Вера Хвостова. 1996.

           Папа, хочу, чтобы кораблики покилялись!

           - А еще в походе были дети?
           - Ну что вы! Разве на такую речку можно брать детей!

                (Из разговора с участником похода Димой, 6 лет)


     Мы  говорили  всем, что едем на Кольский "половить рыбки и
размяться перед летним  походом".  Правда,  Корнет  был  твердо
намерен пройти оба водопада.
     Состав  группы  удивлял  своим разнообразием еще в Москве:
два    катамарана-двойки    (большая    и    поменьше),     две
каркасно-надувные  байдарки  (КНБ), три каяка и "Таймень-3". 12
как бы взрослых и один ребенок.  В начале июля на Кутсайоки  мы
застали  бурное  цветение  черемухи  и  брусники  и  невероятно
высокую воду. Голубые Озера, из которых вытекает река, - узкие,
в  скалистых  берегах,  соединенные еще более узкими протоками.
Возможно, в хорошую погоду озера на самом деле  голубые,  но  у
нас  было  пасмурно,  иногда  накрапывал дождь. В конце цепочки
озер справа впала вполне сплавная протока с большим падением  и
множеством   камней.  Детально  исследовать  ее  не  удалось  -
передовые лодки уже зачалились перед первым порогом.
     Порог  -  три  слива  примерно  1.5м,  2м и 1м - смотрелся
убедительно.  Решено было здесь же и ночевать.  Большая  двойка
первые  два  слива  прошла  успешно,  но  потом  раскрутилась и
сделала телемарк.  Однако  крик  восторга,  изданный  одним  из
участников  прохождения, тем не менее слегка заглушил шум реки.
Скорость  воды  в  пороге   позволяет   с   наслаждением,   как
полагается,  отклониться  назад  на  заходе в слив и вывеситься
вперед на выходе. Мы на второй двойке проехали следом  и  пошли
ставить палатку, не разгидриваясь, ибо собирался дождь.
     Первым  из  каякеров полез в порог Женя. В первом же сливе
он перевернулся, у него выбило весло,  и  дальше  он  плыл  под
каяком,  вниз  головой.  На ровной воде он вылез из-под каяка и
оказалось,  что  он  вполне  ничего.  Мы  опять  пошли  ставить
палатку. Однако тут же прибежала каякерша Марина и попросила ее
постраховать, "раз вы еще в гидре". "Уж если Женя вниз  головой
прошел,-  сказала  она,  - то вверх-то головой я пройду!" После
второго  слива  она  изобразила  потрясающую  кормовую  свечку,
отдышалась  в улове у левого берега и чисто прошла третий слив.
Мы опять взялись было за палатку, но тут воодушевленная  Марина
и  капитан  одной  из  КНБ  Серега  решили  прыгнуть в порог на
байдарке, "а раз вы еще в гидре...". Они проехали первый  слив,
а  во  втором  все-таки  залегли, причем Марина с лодкой уехала
вниз, а Серега завис на камне посреди  реки  и  тут  же  ему  с
берега  стали  давать  какие-то советы. После того, как их всех
внизу собрали, мы немедленно  переоделись.  Прохождение  порога
прервалось - до завтра.

