----------------------------------------------------------------------------
     Шекспир.  Библиография  русских  переводов  и критической литературы на
русском языке. 1748-1962
     М., "Книга", 1964
     OCR Бычков М.Н.
----------------------------------------------------------------------------

     Деятельность английского издателя и  комментатора  Джона  Пейн  Кольера
(1789-1883) получила суровый приговор потомков. Его биографы  признают,  что
он спас от забвения многие произведения английской литературы, но  в  то  же
время на всех его изданиях лежит печать сомнительности и недобросовестности:
"Ни одно его утверждение, ни одна приводимая им цитата не могут быть приняты
без проверки" {Dictionary of national biography, vol. 4,  p.  809.}.  Кольер
издавал  собрания  старинных  пьес  и  поэм,  мемуары   актеров,   коллекции
документов и рукописей, сочинения современников Шекспира (среди изданных  им
авторов - Марло, Спенсер, Сидней, Драйтон, Мандей, Четтл, Дэниэл, Нэш).
     Но имея доступ к  ценнейшим  собраниям  книг  и  рукописей,  Кольер  во
множестве фабриковал литературные подделки, выдавая  их  за  свои  открытия.
Впоследствии уличенный в этом, он самым недостойным  образом  обвинял  своих
противников: "кто-то подделал мой почерк", "я знал, что мои враги никогда не
простят мне моего открытия". "Я решил не омрачать жалкий остаток своей жизни
участием в этих раздраженных спорах", - объявил  он  и  более  двадцати  лет
хранил молчание, оставляя в последующих изданиях все  поддельные  материалы.
Недобросовестность Кольера как издателя была  неопровержимо  доказана  после
его смерти, но выявить полностью  многочисленные  фальсификации  Кольера  не
удалось, несмотря на усилия многих ученых.
     В 40-х годах Пейн Кольер прославился открытиями "новых фактов" о  жизни
Шекспира {Биографические "открытия" Кольера содержались в  его  книгах:  The
history of English dramatic poetry to the time of Shakespeare: and annals of
the stage to the Restoration. 3 vols. London, 1831; New facts regarding  the
life of Shakespeare.  In  a  letter  to  Thomas  Amyot.  London,  1835;  New
particulars regarding the works of Shakespeare. In a letter to the  rev.  A.
Dyce. London, 1836; Farther particulars regarding Shakespeare and his works,
in a letter to the rev. Joseph Hunter. London, 1839.}.  В  1842-1844  г.  он
издал сочинения Шекспира  в  8  томах,  включив  исправления  текста,  якобы
обнаруженные им на полях экземпляра первого фолио, известного под  названием
"Бриджуотер фолио" (всего 32 поправки).
     В январе 1852 г. английский журнал "Атенеум"  опубликовал  письмо  Пейн
Кольера, известившее мир об  удивительном  открытии.  В  экземпляре  второго
фолио  1632  г.,  который  Кольер  случайно  купил,  оказалось  около  20000
рукописных поправок. Более тысячи из них Кольер признал необычайно  ценными.
Этот экземпляр стал известен в истории шекспироведения как "фолио Перкинса",
потому что на обложке значилось имя Томаса Перкинса,  по-видимому  владельца
книги. В 1852-1853 гг. Кольер выпустил дна издания своего сочинения "Пометки
и эмендации в тексте драм Шекспира по рукописным поправкам экземпляра  фолио
1632 г." {J. P. Collier. Notes and emendations to the text of  Shakespeare's
plays from early MSS corrections in a copy of the Folio 1632... L.,  1852.},
а  также  однотомник  драм  Шекспира  с  поправками  неизвестного   "старого
корректора". В предисловии к своим "Пометкам и эмендациям" и в  комментариях
к  поправкам  Кольер  внушал  читателям,  что  такое   огромное   количество
исправлений  мог  сделать  только  человек,  имевший  перед  собой  рукописи
Шекспира или во всяком случае какой-то авторитетный текст. Следовательно,  -
утверждал он, - благодаря его открытию мир получил, наконец, подлинный текст
шекспировских драм. Многие  исправления  подтверждали  эмендации  Теобальда,
Уорбертона,  Мэлона,  Хэнмера  и  других  комментаторов,  но  многочисленные
поправки совершенно по-новому, самым неожиданным образом меняли текст.
     Пейн Кольер не тратил усилий на доказательство истинности той или  иной
поправки:  "невозможно  сомневаться   в   подлинности   этого   добавления",
"удивительно, как могли ученые и проницательные критики  не  заметить  столь
очевидной ошибки", "мы никогда не увидим больше этой опечатки"  и  т.  д.  -
подобные "аргументы" повторяются в книге Кольера постоянно.
     Английские комментаторы С. У. Сингер, Д. О.  Халлиуэлл,  Э.  А.  Брэ  и
немецкий  шекспиролог  Н.  Делиус  {N.  Defius.  J.  Payne   Colliers   alte
handschriftliche Emendationen zu Shakespeare gewiirdigt. Bonn, 1853.} уже  в
1853 г. подвергли  критическому  анализу  поправки  "старого  корректора"  и
доказали, что их внес невежественный человек, лишенный художественного чутья
и  незнакомый  с  языком  эпохи  Шекспира.  Однако  эти  суждения  тонули  в
восторженных откликах английской и французской прессы. Только  в  1859  году
после смерти герцога  Девонширского,  которому  Кольер  подарил  драгоценный
экземпляр, шекспирологи смогли увидеть таинственное фолио Перкинса и уличить
Кольера в подделке. Осмотр выявил множество  карандашных  пометок  на  полях
книги. Эти пометки были  стерты,  но  со  временем  снова  стали  различимы.
