---------------------------------------------------------------
     OCR: Андрей из Архангельска
---------------------------------------------------------------

                            (КИНОПОВЕСТЬ)


     На малолюдной  городской  улице стоят несколько грузовиков.  В их
кузовах ровными рядами сидят на скамейках курсанты  военного  училища.
Все радостно взволнованные, оживленные, по-детски шаловливые.
     Быстро заполняется кузов машины,  замыкающей колонну. Непрерывной
цепочкой курсанты подходят к ней, появляясь из дверей здания, на кото-
ром широко размахнулась вывеска "Ателье военного обмундирования".  Под
вывеской - витрины, где за стеклами окаменели по стойке "смирно" мане-
кены,  одетые в офицерскую форму для разных  сезонов  и  разных  родов
войск.
     Вот легко перемахнул через борт кузова последний курсант,  и  ко-
лонна трогается с места.
     - Равнение налево!  - весело командует кто-то в кузове последнего
грузовика,  и головы всех курсантов одним движением поворачиваются на-
лево.  Там идут по тротуару две хорошенькие девушки. Они прыскают сме-
хом, машут курсантам руками.
     - Равнение направо! - слышится команда в другой машине.
     Курсанты, будто  на строевом смотре,  четко поворачивают головы и
провожают веселыми взглядами стайку девушек с портфелями и папками.
     В переднем  грузовике  вспыхивает песня.  Ее подхватывают на всех
машинах. Курсанты поют с лихим озорством, наблюдая с мчащихся машин за
всем,  что попадает в поле их зрения. Грузовики проезжают мимо новост-
роек, школ, кинотеатров. Курсанты видят здания фабрики, теплоэлектрос-
танции, завода. Вокруг - картины бурливой жизни. На их фоне вспыхивает
название фильма, идут вступительные надписи.

     Песня утихла...
     На одной  из  тенистых  и малолюдных улиц мотор заднего грузовика
вдруг поперхнулся,  зачихал.  Молодой солдат-водитель, рядом с которым
сидит в кабине старшина,  проворно работает рычагом подсоса,  но мотор
все-таки глохнет.
     Грузовик сворачивает  к  тротуару и останавливается возле здания,
на котором рядом с дверью отливает золотыми буквами вывеска "Медицинс-
кий институт".
     - Забарахлил,  дьявол! - бойкой скороговоркой оправдывается шофер
и, выскочив из кабины, открывает капот мотора.
     Выходит на тротуар и старшина.
     Из кузова  машины нетерпеливо-выжидательно смотрит на шофера кур-
сант Иван Кириллов.  В его неспокойных глазах светится хитринка. Заме-
тив,  что водитель подморгнул ему, Иван перемахивает через борт кузова
и подходит к старшине.
     - Вынужденная посадка? - спрашивает с веселой беспечностью.
     - Заколдованное место,  - озабоченно говорит старшина.  - Прошлый
раз мотор заглох тут же.
     - Какие-нибудь лучи действуют,  - шутливо замечает Кириллов, кив-
нув головой на здание института. - Научный центр рядом.
     - Возможно,  если в схему зажигания  вмонтирован  фотоэлемент.  -
Старшина подозрительно смотрит в глаза Кириллову. - Проверить?
     - Как хотите,  - смеется Иван.  - А мне позвольте...  - и  что-то
шепчет старшине на ухо.
     - На вас тоже лучи действуют? - смеется тот.
     Кириллов с конфузливой улыбкой разводит руками:
     - Рефлекс...
     - Только по-ракетному, - разрешает старшина.
     - Есть! - Кириллов оглядывается по сторонам, будто колеблясь, ку-
да ему побежать, затем устремляется к дверям мединститута.

     Огромный лекторий-амфитеатр. Сидят в белых халатах студенты, ста-
рательно конспектируя лекцию.
     За кафедрой - молодой профессор:  тоже в халате, в белой шапочке.
Молодость и высокое научное звание,  видимо,  сковывают его.  Щуря под
очками близорукие глаза,  профессор водит указкой по учебному плакату,
на котором изображены разрезы печени,  и  с  подчеркнутой  выразитель-
ностью говорит:
     - Прошу вас зарисовать,  как выглядит в разрезе печень алкоголика
и печень нормального человека.
     Бесшумно открывается дверь,  и появляется Иван Кириллов, одетый в
белый халат а белую шапочку.
     - Почему опаздываете,  молодой человек?  - укоризненно спрашивает
профессор, приподняв очки.
     - Извините,  товарищ полковн... товарищ профессор, - отвечает Ки-
риллов. - Даю вам честное слово, что этого больше никогда не будет.
     Студенты с любопытством смотрят на Кириллова, на его кирзовые са-
поги.
     Прыскает смехом в кулак Аня - миловидная  девушка  с  большими  и
смелыми  глазами,  с пышной прической,  которая темными волнами падает
из-под белой шапочки на ее плечи.
     - Садитесь, - великодушно разрешает профессор, тронутый искренним
тоном парня. - Делаю вам последнее предупреждение.
     Кириллов присаживается рядом с Аней.
     - Интересуетесь печенью алкоголика?  - насмешливо спрашивает Аня,
подсовывая Кириллову лист чистой бумаги. - Срисовывайте.
     Кириллов достает из наградного кармана смятый цветок лилии и кла-
дет его перед девушкой, затем одним росчерком карандаша набрасывает на
листе пронзенное стрелой сердце.
     - Это  на печень но похоже,  - с притворной серьезностью замечает
Аня.
     - Прекрати пререкания!  - перебивает ее Иван.  - Институт получил
приглашение к нам на субботу?
     - Не знаю.
     - В субботу - день выпуска. В воскресенье я уезжаю.
     - Куда? - В глазах Анн метнулась озабоченность.
     - В дальний округ...  Я тебе должен что-то сказать на прощание...
Самое главное...
     По-прежнему копается в моторе  грузовика  солдат-водитель.  Рядом
стоит, посасывая сигарету, старшина.
     Из дверей института вылетает Иван Кириллов.
     - Ну  как?  - стараясь погасить на лице радость,  спрашивает он у
старшины. - Долго еще будем загорать?
     - Думаю,  что нет, - насмешливо отвечает старшина. - Мотор хоть и
железный, но в сердечных делах толк понимает.
     - Верно! - соглашается водитель. - Уже порядок!
     Кириллов занимает свое место в кузове.
     - Ну как,  - спрашивает у Кириллова, садясь в кабину, старшина, -
приедут к нам шефы?..
     Курсанты взрываются хохотом.
     Грузовик трогается с места...

     Территория военного училища, вокруг которого раскинулся лес.
     Перед учебным  корпусом  - большим каменным зданием - замер четы-
рехшереножный строй молодых офицеров.  На каждом - новая,  с иголочки,
форма  и  лейтенантские погоны.  Взволнованно блестят глаза вчерашнего
курсанта Ивана Кириллова. Пышат здоровьем и светятся радостью лица его
однокашников.  Ведь позади три года напряженной учебы, три года пылких
мечтаний об этом дне,  когда наконец будут присвоены офицерские звания
и  перед  каждым  распахнутся неизведанные дали самостоятельной жизни,
ответственной службы...
     Все молодые  лейтенанты устремили любовные взгляды на седого пол-
ковника.  Одетый в парадную форму,  при орденах и Золотой Звезде Героя
Советского Союза, полковник стоит в кругу старших офицеров на дощатой,
убранной кумачом трибуне и говорит выпускникам прощальные слова:
     - ...И хотя вам присвоены офицерские звания,  помните, что вы еще
люди молодые. Не спешите жениться!.. Это, конечно, не приказ, а добрый
совет.  Разъедетесь кто куда, послужите год-другой, на практике приме-
ните знания ракетной техники,  а там решайте - кто в академию, а кто в
загс.
     По рядам молодых офицеров прокатывается смешок.
     - Я понимаю, в вашем возрасте трудно сдерживать сердечные порывы.
Да и в вашей песне поется...
     Полковник речитативом  выговаривает первые строки песни "Ключи от
неба", в которой шутливо утверждается, что сердцу ракетчика, властели-
на космических высей,  хочется любви обыкновенной,  земной. Потом пол-
ковник умолкает и, будто извиняясь, обращается к стоящему рядом офице-
ру.
     - Как она поется?..  Голос-то у меня неважнецкий, - и, словно по-
забыв о замершем перед ним строе, начинает тихо напевать.
     Вдруг, неожиданно для полковника, песню подхватывает строй лейте-
нантов  выпускников,  а затем офицеры,  стоящие на трибуне.  Полковник
смущенно умолкает,  взволнованно оглядывая шеренги.  А песня  набирает
силу...
     Вдохновенно поет Иван Кириллов... Поет лейтенант Филин - высокий,
белобрысый, с тонкими чертами лица.
     Поют знаменосец и его ассистенты на правом фланге строя...
     Задумчиво лицо седого полковника.  Он понимает,  что эти торжест-
венные минуты на всю жизнь останутся в памяти и сердцах парней,  кото-
рые стали сегодня офицерами...

