---------------------------------------------------------------
 Василий Воробьев (vvs@titan2.sbor.ru)
---------------------------------------------------------------




     Реки, как и воспоминания о них, бесконечны. Перескоки по впечатлениям и
интерьерам.  Отсутствие логики  и сюжета...  То  ли прошли много,  то ли это
гормональное - ну  никак  не кончить. Попытки самосогласовать тексты успехом
не увенчались. Так что, как есть.


     "Диагональный мир",  " Вертикальный мир", "  Крутой мир"- диагональные,
вертикальные, косые, вобщем, мужики и их крутизна. Уходят от жен и тащатся в
своем, чисто  мужском экстриме. Как-то одного спрашиваю: "Чего бездевушек-то
ходите?  " -  "Так  их  же  надо....  катать!  А  если угребешься, уже не...
получается" Вот  я и говорю,  если бы  Он без меня ходил, Он не то,  чтобыне
разгидривался -  из  каяка бы  на ночь  не  вылезал.  Прошел бы километров и
порогов немеряно  - а чего  еще  делать-то? Без  девушек-то  и дурак  может!
Конечно, экстримы разные бывают. Но  про  все  уже говорят и пишут.  А  "ПРО
ЭТО"??? "Гребля и секс", "Как сохранить потенцию после 40  км на кате против
ветра", "Мужчины в ее волоках", "Тебе, - девушка в походе! ", "Вялость после
и пороги"  -  эти темы игнорируются, будто их нет,  а между прочим,  они  не
менее  экстремальны.  А   если   шутки  отбросить:   чтобы   вам  никто   не
мешалнасладиться  друг  другом,  вы  часто  вынуждены  идти все  пороги  без
страховки,  волоки  без  подноски  и   приэтом   выбирать   выражения..  Уже
предчувствую возражения типа "Так и не фиг баб брать! ". Так вот, возражения
эти ничем не отличаются от "Не фиг по порогам скакать", "По скалам  прыгать"
ну и т. п... И ответ на них на всех один: "Не фиг. Но очень хочется".





     "Свобода есть осознанная необходимость. "
     (К. Маркс)

     "Если бы я сейчас был такой же умный,
     как моя жена Сара потом... "
     (мечты моего приятеля)

     Если вы решили испытать судьбу походом вдвоем, сразу отбросьте мечты об
отдыхе и сосредоточьтесь  на  минимизации душевных и  физических перегрузок,
которые, несомненно, выпадут на вашу долю. Потом  будет поздно!  Первое, что
необходимо сделать - правильно подобрать маршрут. Это очень сложная  задача,
в которой вы несете все риски и ответственность. В конечном счете, обвинений
в неудачном выборе все равно избежать не удастся, поэтому, отбросив праздные
мечты   о   восторгах   и  благодарностях,  сосредоточтесь  на  максимальном
удовлетворении принципов оптимизации маршрута.

     1.  " Труд  сделал  из  обезьяны  человека...  "Маршрут  должен быть не
слишком легкий. Только усталость может сдержать словесный водопад, способный
заглушить все -  даже  водопад настоящий, не говоря  уже о шелесте листьев и
пении  птиц.  При  этом  упор следует делать на элементы,  наиболее для  Нее
трудные. Например, если Ей на шейпинге поставили походку "а-ля манекенщица",
прекрасные  результаты  достигаются  пешками по болотам. Если Она  склонна к
морской  болезни, следует  включить в маршрут просторные  озера и  дождаться
ветреной  погоды.  Главное  в  этих  ключевых  элементах:  они  должны  быть
относительно легки для вас, даже  несмотря  на  неизбежную разность  в  весе
рюкзаков, интенсивности  гребли  и т. д. Если вы ошибетесь и устанете больше
Нее, двенадцатиместный рафт покажется вам раем.
     2. "Мне скучно, бес.... "
     Маршрут не должен быть однообразным. Женщины лучше адаптируются к любым
условиям,  ухитряясь  при  этом  оставаться  более  консервативными.  Это  -
экспериментальный факт. Логически осмыслить его я  не в состоянии.  Конечно,
процесс  разъяснений:  "  что  мы делаем  дальше"  занимает  довольно  много
времени,  но при  этом  все  Ее помыслы локализованы  в контролируемом  вами
конструктивном русле.  Как только закрепившиеся рефлексы отпустят на свободу
Ее  фантазии, и "что мы  делаем дальше" начнет  генерить Она,  - вы пропали.
Природный консерватизм  на  глазах  принимает формы необузданного упрямства,
попытки  смирения  которого  порождают  обиду.  Не  пытайтесь  убеждать,  не
напрягайте интеллект в поисках логических аргументов. Бесполезно! Усталость!
Только  усталость  в   состоянии  смирить  упрямство.  За  более  подробными
инструкциями к Шекспиру.

     3. По маршруту следует равномерно раскидать монопольные стадии. Моменты
стапеля,  антистапеля...  могут   послужить  временем  отдыха   от  советов,
наставлений и  рекомендаций.  При  этом вы  наконец-то  не  услышите:  "я же
говорила...  ",  "я  чувствовала...  ",  "я так  и  знала...  ".  Желательно
научиться  морщить лоб, освоить позу Роденовского Мыслителя, а также другие,
понятные Ей способы отображения напряженного умственноготруда. Положительные
результаты  достигаютсякак   бы  неосознанным  бормотанием  с  употреблением
максимально  возможного количества незнакомых  Ей слов.  Поначалу достаточно
чего-нибудь типа: "... как  же  достать  стрингер и  мидельвейс, не  вынимая
шпангоуты через  кокпит... ". Она должна кожей чувствовать  всю глобальность
решаемой проблемы. От кошмарной мысли, что вы эту проблему вдруг не решите и
навсегда  тут  останетесь,  Она  способна  стать  молчаливой.  Это   победа!
Убивается сразу стадо  зайцев. Женщины не способны медитировать, поэтому для
них невозможно праздное молчание. И если вам  удалось заставить Ее помолчать
полчасика -  вам  гарантирован  вкусный обед,  аккуратно  собранные  вещи  и
порядок на стояке.  К  сожалению, по мере  накопленияЕю походного опыта, вам
придется  становиться  все  более  изобретательным.  Сейгод,  например,  мне
удалось пронять Ее только упоминанием о методе Фробениуса...


     Маршрут-то, конечно, рисует и диктует Он - это примитивно. После "Пешки
с  катамараном" Он не  упорствует  в поисках "синенького" на карте: "волоков
бояться  -  в  пешки не ходить??!  "  Количество  дней  отпускаумножается на
дневной  километраж и делится на  2 . Полученным  радиусом в  соответствии с масштабом  карты из
исходного   пункта,   (Он,  со  словами  -  "надо  подальше",  выбрал  Чупу)
циркулемпроводится окружность,  именуемая в дальнейшем лоцией (на  воде) или
азимутом  (на суше).  Разбивка  по  дням идет  равными кусочками:  "Что  нам
сороковник  в день! " Вот здесь, очень осторожно, ни в коей мере не показав,
что вы сомневаетесь  в том, что после  сороковника  Он еще что-то сможет (ну
хотя-бы палатку поставить), вы должны настоять на двадцатке.  И  на дневках.
Чисто по-женски - помыться, там, постирать, дыру в байде заклеить.. Он будет
ворчать, что Ему не хватит - не  верьте  - это чисто мужское. Из серии "семь
раз за ночь". Но Вы же - мудрая Женщина! Так смастерите курвиметр по вкусу!