Поправки чернилами имитировали почерк XVII века. Но большинство из них  были
сделаны поверх карандашных поправок, написанных  современным  почерком  и  в
соответствии с орфографией  XIX  века.  Когда  Пейн  Кольер  неосмотрительно
признал, что написал несколько слов на  переплете  книги,  палеографы  легко
установили, что поправки в фолио  сделаны  той  же  рукой.  Более  того,  32
поправки в Первом фолио также принадлежали  самому  Пейну  Кольеру.  Позднее
выяснилось, что "новые факты" из жизни Шекспира оказались подделкой.  Кольер
вставлял упоминания о Шекспире  или  сочинял  целиком  поддельные  письма  и
петиции.
     История с фолио  Перкинса  изложена  в  книгах  С.  М.  Ингльби.  Автор
возмущался тем, что английские журналы  более  всего  озабочены  сохранением
доброго  имени  Пейн  Кольера  {С.  М.  Ingleby.  A  complete  view  of  the
Shakespeare controversy concerning the authenticity and  genuineness  of  MS
matter... publ. by J. Payne Collier. London, 1861,  p.  8-9.}.  "Подлинность
шекспировского текста имеет для нас  больше  ценности,  чем  репутация  всех
критиков и издателей", - писал  этот  страстный  защитник  Шекспира  {С.  М.
Ingleby. The Shakespeare fabrications or the MS notes of the  Perkins  folio
shown to be of recent origin. London, 1859, p. XXI.}.
     С.  М.  Ингльби  приводит  имена  комментаторов,   у   которых   Кольер
заимствовал большинство эмендаций {С. М. Ingleby. Ibid, p.  15-16.}.  Иногда
Кольер упоминал об этих "удивительных совпадениях", но многие  источники  он
обошел молчанием. Изобличающие Кольера материалы были погребены в журналах и
ученых трудах, в  то  время  как  его  издания  сопровождались  сенсацией  и
приобрели популярность не только в Англии, но также во  Франции,  Америке  и
России.
     Русский читатель быстро узнал об открытиях Кольера.  Упоминания  о  его
трудах встречаются в журналах с 1835  г.,  когда  "Сын  отечества"  поместил
изложение хвалебной статьи Ф.  Шаля  об  "Истории  английской  драматической
поэзии" {Сын отечества, 1835, т. 47, Э 8,  отд.  III.  Ф.  Шаль  сообщает  о
найденной Кольером расписке Шекспира в получении трех шиллингов  "в  задаток
за переделку старых пьес" (стр. 557).}. Положительную оценку  биографическим
изысканиям Кольера давали в 1840 г. "Отечественные записки" {Шекспир.  Обзор
главнейших мнений о Шекспире, высказанных европейскими писателями в XVIII  и
XIX столетиях. - Отечественные записки, 1840, т. 12 (Э 9), отд. II, стр. 15,
21.}. В  1841  году  "Сын  отечества"  познакомил  читателей  с  его  новыми
открытиями, "которые наделали столько шуму  в  литературе"  {Сын  отечества,
1841, т. 1, Э 6, стр. 196-197 (в "Литературном  обозрении").}.  Популярности
Кольера среди русских читателей способствовала и  газета  "Северная  пчела",
которая в 1841-1845 гг. сообщала об изданиях Кольера {В заметке "Отголосок с
поприща английской литературы" - об издании  "Шекспировской  библиотеки",  -
Северная пчела, 1841, Э  76  (апр.),  стр.  303;  "Характеристические  черты
новоизданных английских  сочинений  и  взгляд  на  Лондонские  театры"  -  о
деятельности  Шекспировского  общества  и  об  издании  Мемуаров  Аллена,  -
Северная пчела, 1841,  Э  187,  стр.  347;  "Литературные  и  художественные
известия из Лондона" - о сборнике  древних  баллад,  собранных  Кольером,  -
Северная  пчела,  1841,  Э  167,  стр.  667;  в  статье   "Директор   театра
шекспировских времен" газета сообщала: "Неутомимый комментатор шекспировских
времен г. Пейнъ Коллейр издал недавно манускрипт, характеризующий ту  эпоху.
Это "Журнал директора театра с 1591 по 1609 год..." - Северная пчела,  1845,
Э 232, стр. 925.}.
     В одном из номеров газета писала о новых английских изданиях  сочинений
Шекспира: "Ч. Нейт и Пейнъ Колье (sic!) объявили, что каждый из  них  издаст
Шекспира с драгоценными  критическими  замечаниями.  Оба  уверяют,  что  они
нашли, открыли материалы для подробнейшей биографии знаменитого  английского
трагика. Ждем и не дождемся!" {Северная пчела, 1842,  Э  56,  стр.  221.  Об
открытии рукописи драмы "Генрих IV" сообщил читателям  "Журнал  министерства
народного просвещения": "Рукопись просмотрена г. Каллие,  коему  известны  в
подробности все доселе вышедшие  издания",  1845,  ч.  48,  отд,  VII,  стр.
17-18.}. Издание Кольера, завершенное в 1844 г., получило высокую  оценку  в
журнале "Современник" в статье Я. Грота: "Мы до сих пор еще не знали  трудов
Шекспира в первоначальном,  истинном  виде.  Ныне  г.  Кольер  трудится  над
критическим изданием Шекспира" {Я. Грот. Литературные заметки и выписки.  5.
Исправленный Шекспир. - Современник, 1844,  т.  XXXV,  Э9,  стр.  293-295.}.
Далее автор приводит примеры изменений, внесенных Кольером.
     О находке фолио Перкинса  русские  читатели  узнали  из  увлекательной,
полной живописных подробностей статьи Ф. Шаля, который восторженно  встретил
открытие Кольера. Уже в апрельском номере "Отечественных записок" за 1852 г.