     Вьется меж  лесистыми холмами шоссейная дорога.  По дороге мчатся
три грузовика. В их кузовах сидят на скамейках девушки и ребята - сту-
денты медицинского института.  Они тоже поют о ракетчиках. Хор девушек
заглушает голоса ребят.
     Задорно поет Аня,  держа в руке увядшую лилию. Она задумчиво улы-
бается, устремив взгляд вперед, где ждет ее свидание с Иваном Кирилло-
вым.  Гордая и своенравная, Аня не хочет признаться себе, что полюбила
этого упрямого и смышленого парня.
     Рядом с  Аней  сидит ее подружка Тоня - худенькая,  большеглазая,
русоволосая. Поет она с азартом, размахивая в такт песни руками.
     Машины скрываются  за поворотом дороги,  которую обступили холмы,
поросшие лесом. В зеленой гущине звучит протяжное эхо песни. Постепен-
но оно затихает...
     Тихая гладь озера, покрытая островками камыша, кувшинок и лилий.
     Недалеко от крутого,  заросшего кустарником берега стоит на якоре
лодка с приподнятым подвесным мотором на корме.  В лодке - парень  лет
семнадцати. Закинув поплавочные и донные удочки, он ловит рыбу. Чуть в
стороне замерли на воде кружки-щуковки.
     Дрогнул поплавок,  а  затем наискось резко пошел в воду.  Парень,
сдвинув на затылок соломенную шляпу,  искусно подсекает и уверенно ве-
дет  к  лодке  упирающуюся рыбу.  В это время звякает звонок "донки" и
напружинивается леска.  Парень левой рукой делает подсечку,  продолжая
правой поднимать изогнувшееся удилище.
     На берег озера выходит из кустов  Иван  Кириллов.  Его  новенькая
лейтенантская  форма  тщательно подогнана и наглажена.  Иван некоторое
время стоит на тропинке, наблюдает за рыбаком, затем поднимает с земли
камешек, швыряет его в озеро, а сам прячется за куст.
     Парень, бросив на дно лодки не снятого с крючка окуня, берется за
"донку",  и в это время в воду между поплавками плюхается камешек. Па-
рень негодующе оглядывается на берег и, никого там не заметив, смотрит
в  небо.  Высоко в небе пролетает самолет.  Парень машет ему кулаком и
продолжает выбирать леску.
     - Эй,  рыбачок! - зовет Иван Кириллов, выйдя из-за куста. - Лодка
нужна на пару минут.
     - Всем  лодка нужна,  - невозмутимо отвечает паренек,  подсаживая
леща, подведенного к лодке.
     - Понимаешь, лилии до зарезу нужны, - поясняет Кириллов, с трево-
гой взглянув на наручные часы.
     - Всем лилии нужны. - Парень смотрит в сторону лейтенанта.
     - Да будь же ты человеком!  - возмущается Кириллов.  - Девушка ко
мне приезжает!
     - Ко всем девушки приезжают, - безразлично отвечает рыбак, забра-
сывая удочку.
     - Эх ты,  куркуль! - взъярился Кириллов. - Лейтенант же тебя про-
сит.
     - Все курку...  - Парень вдруг опомнился. С сердитым любопытством
смотрит на Кириллова. - Эгей, лейтенант, не пугай мне рыбу!
     Кириллов, расстелив на траве газету,  нехотя начинает раздеваться
и говорит:
     - Не только распугаю...  Я так шугану ее,  что и чахоточного ерша
не поймаешь,  куркуль несчастный!  - Он аккуратно складывает на газете
новенькое обмундирование,  бережно смахивает с  гимнастерки  невидимую
соринку.
     Оставшись в одних трусах,  тоже новеньких - еще со  складками,  -
направляется  к воде.  Вдруг останавливается.  С сожалением смотрит на
трусы, а затем оглядывается вокруг. Пустынно...
     Кириллов прячется за куст:  не трудно догадаться,  что он снимает
трусы.
     - Эй ты,  не хулигань! - кричит парень, видя, что лейтенант с си-
лой бьет руками по воде, плывя к лодке. - Я место подкормил!
     - Все место подкормили! - смеется Кириллов и умышленно проплывает
среди кружков.  - Ты у меня теперь поймаешь,  кулак недобитый! - затем
направляется к камышам.
     Рыбак провожает Кириллова недобрым взглядом, смотрит на неподвиж-
ные  поплавки  и досадливо морщится:  рыба перестала клевать.  Бросает
взгляд на берег и,  заметив там лейтенантское обмундирование, злорадно
хихикает:
     - Я тебе покажу и куркуля и лилии.  - И торопливо начинает сматы-
вать снасти.
     Белыми звездами сверкают под солнцем лилии.  Они густо усеяли ук-
ромный  уголок  среди камышей.  К большому цветку протягивается рука и
скользит по стеблю вниз: это Иван Кириллов готовит букет для Ани...
     Тем временем рыбачок выбрался на берег. Он оглядывается в сторону
Кириллова и с ехидной улыбкой небрежно  сгребает  его  обмундирование.
Несет его за тропинку и прячет в кустах.
     Плывет к берегу с огромным букетом лилий Иван Кириллов. Насмешли-
во смотрит на парня, который уже успел поставить лодку на прежнее мес-
то и забросить несколько удочек.
     - Ну как, клюет? - спрашивает Кириллов.
     - Сейчас клюнет, - с веселой многозначительностью отвечает парень
и бросает в воду подкормку.
     Кириллов стоит на берегу и, прикрываясь букетом лилий, растерянно
осматривается вокруг. Устремляет взгляд на рыбака:
     - Эй, дружок! Я таких шуток не люблю!
     - Все не любят таких шуток,  - спокойно отвечает парень и пренеб-
режительно сплевывает за борт.
     - Ванюша!  - слышится где-то наверху крутого берега голос Ани.  -
Ваня!
     Кириллов испуганно шарахается к кустам, приседает.
     По тропинке,  вьющейся среди кустарника,  спускаются к озеру Аня,
Тоня и лейтенант Филин. Тоня восторженно рассматривает офицерскую фор-
му на Филине.
     - Я раньше не замечала, что военная форма так идет ребятам.
     - Сейчас я вам представлю Ивана в полном параде,  -  самодовольно
говорит Филин. - Красавец!
     - Может,  здесь обождем?  - предлагает Аня.  - У  меня  туфли  на
шпильках.
     - Куда спрятал обмундирование?!  - с мольбой и яростью спрашивает
Кириллов у рыбака. - Прошу как человека!
     - И я просил как человека,  чтоб не пугал рыбу,  -  со  спокойным
безразличием отвечает тот.
     - Ва-ня-я! - совсем близко хором зовут Аня и Тоня.
     - Слушай...  - шипит Кириллов,  делая зверские глаза.  - За такие
штучки...
     А голос Ани уже рядом:
     - Почему он не откликается?
     На берег выходят Аня,  Тоня и Филин.  Кириллов проворно убегает в
кусты.
     - Должен быть здесь,  - недоумевает Филин, оглядываясь. - Сюрприз
тебе, Аня, готовит.
     Иван Кириллов, притаившись в кустах, с жалкой улыбкой, почти гри-
масой плача, смотрит на букет лилий.
     - Товарищ лейтенант!  - с напускной серьезностью зовет Филин, за-
тем обращается к рыбаку: - Молодой человек...
     - Да он сюрприз стесняется показывать,  - перебивает его рыбак. -
Лейтенант, не стесняйся! Тут все свои! Вылазь!
     - Где он? - удивляется Аня.
     - Вон за тем кусточком,  - рыбак указывает пальцем. - Прячется...
Вот шутник!
     - От кого прячется? - насторожилась Аня.
     - А-а...  -  "догадался"  Филин.  - Сегодня начальник училища дал
указание не спешить с женитьбой.  Вот Иван и прячется, чтоб в загс его
не уволокли.
     - Ну, знаете! - сердится Аня. - Что за шутки?..
     Ничего не подозревая,  она крадется к кусту, но Кириллов успевает
перебежать дальше.
     - Нет-нет,  вот за тем! - указывает рыбак, потешаясь. - Ваня, вы-
ходи!
     Кириллов стискивает  зубы,  вытирает  со лба холодные капли пота,
страшно вращает белками глаз. По его лицу бьют ветки: он мечется среди
кустов.
     - Да вы с двух сторон зайдите! - советует рыбак.
     Аня и  Тоня заговорщицки перемаргиваются и начинают обходить куст
с двух сторон.
     - Так-так так!  - потирает руки рыбак.  - Теперь попался... Быст-
рее! Быстрее!
     Нервы Кириллова  не выдерживают.  Он отшвыривает от себя букет и,
вырвавшись из кустов,  на глазах у всех белым  оленем  устремляется  к
озеру и ныряет в воду.
     Растеряны и изумлены глаза Ани.  Она круто поворачивается, закры-
вает руками лицо. Некоторое время стоит, а затем, сняв туфли и взяв их
в руки, бежит по тропинке вверх. Вслед за ней устремляется Тоня...
     Иван Кириллов с исступлением плывет к лодке.
     Испуг на лице рыбака.  Он суматошно бросает в лодку удилища и пы-
тается поднять якорь.  Но видит, что не успеет, и ударом ножа обрезает
веревку. Тут же садится на весла и начинает изо всех сит грести.
     Однако лодка тяжелая, а лютость придает Кириллову сил. Расстояние
между ним и лодкой заметно сокращается.
     Тогда рыбачок, бросив весла, кидается к мотору. Открывает топлив-
ный кран,  поворачивает рычаг дросселя и дергает за заводной шнур.  Но
мотор  не  заводится.  Еще  и  еще рвет на себя рукоятку шнура.  Мотор
мертв.
     А Кириллов уже рядом. И в это время мотор, громко чихнув, зарабо-
тал. Лодка рванулась вперед.
     Рыбак, вытерев рукавом взмокший лоб,  торжествующе смотрит на Ки-
риллова, описывает лодкой круг и с издевкой кричит:
     - Привет, Ваня!..

               Затемнение. На экране вспыхивают буквы:
                           "Прошло время".

     Командир зенитно-ракетного полка  полковник  Андреев  -  человек,
уверенный в себе.  Отдает ли приказ или объясняет что-нибудь подчинен-
ным - каждое его слово звучит твердо, властно и в то же время произно-
сится свободно, будто давно заученное.
     Вот и сейчас он прохаживается перед строем дивизиона майора  Оле-
нина - высокий,  прямой, широкогрудый. На его кителе - лесенка орденс-
ких планок и академический значок.  Темные глаза смотрят  сквозь  очки
спокойно, требовательно и с мудрой лукавинкой.
     Строй стоит на ракетной позиции у кабин с  электронной  аппарату-
рой. На правом фланге выстроились офицеры во главе с майором Олениным.
     - Вы только что сменились с боевого дежурства, поэтому можете за-
няться новым пополнением серьезно. Кроме того, все вы - опытные ракет-
ные волки, - размеренно говорит полковник Андреев, скользя взглядом по
лицам  ракетчиков.  - Умеете работать лихо и со знанием дела.  Вот эту
лихость и мастерство покажите новобранцам. В самом же начале надо выт-
равить из молодых солдат страх перед ракетами и перед сложностью нашей
аппаратуры.  Во-вторых,  надо разжечь у них зависть к вашему умению  и
горячее желание стать такими же, как вы.
     Полковник Андреев останавливается перед  лейтенантом  Кирилловым.
Иван  Кириллов заметно возмужал,  отрастил небольшие усы.  Он стоит по
стойке "смирно" и держит в руке книжку - учебник по радиотехнике.
     - Ну как,  лейтенант Кириллов,  - весело спрашивает полковник,  -
сдюжим эту задачу?
     - Так точно,  товарищ полковник! Сдюжим! - в тон ему отвечает Ки-
риллов
     На ракетную позицию издалека доносится солдатская песня "Ключи от
неба".
     - Ну вот, идут будущие ракетчики! - замечает Андреев, прислушива-
ясь к песне.

     По асфальтированной дороге,  ведущей из военного городка на огне-
вую позицию,  идет с песней солдатский строй.  В кадре - лицо запевалы
рядового Семена Лагоды.  В нем мы узнаем парня-рыбака,  сыгравшего год
назад  злую  шутку  с  лейтенантом Кирилловым.  Звонкий голос Семена с
озорством выговаривает слова песни.
     Впереди строя шагает старшина Прокатилов - высокий юноша с интел-
лигентным лицом и строгими глазами.  Он поет с усердием и с искусством
бывалого строевика четко печатает шаг.
     Эхо песни прокатывается по дремотному лесу,  обступившему "владе-
ния" ракетной части.
     На стартовой позиции - пустынно. Только часовой у шлагбаума, да в
тени от антенны радиолокатора - полковник Андреев,  майор Оленин, лей-
тенант Кириллов и Самсонов.
     Иван Кириллов  наблюдает,  как  старшина Прокатилов проводит мимо
часового,  поднявшего шлагбаум, строй поющих солдат и не замечает, как
из его книжки на траву падает фотоснимок.
     Полковник Андреев наклоняется, поднимает фотографическую карточку
и с любопытством рассматривает ее. На снимке - улыбающаяся Аня с буке-
том ромашек в руке.
     Андреев переводит взгляд на Кириллова, порывается отдать ему сни-
мок, но затем, поразмыслив, зачем-то прячет его в нагрудный карман ки-
теля.
     А строй солдат все ближе.  Семен Лагода  азартно  запевает  новый
куплет.
     Полковник Андреев с восхищением прищелкивает языком:
     - Вот это голосина! Находка для полка.
     - К нам бы его заполучить,  - шепчет Оленин Кириллову так,  чтобы
не слышал Андреев.
     - Постараюсь, - подмаргивает Кириллов.
     Строй подходит  к  центру позиции,  где стоят полковник Андреев с
офицерами. Солдаты, продолжая песню, с любопытством смотрят на началь-
ство.  Семен Лагода вдруг осекается и умолкает: он узнает Кириллова. С
изумлением пялит на него глаза, прикусывает губу...
     - Отставить  песню!  -  командует Прокатилов,  выйдя из строя.  -
Группа-а... Стой! На-пра-во!.. Равняйсь!.. Смир-рна-а!..
     Прокатилов, лихо печатая шаг,  подходит к Андрееву,  вскидывает к
козырьку руку и докладывает:
     - Товарищ  полковник,  группа пополнения прибыла для знакомства с
ракетной техникой! Докладывает старшина Прокатилов!
     - Здравствуйте, товарищи ракетчики! - здоровается Андреев.
     - Здра...  желаем... товарищ полковник! - не совсем стройно отве-
чают солдаты.
     Семен Лагода стоит в середине строя и,  боясь попасться на  глаза
лейтенанту Кириллову, прячется за спины товарищей. Но этого ему кажет-
ся мало, и он после того как полковник разрешает "Вольно!", а Прокати-
лов дублирует эту команду,  перекашивает рот,  чтоб быть не похожим на
самого себя.
     - Плоховато здороваетесь, - с доброй укоризной замечает полковник
Андреев, прохаживаясь вдоль строя. - Но ничего, научитесь... Научитесь
и более сложным делам.
     Полковник останавливается перед рослым солдатом, стоящим в первой
шеренге:
     - Какое образование?
     - Среднее! - бойко отвечает тот.
     - Хорошо,  - Андреев одобрительно улыбается. - А у вас? - спраши-
вает он у стоящего рядом.
     - Высшее.
     - Тоже неплохо,  - шутит полковник под смешок строя. - А запевала
что окончил? Кто запевала?
     Товарищи толкают Семена Лагоду под бока.
     - Я запевала, - гундосит Семен, скорчив рожу. - Образование - де-
сять классов.
     Кириллов пристально всматривается в лицо Лагоды...
     Полковник Андреев тоже удивлен необычным выражением лица солдата.
     Рядом с Семеном прыскает смехом рядовой Юрий Мигуль  -  широколи-
цый, курносый.
     - Что это у вас?.. - деликатно спрашивает у Семена Андреев.
     Тот не  успевает ответить.  Над ракетной позицией взвыла сирена -
сигнал тревоги.
     Полковник Андреев поворачивается к майору Оленину и приказывает:
     - Действуйте!
     Из леса стремительно бегут по сигналу "Тревога!" солдаты, сержан-
ты, офицеры. Стартовики направляются к окопам с ракетными установками,
радиотехническое  подразделение занимает места в кабинах с электронной
аппаратурой.
     В кабину  наведения последним взбегает по решетчатой лесенке лей-
тенант Кириллов. В дверях он останавливается и отыскивает глазами сре-
ди молодых солдат Семена Лагоду. Напряженно смотрит...
     Семен, почувствовав на себе взгляд, поворачивается, встречается с
глазами Кириллова и с запозданием корчит рожу.
     Кириллов хмыкает,  недоуменно пожимает плечами и скрывается в ка-
бине.