     ОН:
     Год   выдался  тяжелый  во  всех  отношениях.  И   отдохнуть   хотелось
соответственно,  в  смысле  компенсировать пережитые  трудности.  А  так как
трудностей выдалось  много, то тривиальным походцем ограничиться  было никак
нельзя. В довершение ко всему, вместе с катамараном уплыли планы на Кутсу, а
оставшийся Тритоновский "Вьюн" допускал озерную часть в дозах  немеряных. Ну
и "Остапа понесло". Туда хочу... сюда хочу...
     Неопределенность нашего бытия не  позволяла спланировать поход заранее,
а в реальность, определившуюся  в последний момент, компаньоны не вписались.
Опять  одни.  Это  окончательно  развязало   руки,  и  они  беспрепятственно
расползлись по карте.  Она  что-то ворчала  про  отдых,  словно я  предлагал
работу.
     - Ну посуди сама - Винчу хочешь?
     - Хочу!
     - Красоты Кукаса тебя не привлекают?
     - Привлекают.
     - А на речку с перепадом 160 метров на 12 километрах посмотреть хочешь?
     - Так до нее пилить через все Кумское.
     - Это у нас будет стадия накачки.
     Число  порогов явно не соответствовало  километражу и  для гармонизации
маршрута было  решено добавить речек. А их там  было.  Ну, хотя-бы,  Мюгра -
Большая   -    Елеть   -    Кереть.   Последняя   перепалка   о   реальности
пятнадцатикилометрового  волока  по  глухой  тайге,  с моими аргументами  об
отсутствии  снега  и ее  - о  присутствии  комаров,  была  прекращена  ввиду
отсутствия альтернатив. Тем более,  что неприязнь к пешке  можно  преодолеть
только привычкой к пешке.
     Итак: Чупа -  машиной до Тикшозера - Тикшозеро - Винча - Челозеро - 3-4
км волок  на  Кукас -  Кукас  с запада  на восток -  волок 3 км  на  Кумское
водохранилище - Кумское с севера на юг - устье Таваньйоки - Таваньйоки (?  -
по месту)- Кумское водохранилище с запада на восток - волок 15 км на Мюгру -
Мюгра - Большая - Тикшозеро  - волок 2 км  на Елеть - Елеть - Кереть - Белое
море - Чупа. Если циркулем по сантиметру, получается что-то за 350км.
     По  моим   подсчетам  для   отдыха  этого  должно  было  хватить.   Она
сомневалась, но как-то неубедительно.
     Следующей  проблемой  было  согласовать стремление  ни  в  чем  себе не
отказывать  с нашими  скромными  тягловыми возможностями и  малым  обитаемым
объемом  лодки.  Пакинговая  необъятность  катамарана   успела  нас  изрядно
развратить. В качестве последнего аргумента пришлось раскопать в Net'е файлы
о голодных походах.  Если  на  третий день удержаться  и заставить  себя  не
грызть кору с деревьев, становится легче. Подействовало. Она вычеркнула пару
килограмм крупы. И пошел обратный отсчет...



     Известно,  что голодный  мужик  - не мужик. Поэтому тема  еды в  парном
походе  -  одна  из  экстремальных. При вышеуказанном  выборе  маршрута,  вы
сможете есть только то,  что  заранее возьмете с собой, по-скольку грести вы
завязываете, когда рыба уже спит и грибов  не видно. А то, что мне удавалось
наловить и набрать на выпрошенных дневках, Он на тех же дневках и съедал. Ни
в коем случае не обсуждайте  с Ним раскладку, когда  Он  сытый - абстрактное
мышление  у  мужчин  отсутствует!  Конечно,  сбросить  пару  лишних  кг нам,
женщинам, всегда приятно. Но,  если бы я закупила продукты  в соответствии с
Его вычеркиваниями, вы бы не  читали эти строки. Спорить бесполезно: Ему так
не хочется тащить эти человеко - килограммы-дни, что Он будет убеждать Вас в
неимоверном  количестве рыбы  и  ягод, на которые  Он способен. (Здесь важно
во-время понять: способен  съесть!  ). А про  1. 5 л водки  (на 3 недели  на
двоих) мне было сказано, что меня не хотят видеть постоянно пьяной, и вообще
"Он будет пьян любовью... ". Не верьте. Единственное удовлетворение, которое
Вы сможете  получить, есливозьмете еду в  соответствии  с  Его  раскладкой -
моральное, когда  в  голодной эйфории  посреди  волока  Он скажет:  "Ты была
права! ". Но тащиться за моральным удовлетворением 300 км...? Да и  страшная
вещь - эта голодная эйфория. Он, например, на меняникогда не обижается. Но в
этом походе обиделся трижды. Первый раз, когда я поднялаи не догнала  зайца.
Второй раз,  когда  не дала ему съесть сырыми рыжики, которые набрала  вдоль
реки,  пока  Он лодку протаскивал.  И третий раз  - когда  отказалась варить
водоросли в  Белом  море, совершенно не похожие на морскую капусту. Опять же
вопрос Его  с кормы: "Ты что-то  жуешь? ", -  меня  доставать начал.  И  это
ужасное ощущение,  когда Он при  поцелуе шарит языком у вас во рту в поисках
еды... Потому как,  худеть мне  хотелось до определенного  состояния, а  оно
наступило  уже  через  неделю. Блесну  Он  потихонечку все  время  за кормой
таскал,  в  надежде,  что кто-то клюнет.  Иногда клевало,  конечно. То,  что
догнать нас  могло,  или на месте стояло - бревно,  например.  Но чаще Он ее
сматывать  начинал,  когда  грести  надо  было. В  волну  на  Кумскомили  на
порогах... А на плесах вовсе не греб, а спининговал без конца. Вобщем, голод
- не тетка. И не удовлетворять его нельзя.  Ну  и вы знаете, какое в походах
отношение к завхозу. А если вас - двое, очень трудно сохранятьблизость и- не
дать. Сгущенку там, или тушенку НЗ-шную. Короче, лучше при  сборах вспомнить
наши маленькие  женские хитрости.  Нет,  майонез  Кальве брать  не надо.  Он
сожрет его еще в поезде.  Надо согласиться с Ним, а закупить самой. В момент
упаковки  рюкзаков  Его  надо  отвлечь.  После  отвлечения  вы  уже рискуете
опоздать на поезд, поэтому Он не успеет вытряхнуть НЗ-шные бутылки из своего
рюкзака, которые  Вы туда запихнете, отослав  Его в душ "на ход ноги". И  не
сомневайтесь, глядя  на Него,  согбенного  под рюкзаком - Он всеэто съест. И
НЗ-шную бутылку водки выпьет. И, сколько бы Вы не положили, все это кончится
раньше, чем маршрут.  Ну, примерно  на неделю раньше. Так нам еще повезло: в
Зашейке  на  Кумском  водохранилище магазины оказались.  И  в  Керети  лавка
железнодорожная. Он страсть как сухари любит:  пока не съест все,  дальше не
идем. Правда, если в качестве сухарей взять мелкий крекер и затолкать его  в
бутылку, на  пару дней хватало. Потому как дневки  на доставание  сухарей из
бутылки  предусмотрены не  были.  Вообще, пакинг в  бутылкиочень  удобен для
спортивной байды. И если часть этих бутылок запихнуть в нос и корму так, что
Он  не  сможет их достать, не разбирая байду, до первого большого волока вам
еды хватит.



