы хорошего чего
наобещать, так ведь оно, может, еще и не сбудется.  А  вот  как
насчет  потопа,  дождя или пешки, тут уж сливай воду, приплыли.
Да,  прав  был  Александр  Аркадьевич:  воистину,  молчание  --
золото!



     Чуть  отплыв  от  поселка, заночевали на правом берегу меж
вековых елок. Тогда мне эта стоянка  самой  уютной  показалась.
Дров  -- завались, лес приятный и у костра, пока дождя сильного
нет, в сухости стоять можно. Да и к воде выход удобный.  Родник
бы,  правда,  еще,  но  умыться  и из реки можно, а для еды нам
того, что с тента течет, хватает.
     А  вот отчет сел писать -- и вспомнить не могу, где же это
мы в тот день ночевали? Быстро  к  хорошему  привыкаешь,  и  не
замечаешь,  пока  оно  есть.  Прав  все-таки  Боря, в уральском
маршруте главное -- экзотика!

     Вечером  и  всю  ночь ливень без перерыва лил. Вода в реке
опять прибывать начала, но теперь у нас два метра запас был,  и
вообще  в  елках  как-то спокойнее: не пойма (пусть и высокая),
терраса все-таки. Наутро погода чуть успокоилась: тучи  низкие,
плотные,  но  дождя  нету,  так,  моросит  едва.  Собрались под
тентом, погоревали-погоревали, поплыли. Тучи  все  ниже,  ниже,
вдруг из-за поворота жаром как обдаст! Чтобы вода в двух речках
на десять градусов отличалась, это мы  уже  проходили  (Аллоль,
Великая,  плавали  -- знаем), но чтоб воздух, да вот так резко?
Не иначе, теплый фронт идет.
     На  Чусовой  тоже как-то в позапрошлом году случай был, за
два часа среди бела дня температура градусов на  десять  упала.
Но  там  хоть  дождь  с градом прошел, когда холодный фронт нас
пересекал, а тут на ровном месте, и всего за минуту!
     Стали  мы  теплому фронту навстречу грести. А только речка
почти  сразу  в  обратную  сторону  повернула.  И  вместо  чтоб
приблизиться, мы от этого фронта уплывать стали.
     Скоро Зириклы показались. Остановились, перекусили, дальше
разбои пошли. Вода через  лес  хлещет,  елки-палки  плывут,  но
русло  основное все время видно. Потом речка вправо повернула и
в скалу уперлась; там на левом повороте  опять  валы  серьезные
были, а то мы уж про них и забыли совсем.

     На  левом  берегу (впервые после Толпарово) опять признаки
карста наметились. Вдруг перед глобальным  западным  поворотом,
на  самом  углу,  замечательная  скала  возникла: вся в дырках,
гроты один на одном и изо всех щелей наружу вода хлещет.
     Я  как завопил: "Пристаем!!!", и к левому берегу через всю
речку гребу. Подплыли, а вылезти из байдарок  не  можем:  вдоль
всего берега из воды стволы торчат, и глубина полтора метра. Но
мы  с  Рудневыми  кое-как  все-таки  выбрались:  у  них   байда
покомпактнее, повертлявее, а нам -- уж очень хотелось.
     Побежал  я  к  скале,  а  там  дырка  на  дырке,  щелюганы
сплошные;  внутри  в  глубине  слышно  ручей  бурлит,  и  ветер
холодный   со  свистом  тянет.  А  рядом  грот  сквозной,  если
пролезть, он с другой стороны скалы  открывается,  и  водопадик
сверху занавесочкой капает.
     Я  детям  кричу, сюда, мол, давайте, сам к лодкам пошел --
свет, снаряжение доставать. Сейчас,  думаю,  на  полянке  внизу
обед устроим...
     Только  тут  Леша Руднев меня внизу встретил и все надежды
отшил. Пока он издалека кричал, я думал он Катю  свою  одну  на
гору  лезть не пускает; а это он, оказывается, нам всем кричал,
чтоб возвращались. У Степановых на берег вылезти не  сложилось,
они  чуть  отплыть  хотели,  поудобней пристать чтоб, да только
течение их в момент  подхватило,  заверетело  и  с  глаз  долой
сгинуло.  А  там  лес,  кусты затоплены, в одиночку не то что к
берегу прорубиться, а даже на реку посмотреть страшно.
     Пришлось  Лене с Борей за ними на выручку плыть. А Рудневы
с нами остались, друг друга подстраховать, если что, чтобы. Тут
уж не до пещеры. Но детей мы все-таки в грот сводили. Когда еще
такое чудо в жизни увидишь?