в статье "Исправленный текст драм  Шекспира"  появилось  красочное  описание
открытия  Кольера,  извлеченное  из  статьи  Шаля.  Автор  рассказывал,  как
антикварий зашел по своему обыкновению в магазин г. Родда и  стал  рыться  в
груде книг. Ему попалась книга подозрительного вида, грязная,  растрепанная,
ветхая - второе фолио 1632 года. Только через несколько лет он заметил  (как
он не заметил этого прежде, -  удивляется  автор),  что  она  вся  испещрена
замечаниями. "Как бы то ни было, поправки в найденном г. Кольером экземпляре
превосходны. Они,  очевидно,  основаны  на  подлинном  предании  и  особенно
драгоценны как доказательство того, что Шекспир, человек гениальный,  уважал
грамматику, говорил хорошо на своем родном языке и  имел  здравый  смысл..."
{Отечественные записки, 1852, т. 81, Э  4,  отд.  VIII,  стр.  287-238.  Эта
статья почти полностью повторена в "Библиотеке для чтения": Новые варианты к
тексту Шекспира. Из статьи Филарета Шаля. - Библиотека для чтения, 1852,  т.
113, Э 6, отд. VII.}.
     Из этих сообщений можно видеть, что русский  читатель  40-х-50-х  годов
был  хорошо  осведомлен  о  деятельности  Пейна   Кольера.   Эти   сведения,
почерпнутые из  английских  и  французских  журналов  и  принятые  на  веру,
увеличивали известность и авторитет Пейна Кольера. Любопытное  свидетельство
авторитетности Кольера содержится в письме И. С. Тургенева П. В.  Анненкову,
относящемся к 1853 году. Тургенев сожалеет о том, что издатель "Атенеума" Ф.
Чорлей не мог найти сведений о существовании английского поэта Ченстона.  "Я
написал ему, - прибавляет Тургенев, -  чтобы  он  спросил  об  этом  у  Пэна
Коллиера, первого знатока этого дела  в  Англии"  {И.  С.  Тургенев.  Полное
собрание сочинений и писем в 28 томах. Письма, т. 2. М.-Л., АН  СССР,  1961,
стр. 121.}.
     Наиболее полное изложение знаменитого "открытия" Кольера дал в 1856  г.
А. В. Дружинин {А. В. Дружинин. Пэйн Колльер комментатор  Шекспира  и  новое
важное открытие, им сделанное. - Библиотека для чтения, 1856. т.  140,  отд.
II, стр. 1-249. Статья Дружинина была  реферирована  в  "Журнале  Мин.  нар.
проев.", 1857, Э 6, отд. VI, стр. 194-196  (в  "Обозрении  русских  газет  и
журналов"). Автор обозрения без каких-либо комментариев  привел  отрывки  из
этой  статьи,  содержащие  основные   сведения   об   открытии   Кольера   и
положительную оценку этого открытия; В 1865 г. она  была  перепечатана  в  5
томе Собрания сочинений А. В. Дружинина под ред. Н. В. Гербеля. Спб.,  1865.
Далее цитаты даются  по  этому  изданию.}.  Авторитет  Дружинина  -  критика
английской литературы, был велик, и статья,  написанная  человеком,  который
превосходно знал английский язык  и  сам  переводил  Шекспира,  должна  была
повлиять на переводчиков. Дружинин подробно описывает, как "странный случай"
сделал  одного   из   самых   робких   толкователей   Шекспира   "главой   и
провозвестником новой школы разыскателей шекспировского  текста".  Вслед  за
Кольером Дружинин  характеризует  первое  фолио  1623  г.  как  "безобразное
издание", выполненное "бессовестным образом", а друзей Шекспира -  издателей
Хеминджа и Конделла называет "аферистами и  шарлатанами"  {А.  В.  Дружинин.
Собр. соч., т. 5, стр. 537.}.
     Дружинин приводит суждения врагов Кольера: "По словам г. Сингера Кольер
сам не стоит спора по своей глупости, но человек, поправлявший издание  1632
г., Шекспиров корректор, есть мерзавец, невежда, осмелившийся соваться не  в
свое дело, дерзкий нахал, самодовольный болван,  неспособный  понять  одного
шекспирова стиха, несмотря на то исправляющий  Шекспира"  {А.  В.  Дружинин.
Собр. соч., т. 5, стр. 543-544.}. Пересказывая эти  весьма  сильные  оценки,
Дружинин защищает Кольера, и его аргументы кажутся вполне убедительными: кто
бы мог внести  такое  количество  поправок  по  догадке,  заменять  слова  и
выражения, совершенно ясные, наконец, как мог один человек угадать поправки,
сделанные в наше время глубокими знатоками?  По-видимому  какое-то  сомнение
заставило его прибавить: "Или мы ошибаемся самым удивительным  образом,  или
перед нами некоторая часть  подлинного  шекспирова  текста"  {Там  же,  стр.
546.}. Но вывод Дружинина был  совершенно  безапелляционным:  "Находка  Пейн
Колльера драгоценна, и ее необходимо  иметь  в  виду  при  всех  изданиях  и
будущих переводах" {Там же, стр. 544-545.}.
     В статье содержался важный упрек Кольеру: издатель напрасно поторопился
выпустить в свет исправленный текст Шекспира, не выделив  изменений  текста.
Следовало издать Шекспира таким, каким он был до  открытия,  и  отнести  все
20000 поправок в особый раздел, чтобы читатель мог самостоятельно  судить  о
их ценности {Там же, стр. 543.}.
     Оценку "открытия" Колльера  и  примеры  "бесспорных"  улучшений  текста
Дружинин почерпнул из статей "Эдинбургского обозрения". В  тексте  фолио,  -
сообщает Дружинин, - Лир говорит "This is a dull sight. Are you  not  Kent?"
