Spellcheck: Wesha the Leopard
---------------------------------------------------------------


   Зверь  -  это  я.  Впрочем,  в  разные  времена  меня  и   называли
по-разному.  Зверь,  Убийца,  Демон,  Бес,  Наваждение,  Ужас...   Да,
человеческая фантазия в этом смысле весьма развита... хе-хе...
   А ведь вся эта куча титулов совершенно  мной  не  заслужена.  Ну...
почти не заслужена. Я не убийца. Все, чего я хотел и хочу - это  жить.
Жить, жить, жить, выжить при  любых  условиях  и  выбраться  из  любой
заварухи, спасти себя... а если кто-то случайно (а обычно - далеко  не
случайно) - очутился на пути - то сам и виноват. Я-то тут при чем?
   Я стар. Я очень стар. Связующая нить тел, в которых я жил,  тянется
глубоко в прошлое - глубоко, невероятно глубоко, и теряется  где-то  в
теплом кембрийском море, среди трилобитов  и  моллюсков.  Мне  страшно
думать об этом. Страшно - потому что я не знаю, на сколько лет тянется
эта нить в противоположную сторону. Я, как и все, могу умереть в любой
момент.
   Впрочем, все мы, ныне живущие - счастливчики.  Удачливые  игроки  в
самой большой и безжалостной лотерее под странным названием  Жизнь.  В
игре с невероятно малыми шансами.
   Кто скажет, сколько шансов у трилобита?  Шансов  выжить,  выжить  и
произвести потомство? Думаю, немного. Процентов пять. Ну, у  человека,
конечно, побольше  -  под  пятьдесят.  В  среднем  двадцать,  учитывая
скорость эволюции.
   А у потомка трилобита? Тоже самое. И далее, соответственно.

        0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2 * 0.2...

   Уже в десятом поколении получается 0.0000001024. Шесть нулей  перед
жалкой скромной единичкой. Уже в десятом поколении шансов  практически
нет!
   Мы все мертвы, мы все  никогда  не  рождались  и  не  существовали,
потому что для нас умножать надо не десять, а  сотни  тысяч,  миллионы
раз.
   Мы все мертвы.
   Однако факт налицо - мы живы и в общем-то,  процветаем,  не  считая
отдельных моментов. Что-то неладно с нашей статистикой.
   Мы выжили. Выжили те, кто хотел выжить.
   Выжили те, кто не задумывался - ползти или плыть, выйти на сушу или
углубиться в ил, взлететь или зарыться под землю.
   Выжили те, кто сделал это.
   И среди них - я.

   За одного битого, как говорится... Меня били три миллиона лет.
   И я жив.
   Трудно  придумать  что-нибудь  новое  после  трех   миллионов   лет
непрерывных попыток, правда?
   И в случае самой серьезной заварухи я смогу  вспомнить  практически
все, все, все свои прошлые жизни, подобрать ситуацию и... и  повторить
то, что сделал мой предок сто/тысячу/миллион  лет  назад.  Или  просто
передать ему руль.
   И выжить.
   Я не убийца. Я - Выживатель.

   За мной - погоня.
   Три здоровенных серых пса с торчащими из черепушек  антеннами,  три
собачника-оператора, взвод солдат и пара  очаровательных  птичек...  с
тремя пулеметами на турелях.
   Как ни странно, первыми меня догнали солдаты.
   Одна очередь проревела  над  головой,  другая  вздыбила  землю  под
ногами, в мозгу вспыхнуло огненными буквами: "ЗАВАРУХА!!!"
   И все остановилось.
   - Что скажешь, Сержант?
   - Ничего. Я в такой ситуации не был.
   - А ты, Снайпер?
   - Я - тем более.
   - Капитан?
   - Что, что... Сваливать надо.
   - Весьма ценный совет. Охотник?
   - Притворись убитым.
   О'кей.
   Два ублюдка в пятнистых комбинезонах нагло выруливают из  кустов  -
рожи чуть не лопаются от самодовольства.  Еще  бы  -  двумя  очередями
завалили.
   - Эй, Драчун! Повеселимся?
   Первому - носком в живот, второму - в колено, а пока первый оседает
- выхватить автомат... и по затылку прикладом.
   Драчун понятия не имеет, что существует оружие, из  которого  можно
стрелять много раз подряд. А так ничего, хороший парень.

   Скала.
   - Эй! Альпинисты есть?
   Невзрачный хилый парнишка - впрочем, призрак, конечно, и кости  его
уже давно превратились в пыль,  -  овладевает  моими  глазами,  крутит
головой,   хмыкает   и   уходит,   бросив    напоследок    что-то    о
обидно-насмешливое о куриной слепых и ближайшем валуне.
   Точно. Прямо за ним - узкая промоина, по  которой  можно  забраться
без крючьев и вообще без особых усилий.
   Кто-то мелкий и пакостный на миг выскакивает  из  глубин  мозга  и,
исчезая, дико хохочет.
   ...Да, отличная идея! А вот и подходящий камень.
   Двое преследователей размазаны по  стенам  промоины,  один  катится
вниз, и еще двое дико матерятся  внизу,  а  валун,  который  я  слегка
подтолкнул, как раз вкатывает в землю еще одного.
   А где же десятый?
   ЧЕРТ!!!