     Бегом  туда,  бегом  обратно,  вернулись к лодкам.    Мы с
Леной по деревьям в  байдарку  перебрались,  два  весла  поверх
фальшбортов  до берега кинули, по ним дети влезли. Рудневы тоже
отчалили. А скоро и остальная компания проявилась: как  деревья
по  берегу  кончились, они там и пристали, сидят нас поджидают.
Уж какой я тогда вздорный был, что в  пещеру  не  слазили...  А
только   ведь   ерунда   это   все,   по  сравнению  с  мировой
революцией-то...

     Чуть  пониже  у  большого левого притока обед устроили. По
карте весь ручеек не больше сантиметра,  водосбор  два  на  три
километра,  и  снег  давно  сошел,  а  вода  прет, как бешеная.
Карстовый район, однако.
     Только пообедали, из-за реки туча выскочила. Черная такая,
здоровая... Порулила-порулила и к  нам,  будто  ее  наш  приток
магнитом  притягивает.  Пришлось  опять  тент  ставить,  ливень
пережидать.
     К  вечеру  доплыли  до  Киндерли. Там по карте петля такая
огромная, потом левый поворот характерный, и уже за полчаса  до
Победы  утесы  по берегам вверх на полкилометра стоят и дырки в
них, как от Тунгусского метеорита,  зияют.  Теперь  бы  главную
пещеру не проскочить!

     Подплыли  ближе,  смотрим,  на  берегу народ стоит и ручей
этот, Большая Киндерля, справа впадает.  А  вода  в  нем  такая
чистая-чистая...
     Сразу за Большой Киндерлей на правом берегу площадка есть,
обалдеть можно: над рекой метра четыре, вся ровная, широкая,  и
с  западной стороны от ветра стенка скальная ее закрывает. А на
площадке катамаранщики лепешки типа оладьев пекут!