(V, 3, 282) {Акты, сцены и строки даются по изд.: The works  of  Shakespeare
ed. by W. G. Clark and W. A. Wright. - The Cambridge  ed.,  London,  1863and
The Globe ed., London, 1878. Текст фолио  приводится  по  изд.:  Mr  William
Shakespeare's Comedies, histories and tragedies. A  facsimile  ed.  (of  the
First Folio) prep, by Helge Kokeritz. New Haven, 1955.}. По  тексту  Кольера
должно быть "This is a dull light". Последнее действие происходит при  свете
дня, но глаза великого страдальца покрыты  мраком  смерти,  и  дневной  свет
кажется ему темнотой {А. В. Дружинин. Собр. соч., т. 5, стр.  548.},  -  так
дополняет Дружинин аргументы Кольера.  Эта  поправка  вошла  в  его  перевод
"Короля Лира". С некоторым сожалением  принял  Дружинин  поправку  в  тексте
хроники "Генрих V". Вместо текста фолио "a table of green  fields"  (II,  3,
16-17) в прежних изданиях существовала эмендация  Теобальда:  "a'babbled  of
green fields", которую Дружинин считал подлинным текстом  Шекспира:  "Всякий
помнит восхитительное описание умирающего Фальстафа: "нос его заострился как
перо, и он бормотал что-то о лугах и зелени". Но по тексту  Кольера  следует
читать: "как перо на зеленом столе"  {Там  же,  стр.  550.  По  поводу  этой
эмендации Кольера. Н. Делиус не без иронии заметил:  "Непонятно,  почему  на
таком столе перо должно быть особенно острым". (Op. cit., S. 47).  Почти  во
всех русских переводах победила  эмендация  Теобальда,  а  поправка  Кольера
осталась только в переводе Кетчера.}.
     Несмотря на то, что Дружинин неумеренно расхвалил открытие  Кольера,  в
его  собственных  переводах  мало  Пейн-Кольеровских   поправок.   Некоторые
изменения он ввел в переводы "Короля Лира" и  "Кориолана",  но,  по-видимому
какое-то чутье помогло ему отвергнуть наиболее одиозные искажения текста  {В
своем введении  к  переводу  "Ричарда  III"  (1862)  Дружинин  сообщил,  что
"перевод сделан не по Колльерову изданию".}.
     Под влиянием статьи Дружинина Аполлон Григорьев  уже  в  1857  г.  имел
поправки Кольера в свой перевод комедии "Сон в летнюю  ночь".  Распределение
речей  персонажей  в  фолио   Перкинса   показалось   переводчику   "гораздо
естественнее" {В.  Шекспир.  Сон  в  летнюю  ночь.  Пер.  А.  Григорьева.  -
Библиотека для чтения,  1857,  т.  144,  отд.  I,  стр.  268.}.  Но,  приняв
исправления Кольера, он сообщает и примечаниях, каким был  текст  в  прежних
изданиях. Например, в начале 5 акта в тексте Кольера читает афишу Лизандр, а
Тезей только комментирует ее. В  примечании  переводчика  упомянуто,  что  в
старых изданиях Тезей  и  читает  афишу  и  тут  же  высказывает  остроумные
замечания {Там же, стр. 254, прим. на стр. 273.}.
     Из русских переводчиков только Н. X. Кетчер полностью  принял  поправки
Кольера.  Н.  X.  Кетчер  (1807-1886),  -  приятель  Белинского,  Тургенева,
Герцена, - приступил к изданию Шекспира в  своих  прозаических  переводах  в
1841 году. За сравнительно короткое время (1841-1850) он успел  перевести  и
издать  отдельными  выпусками  18  пьес  Шекспира,  но  затем  это   издание
прекратилось по разным причинам и возобновилось только  в  1858  г.  {См.  о
возобновлении издания заметку в "Московских ведомостях", 1858, Э 73. Автором
ее был М. Н. Лонгинов, и она перепечатана в  его  "Сочинениях",  т.  1.  М,,
1915,  стр.  335-337.  "Успех  этого  перевода   в   сороковых   годах   был
блистательный и совершенно заслуженный", - писал М.  Н.  Лонгинов.},  т.  е.
вскоре после того, как "открытие" Кольера было популяризировано  Дружининым.
Все  первое  издание   перевода   Кетчера   быстро   разошлось.   В   новом,
возобновленном издании, текст пьес, переведенных Кетчером  ранее,  исправлен
по тексту Кольера, который как раз в 1858 г. выпустил восемь томов сочинений
Шекспира, с поправками из фолио Перкинса. В 1858 г. в изд. К. Солдатенкова и
Н. Щепкина  появилась  5-я  Честь  возобновленного  издания:  "Драматические
произведения Шекспира". Перевод с английского  Н.  Кетчера,  выправленный  и
пополненный по найденному Пэн Колльером экземпляру in folio 1633 (sic!).  Ч.
5-я. Изд. К. Солдатенкова и Н. Щепкина. М.,  1858.  В  этой  части  помещены
"Антоний и Клеопатра", "Два веронца", "Тимон Афинский" и  "Юлий  Цезарь".  В
рецензиях на эти переводы {*} были высказаны как одобрение, так и  порицание
переводчику за внесенные исправления. Журнал "Атеней" благодарил Кетчера  за
стремление к верности подлиннику даже в частностях {Атеней, журнал  критики,
современной истории и литературы, 1858, Э 29, стр. 161. Подпись Е. К.  (Евг.
Фед. Корш, - см. И.  Ф.  Масаяов.  Словарь  псевдонимов  русских  писателей,
ученых и общественных деятелей. Т.  1,  1956,  стр.  359).}.  "Отечественные
записки" видели в поправках особенную ценность переводов: "Пен Кольер оказал
величайшую услугу всем почитателям Шекспира, и г. Кетчер заслуживает  полной
благодарности  за  то,  что  сейчас  же  воспользовался  открытием  Кольера"
{Отечественные записки, 1859, т. 122, Э 3 (янв.-февр.), отд. III, стр. 4.}.
     {*  Второе,  исправленное  издание  Кетчера,  вызвало  гораздо   меньше
откликов,  чем  первое,  породившее   многочисленные,   по   большей   части
доброжелательные, рецензии. Например, "Отечественные записки" в рецензии  на
1-й выпуск сообщали об издании Кетчера: "Не мечта ли? Не сон ли  обманчивый?