     ...Покоится на  транспортно-заряжающей машине длинное серебристое
тело ракеты.
     - Перед вами ракета типа "земля-воздух",  - неторопливо рассказы-
вает лейтенант Самсонов солдатам,  сгрудившимся на бруствере  широкого
окопа.
     Самсонов молод и красив,  обмундирование на нем подогнано с боль-
шой тщательностью. Видно, что он очень доволен собой и немного рисует-
ся перед новичками.
     - Вы сейчас видите подготовку ракеты для стрельбы.
     - А она не бабахнет прямо здесь? - с опаской спрашивает Семен Ла-
года. - Не взорвется?
     - Наши ракеты взрываются там,  где мы им приказываем, - с некото-
рой театральностью отвечает Самсонов.
     Между тем водитель тягача, на прицепе которого заправленная раке-
та,  включает мотор,  лихо съезжает в окоп и тормозит точно в заданном
месте.
     Солдаты-стартовики быстро  состыковывают ракету со стрелой пуско-
вой установки.  Еще мгновение,  и ракета плавно скользит по стреле,  а
тягач уезжает из окопа.
     Дрогнула антенна радиолокатора и начала разворачиваться...
     Над окопами  медленно поднимаются ракеты - будто ожил один огром-
ный механизм.  Только группа людей кажется здесь  лишней.  Видно,  как
лейтенант Самсонов, указывая рукой то на антенну локатора, то на раке-
ты, что-то оживленно объясняет солдатам.
     Наезд аппарата, и мы уже слышим Самсонова:
     - А теперь посмотрим кабину наведения -  электронный  мозг  всего
ракетного комплекса.

     В кабине наведения - привычная полутьма.  Сквозь узкий проход, за
спиной сидящих у пультов операторов,  протискивается  цепочка  молодых
солдат. Впереди - Семен Лагода. Он растерянно смотрит на панели элект-
ронных шкафов, где множество индикаторных лампочек, тумблеров, кнопок,
переключателей, видит светящиеся экраны перед операторами.
     - Мать моя родная! - сокрушается Семен. - Тут же профессором надо
быть, чтоб в такой чертовщине разобраться!
     Операторы самодовольно посмеиваются.
     Из за угла шкафа,  где находится место офицера наведения, смотрит
на Семена Иван Кириллов.  Семен не замечает  лейтенанта  и  продолжает
искренне интересоваться устройствами кабины:
     - Верное слово, академиком надо быть.
     - Вы правы, тут каждый в своем деле академик, - говорит Кириллов.
     Лагода, увидев лейтенанта, пытается скорчить рожу, но, поняв, что
поздно, конфузливо улыбается.
     - Вы мне кого-то напоминаете, - говорит Кириллов Семену.
     - Да, понимаете, какое дело... Я это... Я похож на одного киноар-
тиста... Малоизвестного... Вот и путают меня с ним.
     - Возможно,- задумчиво говорит Кириллов.

     Столовая в квартире полковника Андреева.
     Андреев, в расстегнутой форменной рубашке с  погонами,  сидит  за
накрытым столом и торопливо ест суп.  Входит его жена Елена Дмитриевна
- еще молодая,  красивая женщина. С привычной изящностью она ставит на
стол тарелку с голубцами и говорит:
     - Позвонил бы хоть, что домой приедешь обедать.
     - Так получилось,  Леночка! - Андреев с виноватой улыбкой смотрит
на жену и принимается за голубцы.  - Понимаешь, потребовалось съездить
в подразделение. Решил переодеться в полевую форму.
     - Вечно у тебя что-то получается, - с любовной насмешкой замечает
Елена Дмитриевна и указывает на кушетку, где лежат аккуратно сложенные
гимнастерка и бриджи. - Переодевайся, с утра приготовила.
     - Откуда ты знала? - удивляется Андреев.
     - Я о тебе все наперед знаю.
     - Ты у меня хиромант,  - посмеивается Андреев.  - Переложи, пожа-
луйста, документы из кителя в гимнастерку.
     Елена Дмитриевна подходит к креслу, на спинке которого распят ки-
тель, забирается рукой в нагрудный карман...
     Андреев с аппетитом ест голубцы. Вдруг его что-то встревожило: он
смотрит прямо перед собой застывшими глазами,  затем  кладет  на  стол
вилку,  нож, с трудом проглатывает еду и опасливо поворачивается к же-
не.
     Так и  есть:  Елена  Дмитриевна  уже рассматривает обнаруженную в
кармане фотокарточку Ани.
     - Саша!..  - с изумлением восклицает Елена Дмитриевна.  - Да ты с
ума сошел!.. Пли верно говорят: седина в висок, а бес в ребро?!
     В столовой  появляется  чопорная старушка в белом переднике.  Это
мать Елены Дмитриевны. Она несет на блюдце стакан с компотом. Увидев в
руках дочери фотокарточку,  сбоку рассматривает ее и восторженно воск-
лицает:
     - Какая славненькая!  Как ягодка! Кто это, Леночка? - и ставит на
стол компот.
     - Это моя подруга, мама, - с напускным безразличием отвечает Еле-
на Дмитриевна и прислоняет фотокарточку к  вазе,  стоящей  на  верхней
крышке пианино. Затем опять к матери: - Отнеси, пожалуйста, тарелки на
кухню.
     Старушка собирает со стола тарелки и, еще раз посмотрев на фотог-
рафию, уходит.
     - Зачем ты сказала маме неправду?  - спокойно спрашивает Андреев,
придвигая к себе компот.
     - А что я должна была ей сказать, если ты молчишь?
     - Да я и подумать не успел!
     - Подумать  или  придумать?  - Елена Дмитриевна смотрит на мужа с
такой улыбкой, что тот невольно чувствует себя виноватым.
     - Да не глупи ты,  Леночка! - Андреев без всякого аппетита отхле-
бывает из стакана компот. - Там на обороте есть какая то надпись.
     - Не имею привычки читать чужие надписи.
     - Понимаешь,  на огневой позиции поднял, - Андреев объясняет так,
будто действительно сочиняет. - Лейтенант один выронил из книги... Хо-
тел тут же отдать,  но ему надо было садиться за электронную аппарату-
ру. Думаю, разволнуется... А потом позабыл...

     Комната общежития офицеров-холостяков. Вечер. Горит электрический
свет.
     Перед небольшим зеркалом,  приставленным к стопке книг на тумбоч-
ке, сидит в майке лейтенант Самсонов и аккуратными кольцами укладывает
на мокрой голове волосы.
     - Зачем терзаешь себя каждый вечер?  - насмешливо спрашивает лей-
тенант  Маюков - розовощекий крепыш в очках.  Он склонился над столом,
на котором лежат различные инструменты,  запчасти,  радиолампочки.  На
краю стола - обнаженный блок обучающей машины,  из которого выбиваются
жгуты разноцветных проводов.  Кажется что Маюков плетет из этих прово-
дов хитроумную паутину.- Если хочешь быть курчавым,  сходил бы в дамс-
кую парикмахерскую.
     - Какой же уважающий себя мужчина так низко падет? - посмеиваясь,
отвечает Самсонов.  - Давай лучше сообразим  какой-нибудь  электронный
прибор для завивки волос.
     - Эврика!  - восклицает Маюков.  - Родилась идея создания  нового
кибернетического устройства! Ваня, сделай где-нибудь зарубку для исто-
рии!  - обращается Маюков к лейтенанту Кириллову,  который  озабоченно
перелистывает на своем столе книгу за книгой.  Он ищет пропавшую фото-
карточку и не слышит обращенных к нему слов.
     - Лейтенант Кириллов! - снова окликает его Маюков.
     - Га?! Что?..- очнулся Кириллов.
     - О чем так обстоятельно размышляешь?  Может,  стабильность пара-
метров нарушена?
     - Да нет, - вяло улыбается Кириллов и, поднявшись с места, подхо-
дит к Маюкову.
     - Включи красный провод. - просит Маюков.
     Кириллов берет красный провод со штепселем на конце и ищет нужное
гнездо на щитке.
     В это время под окном призывно сигналит машина.
     Лейтенант Самсонов  с  повязанным на голове полотенцем подходит к
окну, распахивает его и тут же испуганно отшатывается.
     На асфальтовой  дороге,  проходящей мимо дома,  где живут молодые
офицеры, стоит "Волга".
     - Лейтенант Кириллов дома?  - слышится из машины голос полковника
Андреева.
     Андреев сидит на переднем сиденье,  рядом с держащей в руках руль
женой. Елена Дмитриевна безразлична ко всему происходящему.
     К машине подбегает Иван Кириллов.
     - Товарищ полковник, по вашему приказанию лейтенант Кириллов...
     - Отставить!  - хмуро обрывает его Андреев и протягивает в откры-
тое окошко фотоснимок Ани. - Ваша?
     - Так точно,  товарищ полковник!  - Кириллов удивлен и обрадован.
Он берет фотографию и не знает, куда деть себя от смущения.
     - Кто это? - интересуется Андреев.
     - Моя... знакомая... бывшая, - с чувством неловкости отвечает Ки-
риллов.
     - Почему бывшая?
     - Да так... Одна дурацкая история... Разошлись дорожки.
     - Вот именно - дурацкая история, - Андреев закуривает папиросу.
     Елена Дмитриевна, не дождавшись конца разговора, заводит мотор и,
дав газ, включает скорость.
     Иван Кириллов растерянно смотрит вслед удаляющейся машине.