     Боря  к  ручью  самый  первый  подплыл,  хотел  про поляну
расспросить, где нам расположиться лучше. А  только  там  сразу
после  ручья, прямо возле стоянки в реке камень торчит обливной
огромный  и  вода  через  него  водопадиком  перекатывается.  И
погода,  как  назло,  опять  проясняться  начала.  Ну, Боря про
поляну забыл и сразу прямо на этот камень пошел.  Прыгнули  они
через него и исчезли.
     Но   мы  с  Леной  этого  не  видели  всего.  Через  речку
траверснули, выше камня зачалились. В  лагерь  вылезли,  стоим,
ребят  --  они  из  Набережных  Челнов  оказались -- про пещеры
расспрашиваем. Они нас чаем угостили, лепешек с вареньем  дали.
Место,  говорят,  где  все  живут обычно, отсюда в полкилометре
ниже,  и  там  на  поляне  кемпинг   огромный   строится,   для
интуристов.  А  если мы отдельно хотим, так тут сразу за скалой
площадочка неплохая есть. Метров еще сто проплыть надо.
     А  команда  у  них  -- сплошные школьные учителя, обалдеть
можно! Там в Набережных Челнах,  оказывается,  в  каждой  школе
урок   такой  есть,  туризм.  Вот  детям  раздолье!  И  куда  у
преподавателя душа лежит, тому он детей и учит. В  одной  школе
--  водники,  в другой -- горники, а где-то и пещерники есть! А
здесь  у  них  "встреча  на  Рейне":  катамаранщики  по  Зилиму
приплывают и спелеологи их в "Победу" водят. Вот устроились-то!
     Пошли  мы  к  байдарке  спускаться.  Тут  Лена камень этот
огромный увидела. Пена летит, вода ревет,  а  сразу  за  камнем
ближе  к  берегу другие валуны торчат и из кустов стволы всякие
сучковатистые таращатся. Пять дней плавала  --  ничего,  а  тут
впервые  на берег вылезла, и сверху, как это выглядит, увидала.
     -- А это, говорит, это у вас что такое?
     --  Да так, камень какой-то. Тут, кстати, только что байда
чья-та шарахнулась, не ваша случаем?
     Тут  мы  про  Борю  с  Юрой  и  вспомнили, что они, вроде,
впереди нас плыли. А у них в гермах  --  спальник  наш,  топор,
котелки привязаны... Да и Лешу Озерова, молодого совсем, жалко.
     Оставили  мы  детей через скалу по берегу идти, сами пошли
байду нашу вокруг камня перегонять. Течение свистит, два гребка
сделали  --  глядь,  уже полречки слева осталось. Нос чуть-чуть
влево приняли, и пока лодка  инерцию  не  потеряла,  уже  сзади
камня  опять  к  своему берегу подошли. А там и остальные лодки
причалили, Борину байду разгружают.  Они  с  Юрой  не  утонули,
оказывается,  -- у них спасжилеты были. До берега уже под водой
догребли, на кусты выбросились.
     А  берег  --  просто ужас какой-то: из воды глиняный обрыв
торчит,  от  ватерлинии  метра  по  полтора   в   обе   стороны
вертикальный,  весь  склизкий,  а в остальных местах топкий. Да
кругом деревья в воде стоят и к этой гадости опять же  подплыть
мешают.  Хорошо  хоть,  кусты  подводное  течение  тормозят, за
стволы удержаться можно.
     Нашли  все-таки мы одно место, где у воды корень из обрыва
застрял, и даже байда туда до него своим ходом пристать  может.
Встали  друг  к  дружке,  вещи  по  цепочке  перекидали, начали
лагерем обустраиваться.



     Вечером  мы с Борей ко входу в пещеру на разведку сходили.
Туда по горке через скалу тропиночка такая идет,  от  воды  вся
раскисшая.  И  еще  одна  --  от  Набережных  Челнов, а у ручья
Киндерлинского  соединяются.  Потом  в  Киндерлю  слева  ручеек
небольшой  впадает, и тропинка через него сразу на склон лезет.
Ко входу поднялись, сели.
     Пейзаж  вокруг  -- фантастический. Такого я еще никогда не
видел. Разве только по  телевизору,  на  четвертом  энергоблоке
сразу после аварии.
     Вдоль  всей  горы  и  у  входа -- обломки, остатки, грязь;
изолента, пакеты, банки; батареи разбитые; пластиковые  баллоны
раздавленные, вонь как в общественном туалете и все это стеклом
битым посыпано. Если субботник устраивать, месяц работать надо.
Не  стали  мы от такого ужаса в пещеру заходить, сразу в лагерь
вернулись.