Предприятие  смелое,   дерзкое,   задуманное   по   бескорыстной   любви   к
искусству..." - Отеч. зап., 1841, т. 17,  Э  8,  отд.  VI,  стр.  47;  более
критический характер носила оценка перевода в "Библиотеке для  чтения":  "Мы
не должны в этом переводе искать поэтических красот  подлинника...  Тонкости
Шекспира исчезают в его преложении, но  преложение  это  буквально  верно  с
оригиналом и довольно исправно передает его внешний смысл". - Библ. для чт.,
1841, т. 48, отд. VI, стр. 17. Вероятно, по поводу первого издания  написана
была в 50-х годах эпиграмма И. С. Тургенева:

                          Вот еще светило мира!
                          Кетчер, друг шипучих вин, -
                          Перепер он сам Шекспира
                          На язык родных осин.
     !!!!!!!!!!!!!!!!
     (И. С. Тургенев. Собр. сочинений и писем в 12 томах, т. 10.  М.,  1956,
стр. 102).
     Была, впрочем, высказана и другая точка зрения.  В  одной  из  рецензий
поправки Кольера вызвали сомнения,  хотя  автор  давал  высокую  оценку  его
трудам: "Г. Пенъ-Коллирс, один из ученейших английских исследователей" издал
сочинения Шекспира "с величайшей тщательностью", но далее, ссылаясь на книгу
Р.  Г.  Уайта,  рецензент  пишет:  "Ожидание  публики  было  обмануто  самым
печальным образом, когда поближе рассмотрели  знаменитые  исправления...  Не
лучше ли оставить в первобытном виде темные места, как, может быть они  были
написаны Шекспиром, а не заменять их ясными выражениями,  принадлежащими  не
ему" {Северная пчела, 1858, Э  173,  стр.  745.  Подпись  К.  П.  (Ксенофонт
Полевой, см. И. Ф. Масанов, цит. соч., т. 2, 1957, стр. 17).}.
     Кетчера автор упрекал в буквализме: по-русски невозможно  вполне  точно
передать фразы, которых не понимают сами англичане; от буквального  перевода
Шекспир только проигрывает. На это предостережение  Кетчер,  по-видимому  не
обратил внимания, и в новом издании в 9  частях  (1862-1879)  {Драматические
сочинения Шекспира. Пер. с англ. Н. Кетчера, выправленный и  пополненный  по
найденному Пэн Кольером старому экземпляру in folio 1632. Изд.  2.  Ч.  1-9.
М., 1862-1879.} все переводы были сделаны по тексту Пейна Кольера. В 1880 г.
в рецензии, посвященной завершению этого издания, Н.  И.  Стороженко  назвал
открытие Кольера "одной из самых грандиозных подделок" и выразил  сожаление,
что переводчик следовал тексту, не имевшему никакого авторитета. Он приводил
в пример исправления в первом акте "Гамлета": три из семи поправок внесены в
текст еще до Кольера, три - никуда не годятся и только  одну  можно  считать
удачной {Критическое обозрение, 1880,  Э  5,  стр.  239,  241.  Рецензия  на
перевод Кетчера  перепечатана  в  кн.:  Н.  Стороженко.  Опыты  по  изучению
Шекспира. М., 1902.}.
     С  удивительной  доверчивостью  Кетчер  принял   самые   безвкусные   и
невежественные искажения  текста.  Кольер  часто  упрощал  образы,  разрушая
образную картину заменой какого-либо  слова.  Например,  вместо  знаменитого
"bosome multiplied" ("Кориолан", III, I, 131)  поставил  "bisson  multitude"
(Notes., p. 356). В первом издании Кетчер перевел: "И как еще переварит этот
собирательный желудок угодливость сената" (ч. 4, стр. 314-315), - во  втором
он исправил по Кольеру: "слепая толпа". Кетчер принял поправку в  "Макбете",
особенно возмутившую английских комментаторов: вместо "What b_e_a_s_t  was't
then that made you break this enterprise to  me"  (1,  7,  56)  леди  Макбет
произносит: "What b_o_a_s_t was't then...  (Notes...  p.  408-409).  Но  это
искажение  осталось  только  в  переводе  Кетчера.  Восхищение   почитателей
Шекспира вызывал образ ревности в словах Яго: "It is the green-eyed  monster
which doth mock the meat it feeds on" (III,  3,  166-167).  Кольер  исправил
"mock" на "make", и Кетчер выправил  свой  перевод:  вместо  "О,  берегитесь
ревности,  этого  зеленоглазого  чудовища,  издевающегося  даже  над  пищей,
которой питается" (стр. 459)  во  втором  издании  было:  "создающего  пищу,
которой питается" (ч. 4, стр. 386). Эта поправка сохранена в переводе А.  Л.
Соколовского: "она питается сама собой" (т. 2, стр. 75).
     Сложный образ в хронике  "Король  Джон":  "unthread  the  rude  eye  of
rebellion" (V, 4, II) был упрощен уже в издании Теобальда: "untread the rude
way..." (N. Delius, op. cit. S. 29). Пейн Кольер сообщал,  что  обнаружил  у
"старого корректора" - "untread the  road-way  of  rebellion"  (Notes...  p.
211). Соответственно у Кетчера: "Выдерните нитку из грубого ушка возмущенья"
(1-е изд., вып. 1, стр. 100) и "Покиньте  широкую  дорогу  возмущенья"  (2-е
изд., ч. 1, стр. 80). Эту поправку приняли также  А.  Л.  Соколовский  и  В.
Костомаров.