     Солдатская казарма после отбоя. В тусклом свете дежурной лампочки
поблескивают смешливые глаза Юрия Мигуля.  Он лежит в постели и ехидно
спрашивает:
     - Сеня,  ну скажи,  зачем ты так мило позировал сегодня перед на-
чальством?.. Я чуть заикой не стал из-за тебя.
     - Это у меня нервный тик,  - серьезно отвечает Семен Лагода.  Его
кровать стоит рядом с кроватью Юры.
     - А почему в столовой тебя этот тик не трогает?
     - В столовой нервы обедают... Спи! - Семен поворачивается на спи-
ну, задумчиво смотрит в потолок. Его постепенно одолевает сон.
     ...Растворяется в  сумраке  казарма.  Где-то рождается мелодичный
звон,  будто крохотные молоточки ударяют по серебряным наковаленкам...
Нет,  это  позванивают  колокольчики на палочках-сторожках,  к которым
прикреплены лески донных удочек.  Такого клева Сеня еще не видел. Кру-
гом клубится непроглядный туман,  а Семен Лагода, одетый в свои старые
рыбацкие доспехи,  суматошливо выбирает из воды  натянутую  леску,  на
конце которой бьется огромнейшая рыба. Кольца лески закрывают все дни-
ще лодки,  опутывают ноги Семена.  И вот наконец рыба делает  "свечу".
Однако  это  не рыба!  Это лейтенант Иван Кириллов вынырнул из воды и,
оглашая все вокруг демоническим хохотом, медленно надвигается на Лаго-
ду.  Семен чувствует,  как на голове у него шевелятся волосы,  а глаза
лезут на лоб.  Он хватает весла и гребет,  гребет... Но что это? Лодка
оказывается не на озере,  а на суше,  на знакомой ракетной позиции.  А
Кириллов все ближе.  И больше не смеется, а смотрит хищно, будто соби-
рается убить Семена, уже одетого в солдатскую форму.
     - На кухню колоть дрова!  - трубным гласом звучат слова лейтенан-
та...
     ...Семен у огромного штабеля дров тянет за ручку пилы. Градом ка-
тится с его лба пот.  За другую ручку тянет какое-то железное чудище -
человек-робот.  И распиливают они не бревно, а... лодочный мотор Семе-
на.
     - Быстрее! Быстрее! Ха-ха-ха! - оглушающе гремит голос Кириллова.
     Кириллов исчезает, и Семен видит, что он распиливает с роботом не
мотор, а огромное бревно. Семену больше не хочется работать. Он втыка-
ет  в  землю пружинистый металлический прут и привязывает к нему ручку
пилы. Робот заметил хитрость Семена и хрипло орет:
     - Ищи дураков в другом месте!
     Семен дает роботу закурить.  Тот, довольный, затягивается папиро-
сой и с бешеной скоростью начинает пилить один. Растет гора чурбаков.
     Семен берет топор и подает его роботу. Коли, мол. Тот отворачива-
ется:
     - Теперь ты вкалывай!
     Семен начинает колоть чурбак.  Но сил у него не хватает. Тогда он
достает из кармана конфету,  с трудом раскалывает чурбак и  показывает
роботу конфету, которую будто бы нашел внутри чурбака. Робот проглаты-
вает конфету,  отнимает у Семена топор и суматошливо  начинает  колоть
дрова. Все чаще и чаще мелькает в воздухе топор.
     Робот переусердствовал.  Из  него  вдруг  повалил  дым,  потом  -
взрыв!.. На месте робота - груда обломков.
     Появляется лейтенант Кириллов.
     - Десять  суток гауптвахты!  - громоподобным голосом объявляет он
и, взяв Семена за шиворот, толкает его в какую-то яму...
     Семен сидит в камере гауптвахты.  В зарешеченное окно заглядывает
Кириллов и, зло захохотав, улетает куда-то в облака.
     Семен видит, что мимо окна медленно проезжает тягач с причудливой
ракетой.  Он распускает толстый канат, который служил ему вместо табу-
ретки, делает петлю и ловко забрасывает ее на нос ракеты, а второй ко-
нец каната прочно привязывает к железной решетке.
     Канат натягивается  все  больше и больше,  вот уже гнутся толстые
прутья решетки,  по не поддаются,  и камера гауптвахты начинает ползти
вслед за трактором.  К своему ужасу,  Семен замечает,  что находится в
клетке.
     Рядом с  клеткой идет лейтенант Кириллов,  и его демонический хо-
хот,  кажется,  заполняет всю вселенную. Лейтенант подбегает к ракете,
что-то крутит,  и она грозно вздыбливает нос к небу.  Кириллов хохочет
еще громче, и уже не хохот слышит Семен, а гром ракеты, из сопла кото-
рой яростно хлещет пламя.  Еще мгновение, и ракета уносит клетку с Се-
меном в небо...
     Далеко внизу видит Семен землю...  Ракета проносит его сквозь об-
лака.  И тут он замечает,  что канат на решетке вот-вот развяжется. Но
решетка теперь на потолке. Как дотянуться? Семен начинает махать рука-
ми,  будто крыльями. О чудо! Он подлетает к потолку клетки и хватается
за канат в тот самый миг,  когда узел развязался... И уже нет клетки -
только мчащаяся ввысь ракета и он, Семен Лагода, на конце каната.
     Семен начинает подтягиваться по канату вверх.  Выше и выше... Ра-
кета все ближе к нему.  Семен уже видит дверцу в ракете и окошко рядом
с  ней.  В окошко выглядывает старшина Прокатилов.  Но сил больше нет.
Руки отказываются повиноваться. Семену очень страшно. Он отпускает ка-
нат и начинает падать, судорожно извиваясь в воздухе...
     - Рядовой Лаюда! - кричит ему вслед старшина. - Подъем!..
     Семен открывает глаза, дико осматривается. Наконец приходит в се-
бя. Видит казарму и спешно одевающихся по команде "Подъем!" товарищей.
     - Чего  вы так мычали во сие?  - с удивлением спрашивает Прокати-
лов, стоящий возле кровати Семена.
     Семен, счастливый  от  того,  что кошмар был лишь сном,  вытирает
мокрый лоб и молча начинает проворно одеваться. Он даже обгоняет това-
рищей, поднявшихся раньше него.
     Старшина Прокатилов доволен.
     - Хорошая  у  вас сноровка,  - замечает он.  - Если и грамотность
подходящая, быть вам оператором.
     Семен, затягивавший на гимнастерке ремень,  вдруг будто деревене-
ет.
     - А кто над операторами начальник?  - настороженно спрашивает он.
- Не лейтенант Кириллов?
     - Да, - подтверждает старшина. - В нашем дивизионе он... Если по-
кажете сноровку на всех занятиях, попадете к нему.

     Идут занятия по физподготовке в спортивном городке.  Их  проводит
лейтенант Самсонов. Молодые солдаты поочередно прыгают через "коня".
     - Очередной, к снаряду! - командует Самсонов.
     Юра Мигуль разбегается,  делает толчок ногами о трамплин и,  при-
коснувшись руками к кожаной спине "коня", легко перелетает через него.
     - К снаряду!..К снаряду!К снаряду!
     Солдаты прыгают один за другим, показывая в общем не плохую физи-
ческую подготовку.
     - К снаряду!
     Бежит Семен Лагода.  Толчок на трамплине он делает неумело и пры-
гает "коню" на спину.
     До солдат доносится взрыв девичьего хохота. Семен оглядывается и,
к великому своему огорчению,  видит,  что в раскрытом  окне  соседнего
здания стоят несколько миловидных девушек в военной форме: они смотрят
на него и весело смеются.
     - Повторить! - приказывает Самсонов Семену.
     Семен снова разбегается,  но перед самым трамплином пасует и  под
хохот девушек сворачивает в сторону.
     - Повторить!
     Но и на этот раз Лагоду постигает неудача.  Неуверенный толчок, и
он,  прыгнув на противоположный край снаряда, плюхается на землю, выз-
вав новый взрыв девичьего смеха. Похохатывают и солдаты.
     - Отставить смех!  - строго требует лейтенант, а затем обращается
к Семену: - Рядовой Лагода, вы что, в школе не занимались спортом?
     - Занимался, но у нашего коня ноги короче.
     - Подойдите к перекладине.
     Семен послушно подходит к турнику.
     - Подтянитесь на руках, сколько можете.
     Семен подпрыгивает,  хватается за перекладину, Дрыгая ногами, пы-
тается подтянуться, но опять полный конфуз перед девушками и товарища-
ми. Беспомощно соскакивает да еще подворачивает ногу.
     Самсонов укоризненно качает головой:
     - Становитесь в строй. Придется с вами поработать отдельно.
     - Не способен я к спорту,  - отвечает Семен и, хромая, становится
на левый фланг строя.
     - Научим. - Лейтенант смотрит на часы. - Закончить занятия!
     Услышав эту команду, девушки-солдаты, выглядывавшие в окно, скры-
ваются в глубине комнаты.
     Радиотехнический класс. Девушки торопливо заканчивают развешивать
на подставках схемы.
     В класс заходит лейтенант Кириллов.
     - Все готово,  товарищ лейтенант! - бойко докладывает одна из де-
вушек.

     А лейтенант Самсонов тем временем ведет из спортивного городка  в
радиотехнический класс строй молодых солдат.
     Семен Лагода, прихрамывая, идет последним. Он отстает, будто поп-
равляет выбившуюся из сапога портянку,  и, видя, что никто не замечает
его отсутствия в шагающем строю,  вдруг быстро бежит к  "коню",  легко
перемахивает через него с одной стороны,  затем с другой. Потом подбе-
гает к турнику,  одним жимом вылетает на перекладину,  делает красивый
переворот,  затем  - соскок-ласточку и с видом победителя оглядывается
на окно...
     Но... девушек там нет. На их месте стоит лейтенант Кириллов, пус-
кает колечками табачный дым и с недоумением глядит на солдата.
     Некоторое время Семен,  выпучив глаза, растерянно смотрит на лей-
тенанта, затем лихо отдает ему честь и бежит догонять строй.
     - Где  я видел эту плутоватую рожицу?  - задумчиво говорит Кирил-
лов.
     В радиотехнический класс, где прохаживается между столами с аппа-
ратурой лейтенант Кириллов, вливается говорливый поток молодых солдат.
     - Товарищи,  до начала занятий еще пять минут! - объявляет Кирил-
лов. - Можно курить.
     Многие солдаты тут же возвращаются в коридор.
     - Рядовой Лагода, - обращается Кириллов к зашедшему Семену. - Что
вы сейчас?..- и кивает головой за окно.
     - Да то я... - от смущения Семен не находит слов. - Да я, понима-
ете, при людях стесняюсь... Вот и решил один попробовать.
     - Смотри ты,  какой застенчивый!  - смеется Кириллов. - Может, по
этой причине не клеится у вас и со зрительной памятью?
     - Не знаю, - Семен пожимает плечами.
     - А ну-ка,  товарищи, - обращается Кириллов к оставшимся в классе
солдатам, - идите курить!
     Когда солдаты выходят, Кириллов подзывает Семена к одному из бло-
ков станции наведения.  На панели блока - множество тумблеров,  лампо-
чек,  переключателей, кнопок. Кириллов опытной рукой щелкает тумблера-
ми,  меняет положение переключателей, нажимает кнопки, от чего загора-
ются индикаторные лампочки.
     Семен внимательно следит за каждым движением рук лейтенанта.
     - Посмотрите внимательно, - приказывает Кириллов.
     Семен изучает панель.
     - Посмотрели?  Теперь отвернитесь.  - И Кириллов,  после того как
Семен отвернулся, быстро переводит переключателя в первоначальное сос-
тояние. - Теперь сделайте все, как было.
     Семен криво улыбается и начинает щелкать тумблерами и рычагами  -
совсем не теми, которыми нужно.
     - Да-а, - сокрушается Кириллов. - Плохо дело.
     - Оператор из меня не выйдет, - охотно соглашается Семен.
     - Жалко назначать вас в другое подразделение.
     - Почему жалко? - Семен с хитрецой глядит на лейтенанта.
     - Как же! Лучший запевала!
     - Только поэтому? - удивился Семен.
     - А почему же еще?
     - Я думал потому, что кого-то напоминаю вам.
     - Мало ли похожих людей встречается,  - Кириллов смотрит на часы.
- Пора начинать занятия.
     - Минуточку!  - Семен в смятении.  Он напряженно смотрит  в  лицо
лейтенанта,  переживая какую-то внутреннюю борьбу. Наконец решается: -
Товарищ лейтенант, а у меня не так уж плохо со зрительной памятью.
     Тут же он поворачивается к панели и уверенно щелкает переключате-
лями, тумблерами, нажимает на кнопки, в точности повторяя все, что де-
лал Кириллов.
     Кириллов с радостным изумлением смотрит на Семена...