     Девятого,  в  день  "Победы",  как обычно, в шесть встали.
Леша Руднев остался новичков  инструктировать,  а  мы  с  Борей
ледяную горку пошли разведывать.
     Горки   такие   по  всему  Уралу  в  пещерах  очень  часто
встречаются.  Даром,  что  на  улице  --  жара  и   температура
среднегодовая  плюс восемь градусов. Оказывается, когда зимой в
пещере теплее, чем на поверхности,  ледяной  воздух  через  нее
снизу  вверх  тянет  и  около нижнего входа все стенки скальные
вымораживает. А летом ветер по пещере наоборот дует, да  только
пока  он  с  самого  верха  до  нижнего  входа  дойдет, от плюс
тридцати до плюс четырех охлаждается и  отогреть  нижний  выход
обратно  не  может.  А  влажность-то сто процентов, вот иней на
стенках всю весну  до  лета  и  осаждается.  К  осени,  конечно
немножко  подтаивает,  ну на то он и ледничок, чтоб таял. И чем
климат  кругом  континентальнее,  тем  лучше  вся  эта   машина
работает.  А  рассказал  нам  все  это из МГУ-шной спелеосекции
Булат Мавлюдов, когда мы  с  ним  лет  десять  назад  на  Памир
ездили.  И так нам этот пещерный лед понравился, что мы потом с
ним еще и в  Кунгуре  были,  пока  окончательно  в  Душанбе  не
переселились.
     В пещеру пришли, а там из ледника железные штырьки торчат,
к ним веревочка с узелками прицеплена, чтоб держаться на спуске
удобней было. А лед-то ползет везде по-разному, так в некоторых
местах веревочка эта, десяточка, вся на кусочки  полопалась,  а
там  где  она  попрочней  вышла,  штыречечки  эти вдоль ледника
изогнулись, как ежи противотанковые,  и  навстречу  торчат,  --
одна  радость,  что  не  заточены.  И  ступени старые все льдом
затекли.
     Делать   нечего,   связались,  спустились  с  попеременной
страховкой, от штырьков по-дальше. Крутизна-то у горки -- всего
15 градусов, и через каждые пять метров площадки горизонтальные
со  сталагмитами...  А  говорят,  в  прежние  времена  какая-то
компания  тут  вниз  укатилась  и  выбраться  потом  не  могла.
Странные люди. Если уж вдоль стены по рантклюфту не прошли, кто
мешал камень поострее найти и ступеньки выдолбить?
     Дальше,   действительно,  зал  начался.  В  нем  сталагмит
гигантский и влево ход интересный, через  вертикальный  колодец
насквозь проходит и в противоположную стенку дальше идет. Жаль,
залезть некогда было.
     А  по  главному  ходу если идти, там лестница стоит старая
деревянная, гнилая уже. По ней  метра  три  вверх  на  уступчик
поднимаешься   и  там  дырочка  аккуратная,  железной  решеткой
заделана, с дверцей, но замка нету.
     Пролезли  мы дальше, видим колодец. Вниз -- бутылка, и как
только тут "на одном жумаре идут"? А влево, по полочке,  перила
навешены,  там  камин  метров двенадцать, свободным лазанием (в
распоре) в оба конца проходится. Мы,  конечно,  его  с  верхней
страховкой  лезли. Спустились, поднялись и сразу бегом назад, в
лагерь -- завтракать.
     Там  уже  детская  команда  к  выходу  приготовилась.  Все
проинструктированные, в обвязках, с  фонариками,  вместо  касок
шапки  шерстяночки. Забрались в пещеру, веревку повесили, стали
детей спускать. Штук пять спустили -- смотрим, медленно  что-то
получается. Тогда я сразу двоих к себе привязал, сам по веревке
пошел, они возле меня бултыхаются, и все уже мокрые, то  ли  от
льда,  то ли от счастья. Чудом спустились, не разбились. А ведь
не мудрено с такими родителями!
     Из  всех  детей только Петя с Пашей ответственные товарищи
оказались. Чем это все нам грозит, поняли.  Куда  вы,  говорят,
лезете,  там же темно не видите что ли! (А в том-то и дело, что
не видим. Было б  светло,  ни  за  что  б  не  полезли).  Потом
вспомнили,  правда, как их маму в байдарке волной накрыло (а то
ишь, распелась!), а папу не накрыло,  и  решили  справедливость
восстановить. Выбрали щель поуже, залезли и как будто от страха
давай папу на помощь звать, чтобы, значит, посмотреть,  как  он
там,  между камней, застрянет. А только папа у них тертый калач
оказался, как крики услышал, сразу наверх  припустил.  Пришлось
всем за ним бежать, веревка-то одна, еще унесет, пожалуй.