     На  станции  Чупа  водители  не  дрались  за право  подбросить  нас  до
Тикшозера. Как сговорились. Вот уже который год и везде говорят одно и то же
слово  -  "сенокос",  и  глаза  прячут.  То  ли  стыдно  так  негостеприимно
отказывать,  то  ли  противно  смотреть  на  уродов,  не  занятыхэтим  самым
сенокосом. Я не понял. Однако на Соснина все ссылаются: " возит". Потому как
таня (ударение на последнем слоге) у него. "Ах таня моя  таня - взяла корову
и коня.... ". Как выяснилось, это зарегистрированные за конкретным человеком
(наверно  что-то  типа лицензии)  песчаные  отмели в  Белом море,  где семга
оттирает об грунт  паразитов  с тела и  где ее, родимую, и берут. По причине
путины  Соснина лучше  предупреждать заранее, однако  нам  повезло: он  рано
утромуже увез  группу и по возвращении попал в наши цепкие лапы. А поскольку
на сенокос сослаться  не мог, деться ему было некуда. Большой знаток родного
края. А может просто чтоб не заснуть за рулем.


     Речка упущенных  без катамарана или  полиэтилена возможностей. И мостов
на уровне  воды. Как их в ледоход и паводок не  сносит?  Написано  про Винчу
достаточно, чтобы начать повторяться, да и все воспоминания сразу сходятся к
Собачьему и Падуну. Грустные обносы с мыслью о том, что, пожалуй, на кате от
Собачьего  нас бы  ничто  не  удержало.  Падун  посомнительнее  перспективой
размазывания левого баллона по ряжевой стенке.  Этакий косячек, бросающий на
стенку  эскалатора  метро.  Но,   при  оптимистичном  настроении  и  наличии
страховки, можно и  прыгнуть. Записали  должок и пошли дальше. Все остальное
до и после  при нашей воде  (средней, как  говорили местные) на Тритоновском
"Вьюне" ходится. И места действительно красивые.


     Соединяет озеро Кукас с Челозером.  Даже при средней воде  (кубов пять)
на полиэтилене там можно словить кайф  сполна. Перепад полста метров на двух
километрах. Если же воды налито побольше, и покорячиться с расчисткой завала
в  устье, может статься, ходится вся речка, включая  первый водопад у Кукаса
(метра три  - четыре) и последний у Челозера  (метров  пять). Если же учесть
наличие  дороги  от Чолозера до верхнего водопада (километра три), настолько
хорошей,  что даже медведицы  с медвежатами  предпочитают  пользоваться  ею,
славную  рыбалку в  Челозере и  наличие кумжи в  Кукасе, -  там можно славно
оттянуться.
     Единственное: до дороги от устья речки километра два по Челозеру, но уж
разок за день доплыть и занестись то можно.


     Удивительное сочетание красоты инетронутости. Даже намеки на тропки  по
берегам отсутствуют. Стоянку найти - проблема. А топтать нетронутый лес нога
не поднимается. Вмордвинд. Соленая кумжа, ну очень вкусная. Вот только мало.
Очередной, относительно простой волок, километра три в Кумское по кварталке.


     Классический  пример невероятной способности человека загадить  все,  к
чему  прикасается  руками.  Северная  часть  водохранилища  до  пос.  Зашеек
обезображеназарослями стоящего  в  воде  мертвяка. Противно даже  от мысли о
стоянке.  После Зашейка  в  южной,  основной  части  водохранилища  стоящего
мертвяка почти нет. Хотя по берегам навалено  и проблем с дровами нет. Ветер
аккуратно отслеживает любое изменение курса и отрабатывает точно вмордувинд.
Чистейшая вода, немеряная глубина и  соответственно, отсутствие рыбалки.  По
прямой рвем  весла  в устье Таваньйоки.  Кругом никого. Красота  располагает
пообедать  на острове  Лупчинга.  Как потом выяснилось, это  репер,  мировая
константа,  и не посетить  его  - как  в  Питере  на  Исаакий не залезть. О.
Лупчингавидно   отовсюду,   и   егоочертания   становятсяосновным   способом
ориентировки  в  условиях  ухода  за  горизонт  противоположного берега.  По
вечернему относительному штилю опять же проще достичь полуострова Люсиниеми,
чье нежное название вполне соответствует розовым гранитным ванным  с чистой,
мягкой, вот только, не горячей водой.


     Вообще-то изначально была мысль протащиться в верховья, если воды будет
достаточно  для  нашего дредноута.  Если нет - зайти  пешкой и посмотреть на
речку с перепадом 160 метров на  12 километрах.  Тем более, что  по  карте -
кругом ничего.  Речка  встретила  нас заржавелой еле читаемой вывеской "река
Таваньга.  Рыбалка в период с  15 мая по  какое-то октября запрещена". Я так
понимаю,  в остальное время ни у кого терпения лед сверлить не хватит. После
голодного Кумского вывеска эта  нас  не  обрадовала. Однако обилие  тропокпо
берегам наводило на мысль об отсутствии контроля за выполнением циркуляра. И
мы пустились во все  тяжкие.  То  бишь  вверх по Таваньйоки,  оказавшейся на
поверку  Таваньгой.  Через  километр  подпор  водохранилища   кончился,  имы
уперлись  в   живописный   водопадик.  Расход  кубов  пять.  Выше   сплошная
непрерывная   шивера.   Невооруженным  глазом  видно,   что   в  шкуре  идти
бессмысленно. Голод  заставил  забросить  удочки.  И что тут  началось!. Она
через  заброс  доставала  хариусов  грамм  по  триста - четыреста.  На  ночь
поставить рогатки - проблема. Ну не насаживать  же полукилограммовых окуней!
Радость от  выловленной  мелочи  омрачалась неспособностью поставить  третью
жерлицу, т.  к.  на  первой  уже билась очередная  щука.  В  результате,  на
следующий день  введя мораторий на рыбалку, только в полудню удалось все это
закоптить,  засолить,  зажарить и сварить. Невероятное обжорство,  опять  же
завершившееся  ведром  морошки.  Осознав необходимость  принять человеческий
облик решили тронуться- таки вверх в режиме экскурсии, налегке. По сравнению
с  девственностью  карты  лес выглядел странно для этих мест обитаемым.  Все
прояснилось  через   километра  три:  вышли  на  столбовую  дорогу  смостом,
украшенным табличкой "р. Таваньга".  Желание идти дальше  сразу исчезло, тем
более, что обед уже переварился, адо дороги непрерывная шивера не порадовала
наличием  водопадов.   Вообще,  в   нижней  части  Таваньги  уклон  явно  не
соответствует 15 метрам на километр,  так что самое  веселье  видимо вверху.
Если,  конечно, доверять отметкам уровней, что кажется не всегда оправданным
после отметок  Елети и  Керети  на стандартной  двухкилометровке,  когда они
должны течь местами  вспять. В  таком усеченном видеТаваньга смотрится менее
круто, по сравнению с Кукасом. Для полиэтилена конечно, - другое в них вовсе
не поместится.