     Затемнение... На экране вспыхивают слова:
     "И еще прошло время".

     Полковник Андреев  смотрит  на Аню с загадочной улыбкой,  которая
как бы говорит: "А я о тебе знаю нечто такое..."
     Они сидят в кабинете Андреева друг против друга и ведут разговор.
     - Вы в городе остановились? - утвердительно спрашивает полковник.
     - Да. У подруги, - отвечает Аня.
     - Через неделю предоставим комнату.
     - Спасибо...
     - Простите за любопытство,  Анна Павловна,  - Андреев наклоняется
над столом,  будто бы стараясь глубже заглянуть в глаза девушки. - Вы,
конечно, назначены не случайно в нашу часть?..
     - Да,  не случайно,  - соглашается Аня,  несколько смутившись.  -
Тут,  в городе, подруга моя живет. Она жена офицера. Я списалась с ней
и в Министерстве обороны попросилась к вам.
     Андреев лукаво щурит глаза, улыбается.
     - Чему вы улыбаетесь? - Аня недовольно хмурит брови.
     - Извините,  - полковника не покидает добродушное  настроение.  -
Мне  просто  захотелось  немножко  пофилософствовать на тему о семье и
браке.
     - Не  понимаю вас,  товарищ полковник,  - Аня смущена и не знает,
как себя держать.  - Я врач.  И приехала к вам как служащая  Советской
Армии, а не замуж выходить.
     - Ну,  не будем зарекаться, - смеется Андреев и, поднявшись из-за
стола, начинает прохаживаться по кабинету. После паузы останавливается
перед Аней и доверительно говорит ей: - Еще не родилась девушка, кото-
рая  б в принципе отказывалась от замужества.  Но я о другом хочу ска-
зать... Только по секрету... Быть женой ракетчика - трудное дело.
     - Вы меня заставляете краснеть,  - Аня отворачивается к окну. - К
чему этот разговор?
     - Послушайте - поймете,  - спокойно продолжает Андреев.  - Трудно
быть женой ракетчика потому, что и в мирное время ракетчик на войне...
Вот я,  - полковник смотрит на часы,  - через десять минут одному под-
разделению объявлю тревогу. Учебную, конечно. И никто из ракетчиков не
знает,  какая  это  будет тревога.  Каждую минуту подразделения готовы
дать залп по воздушному противнику.  А знаете,  что это значит?.. Надо
знать.  Вы врач ракетной части.  На примере скажу:  у нас недавно была
свадьба без жениха.
     - Как это - без жениха? - удивляется Аня.
     - А вот так. Подняли первый бокал за молодоженов. Не успели крик-
нуть "горько",  как жениху доложили,  что и его кабине забарахлил один
из блоков. Жених поставил бокал и ушел на огневую...
     - Ну и что? - Аня смотрит на Андреева чуть насмешливо.
     - Ничего, по-вашему? - удивляется Андреев.
     - Конечно,  ничего особенного. И меня, как врача, в любую минуту,
даже со свадьбы,  могут вызвать.  А сколько  таких  профессий?  Врачи,
электрики, пожарники, водопроводчики, газовщики... Да мало ли!
     Андреев смотрит на Аню с удивлением, раздумывая над услышанным.
     - А мне нравится, что вы так рассуждаете, - наконец говорит он.
     - Товарищ полковник, - Аня переводит разговор на другую тему, - я
бы хотела начать свою работу с медосмотра моих будущих пациентов.
     - Хорошо.  Сейчас дам указание дежурному.  - Андреев нажимает  на
столе кнопку.
     В кабинет входит лейтенант Маюков. У нею на рукаве повязка с над-
писью: "Дежурный по части".

     Идут занятия в классе программированного обучение.
     - Какова функциональная схема индикатора наведения? - задает воп-
рос лейтенант Кириллов и передвигает подставку,  на которой закреплено
полотнище с чертежами.
     Таких схем в классе много - одни на подставках, другие на стенах.
     - Ясен вопрос?
     - Ясен, - отвечают солдаты-ракетчики.
     Семен Лагода (он уже ефрейтор) сидит за столом, внимательно смот-
рит  на  схему и кладет руку на рычаг обучающей машины.  Чтобы узнать,
правильно ли дан ответ на вопрос, надо поворотом рычага набрать нужную
группу цифр. Рядом с Семеном - Юрий Мигуль. У обоих гладко причесанные
волосы.
     На каждом столе - по две машины. За всеми машинами сидят солдаты.
     В классе раздается град щелчков. Ракетчики начали работать на ма-
шинах.
     Семен уверенно поворачивает рычаг: от цифры к цифре...
     На кафедре,  перед глазами лейтенанта Кириллова - световое табло.
На нем столбиком расположены номера обучающих машин и рядками, под по-
рядковыми  цифрами,  - лампочки.  По мере того как солдаты отвечают на
вопрос, лампочки вспыхивают. За ними внимательно наблюдает Кириллов.
     - Кончили! - приказывает Кириллов, и щелчки машин утихают. - Неп-
равильно ответили седьмой и девятнадцатый.  - Кириллов переключает  на
кафедре тумблер, и вспыхивают световые табло по бокам классной доски.
     За столами поднимаются Юрий Мигуль (у  него  машина  под  номером
"7") и еще один солдат.
     - Посмотрите хорошенько на схему, - приказывает им Кириллов.
     Солдаты внимательно рассматривают схему.
     - А теперь попробуйте исправить ошибки.
     "Седьмой" и  "девятнадцатый"  щелкают  переключателями.  На табло
вспыхивают лампочки...
     - Правильно.  Садитесь,  - разрешает Кириллов.  - А теперь второе
задание:  нарисовать схемы формирования развертки угла и  формирования
развертки дальности и проверить правильность схем при помощи обучающих
машин.
     Солдаты зашелестели тетрадями.
     Начинает чертить на тетрадном листе Семен Лагода.  У сидящего ря-
дом с ним Юрия Мигуля сломался карандаш.
     - Семен, ножик нужен, - просит Юра.
     - Всем ножик нужен, - невозмутимо отвечает Лагода.
     К разговору друзей прислушивается лейтенант Кириллов. До его слу-
ха доносится:
     - Карандаш сломался.
     - У всех карандаш сломался.
     - Ну дай ножик, починить нечем.
     Лицо Кириллова преображается.  Застывшие глаза смотрят так, будто
лейтенант глотнул горячительного и задохнулся.
     А между тем доносятся слова Семена:
     - У всех починить нечем... Ножик забыл в тумбочке. На карандаш.
     "Рыбачок!" - шепчет про себя Кириллов и зажимает рот рукой,  чтоб
восклицанием не выдать своего удивления.  Перед его  мысленным  взором
рисуется полузабытая картина:  озеро, в лодке сидит паренек и удит ры-
бу, а он, Кириллов, стоит на берегу и просит лодку. И будто слышит от-
веты рыбачка: "Всем лодка нужна"... "Всем лилии нужны"... "Ко всем де-
вушки приезжают".
     "Точно. Рыбачок",  - говорит сам себе Кириллов и не отрывает нап-
ряженного взгляда от Семена,  который,  ничего не подозревая, чертит в
тетради схему.
     Юрии Мигуль затачивает на коробке спичек  грифель  карандаша.  Он
бросает случайный взгляд за окно,  мгновение с любопытством продолжает
смотреть туда,  затем тихо, но так, чтоб услышали многие, шепчет Семе-
ну:
     - Равнение налево!
     Солдаты, следуя  команде,  одновременно поворачивают головы к ок-
нам...
     За окнами  по  асфальтированной дорожке идут Аня и лейтенант Маю-
ков.
     - Не отвлекаться,  - деревянным голосом делает замечание Кириллов
и сам бросает взгляд за окно.
     Солдаты с  хитрыми  улыбками наблюдают за Кирилловым.  Вид у него
совершенно ошалелый. Лейтенант делает шаг к окну, встряхивает головой,
будто пытается прогнать видение,  и не отрывает растерянного, недоуме-
вающею взгляда от Ани.
     - Продолжать занятия самостоятельно, - приказывает Кириллов и ки-
дается к дверям.
     Но как только захлопнулась за лейтенантом дверь,  солдаты,  гремя
стульями, устремляются к окнам.

     Лейтенант Кириллов не замечает,  что к стеклам окон, мимо которых
он пробегает,  прильнули хитро улыбающиеся лица солдат.  Он напряженно
смотрит вперед...
     Идут, о чем то разговаривая, Маюков и Аня.
     Кириллов вот-вот настигнет их.  И вдруг  раздается  пронзительный
рев сирены. Кириллов будто спотыкается и останавливается: тревога!
     Резко поворачивается и изо всех сил бежит назад.
     Стремительно выбегают из учебного корпуса солдаты...
     Гудит земля под солдатскими сапогами.  Ракетчики мчатся в направ-
лении  огневых позиций.  Напряженные лица Семена Лагоды,  Юрпя Мигуля,
старшины Прокатилова.
     Бегут, сурово сдвинув брови,  офицеры - Кириллов,  Самсонов, Оле-
нин...
     Вместе со всеми стремительно несется камера.  Мелькают здания во-
енного городка,  видны встревоженные лица женщин и детей в окнах  офи-
церских квартир, мелькают деревья.
     А сирена не утихает...
     - Готовность номер один! - звучит над стартовой позицией команда,
переданная по внутренней связи.

     - Готовность номер один! - будто с радостью, лихо вторит командир
стартового  взвода  лейтенант Самсонов.  Он любуется собой и слаженной
работой стартовых расчетов.
     А солдаты-стартовики  знают свое дело.  Мгновенно снимают с ракет
брезентовые чехлы и "колдуют" у механизмов.  Тут же  слышатся  четкие,
отрывистые доклады:
     - Второй готов!
     - Первый готов!
     - Третий готов!
     Самсонов на  каждую  команду резко поворачивает голову,  довольно
улыбается.
     - ...готов!
     - ...готов!
     - В укрытие! - звонкоголосо командует Самсонов.
     Мимо лейтенанта быстро пробегают солдаты-стартовики.
     Огневая позиция опустела. Ракеты, лежащие на пусковых установках,
кажутся мертвыми. Но это так кажется...
     Стремительно убегает от них в укрытие лейтенант Самсонов.

     - Включить  дизели!  - твердо командует в микрофон лейтенант Иван
Кириллов.
     Его лицо, еще взволнованное, - во весь экран.
     - Включаю станцию! - снова звучит голос Кириллова.
     Лейтенант поднимает  вверх  руку  и нажимает на электронном шкафу
кнопку.
     Иван Кириллов - офицер наведения. В тесной кабине в настороженной
полутьме замерли фигуры людей, сидящих у шкафов с аппаратурой - элект-
ронным  мозгом  ракет.  В тусклом свете разноцветных лампочек узнается
непривычно сосредоточенное лицо Семена Лагоды.  Рядом с ним - Юрий Ми-
гуль.
     За спиной лейтенанта Кириллова стоят с часами в  руках  полковник
Андреев и майор Оленин.
     Перед Кирилловым светится экран локатора.  На нем виднеется белая
пульсирующая черточка - отметка цели.
     Кириллов крутит внизу штурвалы,  подводя перекрестие меток на эк-
ране к цели.  Затем отдает от себя щелкнувшие штурвалы и энергично ко-
мандует операторам:
     - Взять цель!
     Сосредоточенное лицо Семена  Лаюды...  Он  проворно  нажимает  на
кнопку, и тотчас перед ним высвечивается экран.
     Ниже центра экрана белеет черточка.  Семен ловко работает штурва-
лом, и белая черточка послушно плывет к центру экрана, к меткам.
     - Есть цель! - докладывает Семен.
     Кириллов кидает на него строгий взгляд, а затем нетерпеливо смот-
рит на Мигуля. Юрий суетливо вращает штурвал. Наконец докладывает:
     - Есть цель!..
     - Есть цель! - сообщает третий оператор.
     На огневой позиции ожили ракеты. Они начинают подниматься вверх и
в направлении цели,  куда смотрит антенна локатора...  Ракеты,  грозно
вздыбившись в небо, замерли...