     Утром  в  порог  выехали  Марч  и  Корнет.  На  страхующем
катамаране  с  энтузиазмом  ловили  рыбу,  изредка   равнодушно
поглядывая  на  порог.  КНБ  легла  в  первом же сливе, а после
второго все разъехались в разные стороны: лодка вниз, Корнет  -
к  левому  берегу, а Марч вовсе непонятно куда. Больше желающих
не было. Мы привязали к каждому судну по  воздушному  шарику  -
Дима  отмечал  в  этот  день  шестилетие  -  и  всей  компанией
переместились на 500 метров вниз.
     Второй  порог на фоне первого впечатляет не особенно: слив
на заходе, горка и в сужении второй слив и мощная сбойка струй.
Поэтому  туда  и  поехали  все  лодки,  кроме "Тайменя". Первым
кильнулся Корнет - на сбойке струй, затем там же  легла  КНБ  с
Марчом  и  Элечкой. С остальными как-то обошлось.  На этих двух
порогах определилась основная тактика прохождений: пороги шли в
основном катамараны и каяки. Пока каякеры бегали вдоль порога с
озабоченными лицами и  оценивали  прохождения  других,  пытаясь
понять,  что  будет  здесь с ними самими, экипажи лодок сновали
туда-сюда по тропе, обнося вещи и сами лодки. Наш местный юмор:
глядя  на  штормовку руководителя, кто- то произнес:"Что-то ты,
Марч, пообносился". Реакция была  мгновенная:"Так  ведь  обношу
все  время".  Особенно  жалко  было женский экипаж КНБ - Сашу с
Элечкой, они-то собирались идти на катамаране, но Марч  сказал,
что женской двойки на озере он не потерпит...
     Третий  порог почему-то называется "БСТ". Названия порогов
на Кутсайоки - это отдельная тема. Что такое это "БСТ", мы  так
и  не  догадались.  Надеемся,  что  это - что-нибудь хорошее, к
примеру, инициалы.  Составители лоции, опубликованной в журнале
"Спортивный  туризм",  дали  названия  даже  водопадам: первому
досталось имя "Оба-На", а  второму  -  "Маманя".  Первый  порог
называется  "Сомнительный".  Следуя  логике  авторов, так можно
назвать все пороги на этой реке.
     Итак,  "БСТ"  - скорее, мощная шивера, чем порог. Это было
первое препятствие, пройденное на всех  судах  штатными,  а  не
штурмовыми  экипажами.  Здесь дебютировали женский экипаж КНБ и
смешанный экипаж другой КНБ.
     На  левом берегу в конце порога мы обнаружили кучу вещей -
снаряжение, продукты, одежда.  Все  это  явно  пролежало  здесь
зиму.  Мы  строили  разные  предположения,  и, к сожалению, они
подтвердились, когда Митя нашел спрятанную в каску записку. КСС
Санкт-Петербурга  сообщала о гибели туриста из Рязани и просила
ничего не трогать. Было ли это воспринято  как  предупреждение,
особенно  в  преддверии  водопадов  -  не знаю. В основном всех
интересовало, что могло случиться в таком простом пороге. Конец
дурацкой  дискуссии  положила мрачно сказанная фраза, что вовсе
не обязательно нужен порог, для того, чтобы что-то случилось.
     Чем дальше вниз, тем ближе водопады. Каякеры говорили:"Ну,
мы посмотрим, какой там заход. И какая струя."  Первый  водопад
мы  оценили в 8 метров. Каякеров дружно уговаривали прыгнуть по
правой, отвесной струе. Они вежливо отвечали:  "В  другой  раз,
знаете   ли...".   Корнет  последовательно  обходил  участников
мужского пола и настойчиво предлагал место правого  на  большой
двойке. Хвост с Корнетом прыгать отказался, но стал уговаривать
меня. Стало ясно, что если  он  поднажмет,  то  никуда  мне  не
деться,  но  почему-то нажимать он не стал. Зато усилия Корнета
увенчались успехом - Серега уже подгонял упоры.
     Дальше  все  произошло  захватывающе  быстро:  я  вышла на
камень  -  присмотреть  точку  съемки,  и  вдруг  наверху,  над
водопадом, показалась двойка! Я успела сделать несколько кадров
совершенно случайно. И тут сзади раздались  горестные  крики  -
Саша  даже  не успела достать камеру! На самом деле, просмотры,
как правило, занимают столько  времени,  что  зрители  успевают
соскучиться.  Но  Корнет  не  любит  долгих  раздумий - с одной
стороны, а с другой - Дима заприметил наверху среди вещей мешок
с  сухарями  и  потянул  туда  маму. Возвращаясь, Саша случайно
глянула вверх и увидела катящуюся с водопада двойку.