     Двухдневный  прорыв  через Кумское. Вдоль  главной  диагонали  озера  с
северо-запада шквальный ветер. Первая попытка  проскочить десятикилометровый
открытый  участок этой диагонали с запада на восток  бесславно  провалилась.
Меж валами - виден только кусок неба с овчинку. Лодку приводило к волне так,
что   даже   угребаясь   одной   рукой    ее   невозможно   было   удержать.
Откатилисьобратно на остров  Топораки. Откатились в прямом  смысле -  двойка
глиссила на валу, как  каяк. Учитывая безысходность и  обилие дров, зарядили
баньку. По ее завершении, часика так в три утра ветер вроде стих и, распевая
"по  первому сроку оденьтесь братишки, по первому  сроку... ",  ломанулись в
прорыв второй раз. Выход  на  ту  самую  открытую северо-западную  диагональ
соответствовал  точке   бессмысленности  возврата.  Сильного  ветра   ночью,
действительно, не было, однако валы мертвой зыби шли метра по полтора. Между
валами горизонта  не видно. Оценив,  что  при киле нам дрейфовать  по  ветру
километров шесть, и в неопрене мы это, пожалуй, выдержим,  пошли  дальше.  К
бортовым валам  привыкли быстро: опора на вал  и  опять  гребля одной левой,
чтобы лодку не привело  к ветру. Доставалитолько наезжающие изредка барашки.
В них опору, - а лодкаглиссит лагом, все это через нее перекатывается, лодка
дергается - не приятно. И  пошел рваный ритм: высмотреть барашка и подобрать
темп,  чтобы  либо проскочить, либо пропустить. Особенно  приятно,  когда он
прямо за кормой срывается  в  бессильно злобе. Она,  правда, всего этого  не
видела, по-скольку, с морской болезнью веслами махалась, от несорвавшихся за
кормой валов  отплевывалась  и  все  пыталась  меня  на нос  пересадить,  со
словами: "Ты-то  мою спину перед собой видишь, а я - конец света! ".. Восход
встретили  уже  на восточном  берегу в районе  начала  авантюрного волока на
Мюгру.