     В кабине наведения - напряженная тишина.
     - Первая...- протяжно командует лейтенант Кириллов.  Его рука тя-
нется  к  черной  кнопке,  по  ободку  которой белеет грозная надпись:
"Пуск".
     - Отбой! - неожиданно раздается голос полковника Андреева. И пос-
ле паузы: - Молодцы, товарищи ракетчики!

     Полковой медпункт. Светлая комната с простынной перегородкой.
     - Лагода Семен Иванович! Ефрейтор! - чеканит слова Семен, сидя на
табурете. Он раздет по пояс. После паузы вкрадчиво спрашивает:
     - Извините, а вас как зовут?
     За столом сидит в белом халате Аня. Не поднимая головы, она отве-
чает:
     - Аня... - И тут же поправляется: - Анна Павловна.
     - Вы у нас новенькая?
     - Да. Новенькая.
     Семен с  любопытством  рассматривает врача,  которая что-то бегло
записывает в медицинскую книжку и не удостаивает его ни единым  взгля-
дом.
     Семен хмурится от досады.
     - На что жалуетесь? - спрашивает Аня.
     - На сон! - обиженно отвечает Семен.
     - Плохо  спите?  -  только  теперь Аня поднимает глаза - большие,
опушенные длинными ресницами.
     Семен не  в силах оторвать восхищенного взгляда от красивого лица
врача.
     - Не можете уснуть? - повторяет вопрос Аня.
     - Нет,  проснуться не могу! - Семен опомнился.- По команде "Подъ-
ем!" хлопцы за ноги стаскивают с постели.
     - Вылечим.- Аня снисходительно улыбается,  обнажив блестяще-белые
ровные зубы. - Могу выписать рецепт.
     - Пожалуйста! - Семен с серьезным видом продолжает валять дурака.
- Премного вам буду благодарен.
     - Только с рецептом не в аптеку придется идти,  а к  старшине,  -
поясняет врач.
     - К старшине?  - удивляется Семен.  - Что-то не слышал,  чтобы  у
старшины лекарства водились.
     - А наказания?! Или, как они у вас, взыскания! - Аня опять ослеп-
ляет его мягкой белозубой улыбкой. - Наряд за опоздание в строй - луч-
шее лекарство.
     - Так наряди ж подрывают солдату здоровье!  - с притворным недоу-
мением восклицает Семен.
     - Каким образом?
     - Самым что ни на есть плохим,  - с  убеждением  отвечает  Семен,
продолжая  бесцеремонно  рассматривать собеседницу.  - У солдата после
наряда беда с аппетитом... Зверский!.. Минимум двойной обед нужен.
     - Это старо,  - Аня обдает Семена дружелюбным взглядом и, отложив
в сторону ручку,  поднимается,  выходит из-за стола - высокая, гибкая.
Белый халат,  надетый поверх платья,  придает ей особую обаятельность,
хотя и скрадывает стройную девичью фигуру.
     Она заставляет  Семена  закинуть ногу на ногу,  стучит по коленке
миниатюрным молоточком. Затем ручкой молотка крест-накрест проводит по
его обнаженной груди. Семен ежится от щекотки и по-прежнему не отрыва-
ет восхищенного взгляда от милого лица Ани.
     Аня обращает внимание на гладко причесанные волосы Семена.  Прит-
рагивается к ним и испуганно отдергивает руку.
     - Чем это вы намазали?
     - Сахаром, - отвечает Семен.
     - Зачем?
     - Чтоб не заметно, что длинные.
     - Не полагаются длинные.  - Аня пытается взлохматить шевелюру, но
она как панцирь.  - Не гигиенично!  Сейчас же помойте и в парикмахерс-
кую!
     - Помыть-то я помою, но понимаете... - Семен не находит слов.
     - Что?
     - Надеюсь,  скоро в отпуск,  домой...  А девчата,  когда голова у
хлопца вот такая,  - Семен, взяв со стола ручку, мгновенно набрасывает
на листе бумаги свой портрет с наголо остриженной головой, - не то что
разговаривать - смотреть не хотят.
     - Плохо вы знаете девчат,  -  посмеивается  Аня,  с  любопытством
рассматривая рисунок.
     - Плохо?  - переспрашивает Семен.  - А думаете, вы бы понравились
хлопцам, если б были вот такой?
     И он тут же изображает на рисунке голову Ани без волос.
     Аня изумленно смотрит на свой обезображенный портрет.
     - Другое дело, когда голову украшает растительность, - продолжает
Семен,  и  его  перо  дорисовывает пышную шевелюру сначала на портрете
Ани, а потом на своем.
     - А вы, оказывается, художник!
     - Признаете? - ухватился за новую мысль Семен.
     - Признаю, - смеется Аня.
     - А все художники носят во какие гривы!  - Семен показывает рука-
ми,  какие прически носят художники. - Я такой не прошу. Разрешите мне
мою носить. И точка.
     - Это как же? - Аня поражена.
     Семен блудливо отводит глаза в сторону и мудро изрекает:
     - Мало ли какие медицинские соображения могут быть. Главное, что-
бы справка по-латыни была написана. Старшина вникать не станет.
     - Может, у вас голова болит при коротких волосах? Такое бывает. -
Аня еле сдерживает смех.
     - Конечно! Ужасно болит! - хватается Семен за поданную мысль. - И
не только голова.  Сердце может треснуть, когда начнут укорачивать та-
кую шевелюру.
     Аня, запрокинув голову, хохочет, как школьница.
     - Да вы же симулянт,  Лагода! - говорит она сквозь смех, глядя на
Семена с откровенной симпатией, как на забавного шаловливого ребенка.
     Семен обнаглел еще больше.
     - Какой симулянт?  - в его голосе звучит неподдельное возмущение.
- Да я как только подстригусь - голова разрывается от боли. И все фор-
мулы начисто забываю!..

     А в коридоре санчасти, у дверей кабинета врача, ждут своей очере-
ди с десяток солдат.  Все с удивлением прислушиваются к заразительному
смеху Ани, который доносится из-за двери.
     - Братцы,  он, наверное, ее щекочет! - говорит Юрий Мигуль и, по-
дойдя к двери, подсматривает в замочную скважину.
     И тут же отлетает:  дверь распахивается,  и в коридор выскакивает
Семен Лагода.  Обалдевший от счастья, он показывает всем справку. Под-
зывает даже случайно проходившего солдата и сует ему под нос бумажку:
     - Разрешила длинный чуб носить!
     Мигуль хватается  рукой за свою чуприну и умоляюще спрашивает Се-
мена:
     - На что жаловался?
     - Говори:  глаза свербят перед экраном осциллографа, когда голова
лысая,  -  с серьезным видом шепчет ему на ухо Семен.  - Открыли такую
болезнь среди ракетчиков... Только молчок!
     - Могила! - клянется Юра.
     Тот же кабинет врача.  Аня сидит за столом и что-то записывает  в
медицинскую книжку.  На ее лице еще не угасла улыбка, не успели потух-
нуть веселые огоньки в больших глазах.
     - Следующий! - зовет она.
     Открывается дверь,  и в кабинет влетает Юрий Мигуль. Преисполнен-
ный радужных надежд, он бодро докладывает:
     - Рядовой Мигуль прибыл на медицинский осмотр!
     - Раздевайтесь, пожалуйста.
     - Слушаюсь.
     Митуль с акробатической быстротой снимает с себя ремень,  гимнас-
терку, нательную рубашку.
     - Готов?  - кукарекает он так бойко, что у Ани испуганно взметну-
лись брови. Но она тут же улыбается и задает стандартный вопрос:
     - Жалобы имеются?
     - Так точно! Чешутся глаза! - уверенно отвечает Юрий.
     Аня смотрит на солдата с недоумением.

     В быстром  и веселом ритме звучит музыка...  Во весь экран - злые
глаза Юрия Мигуля.  На голове у Юры от пышной прически  осталась  лишь
жиденькая  щетинка.  Он украдкой притрагивается к ней рукой и с непри-
язнью смотрит на отбивающего в кругу солдат чечетку Семена  Лагоду,  у
которого буйно курчавится шевелюра.
     В фойе полкового клуба людно.  Здесь солдаты, сержанты, офицеры с
женами.
     Особняком стоит группа молодых офицеров.  Среди них  -  Кириллов,
Самсонов и старшина Прокатилов. Они наблюдают за Семеном.
     "Ну, рыбачок,  ты у меня еще попляшешь",  - замечает про себя Ки-
риллов.
     - Вот так больной! - с ухмылкой говорит Прокатилов.
     - Это Лагода-то больной? - удивляется Самсонов.
     - Ага. Принес справку от нашей новой врачихи. Разрешила ему длин-
ный чуб носить...  С коротким,  видите ли,  у него формулы в голове не
держатся.
     Офицеры смеются.  Только Кириллов строг;  он смотрит на Семена со
смешанным чувством досады и недоумения.
     - А врачиха новая - королева! - восхищенно говорит только что по-
дошедший лейтенант Маюков.
     К нему кидается Кириллов.
     - Слушай,  расскажи!  Аня к нам работать приехала? - взволнованно
спрашивает он. - Где она?!
     - Аня?  - удивляется Маюков и обращается к товарищам: - Вы слыша-
ли? Она уже для него "Аня", - и перед носом Кириллова машет пальцем: -
Нет,  шалишь,  брат.  Сегодня я ее пригласил в клуб и прошу  соблюдать
дистанцию.
     - Придет? - хмуро спрашивает Кириллов.
     - Вот-вот должна осчастливить своим появлением.
     Кириллов молча направляется к дверям.
     Ярко горят электрические фонари у входа в клуб, освещая афишу, на
которой крупно выделяется слово "Концерт".  Рядом проходит асфальтиро-
ванная  дорога.  На ней тормозит "Волга".  Из машины выходят полковник
Андреев и его жена Елена Дмитриевна,  как всегда  красивая,  элегантно
одетая.
     - Леночка,  извини,  - говорит Андреев,  обращаясь к жене, - я на
концерт опоздаю. Дела.
     - Очень хорошо!  - с лукавинкой в голосе отвечает Елена Дмитриев-
на.  - Я хоть потанцую перед концертом. При тебе же офицеры шарахаются
от меня.
     - Ладно, танцуй, - милостиво разрешает Андреев.
     Елена Дмитриевна направляется к дверям клуба, а полковник Андреев
- к зданию штаба.
     "Волга" уехала,  а на ее месте останавливается "газик".  Из  него
выскакивает  высокий  лейтенант в авиационной форме1.  В нем мы узнаем
Филина,  который в начале фильма вместе с Аней и Тоней  разыскивал  на
берегу озера Ивана Кириллова.  Филин открывает заднюю дверку "газика",
и из машины показывается Аня...
     ( Подразделение,  которое обеспечивает ракетчиков и летчиков-ист-
ребителей управляемыми мишенями,  называется эскадрильей, а его личный
состав носит авиационную форму.)