     После  обеда  в  третий выход пошли. Кроме нас с Борей, --
Лена моя и мужики Дубов-ские. Они в прошлый раз не ходили, силы
берегли, это только мы с Борей как заводные.
     Эта  команда посильнее прошлой была. Дубовские, правда, по
веревке не ходили раньше, а на перилах-то посередке перестежка,
и  страховка  еще  сзади  болтается,  мешает.  В общем, на один
колодец часа полтора угрохали.
     Дальше  колодца  пещера  почти  на восемь километров идет.
Ходы огромные, залы гигантские. А только чтоб туда пройти, надо
зальчик  один пересечь, с лужицей. А в лужице вода поднялась, и
глубина в  ней  теперь  метра  два  стала.  Но  нам  соседи  из
Набережных  Челнов  подсказали,  что  вокруг  лужицы по полочке
обход есть.
     Сходили  мы  на  правую  полочку. Она над лужицей метрах в
десяти идет, а потолка все равно не видно. И лезть с нее  куда,
тоже не видно.
     Пришлось   нам   обратно   спуститься,  на  левую  полочку
перелезть. Там, действительно, след натоптанный  идет  и  через
карниз  дальше  перебирается.  Глянули  мы  с  Борей на карниз,
подумали, и решили назад возвращаться. Пролезть-то  через  него
можно,  а только лететь далеко, и для нашей команды обязательно
надо перила вешать. Пока повесим, пока  пролезем,  еще  минимум
час  потеряем, да обратно столько же; а выход у нас всего-то на
восемь часов рассчитан был.
     Зашли  в  залу  какую-то,  перекус съели, обратно в том же
порядке вернулись. На колодце челнинцев встретили. У них  орава
--   человек,   наверно,  тридцать,  так  чтоб  друг  друга  не
тормозить, они в пещеру десятками ходят.  В  каждой  группе  --
два-три  инструктора,  вниз  остальных  по веревке в спортивном
стиле спускают, а обратно, вроде, на руках  вытягивают.  А  нам
оно к лучшему -- камин свободный, и ждать друг друга не надо.
     Дошли   до  решетки,  она  опять  не  запертой  оказалась.
Говорят,  уфимские  спелеоинструкторы,  когда   внутри   народа
побольше  соберется,  решетку  эту  на  ключ  запирают,  и  без
топосъемки обратно никого не выпускают (а иначе откуда бы у них
в  Уфе карта пещеры взялась?) Мы поэтому когда из Москвы ехали,
компасы с собой, пикетажки взяли, шнур мерный разметили. Был бы
у  нас  еще  день, обязательно что-нибудь бы отсняли, в учебных
целях. Но только из-за дождей мы этот день  в  палатках  вместо
пещеры провели, даже спорториентированием не позанимались.

     В лагерь примерно к девяти вернулись, на час раньше плана.
Дежурные нас вместо ужина каким-то тортиком  покормили.  Сережа
гитару достал, опять песни пели, еще и Ане с Леной досталось. А
я в палатке лежал, задние ноги отдельно. Устал видать сильно.