     План  волока   был  плодом  праздного  изучения  карты.   Что  из  себя
представляет  речка  Мюгра,  вытекающая  из  одноименного  озера  узнать  не
удалось. Поэтому для начала решили  пройти  маршрут волока на  относительном
легке с частью барахла, жратвы и палаткой.  Начать с озера  Мюгра. На  карте
туда прорисован зимник. По ближайшему болоту действительно шла колея, где  и
было  обещано.  Расслабились и  пошли.  Это  сейчас,  занеси  меня  судьба в
какую-нибудь  Лесопилку,  я  мог  бы  навскидку  написать  диплом   на  тему
"Особенностизарастания  лесных дорог в условиях  севера Карелии". Тогда же я
был   наивен  и  доверял   карте,  как  своим  глазам.  Суть  проблемыначали
осознавать,  когда оказалось, что  колей этих  там немеряно.  А  что из  них
зимник,  а что -  ус  лесовозный,  можно  определить  только методом  проб и
ошибок, что  очень быстро  надоело. В довершение ко  всему, если  на  болоте
колея  видна  достаточно  хорошо,  то  чуть  выше  -  именно  на  ней  особо
благоприятные условия произрастания непролазных зарослей  березняка. Так что
зимник можно  определить  только  по  одному  признаку:  пройти  по  нему не
представляется  возможным. В результате,  стоптав ноги и спалив дотла в себе
остатки былой Таваньговской обжорки, пошли по азимуту. Решение, учитывая наш
тяжелый  опыт,  давшееся  Ей с большим трудом. Однако,  бросив  следопытство
зимников, мы  через  час оказались  на озере Мюгра.  Вид  одноименной речки,
точнее   некоторой  сырости   под   ногамивызвал   очередной   прилив  любви
ккартографам и привел к осознанию необходимости тащиться на озеро Ромбак, из
которого, если верить все тем же картографам, Мюгра станет более проходимой.
     Решили  отложить это на  следующий день и залегли в неведомой  глуши на
озере  Мюгра, где  местная  фауна  собиралась  толпами, чтобы  посмотреть на
диковинных существ.
     А  с волоком надо  было кончать. Сколько  можно. Для этого  нужно найти
дорогу  наозеро Ромбак. Подъем в 6 утра, пробежка и на вот на  горизонте  за
бескрайним  болотом  целевая вершина, за которой, судя  по карте,  дорога  к
озеру. За огромную  вырубку на вершине к ней сразу  прилипло название "Лысая
гора".  Возвращаюсь,  завтракаем  и  идем.  Она,  в  состоянии  невероятного
скептицизма, по  десять  раз перепроверяет по карте  все  высказываемые мной
тезисы. За незнание магнитного склоненияв очередной раз вытерла об меняноги.
Видно и вправду Ей плутать надоело. В 12 на вершине. Открывшийся вид  (как я
сейчас понимаю) мог компенсировать  все усилия  по ее достижению. Здесь было
все: вид  на  Кумское,  остров  Лупчинга  и бескрайние,  вызывающие холодное
потоотделение  при  мысли  о  залете   в  них,  болота  на  востоке.   А   с
противоположной стороны вершинывид  на  гостеприимную "настоящую"  грунтовую
дорогу у основания горы, тянущуюся прямиком к поблескивающему вдалеке озеру.
Победа!. В состоянии  эйфории  от  больших  достижений  каждый  совершает по
ошибке.  Я  решаю  сразу идти  за  барахлом,  а  Она  -  подносками оттащить
принесенные  шмотки  к  озеру.  Контрольное  время  встречи 0-00.  Уходя,  и
убедившись в отсутствии следов на  дороге, в шутку рекомендую Ей не вступать
в контакты с местными до моего прихода. Разбежались.
     Вначале все шло хорошо. С вершины отстрелил азимут на стояк (к счастью,
по местности это можно сделать, даже не зная магнитного  склонения) и был на
месте  в графике.  Обед, антистапель.  Барахло при  паковке в  рюкзаки имеет
свойство  резко возрастать  в объеме и весе. Наконец, где-то в седьмом  часу
тронулся. Два места килограмм  по сорок.  Подноски метров  по пятьсот.  Жара
невероятная, солнце печет. Иду, болото потом поливаю. И от того, что все так
хорошо выходит, расслабился я  и потерял бдительность. На очередной подноске
надо было  уходить с зимника и метров пятьсот по тайге выходить на ламбушку.
Солнце светит -  зачем азимут бить!  Через час  я  - таки вышел к  озеру, но
настроение было не то, а может  устал уже. Подноски становились все короче и
тяжелее.  Пока вдоль  озера  шел,  все  было  просто.  Между  тем  стемнело,
насколько там может стемнеть вначале августа. Не то, чтобы не  видно ничего,
но цвета не  те: ночью все кошки серы и из-за изменения освещения, одно и то
же место выглядит через пять минут иначе. Короче, как при  подносках рюкзаки
искать в лесу -  непонятно. Да и без рюкзаков шатает. Чувствую, надо поспать
часок, иначе даже один рюкзак не донесу.  А как завалиться, если контрольный
срок вышел и Она там, наверное,  шизует  уже? Если  же барахло  бросать,  то
только сейчас, пока оно на  квазиодномерном  подпространстве берега озера. В
лесу  ночные ориентиры завтра  будет ни за что  не найти. С  другой стороны:
запилить десяток километров по тайге, дабы  успокоить и сказать: мол, "все в
порядке"... Мысли ворочаются,  как камни,  ноги  не  идут, огромная  луна на
расстоянии  вытянутой  руки.  Состояние  полного  пофигизма. В конце  концов
убеждаю себя,  что  десять верст - не  крюк, ради комфорта сна  в  палатке и
спальнике. Все дальнейшее  всплывает в  сознании лишь отдельными картинками.
Градусная насечка  на  компасе, из которой  я вижу только одну  и следую ей,
пошатываясь и  распевая: "... мы могли бы пройти там где нет... Этих грязный
и топких рек... Но  завел нас в  это болото... Наш великий стратег... "Лысая
гора, серебряная в свете луны. Лось, убегая проламывающийпросеку в зарослях.
Ощущение бестелесного танца при спуске с Лысой горы по хаотично разбросанным
стволам  старой  вырубки,  когда  при  очередном  подскальзывании  и  полете
отстраненно  наблюдаешь за виртуозной работой  рук и ног, ухитряющихся найти
точку и мгновение опоры. И вялая мысль: " Надо же, как это им удается? "
     Ну и конечно дорога.  Это ощущение даже  не полета, а плавного течения,
убаюкивающего и не требующего  усилий. В контрольной точке лежала  записка с
координатами  стояка.  Записка  странная,  но  я  уже  был  не  в  состоянии
анализировать эпистолярное наследие. Только ПИТЬ, ЕСТЬ, СПАТЬ.
     Палатка стояла в  месте,  никак  не  соответствующем Еепредставлениям о
стояке.  Ради  "маленького, но  красивого"  места  бывали  запилы до полного
изнеможения, а тут -  какая-то нора. На вопрос о жратве  и чае Она  в сонной
прострации   начинает  нести  какой-то  бред.  Все  невероятно  странно,  но
осмыслить это  я совершенно  не в состоянии. Глоток  забортной воды, и,  под
музыку молнии спальника, я исчезаю.
     По  утру "Hard night's morning" не напевал только  потому, что  она  не
написана. Пришла  расплата  за вчерашние полеты  во  сне и наяву. Крыша,  не
слишком перетруждавшаяся накануне, пришла в себя, а мышцы спали беспробудным
сном.  Каждое, даже элементарное движение требовало невероятных усилий воли.
Ни одно  мышечное волокно не  сокращалось без  окрика от коры. Задачу:  "Что
должна делать левая нога пока переступает правая", - разрешить не  удалось и
к костру  пришлось  ползти. А в  довершение всего Она начинает свою грустную
повесть, и это завершает эмоциональную картину  в  стиле  Дали.  Красивейшее
озеро, скалы, солнечное утро,  смотрящиеся  из зарослей нашей  стоянки,  как
подсмотренные   в  замочную   скважину,  тело,   непослушным  ватным  мешком
болтающееся где-то под головой и рассказ, что-то  до боли напоминающий.  Мой
алгоритмизовано-формализованный  язык не  в состоянии передать  все  оттенки
этой эмоциональной палитры, поэтому коротенько  суть, как я ее воспринял. На
очередной  ходке, покоренная красотой  дикой  природы  и  одиночеством,  Она
решила пройти по дороге чуть вперед и воочию лицезреть речку, по которой нам
предстояло сплавляться. На  очередном повороте дороги все Ее  существо  было
ввергнуто  в  пучину  неосознанного  Ужаса,  причиной  которого  был  дикий,
нечеловеческий, даже не  крик,  а  вой, исходивший  от  стоящего  на  скале,
невдалеке от дороги, полуобнаженного "черного" (как Она его увидела) мужика.
Уже убегая, Она отождествила этот вой  с криком: "ЛЮ-УУ-ДИ-ИИ.... ". К этому
моменту Она уже успела забыть о существовании на  Земле  других человеческих
особей. Глухая Карельская  тайга, тишина, кайф. И вдруг! Сюрреализм ситуации
не позволял взять себя в руки. А вой преследовал неотступно. "ЛЮ-УУ-ДИ-ИИ...
"  Скатившись по  кустам к  берегу озера, Она залегла,  костер не разводила,
дабы  не демаскироваться, напилась успокоительных колес и успокоилась. А над
озером,  постепенно стихая от  обреченности:  "ЛЮ-УУ-ДИ-ИИ... ". Потом вроде
был шум машины... А может ветра... Даже рассказывая, Она трясется.
     У меня  начинает отлетать  крыша.  С  одной стороны -  все это до  боли
что-то напоминает.  "Люди!  Снимите  меня  отсюда!  ", "Коза (козел) кричала
нечеловеческим  голосом...  ". А  с  другой - я  представил  цепенящий  ужас
угасания  надежды.  Обессиленный  от  блуждания  по  лесу  неожиданно  видит
Человека... и теряет  его: "... мой корабль от меня уйдет... впередсмотрящий
- смотрит лишь вперед... ".
     Выслушав  и  защелкнув челюсть  встаем  и  быстро идем к месту событий,
отгоняя навязчивую  мысль  о теле Недождавшегося. К  счастью,  вместо тела -
следы  развернувшейся у  той самой  скалы  машины.  Все  банально:  грибники
разыскали  потерявшегося  собрата.  Чего он  так голосил,  стоя  на  дороге?
Трагедия  переходящая в фарс. Смех, изгоняющий остатки  Страха и прочищающий
мозги для осознания мысли  о  барахле, лежащем  незнамо  где. Предлагать  Ей
подождать, пока я схожу за рюкзаками, было бессмысленно. Пошли вместе.