     В фойе клуба возле дверей Кириллов сталкивается с женой полковни-
ка Андреева.
     - Здравствуйте,  Елена  Дмитриевна,  -  здоровается он,  стараясь
пройти мимо.
     - Добрый вечер, Иван Федорович, - приветливо отвечает Елена Дмит-
риевна и, услышав, что заиграла танцевальная музыка, спрашивает: - На-
деюсь, вы не дадите мне скучать?
     - Да... Конечно... - Кириллов растерянно улыбается.
     - Я хочу танцевать.
     Кириллов мгновение колеблется, смотрит в распахнутую дверь, затем
протягивает руку:
     - Прошу.
     Кружатся в танце пары. Танцуют Кириллов и Елена Дмитриевна.
     Одиноко стоит Семен Лагода.  Он ищущим взглядом высматривает себе
партнершу. Вдруг слышит приветливый девичий голос:
     - Добрый вечер, товарищ Лагода.
     Удивленный, Семен  поворачивается и видит перед собой Аню:  свет-
лую, улыбающуюся, по особому красивую в зыбком свете люстр.
     - Вы танцуете? - с улыбкой спрашивает она.
     - Так точно! - лепечет растерянный Семен.
     - Тогда приглашайте.
     - Есть!
     - Зачем же так по-уставному? - смущенно замечает Аня, подавая Се-
мену руку. Они идут в круг.
     Остановился на полпути лейтенант Маюков,  с опозданием заметивший
Аню.  Он обескуражен. Услышав позади язвительный смех офицеров, Маюков
досадливо морщится.
     С другой стороны фойе стоит  Прокатилов.  Его  восхищенные  глаза
устремлены  на Аню.  Кажется,  никого другого сейчас не существует для
старшины.
     Кириллов не замечает Ани.
     - Какими судьбами вас из города сюда занесло?  - спрашивает он  у
Елены Дмитриевны, продолжая танец.
     - Сестренка моя будет сегодня выступать в концерте. Вы подумайте:
недавно в куклы играла, а уже артистка.
     - Ваша сестра? - удивляется Кириллов.
     - Представьте себе!  Училась в Киеве,  а работать приехала в наши
края. Мама у меня живет. Чтоб рядом с мамой, со мной.
     - А мужа вашего... Товарища полковника что же не видно?
     - Муж, - хмыкает Елена Дмитриевна. - Я бы военным вообще запрети-
ла жениться.
     - За что же нам такое наказание?!
     - Вам ракеты милее жен, детей, семьи... Вот мои... Сегодня суббо-
та,  а к нему, видите ли, начальство из округа приехало... Как будто у
начальства тоже нет жен...
     ...Положив Семену на плечо руку, Анна Павловна будто гипнотизиру-
ет его улыбчивыми глазами.  А у Семена лицо каменное.  Он чувствует на
себе десятки любопытных глаз и робеет.
     - Вы почему так скованно себя чувствуете? - спрашивает Аня.
     - Мне и не спилось,  что буду танцевать с врачом полка,  - расте-
рянно шепчет Семен.
     - Да? - улыбается Аня. - А если б вы еще знали, что я...
     - Что?
     - Зовите меня вне службы Аней. Я не обижусь.
     - Гы-гы... - глуповато смеется Семен.
     - А что смешного?
     - Интересно, сколько бы нарядов влепил мне наш старшина, если б я
даже вне службы назвал его Игорьком?
     Аня смеется и вдруг умолкает.  Лицо ее делается серьезным, напря-
женным. Она увидела Кириллова, танцующего с Еленой Дмитриевной...
     Семен перехватывает взгляд Ани и тоже смотрит на лейтенанта
     - Что это за дама? - с чувством неловкости спрашивает Аня.
     - Это жена нашего командира, - отвечает Семен.
     - Жена?!  - Аня поражена. И после мучительной паузы снова спраши-
вает: - А... а давно они поженились?
     - Я приехал на службу, уже были женатыми, - беспечно отвечает Се-
мен.
     Музыка умолкла. Сквозь толпу поспешно протискивается к Ане лейте-
нант Маюков.
     А Аня лицом к лицу столкнулась с Иваном Кирилловым, которого дер-
жит под руку Елена Дмитриевна.  Елена Дмитриевна, не замечая Ани, раз-
говаривает с кем-то из женщин.
     - Аня... - дрогнувшим голосом произносит Кириллов.
     - Анна Павловна, - спокойно поправляет его Аня.
     В это время между ней и Кирилловым становится Маюков.
     - Добрый вечер,  Анна Павловна! - бодро здоровается он. - Извини-
те, что не встретил вас. Проморгал.
     - Ничего, - с улыбкой отвечает Аня.
     Снова заиграла музыка.
     - Следующий танец мой!  - Маюков уверенно подставляет Ане изогну-
тую руку.
     - Я уже занята,  - и Аня берет под руку Семена,  который  неловко
топчется рядом.
     - Простите,  - сникшим голосом извиняется Маюков и,  обескуражен-
ный,  отходит. А Семен, сам не зная для чего, громко щелкнул ему вслед
коваными каблуками.
     Кириллов, оставив  где то Елену Дмитриевну,  протискивается через
толпу к Ане и Семену.
     - Могу вас пригласить?  - спрашивает он у Ани,  делая вид, что не
замечает Семена.
     - Я уже приглашена, - холодно отвечает Аня.
     - Простите. - Кириллов мрачнее тучи.
     Аня увлекает Семена в круг,  но он упрямится,  растерянно смотрит
на лейтенанта.
     - Пожалуйста,  пожалуйста!  -  хмуро говорит ему Кириллов и с на-
пускным безразличием отворачивается.
     Аня с улыбкой выжидательно смотрит на Семена.  А он, повернувшись
к ней,  вдруг шарахается в толпу,  оттискивает от первой встретившейся
на  пути девушки ее партнера-солдата и с подчеркнуто деловым видом на-
чинает с ней танцевать.
     К смутившейся  было  Ане  подлетает лейтенант Самсонов и галантно
приглашает ее к танцу.
     - Ну,  хлопцы, пропал ракетный полк! Амба! - говорит один из офи-
церов в кругу хохочущих товарищей, наблюдая за обескураженным Маюковым
и подавленным Кирилловым.
     Кабинет полковника Андреева.
     У рельефной карты, распластавшейся в огромном ящике-столе, стоит,
что-то напевая, генерал - поджарый, стройный, седовласый. На его ките-
ле,  над высокой лестничкой орденских планок - Звезда Героя Советского
Союза. Возле генерала поблескивает очками полковник Андреев.
     - Кто наведенец у Оленина? - спрашивает генерал.
     - Лейтенант Кириллов,- отвечает полковник.
     - Зрелый ракетчик?
     - Романтик... По уши влюблен в электронику.
     - Похвально. Ракетчик без любви к технике, что скрипка без струн,
- Генерал достает из кармана миниатюрную табакерку,  открывает ее, бе-
рет щепотку табаку и нюхает. С аппетитом чихает. - Пригласите предста-
вителя мишенной эскадрильи.
     Полковник Андреев выходит за дверь и тут же возвращается с лейте-
нантом Филиным. Филин четко докладывает:
     - Товарищ генерал,  штурман эскадрильи управляемых мишеней лейте-
нант Филин прибыл по вашему приказанию.
     - Я вас вызвал, - говорит генерал, - чтобы вы лично объяснили ко-
мандиру ракетного полка о "сюрпризах",  которые приготовили для предс-
тоящих стрельб.
     - Можно объяснять?
     Генерал утвердительно  кивает  головой и бросает хитрый взгляд на
Андреева.
     Филин достает из кармана маленький самолетик и подходит к рельеф-
ной карте:
     - Управляемые  по  радио мишени подойдут к полигону с неожиданной
стороны... Допустим, вот отсюда, - проносит над краем карты самолетик.
- Будут разные варианты маневра по высоте и курсу. Например, один: при
очень большом потолке и скорости,  - самолетик в руке  Филина  стреми-
тельно проносится над картой.
     Полковник Андреев нетерпеливо поводит плечами и перебивает  Фили-
на:
     - Вы б еще по ракетам заставили нас стрелять!
     - Нет,  товарищ полковник, - виновато улыбается Филин. - Скорость
наших мишеней уступает скорости ракет.
     - Слава богу, - хмыкает Андреев.
     - Будет и такой вариант,  - продолжает Филин,  делая  над  картой
эволюции самолетиком. - Цель подойдет к зоне ракетного огня на большой
высоте, а затем получит команду спикировать и пронестись впритирку над
полигоном.
     - Но в боевых условиях противник не знает,  где начинается, а где
кончается зона действий ракет, - замечает Андреев.
     - Верно,  - соглашается Филин. - Поэтому мы и предупреждаем, что,
если ракетчики допустят хоть малейший просчет, они не обстреляют цели.
Пропустят.
     - Товарищ генерал,  - полковник Андреев встревожен. - Я не совсем
понимаю: нам предстоит боевая стрельба согласно программе обучения или
мы  на  сей раз должны быть подопытными кроликами изобретателей из ми-
шенной эскадрильи?
     Генерал смеется, машет на Андреева рукой и отвечает:
     - Зато в самых  сложных  условиях  проверите  боевые  возможности
комплексов и выучку расчетов...  - Он опять достает табакерку,  нюхает
табак. Смачно чихает в платок и протягивает табакерку Филину.
     - Не употребляю, но ради любопытства... - Филин берет щепотку та-
баку, нюхает, морщит нос, но не чихает.
     - Предупредите о "сюрпризе" Оленина и Кириллова,  - говорит гене-
рал Андрееву.
     - Кириллов будет стрелять? - насторожился Филин.
     - Да, - генерал удивлен. - А почему вы встревожились?
     - Однокашник мой по училищу. Не хотел бы подводить его, - отвеча-
ет Филин.
     - Неужели так убеждены в неуязвимости мишеней? - озабоченно спра-
шивает Андреев.
     - Убежден, - уверенно отвечает Филин.

     А в  фойе  клуба продолжаются танцы.  Кружатся в вальсе лейтенант
Самсонов и Аня,  Семен и девушка-солдат.  Танцует с Еленой Дмитриевной
сумрачный Кириллов.
     Раздается звонок, зовущий в зрительный зал. Музыка умолкает.
     Во входных дверях появляется лейтенант Филин.  Он ищущими глазами
осматривает фойе и вдруг, открыв рот, начинает комично морщить нос:
     - Апчхи!.. Апчхи!..
     Филин зажимает нос платком,  обливается слезами и продолжает  под
насмешливыми взглядами неудержимо чихать.
     К нему спешит,  проталкиваясь сквозь устремившийся в зал  людской
поток, Аня.
     - Вот злой табачище!  - оправдывается перед  ней  Филин,  вытирая
платком слезы. - Генерал угостил.
     - Запоздалая реакция? - грустно улыбается Аня.
     Филин внимательно смотрит на нее и спрашивает:
     - А ты почему такая кислая?
     - Голова дико разболелась...
     - А где Ваня?
     - Потом все расскажу...  - Аня прячет глаза.  - Поедем, Вася, до-
мой. Прошу тебя.
     - Поедем... - протяжно отвечает Филин и растерянно разводит рука-
ми.
     Иван Кириллов не отрывает изумленного взгляда от Анн и лейтенанта
Филина.  Он порывается к ним,  но ему преграждают  путь  толпящиеся  у
входной двери в зал солдаты, сержанты, офицеры.
     ...В свете уличных фонарей появляются вышедшие из клуба лейтенант
Филин и Аня. Они направляются к стоящему недалеко "газику". Филин уса-
живается за руль. Аня - рядом с ним.
     "Газик" трогается  с  места  и едет по асфальтовой дороге к конт-
рольно-пропускному пункту.
     У дверей  клуба  стоит лейтенант Кириллов и смотрит вслед удаляю-
щейся машине...
     Падает под колеса "газика" ночное, освещенное фарами шоссе. Маши-
на мчится на большой скорости.
     - Что же случилось?  - спрашивает Филин у Анн, не отрывая взгляда
от дороги.
     - Ты давно встречался с Ваней? - будто с усталостью отвечает воп-
росом на вопрос Аня.
     - Месяцев восемь - десять назад... Мы же в разных частях служим.
     - Он женился...
     - Не может быть!  - Филин так потрясен, что управляемая им машина
завиляла по шоссе.
     ...Вслед за  "газиком"  несется  мотоциклист.  Это Иван Кириллов.
Сумрачно смотрят на красные огоньки мигающих впереди стоп-сигналов его
глаза.  Козырек  фуражки низко надвинут на лоб,  ремешок перехватывает
подбородок.
     - Дела,  - протяжно говорит за рулем Филин. - После стрельб выяс-
ним... Прибежит ко мне, не выдержит. Нам ученые такую новинку пригото-
вили... Ни одной мишени их ракеты не собьют.
     - Все это уже не имеет значения, - с жалкой улыбкой отвечает Аня.
     "Газик" теперь едет по городской улице. За ним неотступно следует
на мотоцикле лейтенант Кириллов.
     "Гастроном" - крикливо светится на здании надпись.  Ярко освещены
витрины.
     Возле "Гастронома" машина тормозит.  Филин и Аня выходят из нее и
скрываются в дверях магазина.
     Останавливает поодаль мотоцикл Иван Кириллов.
     Сквозь витрину "Гастронома" он видит,  как Филин и Аня рассматри-
вают прилавок с винами.  Затем Филин подходит к кассе,  платит деньги,
получает чек.
     Кириллов возвращается к мотоциклу.
     Из "Гастронома" выходит, неся в руках завернутую бутылку с вином,
Аня, а за ней Филин. Они садятся в машину и уезжают.
     Кириллов заводит мотор мотоцикла и несется вслед за ними...
     На тихой улочке, возле четырехэтажного дома, "газик" останавлива-
ется.  Аня и Филин выходят на тротуар.  Закрыв машину, Филин берет Аню
под руку и ведет в подъезд.
     Тормозит мотоцикл Кириллова.  Иван горячечным взглядом  провожает
Аню и Филина. Дверь подъезда захлопнулась...
     Запрокинув голову,  Кириллов смотрит на окна дома.  Видит,  как в
одном окне вспыхивает свет.