     Кетчер использовал и многочисленные ремарки, введенные Кольером.  Сотни
ремарок заключали указания актерам, ясные  из  текста,  некоторые  пояснения
были взяты Кольером из изданий кварто, другие он придумал сам.  Например,  в
3-й сцене 3-го акта "Гамлета" Кольер решил, что Гамлет входит  с  обнаженным
мечом, т. к. уже готов убить Клавдия. Во втором издании Кетчера мы  находим:
"Входит Гамлет и останавливается с обнаженным мечом позади" (ч. 7, стр. 172.
Эта ремарка до  настоящего  времени  используется  в  некоторых  постановках
"Гамлета").
     Влияние переводов Кетчера сказывается в переводах В. Костомарова, А. Л.
Соколовского, П. Каншина. Некоторые, правда, весьма незначительные, поправки
Кольера встречаются в переводе А. Фета,  который  в  примечании  к  переводу
"Антония и Клеопатры" писал: "Я присоединил в выносках только необходимейшие
объяснения текста и те  варианты  по  экземпляру  Коольфа(?),  которые  явно
изменяют в данном  месте  смысл  в  пользу  дела"  {В.  Шекспир.  Антоний  и
Клеопатра.  Пер.  А.  Фета.  -  Русское  слово.  Литературно-ученый  журнал,
издаваемый граф. Гр. Кушелевым-Безбородко. Спб., 1859, Э 2, отд. 1, стр. 54.
Далее в примечаниях фамилия указана правильно: у Кольера (см. стр. 140, 162,
184 et.).}. Одно из таких  "полезных"  изменений:  "by  repetition  souring"
вместо шекспировского "by revolution lowering" (1, 2, 128-129). У Кетчера  в
первом издании: "самое блаженство, которого жаждешь, ослабевая  во  времени,
становится, наконец, противоположностью самому себе" (вып. 18, стр. 106),  -
во втором издании: "наслаждение, повторяясь, набивает оскомину" (ч. 5, 1863,
стр. - 267). А. Фет  перевел,  следуя  Кольеру:  "становится  от  повторенья
горьким" (стр. 65).
     В. Костомаров упоминает, что труд Кетчера "служил ему немалым пособием"
{Полное собрание сочинений В. Шекспира в русском  переводе  В.  Костомарова.
Спб., 1865. Вышли только две части - ч. I. Король Иоанн и ч. 2. Ричард II.}.
Например, вслед за Кетчером, он  принял  необычайно  нелепую  поправку  "sin
bestained" вместо "thin-bestained cloak" ("Король Джон". IV, 3,  24-25)  {Н.
Делиус отметил, что эта поправка свидетельствует об отсутствии эстетического
чутья и вкуса: "старый корректор" не понял, что слово  "thin"  соответствует
стоящему перед ним "line" (Op. cit., S. 83).} и перевел "грехом  запятнанной
одежды" (ч. 1, стр. 115).
     А. Л. Соколовский использовал многие эмендации в переводах,  помещенных
в изданиях Некрасова и Гербеля, но, позднее в собственном издании  сочинений
Шекспира от многих отказался, отметив в предисловии, что  относился  к  этим
поправкам  с  осторожностью  {Сочинения  Вилльяма  Шекспира  в  переводе   и
объяснениях А. Л. Соколовского. В 12 томах. 2-е изд.,  т.  1.  Спб.  (1913),
стр.  118.}.  В  некоторых  случаях  он  проделал  работу  комментатора.   В
примечаниях он сравнивал различные толкования спорных мест и приводил  текст
подлинника. Иногда перевод сохраняет  эмендацию  Кольера,  но  в  английском
тексте, данном в примечаниях, она отсутствует.
     Положительная оценка трудов Пейна Кольера сохранялась в русской критике
довольно долго, например, в статьях В. П. Боткина и П. Н. Полевого  во  всех
пяти изданиях под ред. Н. А. Некрасова и Н. В. Гербеля (первое  изд.  начато
было в 1865 г., пятое под ред. Д. Л. Михаловского в 1899 г.). В.  П.  Боткин
давал  высокую  оценку  изданию  Кольера  1858  г.:  "Особенно  замечательно
издание, сделанное Колльером, добросовестным,  осторожным  ученым,  которое,
должно служить основанием всякому изучению Шекспира" {В. Боткин.  Литература
и театр в Англии до  Шекспира.  -  Полн.  собр.  драматических  произведений
Шекспира в переводе русских писателей. Изд. Н. А. Некрасова и Н. В. Гербеля.
Т. 1. Спб., 1865, стр. XVIII.}.  В  биографическом  очерке  П.  Н.  Полевого
использованы многие вымыслы  Кольера,  которого  автор  называет  неутомимым
исследователем Шекспира  {П.  Н.  Полевой.  Вильям  Шекспир.  Биографический
очерк. - Там же, т. 4, стр. XLVII; 5-е изд., т. 1, 1899,  стр.  39.}.  Можно
было ожидать, что эмендации Кольера  будут  приняты  в  этом  издании  почти
полностью или во всяком случае и большинстве переводов. Этого не  произошло,
вероятно, потому, что редакторы предоставили переводчикам свободу  в  выборе
текста. Отдельные  искажения  текста,  основанные  на  указанном  источнике,
встречаются и переводах А. В. Дружинина ("Король Лир" и "Кориолан"),  А.  Л.
Соколовского ("Зимняя сказка", "Генрих IV", "Генрих  V"),  П.  И.  Вейнберга
("Венецианский купец", "Генрих VIII"), К. К. Случевского ("Зимняя  сказка"),
Ф. Б. Миллера ("Мера за меру").
     Из  всех  дореволюционных  изданий  особенно  популярным  было  издание
Брокгауза-Ефрона под  ред.  С.  А.  Венгерова.  В  статье  С.  А.  Венгерова
упоминалось о той печальной известности, которую  приобрел  Пейн  Кольер,  -
"человек очень ученый,  но  соблазнившийся  желанием  нашуметь".  "Открытия"
1835-1849 гг. были названы подделкой,  а  его  издание  рассматривалось  как
"неудачная, частью основанная  на  недобросовестности,  попытка  дать  новый
текст" {С. А. Венгеров. Вильям Шекспир. - Полн. собр. сочинений В. Шекспира.