     Утром  встали  пораньше,  сегодня же уехать чтобы. Поплыли
все вместе, только мы с Леной  подзадержались,  пока  в  лагере
уборку  делали.  Смотрим -- остальных уж и след простыл. Только
на выходе из гор Борю с Юрой заметили, они у берега  стояли,  а
как нас увидели, сразу вперед припустили.
     Гляжу,  Боря  влево  пошел,  а  там,  вроде, русло главное
вправо поворачивает. Ну, думаю,  сейчас  мы  его  обгоним  и  к
основной  бригаде  раньше  всех  присоединимся.  Свернули мы по
потоку, от острова вправо, потом русло еще вправо ушло,  стенка
там  скальная красивая, раз, раз, деревни и след простыл, поля,
луга кругом, а слева до горизонта степь расстилается!  И  моста
через  речку  не  видно,  а  мы  собирались  около  него насчет
автобуса узнавать... Тут я сообразил только:  говорили  же  нам
соседи,   что  они  своих  спелеологов  через  Зилим  на  катах
перевозили, из-за того что мост в деревне размыло! Вот,  значит
и  приплыли:  пока мы путь экономили, остальная бригада (они-то
не знают, что мы по реке впереди давно) уже,  наверно,  автобус
нашла, байдарки собрала и из Имендяшево в Уфу едет.
     Причалили  мы  к  берегу,  влез я на горку какую-то, карту
достал (а раньше посмотреть некогда было). И  точно,  по  карте
Зилим  в две протоки делится, и левая, которая через Имендяшево
идет,  километров  на  пять  длиннее.  Нечего  делать,  поплыли
дальше,  где русло снова в одно место соединяется. Течение, чем
в горах, поменьше стало, но несет все равно здорово, оглянуться
не  успели  --  уже  Акташево.  Там  мы  из  байдарки  вылезли,
поразмяться, о своем житье-бытье поразмыслить. Вдруг смотрим --
плывут наши! Не сложилось у них, видать, с автобусом чтой-то.
     Подплыли  к  Юлуково,  там  мост  через  речку капитальный
стоит. Леша Руднев карту достал, нет, говорит, не Юлуково  это,
дальше  плыть  надо.  А мне только того и надо -- я, минимум, с
Красного Зилима уезжать хотел,  а  будь  моя  воля,  так  и  до
станции  поплыл  бы.  А  то как знать, здесь вылезешь, байдарку
разберешь и сиди неизвестно сколько. Нет уж, лучше во  всем  на
себя полагаться.
     С другой стороны, мост-то, вроде, хороший, и лес за мостом
приятный. Будь оно и не Юлуково,  а  вылезти  бы  узнать  надо.
Вышел  я  на  шоссе,  остановил трактор гусеничный какой-то. Он
по-русски только одно слово  знает,  "стакан",  ну  и  еще  как
наливать,  показывает.  Но  про автобус сказал все-таки, что он
отсюда два раза в неделю в Красноусольск  ходит,  и  вот  вчера
вечером ушел только.
     Боря как про автобус узнал, все, говорит, останавливаемся!
Вот странный человек -- в Красноусольске мы только на днях были
и   выехать  не  могли,  ради  чего,  собственно,  мучились?  А
Степановым обязательно двенадцатого  в  Москву  надо.  Нет  уж,
думаю,   лучше   в   Красный   Зилим   плыть:   район  там  уже
Архангельский, и автобус точно на станцию ходит.
     А  Зилим  и  здесь  красивый:  леса, луга, по берегам кони
полудикие ходят... И про населенку нас зря  пугали:  место  для
лагеря  вполне найти можно. Правда, к обеду ветер поднялся; так
бы мы в час километров  по  двадцать  делали,  а  против  ветра
пятнадцать едва получается.
     В  первом  часу, наконец, до Красного Зилима дошли. Если б
время зря не терять, могли и раньше доплыть. На  правом  берегу
там  поселок  на  горке стоит, а на левом -- лужайки зеленые, и
все полноводной рекой затоплены. Боря у  самого  моста  пятачок
нашел  какой-то, три на четыре, а мы с Рудневыми еще метров сто
от реки проплыли и там на  зеленой  травке  устроились.  Солнце
жарит, ветерок обдувает -- все время бы такую погоду!



     Юра  в поселок сходил, с машиной до Приуралья договорился.
Вечерний автобус на станцию в пять идет, но до  него  от  моста
пешком почти километр, и непонятно, как влезем. А до Уфы нас не
повезли, здесь, говорят, на электричке проще доехать.
     На  станции мы еще одну глупость сделали. Там касса только
перед приходом поезда открывается, ну мы почти час на рельсах и
просидели.  А  надо было к дежурному кассиру сходить, она б нам
прямые билеты до Москвы выписала, тут такое без проблем делают.
Только  работа  эта  небыстрая,  и за полчаса перед электричкой
никак не получится.
     По  пути  электричка  через  Белую  переезжает,  и прямо у
самого  моста  останавливается!  А  мы-то  боялись,  что  ближе
Карламана станций нету. Нам бы, чем в Приуралье мучиться ехать,
еще два часа до Прибельского проплыть и  в  эту  же  электричку
сели б. Сотни б три сэкономили и удовольствия взамен сколько! С
другой стороны, на пятикилометровке станция эта не  обозначена,
и течения в устье, говорят, нету...
     В  Уфу  электричка  за  пару  часов до поезда приехала. На
самый удобный, 244-й, билетов, конечно, не было.  Он  в  Москву
утром  после праздников в первый рабочий день приходит. Прямо в
вокзале постелили  коврики,  спальники,  детей  уклали.  Мужики
дежурить  остались.  В  два  ночи  в кассу билеты на проходящий
челябинский дали, на нем и уехали.