     В  парном экстриме волоки  рекомендуется  проводить с целью  ив  режиме
отдыха  друг  от друга.  Это-классика,  но в байде она  чувствуется особенно
остро:  при   всем  вашем  желании,   на   воде  Вы  не   можете  в  сердцах
хлопнутькокпитом и  отделить нос от кормы. И не надо тащить  все сразу: "Все
свое ношу с собой",  - это про одиночек - каякеров!  Парный  экстрим и здесь
имеет свои ньюансы: волок долгожданен отдыхом от гребли и Его команд. Важно:
     1) правильно поделить имущество.  Т.  е. в  первую ходку Вы несете все,
что необходимо для жизни Вам обоим. Далее - Вы остаетесь это сторожить, а Он
уходит  за  остальным.  Вы должны  осознать, как  долго  Вы  хотите  от Него
отдохнуть  и в соответствии с  этим оставить запас еды и  спальник во второй
(Его) подноске.
     2) Правильно оценить Его  способности блондиться. Если они  велики - не
оставляйте  запас еды  и  спальник во второй подноске - Вы и так успеете  от
Него отдохнуть.
     3)  То,  что Он забрал  компас и  карту  - ничего  не  значит.  Элемент
новизны,  кратчайший путь-соблазнительнее старой  доброй красной стрелочки в
1000 раз!
     4) В истории  известны случаи, когда Он  исчезает, уходя за хлебом. Так
что Вы  хотите  в Тайге! Внимательно посмотрите на карту,  прежде чем  Он ее
унесет.  Если  Вы  не видите дороги, по которой сможете достичь  населенного
пункта в случае Его  невозвращения в течение  10 дней,  останьтесь сторожить
первую подноску в более удачном месте.
     5) Не знакомьтесь с другими мужчинами, пока Его нет.
     Предчувствую,  что  пятый пункт  может  вызвать  недоумение, посему  на
примере  пройденного маршрута  поясню. Он оставлял меня  в  покое дважды: на
второй подноске с Челозера на Кукас,  и на второй подноске с Кумского на Оз.
Ромбак через Лысую Гору.  Статистика Тайги отличается  от танцплощадки - лиц
мужского пола по-отношению  к  женскому здесь  как раз наоборот, но толку..!
Да,  мужчины приходят,  но  лишь затем, чтобы Вы убедились:  Он -  не  самый
худший вариант. Первым мое долгожданное  уединение нарушилКаячник, прошедший
Кумское водохранилище при бортовичке. Шел  Каячник  трое суток и с Кукаса на
Челозеро вышел, аккурат когда Я на встречном ходу вскипятила чаек и замесила
с сахарком морошку, пока Мой за лодкой ушел. Каячник был до рюкзака не брит,
кожа свисала  гидрой, глаза его блестели неземным светом, каяк тащился сзади
на  веревочке.  Мой,  с  лодкой  вернувшийся,  не  приревновал  даже.  Вынул
рукиКаячника из бидона с морошкой и показал, куда идти. Второй мужчина около
озера Ромбак на камне сидел у дороги, намеченной мною в соответствии с п. 4.
При моем появлении вскочил, размахивая  отросшими по  всему телу волосами, и
дурным голосом завопил: "Люди! Люди! " - явный гетеросексуал! Был дик, черен
и полунаг. Интуитивно  развернувшись  на  180и нажав на  газ, я  прикинулась
лесной ведьмой  в целях сохранения небольшого  оставленного мне продуктового
запаса. Но вопль тот  еще долго в  ушах стоял. Так, невольно, Ему  хранилась
верность несмотря  на...  В  соответствии  с вышесказанным следующий  совет:
"уметь ждать, как никто другой", когда все контрольные сроки Его возвращения
вышли, а именно:
     6)  не  готовить  еду,  чтобы  дым  костра  не привлек заблудившихся  и
каякеров
     7) расстелить рядом Его спальник и медитировать что-нибудь из классики,
например, "Приди, приди, я все прощу! "
     8) просыпаясь все  в том же гордом  одиночестве, убеждать  себя, что Он
как  и...  -  не  тонет в  болоте, что Такого... имедведь  испугается, ну  и
остальное - сами знаете.
     9) А главное  -  не сомневаться -  к  Вам  Он  не  прийти  - не  может!
Поскольку - куда Он в Тайге-то без Вас денется!
     Что и было. Правда часов на 10  позднее обещанного  и без  барахла. Ну,
что  Они  в такихтаких  случаях  рассказывают  о  тушении  лесных пожаров  и
спасении утопающих в водохранилищах -  вам объяснять не надо. За барахлом по
утру вдвоемпошли. Предварительно Он меня к камню  сводил: "вот мол, не  умер
твой  дикий мужик  от разрыва сердца Тебя не  докричавшись! ". Урыл, вобщем.
Так  что я послушно за Ним к  рюкзачкам потащилась через любимую Лысую Гору.
Ну,  зато убедиласьв отсутствии на ветках и  кочках предметов  женского  (не
Моего)  туалета.  А  свои собственныевещички, аккуратно  разложенные посреди
девственного  леса  вдругувидеть  -  просто  кайф!  Вобщем,  "с любимыми  не
расставайтесь! "