Под ред. С. А. Венгерова. В 5 тт. Спб.,  Брокгауз-Ефрон.  1902-1904,  т.  5,
стр. 494-495.}. Однако некоторые эмендации  Кольера  встречаются  и  в  этом
издании в старых переводах, а также в прозаических переводах  в  издании  П.
Каншина {В. Шекспир. Полн. собр. сочинений в 4-х томах. Пер. П. А.  Каншина.
Биогр. очерк написан проф. Московского университета Н. И. Стороженко.  Прим.
П. И. Вейнберга, Е. Соловьева, А. Михайлова и др. Киев, 1902-1903.}, и  даже
в советских изданиях.
     Поправки Кольера оказались довольно живучими, так как они  проникли  во
многие английские издания. Предложенная каким-либо  комментатором  эмендация
начинает жить собственной  жизнью,  независимо  от  того,  является  ли  она
произвольной   догадкой   или   подкреплена   солидными    доказательствами.
Эстетический критерий и сила традиции имели и истории шекспировского  текста
не меньшие права, чем  историко-филологические  аргументы,  и  часто  бывает
трудно  понять,  почему  одна  эмендация  выжила,  а  другая  умерла,   едва
родившись.
     Характерный пример - поправка в знаменитом монологе "Быть или не быть",
предложенная  еще  до  Кольера.  Кольер  кратко  сообщил,  что  "неизвестный
корректор"  следовал  тексту  кварто.  Вместо  "poore  mans   contumely"   и
"disprised love" как было во всех изданиях фолио (Folio, p. 265,  facs.,  р.
755) Кольер обнаружил: "proud mans contumely" и "despised love" (Notes... p.
424). В большинстве английских изданий и, почти во  всех  русских  переводах
победил текст кварто {См., напр. 14  переводов  этого  монолога  в  кн.:  Г.
Нелюбин. К.  Р.  Критико-биографический  этюд.  Спб.,  1902.  Только  Д.  В.
Аверкиев следовал тексту фолио (В. Шекспир. Гамлет, принц  датский.  Перевод
Д. В. Аверкиева с издания 1623. - Приложение к "Русскому обозрению" за 1805,
Э 1-4).}.
     Очень живучей оказалась эмендация Кольера в "Мере за меру". Теобальд  и
Уорбертон предложили "priestly Angelo" вместо непонятного  "prenzie  Angelo"
(III, 1, 94). Кольер добавил еще одно "бесспорное улучшение":  "in  priestly
garb" вместо "in prenzie  gardes"  (III,  1,  97),  и  в  русских  переводах
победили обе эмендации: "святейший Анджело" и "ризы благочестия" (Кетчер, ч.
7, стр. 379); "набожный Анджело" и "в одежде благочестия" (Ф. Б. Миллер, 1-е
изд. Гсрбеля, т. 4, стр.  326,  так  же  во  всех  пяти  изданиях);  "святой
Анджело" и "святую ризу" (А. Л. Соколовский,  т.  5,  стр.  160.  Переводчик
назвал эту поправку Кольера одной из самых удачных). Другая поправка  "rags"
(Notes... p. 248) вместо "rage" ("Генрих IV, ч. 2", IV, I, 34),  по-видимому
заимствованная Кольером у С. У.  Сингера  или  С.  Уокера,  прочно  вошла  в
английские издания (в том числе  и  в  Кэмбриджское).  В  русских  переводах
существуют оба варианта.  У  Кетчера  в  первом  издании  "низкими,  подлыми
толпами, п_о_д_с_т_р_е_к_а_е_м_ы_м_и б_у_й_с_т_в_о_м" (вып. 1, стр. 449), во
втором - "окаймленными всяким отребьем" (ч. 1, стр. 362). А. Л.  Соколовский
следовал тексту фолио: "безумно подстрекаемых враждой" (в изд.  Гербеля,  т.
2, стр. 478, в изд. Соколовского, т. 7, стр. 359). П. А. Каншин  использовал
эмендацию очень эффектно: "толпой бродяг и _всякого отребья_, бездомного,  в
_лохмотьях безобразных_" (5-е изд. Гербеля, т. 2, стр. 193). В  переводе  З.
Венгеровой и Н. М. Минского (изд. С. А. Венгерова, т. 2, стр. 220), а  также
в переводе Вл. Морица {В издании: В. Шекспир. Полное собрание сочинений в  8
томах. Под общей ред. С. С. Динамова и А. А. Смирнова. М.-Л.,  т.  3,  1937,
стр. 454. В последующих ссылках. - П.  с.  с.  с  указанием  года  издания.}
"лохмотья" отсутствуют, а в переводах Е. Бируковой объединены оба варианта -
"ярость" и "оборванцы" {Перевод под ред. А. А.  Смирнова  в  однотомнике  В.
Шекспир. Избранные произведения. Под ред. М. П. Алексеева и А. А.  Смирнова.
М.-Л., 1950, стр. 265; так  же  в  изд.:  Уильям  Шекспир.  Полное  собрание
сочинений  в  8  томах.  Под  общ.  ред.  А.  Смирнова  и  А.  Аникста.  М.,
"Искусство",  т.  4,  1959,  стр.  194  (в  этом  издании  указана   фамилия
переводчицы). В последующих ссылках П. с. с. с указанием года.}.
     Поправка Теобальда-Кольера в  тексте  "Макбета"  -  "rebellion's  head"
вместо "rebellious dead" (IV, 1, 97),  как  было  во  всех  изданиях  фолио,
полностью  вытеснила  образ  "мятежных  мертвецов".  Подлинно  шекспировский
образ, передающий глубокие внутренние мучения Макбета, которому кажется, что
призраки поднимают мятеж, был  утрачен  в  английских  изданиях  и  во  всех
русских переводах, вытеснен  упрощенным  политическим  образом.  В  рассказе
Просперо ("Буря", I, 1, 100) комментаторы еще до  Кольера  поставили  вместо
"into truth" - "unto truth" {"The Tempest", H. H. Furness' Variorum ed.,  p.
