---------------------------------------------------------------
 Дата написания: ~1986г.
 E-mail: vkosarev@it.ru,  koskin@mega.ru
 home-page: http://home.mega.ru/~koskin/
---------------------------------------------------------------




                                                "Что прошло
                                                то будет мило"
                                                   А.С.Пушкин

     Жена  одного моего хорошего  знакомого упала и долго билась в истерике,
когда  ее муж предложил проплыть на байдарке по Воре. По описаниям одного из
двух, оставшихся в  живых, очевидцев,  на  реке есть  единственное  глубокое
место, там, где в войну упала бомба.
     И не смотря на  предостережения,  отговоры и добрые  советы,  вроде тех
чтобы  пройти  маршрут, лучше не  собирать  байдарку, а  нести  упаковку  по
берегу, мы все-таки поехали.




     Раннее  утро.  Солнце  встало,  но  небо скрывает  его местонахождение.
Первым  моим  собеседником  после того,  как, выйдя  из  дома,  я  попытался
спрятаться от утреннего ветерка, надев на себя сзади упаковку,  а спереди не
меньшего  размера рюкзак,  оказался милиционер, задержавший меня при попытке
преодолеть железнодорожный мост.
     Он   долго  подозрительно  смотрел  на   меня,  затем   на   мои  вещи,
многозначительно  хмыкнул  и,  почесав  подбородок,  спросил,  глядя  поверх
рюкзака, где торчал мой лоб, покрытый капельками пота:
     - А что это, Вы, несете? - тыча  пальцем  в  упаковку, - какая марка, -
уточнил он, отражая глазами прибывающую электричку.
     - "Таймень-2", прохрипел я голосом, сдавленным с двух сторон.
     -  А почему одна  упаковка?!?  - его  лицо  не  отражало самодовольство
детектива,  раскрывшего  опасное преступление, а  скорее наоборот выказывало
его полное недоумение.
     Узнав в чем дело, он заулыбался, сообщил мне, что он тоже плавал лет 10
назад на "Салюте" и удивился, услышав, куда я  еду,  так как считал, что там
рек нет вообще.
     Его рассказ о том, где они есть, мне не пришлось дослушать, я уже летел
с моста, сшибая только что прибывших пассажиров.



                "Не встретишь препятствия
                - не преодолеешь его,
                не преодолеешь
                - не познаешь радости победы"

                             Известное выражение.

     Сойдя на намеченной станции, мы  пошли туда,  где по карте текла речка.
Увидев  мост и  немного воды,  мы обрадовались,  и стали  собирать байдарку.
Недалеко  от нас  мерно  постукивая и  периодически чинно покуривая, работал
кровельщик, видно привыкший работать по субботам.
     Очередной раз  покуривая, он подошел  к нам, где лежала,  уже собранная
байдарка. Оставалось загрузить запакованные вещи и спуститься на воду.
     - А до вас здесь, кто нибудь плавал? - спросил он, изучая нас с большим
интересом.
     - Кто знает?.. -  развел я руками и поглядел на  небо, -  мы собираемся
доплыть до Красноармейска.
     Кровельщик,  успев  пожелать   нам  счастливого  плавания,  истерически
захохотал, бросил курить, быстрым шагом дошел до своего рабочего места, взял
молоток и с остервенением бил  им раз в 5 чаще, пока мы не скрылись из виду,
проплывая видимо то единственное место на реке, где упала бомба.
     Река  ктастрофически мелела,  и  угрожая сплющить нас берегами, ударила
своим песком по дну байдарки.
     Преодолев мель мы, довольные собой и счастливые  от  преодоления первой
трудности, поплыли дальше отталкиваясь веслами от берега.
     Наслаждаясь легкостью движения, отцепляя весла от  водорослей, желающих
посмотреть на нас подольше, мы проплыли еще, не много.
     Огромная ржавая труба,  преградившая нам  путь, воможно  раньше служила
мостом,  но теперь под ней нельзя было проплыть и нельзя было по ней ходить,
дабы не убить того, который проплывал бы под ней, если бы под ней можно было
бы проплыть.
     50-ти метровый обнос по берегу оставил в полном здравии и нас и трубу.
     Странно, я всегда считал, что чем дольше плывешь  вниз по реке, тем она
становится более полноводной,  видимо  раньше  я был ненаблюдателен. У  меня
даже закралось  сомнение, что мы плывем  против  течения,  но  оно  довольно
быстро  рассеилось,  после  того, как  12-ть  бутылок  из под  вино-водочных
изделий гурьбой продемонстрировали нам свой путь следования.
     После  обноса завала река стала еще более живописной. в  ней  почти  не
было видно ни битых бутылок, ни обилия консервных банок, замысловатых ржавых
железок.  По берегам  росли  железобетонные  растения,  временами  кокетливо
нависая над водой своей арматурой.
     Нет, конечно  можно  было бы  обносить все препятствия по берегу, но не
желая  пассовать перед трудностями,  я  стал пилить  одно  дерево за другим,
временами   перетаскивая  байдарку  вместе  с  матросом  через  металические
кустарники, жалея о том, что не было под рукой ножевки по металлу.
     Да ..., хорошо бы брать  с собой в  поход и садовые  ножницы, поскольку
очень трудно срезать ножом густые верхушки  кроны дерева,  которое почему-то
перестало  держать равновесие  и упало "головой" в воду, ревностно оставаясь
корнями на том же месте, где и росло прежде.