     Неудача  со съемкой очень расстроила экипаж двойки. Корнет
с Серегой уже оценивали высоту водопада в 9 метров (к концу дня
водопад  возрос  еще  на  метр).  А  через  300 метров, в конце
широкого плеса, виднелось облако водяной  пыли  -  единственная
примета  второго  водопада. Правда, с левого берега добрые люди
привязали  к   дереву   красную   тряпочку.   На   нее   мы   и
ориентировались. Но по ходу нашего приближения к водопаду стало
ясно, что это дерево растет метра на три ниже (!)  уреза  воды.
Добрые люди оказались еще и шутниками.
     Второй  водопад  (его  высоту  мы  оценили  метров  в  20)
впечатляет еще пуще первого. И все  это  на  каких-то  пятистах
метрах  одной  реки!  Мысль о прохождении может прийти в голову
только на теплой кухне.
      Под водопадом, на озере, мы и заночевали. Экзотика давала
себя чувствовать непрерывно. Дождя, как ни странно, не было, но
от  брызг тут же намокла палатка, поставленная на ровном месте,
но слишком близко  к  водопаду,  не  говоря  уже  о  спальнике,
который   любители  комфорта  вывесили  "просушиться".  Вечером
спиннинги были нарасхват - под водопадом самая ловля!  К  этому
моменту  мы  уже  поняли,  что  при таком паводке с рыбой будет
плохо. Однако все надеялись!  Повезло  Марине  -  она  вытащила
кумжу.  За  ужином Марч, обалдевший от всего увиденного, поднял
тост за сына: "Мало кому довелось встречать свое  шестилетие  в
ТАКОМ месте...".
     Нам повезло - мы провели под водопадом еще полдня. Туман и
дождь были такие, что плыть никому не хотелось. Но после  обеда
Марч  все-таки  вспомнил, что он руководитель, и пинками выгнал
группу на реку. Мы  ехали  по  плесу  и  смотрели  назад,  пока
водопад не исчез в тумане.