36.}.  Теобальд  предложил  объяснение,  побудившее  Кольера  к   дальнейшим
исправлениям текста.  По  мнению  Теобальда,  Просперо  сравнивает  брата  с
лжецом, который рассказывает небылицы так часто, что обманывает  собственную
память. Пейн Кольер привел текст в соответствии с  таким  объяснением:  "who
having _to untruth_ by telling of it". Тексту фолио следовали Н.  М.  Сатин,
Т. Л. Щепкина-Куперник. Толкование Теобальда принято в переводах  Кетчера  и
Соколовского, а также в новом советском переводе Мих. Донского:

                    Как лжец, который приучил себя
                    Кривить душой, быть с истиной в разладе,
                    Подчас в свою неправду верит сам.

                            (П. с. с, т. 8, 1960, стр. 128).

     В "Зимней сказке" Кольер добавил целую строку после слов Леонта  "Would
I were dead but that me thinkes alreadie", (V, 3, 62)  (F,  facs.  p.  302):
приняв восклицание "умереть мне" за желание Леонта умереть, он  добавил:  "I
am but dead, stone looking  upon  stone"  (Notes...  p.  197)  {Эта  нелепая
поправка вызвала негодование английских  комментаторов  (С.  М.  Ingleby.  A
complete view...  p.  218-220).}.  Эта  поправка  Кольера  длительное  время
существовала в русских переводах, впервые введенная  Кетчером.  Соколовский,
по-видимому, просто следовал Кетчеру. Тексту Кольера следовали также  К.  К.
Случевокий и П. Гнедич.
     Некоторые поправки Кольера ожили  в  сравнительно  недавних  переводах.
Например "the drowsy e_a_r_e of night" вместо "race" ("Король Джон", III, 3,
39) в переводе Е. Бируковой "встревожил колокол слух ночи сонный" (П. с.  с,
т. 3, 1937, стр. 56);  "thy  words  are  but  o_u_r  thoughts"  вместо  "as"
("Ричард III", II, 1, 275-276) - в переводе Мих. Донского; "эти речи -  лишь
мысли наши" (П. с. с, т. 3, 1958, стр.  443);  "the  goodness  of  his  age"
вместо "the grossness of this age" ("Ричард III", III, I, 44), - в  переводе
Анны Радловой: "припомните его невинный возраст" {"Ричард III" в переводе А.
Радловой был издан в 1935 г., но это место, как  и  многие  другие,  в  этом
издании было сокращено. Приведенный перевод впервые появился в издании Полн.
собр. соч., в 8 тт., т. 4, 1941, стр. 453,  поправка  сохранена  и  в  новом
издании, т. 1, 1957, стр. 494.} почти  как  у  Кетчера:  "сообразите  только
невинный возраст герцога". В сцене, где Бэкингем упрашивает Ричарда  принять
венец,  Кольер,  следуя  изданию  кварто,   добавил   в   словах   Бэкингема
ругательство, и вставил реплику Ричарда. По тексту Кольера Бэкингем говорит,
обращаясь к горожанам: "Come, citizens, 'r_o_u_n_d_s, I'll entreat no more",
а Ричард упрекает его: "О, do not sweare, my lord of Buckingham"  (IIiI,  7,
219-220).
     Это добавление,  принятое  в  тексте  Кэмбриджского  издания,  вошло  в
перевод Радловой:

     Бек.: Идемте, граждане, к чертям все просьбы!
     Глостер: О, не бранись мой милый Бекингем. (П. с. с, т. 4,  1941,  стр.
485; так же в новом изд. т. 1, 1957, стр. 523).

     Эти поправки Кольера странным образом  проникли  в  перевод  Дружинина,
помещенный  в  советских  изданиях,  хотя  ни  в  одном  из   многочисленных
дореволюционных изданий его перевода этих эмендаций  нет.  Дружинин  перевел
"the grossness of this age" неверно: "Вам скажет самый грубый старовер",  но
исправленный  перевод:  "Припомните,  что  он  еще  ребенок"  {В.   Шекспир.
Избранные сочинения в 4-х томах.  Ред.,  вст.  статьи  и  объяснения  А.  А.
Смирнова, т. 3, 1940, стр. 385, так же в однотомнике  1960  г.,  стр.  439.}
содержит поправку Кольера и напоминает перевод А. Радловой.
     Во втором случае в советских изданиях  перевода  Дружинина  конец  речи
Бэкингема не изменен, т. е. ругательство отсутствует,  но  затем  прибавлена
реплика Ричарда: "О, не бранись, добрейший Бэкингем!"
     Таким  образом,  поправки  Кольера  встречаются   во   многих   русских
переводах. Если Н. X. Кетчер, А. В. Дружинин, А. Григорьев, А.  Фет,  А.  Л.
Соколовский,  В.  Костомаров,  П.  А.  Каншин  сознательно  приняли   многие
поправки, то  в  большинстве  других  переводов  эти  искажения  случайны  и
немногочисленны. Пейн Кольер включил в свои издания  большинство  эмендаций,
сделанных до него, различные варианты текстов кварто и  добавил  к  тому  же
многочисленные оригинальные поправки. Некоторые искажения в местах,  трудных
для истолкования,  потребовали  от  шекспирологов  значительных  усилий  для
защиты подлинного текста, и эта борьба помогла разъяснению многих спорных  и
загадочных слов и образов. Искажение текста Шекспира сказалось и на  русских
переводах, которые до настоящего времени не удалось  полностью  очистить  от
поправок Пейн Кольера.


Популярность: 7, Last-modified: Tue, 05 Dec 2006 06:06:59 GMT