*    *    *



В туризме, как и везде, бывают аксиомы. Майский поход 1997 года
на реку Зилим стал торжеством аксиом:

УРАЛ  весной  --  это  набор  из:  пешки  по грязи, бродов выше
колена, рек с валами на месте летних шкуродеров, наводнение,  и
конечно пещеры.

Все  это  было  у нас в спортивном походе на Инзер-Лемезу много
лет назад, и полностью повторилось в походе с детьми 1997 года,
хотя  и в несколько уменьшенном (или увеличенном -- как пещера)
виде.

     И это было хорошо.



     Много  лет много поколений туристов наступает на одни и те
же грабли -- кратчайший путь не тот, что  короче  на  карте,  а
тот, по которому быстрее или легче пройти (проехать). Ни одному
туристу не придет в голову идти по горам  через  вершину,  если
рядом  есть  перевал  (если  он, конечно, не ставит эту вершину
своей целью), все знают, что путь  по  тропе  короче,  чем  без
тропы,  но  почему  то  все  время  забывают, что на подходах и
отходах путь без пересечений границ  районов  всегда  короче  и
проще  (и дешевле, кстати), чем путь через 3 границы, даже если
он нарисован на карте. Мы про это тоже забыли -- и в результате
получили  интересные  (для  детей),  но  абсолютно  неграмотные
подходы к реке -- заехали через Гафурийский (а по пути -- еще и
Ишимбайский)  район  для  того, чтобы попасть в начальную точку
маршрута, лежащую в  Белорецком.  Я  бы  вводил  категорийность
подходов  -- и наш вариант получил бы не самую слабую оценку за
сложность.

     Зато  на  выходе  --  эту  границу  района можно было даже
пощупать, она ну  просто  выпирала  в  небо  (в  виде  красивой
горки), а пейзаж на берегу реки после ее пересечения поменялся,
как по волшебству. Да здравствует  географическая  карта  --  и
обязательно с границами (районов и областей) на ней!



     Абсолютно  правильно  --  у нас было все, что может быть в
сложном  походе,  но  в  уменьшенных   масштабах.   Наводнение,
например  --  не  7  метров  в  день, как на реке Ципа (судя по
отчетам), а всего метр; весенние валы -- не  3  метра,  как  на
реке  Уба  (сам  видел), а всего-то метр, и так во всем. Еще бы
оттуда клещей убрать.

Одним  словом,  хвала  руководителю  (особенно за то, что нашел
этот маршрут), слава завхозу,  а  все  остальное  пусть  скажут
дети.

	По-моему, они остались довольны.




1 Во вторник-среду мне можно позвонить 254-90-35.

2 alex@relcom.ru

3 400 грамм, взятых для ухи, не пригодились за отсутствием рыбы

4 100 грамм осталось

5   Мы   ехали   самым   дешевым   поездом  из  всех  возможных
(пассажирский, плацкарт). Постель стоила еще 12 тыс.руб. Скорый
плацкарт  (как  и  пассажирский, купе) стоили бы около 260 т.р.
Разница в цене туда и обратно объясняется подорожанием билетов.

6 Рыжавский Г.Я. По Каме и ее притокам. М.: ФиС, 1986. 240с.

7  Республика  Башкортостан.  Общегеографическая карта, масштаб
1:500000. М.: Роскартография, 1996.

8  Обычно  из  Москвы  туда  едут через станцию Инзер, там часа
через два --  поезд  Уфа-Сибай  до  станции  Улу-Елга,  там  --
узкоколейка до Зигазинского и дальше еще 3-4 км пешком.