     Очень  важный  момент в  парном экстриме.  С одной стороны, необходимо,
чтобы  она  была  правильной.  С другой  стороны  -  мы  не ханжи,  но  этот
плюрализмможет далеко завести. Теперь-то я понимаю, что надо было  говорить:
"Туда  -   и  все!  ".  И  рукой  еще   показывать.  Нельзя   Ему  позволять
ориентациюменять  - мужикам  ведь только  дай!  Он, по-началу, ведь  как мне
говорил:  "Представляешь, некоторые даже на дерево залезают! ". Презрительно
так. А стоило один раз на майских мне ему  предложить высокую сосну,  так на
волоке с Кумского на МюгруОн не  мог спокойно мимо одиноко  стоящих деревьев
идти.  Пошлет  меня вперед  по  болоту,  рюкзак  сбросит  быстренько  идавай
раскачиваться  на верхушке,  пока  я  внизу  тропу бью,  одобрительно сверху
такпокрикивая: "Туда,  туда! "  или "Правее  чуть!  Скоро  уже!  ". А  я  не
могувынести, когда Он сверхупокрикивает,  куда. То есть мойрюкзактожебросаю,
и начинаю эту самую ориентацию  выяснять.  Честно говоря, я по-всякому могу.
Могу по  компасу, могу по карте, по  солнцу  или  там по  муравейникам... Но
только прошу, чтобы меня предупреждали заранее, а  не  в процессе неожиданно
куда-нибудь не туда-  чтобы  настроиться  соответственно  -  ну,  это  чисто
женское опять. Но  Он, когда заводится,  уже сам  не знает чего хочет. После
майского  азимута Его слова: "Только  по зимнику!  ".  Мы этот зимник  вдоль
берега Кумского высматривали - лишних  километров двадцать накрутили. Пошли.
Не налегке, как водится -  без прелюдий там всяких. В самый солнцепек. Чтобы
с зимника не сбиться, ноги очень  широко приходилось расставлять по колеям и
глубоко так  в них проваливаться. Рядом  с зимником  сухо, но мы  же  решили
соблюдать ориентацию! Часа через четыре вышлипо зимнику на озеро.  Не Мюгра.
Я-то помню, что с первого раза у нас никогда не получается, стою спокойно, а
Он сразу  на дерево - шасть! И давай ориентацию менять.  По  - азимуту опять
пошли.  Потом опять по-зимнику. Дело как  водится к закату, и тут Он стал от
меня убегать.  Ну, видно, чтобы самому с собой ориентацию выяснить. Руки под
гидру засунет - якобы, чтоб мошка не кусала.  Пришлось Ему весло  отдать. Мы
на волок  всегда  одно весло с собой в первую подноску брали. Чтобы опять же
ориентацию  не забыть:  "Водники  мы. Не альпинисты.  Не  скалолазы...  ". Я
обычно  это  весло  носила,  чтобы Он мне  слегу  не вырубал.  У Него просто
страсть  к  этому  слову. Если  я без  весла  и  не успеваю  быстро  перейти
какой-нибудь ручеек маленький - тут же мне шест трехметровыйвсучит - "Слега!
"- иулетаю  я на этом шесте. Хорошо, если прямо  в ручеек. Иногда сначала об
берег  приложит...  Он  вообще  любит  в  процессе  всякие   такие  словечки
употреблять... Ну,  это  чисто мужское,  наверное.  Вот,  в порогах  тоже  -
ориентация. Ну,  к "левым",  "правым" - то я  давно  привыкла. Не  реагирую,
гребу себе по своей правильной (благо спереди)  ориентации куда  надо... Так
Он  новое   выучил:  "Откренка".  И  ладно  бы   только  орал.  Нет  ведь  -
проходимпорог. Ровно так идем,  спокойно. Не  хватает ему, чувствую, эмоций.
Точно  -  орет  "Откренка  вправо! "  Чего  мне  стоило всем  корпусом байду
удерживать  в те откренки! А потом ведь еще не обидеть надо  и подтвердить с
душой, что если бы Он опору на весло не сделал, мы бы нашу ориентацию на 180
градусов  поменяли!  Или еще вот это: "траверс". Он у меня  интеллигент. При
женщинах  не  матерится.  Но  иногда бывают, знаете, ситуации, когда  трудно
удержаться.  Я и воспринимала Его  неожиданное: "Траверс! " как, ну,  вобщем
"Блин!  ". Оказалось, что  это вполне реальное  действие,  Я даже  научилась
почти. Хоть задом  я и не люблю. А пороги все сложней. И тутнас как-то стало
часто к обливникам прикладывать.  Я  уж  и  откренку,  и  опору на  весло, и
траверс  этот -  сидимпосредиочередного  "шкуродера", и начинает  байдулагом
ставить.  Правду говорят, что мужчины  в состоянии возбуждения  такое  могут
предложить, чего раньше и не знали.  " Давай, - говорит, - реверс сделаем, а
потомтелемарком  выйдем".  Япокраснела, как девочка, веслом уперлась, а куда
денешься - в парном экстриме "морковку" кидать некому. Ладно, думаю, с камня
слезем - я тебе покажу "телемарк"! Потом, правда, мне даже  понравилось. Ну,
это чисто женское, конечно. Потом всегда  нравится.  Но  сначала-то  объясни
толком, без реверсов, как  идем  и куда! Задом? С откренкой? По  зимнику? По
азимуту? Взмолилась я этак к Нему, сидящему очередной раз на макушке елки на
Лысой  Горе. Что,  там, мол,  с ориентацией-то  уже? А  Он знаете мне  что в
ответ?  - "Полный пердимонокль! ". Так что настоятельно рекомендую: никакого
плюрализма. "Туда и все. ". На восток, например. Вобщем-то и не важно, куда.
Важно - не менять!


     Маршрут для очень трудолюбивых. Ну или для паводка, на худой конец. При
нашей воде Мюгра проходилась легко ввиду отсутствия перепада. Так что хоть и
на брюшке, но можно проползти везде. Большая - намного геморойнее. Порожки -
смотреть не  на  что, а  возни  много. Порадовал тольковолок с Тикшозера  на
Елеть. Эдакий highway:  по  болоту  уложена  лежневка.  Местами  даже  доски
настелены. Круче по жизни помню только один волок  - из Маслозера на Волому.
Там и вовсе километровый лесосплавной желоб был. Проволоклись, не вылезая из
лодки...
     На   Елети    несколько    каскадов   полупроходимых    порожков    (на
полиэтиленевезде  проползти  можно).   Ничего  особенного,  за   исключением
некоторого  несоответствия  перепада  стандартному двухкилометровому  атласу
Карелии. Он побольше, метров на десять - пятнадцать.  Из прелестей - хорошая
рыбалка. Но, в общем, достопримечательности этих речек явно не  компенсируют
трудностей их достижения.



     Кайф  нормальной  реки.  Никакого  ерзанья.  Однако  уже  закрепившиеся
рефлексы пресмыкательного  прохождения не остались  безнаказанными на первом
же мало-мальски приличном пороге Долгом. Я  думал Долгий - это мера длины. А
оказалось - времени. И ступенька то вроде небольшая,  а  зубьев -  немеряно.
Чистый  сливной  язычок посредине шириной всего  полметра. Сверху  ничего не
видно,  а карта  тщательно  запомненных ориентиров  оказалась  неустойчива к
трансляциям. Дальше,  как водится, потеря ориентации на заходе, сошибкой  на
те самые полметра, вспоротое дно лодки,  зависание на зубе и киль. Вышли без
проблем. Штопка, клейка. По  совокупе Долгий - это  часов 5. На второй заход
даже  вывесил вешку, чтоб уж наверняка. Вообще, на Керети камни, как бритвы,
и по малой воде шкуре достается с неизбежностью. На Варакском  даже пришлось
шмотки обнести.
     Самым интересным показался Краснобыстрый. Там, не  полагаясь на случай,
вешку  на  первой  ступеньке выставили сразу.  В результате, высматривая  ее
вдалеке   и   дискутируя  о   высоких  материях  на   темумомента  откренкии
необходимости сделать опору в косячке за ступенькой, вылетели  при заходе  в
порог на камень и изобразили "Медного всадника". Я даже покраснел.  Пришлось
отойти и  сделать  вид,  что ничего  не произошло.  А  в  том самом  косячке
тормознуло и клало капитально, без коленных упоров наверняка бы не удержать.
На  Морском самое трудное было - усадить Ее в лодку. Перед сетью  на метр из
воды вылетали горбуши килограмм так по несколько. От этого зрелища Она сразу
впала в гипнотический (а может голодный? ) транс и перестала реагировать  на
внешние  раздражители, лила  слезы и шептала, что  останется  тут  навсегда.
Пришлось отдать свою порцию НЗ-ных орехов  и  завязать глаза.  Помогло. Вьюн
вертелся, как белка в колесе и остальное было уже намного проще.
     Белое море... Действительно белое! В смысле: чистое и красивое. Медузы,
звезды,  ракушки, вобщем,  буйство  жизни.  Можно сколько  угодно  читать  в
описаниях  про  пресную  воду  и  приливы,  эти категории  будут  оставаться
абстракциями,  пока не  потратишь  несколько  часов  в  поисках  ручья и  не
упустишь  лодку  или,  хотя  бы,  не  намочишь  барахло.  К счастью, свою мы
упустили не  слишком далеко... Местная фауна тоже требует привычки. В первую
очередь психологической. Когда мы проплыли мимо торчащего из воды бревна, на
поверку  оказавшегося то  ли  моржом,  то ли каким-то другим  ластоногим,  а
невдалеке от  тащащейся  за  лодкой  блесной из  воды  выскочило что-то типа
дельфина,  мы сочли  за  благо смотать снасти до  момента  более  подробного
ознакомления  с нравами крупных представителей местной  живности. Даже ловля
ритуальной трески на донку не обошлась без неприятных неожиданностей. Вместо
обещанной  трески  на  поверхность  вылезали  какие-то  маленькие  Чеширские
чудовища, целиком состоящие  из одной огромной раскрытой пасти, и наотрез (в
отличие  от трески) отказывавшиеся самостоятельно  уходитьс крючка. Впрочем,
все это ничтожно по сравнению с красотой Белого моря.