     Через   час   река   резко   сузилась   и  впереди  что-то
заплескалось. В тумане просматривались три слива,  последний  -
около  двух  метров, общее падение - метра четыре на 50 метров.
Все вроде было ясно -  идем  по  центру,  после  второго  слива
уходим вправо. Примерно так же подумали и на берегу, по слухам,
была сказана фраза: "Да  что  тут  снимать,  разве  Хвосты  тут
кильнутся".  После второго слива мы с удивлением почувствовали,
что вправо не очень-то и уходится. Катамаран перед  порогом  мы
не  разгружали,  а  рюкзаков  на  нем было, между прочим, три -
такова  участь  катамарана  в  лодочной   группе.   Мы   успели
развернуть  нос  вправо  и оказались почти лагом в самом крутом
месте слива. Последовал классический киль через левый борт - "а
сейчас  Хвост  покажет,  как  не надо проходить пороги". Первая
реакция была - удивление. Ничего себе, карельская речка! Хотя к
этому времени мы уже поняли, что река эта совсем не карельская.
Большая двойка проехала третий слив кормой, а  из  каякеров  не
кильнулась  только Марина. Зато у нее на каяке полетел шпангоут
(к  концу  похода  это  станет  нормой).  Байдарки  традиционно
обнесли.  На  мягких  мхах над порогом состоялся даже не разбор
полетов - выброс эмоций.
     Часа  два  мы плыли по плесам, мелким шиверам и перекатам.
Где-то впереди, судя по карте, должен был быть мост.  Стоять  у
моста  никто  не  хотел, однако именно у моста мы в этот день и
ночевали,  потому  что  перед  ним  оказался  длинный   участок
быстротока,  и  наши  лодки  просто  не  смогли  пристать там к
берегу. Естественно, что вокруг  моста  в  радиусе  100  метров
сильно  ощущалась военная специфика края. Недалеко от лагеря мы
обнаружили старый блиндаж и почему-то  огромную  гору  кирзовых
сапог. Все очень оживились и мне тут же предложили выбрать себе
подходящий экземпляр вместо утерянного при киле кеда.  Зато  на
мосту нашли банку с червями и наловили форели (правда, мелкой).
     Главным   развлечением   следующего   дня  оказался  порог
"Ступенька" - горка с хорошим сливом под левым берегом и косыми
бочками на заходе.  Осталось загадкой, почему мы смотрели порог
с правого берега. С большой двойки смыло  Митю,  вторую  двойку
задержало  в  бочке,  а  Марина  перевернулась в заходной косой
бочке и ее протащило весь порог  вместе  с  каяком  по  камням.
Собственно,  больше никто туда и не сунулся. Все остальные суда
спустили на воду  у  выходной  шиверы.  Первым  пошел  Марч  на
"Таймене"  и,  естественно,  перевернулся.  С круглыми от ужаса
глазами экипажи КНБ благополучно эту  шиверу  преодолели,  хотя
страхующие  уже  потирали руки и отпускали безобразные шуточки.
Но  после  этого  подвига   наши   байдарочники   расхрабрились
настолько,  что прошли оба следующих порога. Во втором из них -
пор. "Струя" - на  выходе  стояла  мощная  бочка,  туда  съехал
"Таймень",  лег  на  бок и долго думал - перевернуться или нет.
Зрители,  как  всегда,  махали  руками  и   кричали.   Подумав,
"Таймень"   все-таки  кильнулся  и  был  внизу  подобран  нашей
двойкой. Это место запомнилось еще и потому, что здесь мы, чуть
ли   не   впервые  за  поход,  увидели  солнце  и  радугу.  Это
существенно украсило следующие полдня,  которые  мы  провели  в
поисках  порога  "В  трех протоках". По меньшей мере, три места
очень подходили к  описанию.  Наконец,  мы  плюнули  и  поехали
просто так. Очередное сужение реки в невероятно красивом месте,
где река разделяется не на три, а на гораздо большее количество
проток,  было выбрано для ночевки. В этот вечер Женя приготовил
изумительный плов, так  что  на  некоторое  время  пороги  были
забыты.
     Вариантов   прохождения   "Трех   проток"   очень   много.
Просмотреть можно либо с островов, либо  крайние  протоки  -  с
берега.  Слева  виден  был  водяной  горб, оказавшийся сливом с
хорошей бочкой. Место фантастически красивое и очень необычное,
жаль, не было времени проехаться по всем протокам.