                      "Соблазнять их тихими
                      радостями безмятежных,
                      неторопливых рек - напрасный
                      труд"

                             Феликс Квадригин.

     Счастье преодоления  препятствий  лилось нам  как из рога изобилия.  Мы
преодолевали  всевозможные завалы, заколы, затоны, чередующиеся с  залипами,
нависы  с зацепами. Им казалось  не было конца.  Впереди  уже  виднелись все
новые и новые зацепы, заколы, залипы с завалами, надкусы с защипами.
     Счастье дополнилось популярностью. На навесном мосту скапливались люди.
Все  они в  скорбном  молчании смотрели  в  одну точку.  И  только маленькая
девочка спросила свою маму, сильно картавя:
     -  А  фто? Эти дядя  и  тетя  ив  квуба сфятилфественников? Мама  молча
утирала слезу.
     -  Далеко же они уплывут, - заметил почтенный  старец, сняв, почему-то,
шапку.
     Заглядевшийся водитель  грузовика  въехал  в столб, но не кто, даже сам
водитель, не заметил этого.
     Я  с  ужасом  подумал,  что они  все прыгнут  разом,  когда  мы  станем
проплывать под мостом, или мост не выдержит и рухнет.
     Под  мостом  мы застряли.  Люди стали свешиваться  через перила,  чтобы
лучше видеть. Мост зловеще  заскрипел ..., застонал ..., завыл ... и наконец
... все обошлось.
     Когда река повернула, воды  как будто  прибавилось - наверное все  таки
рухнул.




     Ранний полудень. Небо оголубело, как ранней весной.  Мы сидели на суку,
точнее байдарка  под  нами  сидела  на  суку,  когда  нас  заметили  местные
аборигены, видимо  праздновавшие  все  утро,  какой-то,  им  одним  ведомым,
праздник. Их было трое. Один с топором, второй  в мокрых штанах,  а  третий,
хуже всех стоявший на ногах, просто спросил:
     - Вас снять?
     -  Да нет, спасибо, - ответил я, быстро хватаясь за кусты, рискуя стать
таким же как второй.
     Байдарка качнулась, сучек сказал:
     - Крак!
     - Ик, - произнес третий и мы немного проплыли, уткнувшись в кучу хлама,
служившего аборигенам мостом.
     - Если вы сломаете наш  мост, мы сломаем вашу лодку, -  мрачно  пошутил
тот, кому мост был уже не очень нужен.
     - Хорошо, - опрометчиво  согласился я,  и мы  вылезли  на берег. Третий
качался на мосту держась за байдарку. Я предложил ему свою помощь, глядя как
он, что есть дури, тащит ее из воды.
     - Да не надо, силушка-то есть у меня.
     -  Силушка  то есть,  -  задумчиво  произнес  я,  наблюдая  как  гнется
фальшборт,  -  Нет,  дай ка я все таки сам, боюсь кабы ты мост не  сломал, -
соврал я глядя, что он вот вот упадет в воду перевернув байдарку.
     Мы поменялись местами, и я,  что есть дури,  стал тащить байдарку через
мост.
     -  Зачем ты  ее на сук  то вешаешь? Сушить что ли собрался? - съязвил в
мокрых штанах.
     Я  неторопливо снял  байдарку  с  сука,  и мы  вежливо  отказываясь  от
предложения остаться  погреться у  костра, поплыли  увлекая за  собой  часть
настила.



              ~1986 г.

        P.S. Как потом оказалось, это была не река Воря,
             а ее приток Пажа, и сошли мы не на станции Абрамцево,
             а на станции Хотьково. Воды было мало.
             На следующий день мы пешком вернулись на станцию,
             с которой начинали.
             Забавно, что в начале 90-х довелось там побывать еще
             раз, но уже весной. Воды было почти столько же,
             но мы проплыли до Радонеж, это была совсем другая
             история и нас было 4-ре экипажа и с нами было много водки,
             а, как известно, стадо пьяных слонов преодолеет любой бурелом.

Популярность: 14, Last-modified: Tue, 16 May 2000 19:19:18 GMT