9  Более-менее  серьезный  водный  опыт  был только у Рудневых;
кроме того, некоторые плавали Южный Буг.

10  Как и все остальное, отчет мы нашли на сервере у Мошкова. К
сожалению,   текст   там   исключительно   художественный,    и
технических деталей (река, заброска и т.п) почти нет.

11  В  Москве кассир упорно хотел отправить нас на другое Белое
Озеро, под Астраханью. Мы уж и  номер  поезда  ему  сказали,  и
ветку железнодорожную. Нет, говорит, такого поезда, и остановки
у него такой нет.

12  Элеватор  находится  в  1.5  км  южнее  станции  у переезда
основного шоссе через железку.

13  Ульянов Сергей, директор тур. фирмы КРУС. 453050, Башкирия,
пос.Красноусольск,  ул.Фрунзе  10.  Тел  8--(34740)   --215-95;
273-32.

14 Хотя старые грузовики есть здесь в каждом дворе, они почти у
всех не оформлены, иначе разоришься на налогах (они от возраста
машины  не  зависят). А транспорт нужен -- дрова, сено, бревна,
туристы...

15  Броды  66-я  преодолевала  с некоторым запасом, но не очень
большим.  До  вентилятора  оставалось  10-15см,  а  без   ремня
теоретически  можно  ездить и глубже, но я думаю, что будь вода
чуть выше, машину просто снесло бы течением...

16  Это  слияние  -- первое, обозначенное на 5-километровке; по
прямой до Шишеняка здесь 4-5 км.

17  Но  приставать надо не у правого поворота, как у Рыжавского
написано, а километром выше

18   Между   прочим,  без  Дещеревских  Боря  ни  разу  еще  не
переворачивался... И зачем он  только  везде  нас  таскает?  Не
ищет, видно, легких путей...

19 А.Руднев

20 Новичков -- но не чайников. В Мендиме, по дороге на реку, мы
узнали, что накануне  в  Красноусольск  привезли  из  Толпарово
труп.   Кто-то   недостаточно  серьезно  отнесся  к  порогам...
(прим.А.Д.).




   1. Дополнение к нашему отчету Зилим-97.
 Недавно  мне  пришел  mail  из  Красноусолька. Ульянов Сергей,
который помогал нам с заброской на Зилим, пишет, что  теперь  у
него  есть  почтовый адрес (uts@poikc.bashnet.ru) (Subject: FOR
ULIANOV S), по которому с ним можно связаться, и что  он  готов
организовать  заброску на Зилим от станции Белое Озеро до устья
Шишеняка примерно за 300 руб на ГАЗ-66. Хорошо бы включить  эти
сведения в наш отчет - может, кто воспользуется информацией?
   А вот текст его письма целиком:
                                               Алексей!
       Был  несказанно  рад  получить  твое  послание,  ибо сие
означает, что наконец-то появилась устойчивая связь тьфу, тьфу,
тьфу  боюсь сглазить, поскольку долго не мог найти возможность.
Большое спасибо друзьям.  Стоимость  заброски  с  Белого  Озера
(надеюсь ты помнишь, что это ж\д станция) к Шушеняку составляет
на сегодняшний день 280-300 руб. Понимаю, что это очень дорого,
но это связано с бездорожьем, жутким расхо-дом бензина по этому
бездорожью  и  аммортизационными  расходами  на  машину.   Есть
возможность  провести  летний лагерь для школьников, студентов,
либо другой категории молодежных групп. В зависимости от сроков
пребывания   будут   различные   цены.   В   случае   изменения
Интернетовского  адреса,   прошу   немедленно   ин-формировать.
Огромный  привет  Лене  и  всем тем, кто копал мой огород. Хочу
сообщить дополнительно, что на этом участке картошка  уродилась
особенно хорошей. До связи. Сергей.


Популярность: 19, Last-modified: Thu, 13 Aug 1998 12:41:16 GMT