     Собственно, РЕКА, была одна - Кереть. Маршрут наш бросался в крайности:
воды и еды было или слишком много, или не было совсем. При этом "много воды"
сочеталось с "мало еды"  и  наоборот.  Анализируя этот экспериментальныйфакт
потом, мы пришли к выводу, что еда была, когда мне грести не приходилось. По
сему  реки Мюгра, Большая  и Елеть были  пройдены в обстановке относительной
сытости именно  от того,  что я их  пешком  шла.  Т. е., в целях  уменьшения
амортизации единственногонашего судна,  скакала по  камням  или  по  берегу,
занимаясь рыболовством и собирательством,  пока Он скакал в байду-из байды в
режиме сплава-проводки барахла. Хоть двигались мы побыстрее,  чем на волоке,
водной  эту часть маршрута назову  с  большой натяжкой.  Правда, водники  на
берегах попадались,  но странные какие-то. Цокая зубом над нашим Вьюном, они
дружно браковали нашу спортивную ( в отличие от  Тайменя и Егерей ) гордость
и  хором  рекомендовали "каркас  вынуть  (! )",  чтобы "не  биться  на  ЭТИХ
порогах". На  мой взгляд, по ЭТИМ  порогамудобнее всего ходить в неопреновых
ботах. Он  еще  добавил бы: "Со слегой!  ".... Меня сбивали  с курса  только
вскрики с  берега: "Куда вы идете?? ",  которыепривели нас к мысли,  что  по
этим "речкам"  ходят  в  любом направлении с одинаковым успехом. Мюградругих
поглубже,  но на ней весло в ширину не  помещалось.  А Большая так  названа,
поскольку  длинная  очень,  аж  до.... Тикшеозера.  Сами понимаете,  вход  в
Кереть, совпавший с  моимторжественным вхождением на остывшее место на  носу
Вьюна, был воспринят нами, как долгожданная гармонизация существа "водник" с
привычной  средой обитания: нормально воды и берег видно.. Шум порога Долгий
привел в  состояние эйфории "как много в этом звуке для  сердца водника.. ".
Она  и явилась  причиной  нашего  единственного за  маршрут киля.  А ведь  в
описаниях намекали: "поглавному язычку не ходить! ". И даже намекали, почему
не ходить. Это "почему"  вспороло нашу красавицу,  как  консервный нож. Нет,
меня  уберегло пластиковое  сиденье  и,  собственно,  киль. А  шкура  хорошо
поддутого Вьюна треснула от носа до середины так, что мне показалось, что из
лодки я не через очко, а через дыру-то и вышла.
     "Что же за всем этим следует-следует шить.
     Ставить заплату на все, хорошо б не из ситца.
     Как полагаешь, пройдем иль пойдем обноситься?
     Я полагаю, что все это следует сшить. "
     Я,  конечно, ворчала,  что  "белую заплату на красное днище  ставить  -
абсолютная безвкусица! ". И чтобы безвкусицы этой никто не видел, оставалось
одно - к верху дном больше никогда не переворачиваться и не обносить. Что мы
и  сделали, повторно  пройдя (чуть  левее) Долгий,  а затем  и все остальные
Керетьские  пороги.  Чтобы  "безвкусицу"   от  народа  спрятать,  я  даже  с
откренкойсмирилась,  но  на стоянку  согласилась  лишь  однажды, в  глубоком
ночном  тумане. Так на одном дыхании в  устье и вылетели. Помылись в Морской
шивере напоследок и -

     "Все байдарочники кончают в Белом Море! "
     (опасения родственников)

     Он очень вялым стал. Делал вид, что это прилив и отлив виноват. Ну, для
новичка,  зрелище,   действительно,   впечатляет,  особенно  если  в  лучших
традициях на стояк  падать глубокой ночью. Мы, главное, не нарочно гребем до
ночи  -  просто  дела какие-то всегда  находятся.. А  Ему  Соснин,  что  нас
забрасывал, сдуру рассказал, что треску в Белом Море  надо на морских червей
ловить. Т. е. сдуру-то я,  что этих  советов  не отследила -  знаю  ведь Его
характер -  обязательно будет по  инструкции, по книге, по "так сказано" все
экспериментом подтверждать. Ну и копалОн этих гипотетических  червей топором
по всем попутным песчаным отмелям, пока  не  стемнело. Треску  я покаместьна
дождевых  ловила  -  они, в море  заброшенные, от морских для  трески  вовсе
неотличимы. Ну, Ему же это не объяснить! А треска - невкусная.  Разгружались
в сумерках,  в  каком-то  болоте  перед  скалой.  Барахло  полночи  на скалу
таскали. Байду, ессно, зачалили в грунт. Хорошо, опасения родственников надо
было  проверить, так не  заснули сразу, а вылезши из палатки  увидели полное
отсутствие того  болота, грунта,  ибайду, собирающуюся  без нас  в  открытое
море. Называлось: "прилив". Вода в Белом Море не очень теплая. Поэтому мы не
поленились, и байду тоже  на скалу вытащили, к барахлу. Ну, когда стартовать
пора было, сами понимаете - отлив был.... Водникам долго умнеть  некогда: на
второй и последней нашей стоянке  привязали мы байду на длинную веревку, как
козу. И  еще  двух " коз"  в Чкаловске встретили,  куда за  водкой, хлебом и
рисом зайти не поленились. Вялость  Его как  рукой  сняло: Он же месяцноги в
колготках не  видел!  Рису  попросил  сварить "не мало": мы  в Белом Море по
схеме "много  воды - мало еды" опять дюже голодные были. А тут еще и ветер в
спину  подул, пролетели  мы Чупскую Губу  с блеском в  глазах и  батонами  в
зубах.  И уперлись в пристань Чупа в соответствии с графиком: за два часа до
поезда на Питер в 10-30. Обернулась я с носа на корму в последний раз на сем
маршруте -  всегда буду видеть  Его глаза: "Мы сделали это. Вдвоем. " Пронял
меня  этот  взгляд:  видно,  нелегко  Ему  порой  со  мной было..  А водка в
Чкаловске хорошая. И рис разварился не мало.  Проводница принесла нам белье,
постояла  молча над котелком, из которого  мы  тот  рис доедали, и белья  не
дала. Ну и правильно: уж  если  мы  к своему отражению  в  зеркале поездного
сортирасутки привыкали, так на чистом белье мог и радикулит разбить - нельзя
резко менять.  Отъедаемся,  например, до сих  пор.  Меня в  ванной  приступы
морской  болезни  мучают.  Он из дома  на работу  по зимнику,  а на выходных
расслабляется  и  -  по азимуту ходит...  Чуть что:  "волок"!  Одна радость:
воспоминания.  О диагональном миремаршрута, который делит  квадрат жизненной
карты на двоих.



Популярность: 18, Last-modified: Tue, 01 Feb 2000 16:17:29 GMT