        "Водопадный"  -  последний  мощный  порог  Кутсайоки  -
оказался за поворотом. Первая ступень - горка с общим  падением
в  несколько  метров.   Когда  несешься  вниз, ощущения бешеной
скорости не возникает, хотя все ориентиры, которые мы наметили,
пролетели мимо мгновенно.
     Вторая  ступень - очень мощная бочка. Сюда принесли каяки.
Место идеальное для  катания,  обнос  -  10  метров.  Но  чтобы
заехать  близко  к  центру  бочки, надо сделать хороший траверс
струи. Несколько экипажей прокатилось на нашей двойке, а потом,
осторожно,   по   краешку,  проехали  каяки.   3  и  4  ступени
представляют из себя горки с кашей из  камней  и  воды.   Найти
проходы очень непросто. А сверху, с воды, каякеры вообще ничего
не видели, им подавали знаки с берега. Только Корнет  умудрился
как-то  проскочить обе ступени, а Женю с Мариной и с их каяками
подобрали внизу.  Оба катамарана сплавились  по  более  чистому
боковому проходу справа.
        Дальше   до  самой  Тумчи  порогов  не  ожидалось.  Все
расслабились и были удивлены, когда  влетели  в  несложный,  но
требующий  маневра  порог.  Большой  катамаран  так  тряхнуло в
бочке, что оторвало от рамы каску, набитую разным добром. Каску
спасти  удалось,  а вот добро - куртка, телеобъектив и отснятая
только что пленка - утонули. Шура Северин,  хозяин  добра,  был
безутешен.  Мы  тоже. Прыжок с водопада, таким образом, остался
зафиксированным только на моей пленке - самые последние  кадры.
Серегу  с  Корнетом  уже  поддразнивали  -  "а  ведь  никто  не
поверит!".
     Когда  мы впали в Тумчу... Почти все на Тумче бывали, и по
большой воде. Когда мы увидели эту "великую русскую  реку",  мы
конечно  поняли,  что  внизу  будет  весело.  Основной ориентир
самого сложного на Тумче порога "Карниз" ушел  под  воду  почти
полностью. Но даже когда мы увидели, как вода прет через камни,
на которых  в  прошлом  году  стояли  фото-  и  видеооператоры,
каякеры  еще  обсуждали,  идти  или  все-таки обнести. И тем не
менее, только когда большая двойка (прошедшая без единого  киля
весь  Чулышман)  перевернулась  почти мгновенно, основная часть
группы   поняла,   что   местечко   очень   неслабое.   Первыми
сориентировались   каякеры   -   Корнет  с  Мариной,  глядя  на
застрявший в бочке катамаран, кинулись наверх за каяками. Хвост
рванул  к  своему катамарану. Когда каяки были спущены на воду,
экипаж двойки уже благополучно подплывал к берегу, а  катамаран
выкинуло  из  бочки  и  тихо  несло вниз. Каякеры бросились его
догонять. Тем временем в бочке залегла и вторая двойка.
     Большую  двойку  каякеры заарканили только в конце шиверы,
идущей за "Карнизом" -  таким  образом,  вопрос  о  прохождении
"Карниза"  был  закрыт.  Вторую двойку экипаж зачалил чуть ниже
основного слива. Было около 9 часов вечера -  самое  время  для
обеда.  Разбор  полетов  за обедом был настолько эмоциональным,
что Корнет не выдержал и закричал: "Вы что, думаете, этот порог
непроходим,  да?" И они с Хвостом понесли двойку наверх. Борьба
продолжалась 13 секунд, несколько раз катамаран съезжал назад и
казалось,  что  киль неминуем. Однако выползли под восторженные
крики зрителей.  Ночевали мы  на  высоком  обрыве  над  порогом
"Каньонный".  Часа  в  2  ночи  энтузиасты  сбегали  к "Шляпе",
последнему  порогу  Тумчи.  Вернувшись,  рассказали,  что   две
ступени   "Шляпы"  слились  в  одну,  а  через  огромную  скалу
посередине порога хлещет вода. Почти все поверили  -  это  было
нетрудно при нашем уровне воды. В действительности оказалось не
совсем так, но бочки в "Шляпе" стояли мощнейшие.
     Мы выбрали правую, каньонную протоку, а вслед за нами туда
доверчиво поехала КНБ с Серегой и Ирой. Ира  на  всякий  случай
спросила:  "Хвост, а мы тут не кильнемся?" Хвост ответил что-то
уклончивое. Легли они в первом же сливе, Ира  шустро  выбралась
на берег, а за Серегой мы сплавали на озеро.  Ира была уверена,
что киль ей подстроили, поскольку к этому моменту только они  с
Сашей не переворачивались ни разу.
     Отчаянные  наши  каякеры  тем временем полезли в "Шляпу" и
показали   представление   из   большого   количества    килей,
эскимосских  переворотов,  лихих чалок и хитрых маневров. Всех,
кто не смог зачалиться сам, собрали  Шура  Северин  и  Митя  на
большой  двойке.  Отряхнувшись и прийдя в себя, мы проехали час
по спокойной воде и остановились на  обед  на  острове  посреди
реки.   Спортивная  часть  была  завершена. Можно было подвести
итоги. Итак, на 54 боевых вылета - 17  килей,  не  считая  тех,
после которых каякер вставал.  Например, Корнет в "Шляпе" лег 4
раза и 3 раза встал. Плюс 3 киля катамаранов.
     Одним словом, "половили рыбки и размялись".


Популярность: 21, Last-modified: Wed, 05 Mar 1997 08:23:28 GMT