   Мы стоим лицом к лицу, на скале,  автоматы  смотрят  друг  другу  в
ствол, и выхода нет,  потому  что  курки  нажать  успеем  оба,  а  ему
достаточно просто подождать, пока подойдут  собачники,  или  спикирует
"птичка", а лицо его расплывается в слегка дебильной ухмылке, и  тогда
дед - крепкий старик со странным тяжелым взглядом  берет  мое  тело  и
ласково так, почти нежно бормочет:
   - Спи! Спи, сынок, ты устал, тебе тяжело, полежи, поспи, отдохни, у
тебя за спиной мягкая трава, ложись...
   За спиной у него - пропасть.
   Сотни лет назад деда сожгли на костре. За колдовство.
   И правильно сделали. С большим трудом мне  удалось  выжать  его  из
сознания.

   А вот и собачки.
   Что такое автомат - они знают. Знают! Не знают только, что  магазин
пуст, как не знал и тот солдатик. Коззззел...
   Приехали.

   Среди шеренги моих прямых предков - здоровенный мохнатый обезьян  -
двухметрового роста, сильный, ловкий... правда,  весьма  тупой.  Но  в
данном случае это неважно.
   Мой мозг, наверное, кажется ему баллистическим компьютером. Еще  бы
- стопроцентное попадание. Два камня из  двух.  Два  черепа  из  трех.
Собачьих, конечно.
   А ведь когда он родился, собак еще не было.
   Третий пес с диким ревом  взлетает  из-за  пригорка,  и  пасть  его
светит красным жаром, как домна, и что делать я не знаю...
   - Черт возьми, парень, не путайся по ногами! Смотри -  псы  думают,
что главное оружие человека - руки. Одна отвлекает, другая  хватает  и
душит. Понял? Обмани его!
   Несколько  удивленный  пес  пролетает  в  десяти  сантиметрах   над
головой, щелкает зубами, а поскольку аэродинамика его оставляет желать
лучшего, приземляется мордой, и не просто, а прямо в щебень.
   Скулит.
   Больно, понимаю.
   - Правильно, а теперь -  по  хребту  его.  Перебил?  О'кей,  теперь
попрыгай, сломай ребра, и все в порядке. Как там Аляска?
   Аляска выжжена  бомбами  и  напалмом  много  лет  назад,  и  старый
укротитель ездовых псов уходит весьма огорченным.
   А я жив.
   Собачники - это не враги. Это так, тьфу.
   Тем более обидно от кого-то из них получить пулю чуть выше  колена.
Пустяки, кость не задета. А через минуту все трое мертвы и  разбросаны
по камням в живописных позах.

   Птички.
   Вот это уже серьезно.
   Одному  из  предков  пришлось   как-то   уворачиваться   от   трасс
"Мессершмитта", другой гонял вьетконговцев на "Ирокезе",  но  "Мессер"
не  мог  зависать  неподвижно,  а  "Ирокез"  не  имел  баллистического
инфракрасного прицела и шлема-целеуказателя.
   Я падаю.
   Я лечу вниз, в самую бездну, и мимо стремительно проносятся лица  -
перепуганные, умоляющие, скандирующие:
   - Вы-жить! Вы-жить!! Выжить!!!
   Лица  все  больше  напоминают  морды,  растут  челюсти,  появляется
шерсть, а мозгов становится все меньше и меньше.
   Я не уловил момент, когда шерсть стала чешуей, ее  шелест  заполнил
сознание, и я ушел...
   Помню, словно в тумане, как полз  между  камней,  оставляя  на  них
клочья одежды и кожи, вжимался в землю,  бросался  в  пропасть,  когда
сверху падала огромная крылатая тень с железным клювом, смутно  помню,
как сильно мешали странные суставчатые отростки, растущие из плеч.
   Птички ушли.
   Я их обманул. Я жив. Это новое тело несколько непривычно,  но  зато
какой мозг! Невероятно, как  легко  определить  расстояние,  скорость,
силу прыжка - жаль, нет ядовитых зубов, но все остальное...
   - Змей, уходи!
   Давит со  всех  сторон,  и  снова,  как  сто  миллионов  лет  назад
наваливается Тьма, тьма и холод, я знаю, это смерть, но я  хочу  жить,
жить, жить...

   Змей мертв. Убит. Я не смог его вытеснить. Надеюсь, мне не придется
больше забираться так далеко в прошлое - можно сойти с ума от  жуткой,
нестерпимой тоски и боли.
   А ведь он меня спас.
   Прости, Змей.

   А теперь можно  спокойно  и  не  спеша  разобраться,  как  я  здесь
оказался и в честь чего за мной снарядили такую банду.

   Боже мой!
   Руки... Мои руки!...

   Пальцы вдвое длиннее нормальных.
   Я - мутант?
   Лысый череп, мелкие ровные зубы, необычно гибкий позвоночник...
   Неужели мутант?
   - НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

   - Да нет, же, нет! - вопит что-то (кто-то?) тщательно спрятанное  в
подкорке. - Это не мутация. Это нормальные эволюционные изменения. Все
нормально...
   Эволюционные изменения? Значит...
   - Ну да, все правильно. Ты мертв. Ты вошел в несколько легенд...  и
умер примерно тысячу лет назад. Для современного человека - ты монстр,
чудовище, дикое, опасное и непредсказуемое,  а  для  тебя  сегодняшние
люди - слабаки и слюнтяи, телом и духом. Вот, когда мне пришлось туго,
и я тебя позвал, а теперь...
   Он был неправ, этот мой дальний потомок. Он не должен был  говорить
мне об этом.
   Ведь я - Выживатель.

Популярность: 11, Last-modified: Fri, 19 Jan 2001 16:17:01 GMT