     ...От выключателя опускается маленькая женская рука. Аппарат отъ-
езжает,  и мы видим Тоню - институтскую подругу Ани. Она сидела в сто-
ловой у телевизора и сейчас, когда в передней послышался шум, включила
свет и, застегнув халат, спешит навстречу вошедшим.
     - Малыши уже спят?  - спрашивает Аня,  подавая Тоне бутылку с ви-
ном.
     - Еле усмирились,  - жалуется Тоня, вопросительно глядя то на му-
жа, то на подругу.
     - Можно, я посмотрю? - и Аня, видя, что Тоня не возражает, на цы-
почках идет в спальню.
     В двух кроватках,  стоящих встык,  сладко спят мальчики-близнецы.
Аня рассматривает их с грустной нежностью.  В полутьме видно,  как  ее
глаза наливаются слезами.

     Кириллов, с трудом оторвав от светящегося окна обезумевшие глаза,
дает газ,  включает скорость,  и мотоцикл бешено уносит его  в  темень
улицы...

     А в полковом клубе продолжается концерт.  Зал переполнен. В одном
ряду напротив бокового выхода сидят Семен Лагода, Юрий Мигуль, старши-
на Прокатилов, лейтенанты Маюков и Самсонов. Они лениво аплодируют ко-
му-то и переговариваются.
     - Юра,  мне,  кровь из носу,  надо срочно с какой-нибудь девушкой
познакомиться, - озабоченно говорит Семен.
     - Почему срочно?
     - Надо глаза нашим лейтенантам намозолить.
     - А ты с врачихой. - Юра ехидно ухмыляется.
     - Хватит! - Семен не замечает иронии друга. - Ее надо остерегать-
ся, как комендантского патруля на улице.
     - Во!  Люблю здравые рассуждения,  - Юра хмыкает и толкает Семена
локтем под бок.
     На сцену выходит конферансье.
     - Солистка окружного ансамбля Полина Ячиченко! - объявляет он.
     На сцене появляется молоденькая актриса в сверкающем  подвенечной
белизной платье. Лицо ее отмечено той странной и дикой красотой, кото-
рая нередко встречается на юге Украины,  аспидно-черные, по-монгольски
чуть раскосые глаза,  над которыми круто взметнулись надломленные бро-
ви,  пухлые губы.  Она улыбается,  раскланивается,  смотрит на  сестру
(Елену Дмитриевну), сидящую в первых рядах, слегка кивает ей головой.
     - Лирическая песня "Солдатская невеста"! - объявляет конферансье.
     - Хе!  Солдатская!  - ухмыляется Маюков.  - Такая и офицеру не по
зубам.
     - И где рождаются такие красивые? - вздыхает Самсонов.
     Раздаются вступительные аккорды рояля, и Полина начинает петь. Ее
песня,  вначале легкая,  еле уловимая, постепенно набирает силу и зас-
тавляет трепетно биться сердца  слушателей.  Трогательно-чистый  голос
певицы  стыдливо рассказывает о верной любви девушки к парню,  который
где то на холодном и далеком краю земли  сторожит  покой  страны.  Ка-
кая-то мучительная нежность, детская непосредственность и теплота, ко-
торыми насыщен голос певицы,  заставляют думать, что она и есть та са-
мая влюбленная девушка, тоскующая по милому.
     Зал будто перестал дышать.  Мечтательно смотрит на певицу  лейте-
нант Самсонов. Сияют восторгом глаза Маюкова. Едва шевелятся от волне-
ния губы Прокатилова.
     Семен Лагода и Юрий Мигуль тоже слушают песню так,  будто утоляют
страшную жажду:  на лицах солдат восторг  и  необыкновенная  нежность,
стыдливая нежность ко всем девушкам на свете.
     Взволнованно лицо Елены Дмитриевны,  слезы туманят ей глаза:  она
растрогана и ошеломлена успехом сестры.
     Умолкает последний аккорд,  и зал вкладывает все свои  чувства  в
аплодисменты.
     - Ракетчики на отдыхе!  Солдатский перепляс!  - объявляет  конфе-
рансье
     С двух сторон вылетают на сцену с гармошками лихие парни  в  сол-
датской одежде.  Начинается много раз виденное, но неизменно волнующее
состязание ловких и веселых ребят...
     Юрий Мигуль случайно обращает внимание на боковую дверь,  в кото-
рую кто то вошел,  и замечает,  что в фойе прогуливается певица Полина
Ячиченко.
     - Мне надо выйти, - шепчет он Семену и, согнувшись, пробирается к
дверям.
     Пустынное фойе полкового клуба. Притушены люстры. Дремлют на сте-
нах  огромные  картины в массивных рамах.  Сюда доносится приглушенный
шум зрительного зала.
     Открывается дверь,  и  из зала,  откуда выплеснулся шум,  выходит
Юрий Мигуль.  Не сдерживая плутоватой улыбки, он осматривается и видит
Полину.  Она уже переодета в скромное платье, на плечи накинут пуховый
шарфик.  Девушка остановилась перед картиной,  на которую падает  свет
дежурной люстры, и внимательно рассматривает полотно.
     Юра некоторое время наблюдает за ней,  затем одергивает  на  себе
гимнастерку, поправляет на груди спортивные значки.
     - Разрешите представиться,  - обращается он к девушке с напускной
смелостью. - Юрий Мигуль!
     Полина смотрит на Юру с недоумением.
     - Вам не скучно одной?
     - Наоборот.  После концерта я люблю быть только одна,  - и Полина
снова начинает рассматривать картину.
     - Извините, - Юра обескураженно улыбается и отходит в сторону.
     А на  сцене в разгаре перепляс.  В зал тихо возвращается Мигуль и
садится на свое место рядом с Семеном.
     - Сеня, поздравляю! - шепчет Юра. - Ты приглянулся артисточке.
     Семен, повернувшись к Юре, с недоумением хлопает глазами.
     Прогуливается в фойе.  Я подошел, спрашиваю, как ей здесь нравит-
ся.  А она отвечает: очень славные ребята. А один, говорит, тот, кото-
рый с шевелюрой, - глаз нельзя оторвать от него!
     - Ври больше, - отмахивается Семен
     - Не веришь?  Говорит мне: прогуляйтесь со мной, а то одной скуч-
но. А я вспомнил, что тебе надо познакомиться с девушкой, и убежал.
     - Перестань трепаться!
     - Серьезно тебе говорю!.. Если не хочешь идти, я опять пойду, - и
Мигуль порывается с места.
     Семен удерживает Юру за руку, испытующе смотрит ему в глаза.
     - Если врешь... - и Семен, показав Юре кулак, уходит из зала.
     Когда за Семеном закрылась дверь, Юра, не сдерживая смеха, шепчет
что то старшине Прокатилову Тот слушает с веселым интересом, потом пе-
редает новость Самсонову.  Лейтенант Самсонов довольно хохочет и  тихо
рассказывает о проделке Мигуля Маюкову.  Все, предвкушая поражение Ла-
годы, с нетерпением посматривают на дверь.

     А Семен уже "описывает круги" по фойе.  Ему хочется подойти к де-
вушке, но он робеет. Ведь не простая девушка - актриса!
     Полина останавливается перед картиной "Сватовство майора".
     Семен наконец решается.  Поправляет шевелюру,  одергивает гимнас-
терку и, остановившись рядом с девушкой, начинает с преувеличенным ин-
тересом рассматривать картину.
     - Между прочим, - бойко замечает Семен, - автор этой картины тоже
был военным человеком.
     Полина, скользнув по Семену беглым взглядом,  продолжает смотреть
на полотно.
     - Федотов его фамилия,  - не сдается Семен - Павел Андреевич. Вы-
дающийся живописец, основатель демократического, сатирического обличи-
тельного жанра в русском искусстве. Едко высмеивал язвы крепостничест-
ва, нравы дворян и купцов. Его картины отличаются глубоким психологиз-
мом...
     - Почему же вы не слушаете концерт?  - холодно перебивает его По-
лина.
     - А  мне  после вашего выступления ничего больше не интересно,  -
льстит Семен напрямик.
     Полина взглянула на ефрейтора с сомнением.
     - Тем более,  - продолжает он,  - что такие фамилии,  как ваша, у
нас в каждом селе есть.
     - А вы откуда?  - в мягком голосе Полины послышалась  заинтересо-
ванность.
     - Из Винничины, - с готовностью отвечает Семен.
     - Ой!  - с радостным удивлением восклицает Полина.- И я винничан-
ка! Я из Немирова.
     - Из Немирова?!  - Семен даже задохнулся от избытка чувств. - Так
это же в двух шагах от моей Чижовки!
     - Вы из Чижовки?!  - Полина смеется восторженно, по-девчоночьи. -
В нашу школу девчата из Чижовки ходили. Надю Лагоду знаете? У нее брат
Семен...
     Семен потрясен еще больше. Он во все глаза смотрит на Полину, ше-
велит губами, силясь что-то сказать. Наконец шепчет:
     - Ты... вы... Полюнька Трохимова?.. Так я ж...
     - Сенька!..  - Полина бросается Семену на шею. - С ума можно сой-
ти!..

     - Антракт!  - объявляет конферансье. В зрительном зале вспыхивает
свет. Публика встает, заполняет проходы.

     Из дверей  зрительного  зала  выливается в фойе публика.  В толпе
солдат выходят Юрий Мпгуль и старшина Прокатилов. Юрий вдруг устремля-
ет перед собой крайне удивленный взгляд, трагикомическим жестом хвата-
ется рукой за сердце и шепчет:
     - Хлопцы!.. Держите меня, а то сейчас врежу дуба!
     Солдаты и Прокатилов замирают на месте  и,  потрясенные,  смотрят
на...  Семена Лагоду, который под руку с Подиной прохаживается по фойе
- гордый и недоступный, делая вид, что никого не замечает.
     Полина оживленно о чем-то ему рассказывает, заразительно хохочет.
     Застыли у колонны лейтенанты Самсонов и Маюков.  Они  смотрят  на
Семена и Полину так, будто не верят своим глазам.
     - Ущипни меня, Маюков, - растерянно шепчет Самсонов.
     - Нет,  друг мой,  это не сон, - отвечает Маюков. - Это все та же
загадка человеческого характера... Как он ухитрился, стервец?!
     - Когда ты успела вырасти?  - с удивлением спрашивает Семен у По-
липы. - Я тебя помню пигалицей с двумя косичками.
     - Сам ты пигалица. Я ж три года потом в Киеве жила! Училась.
     - Я тоже собираюсь на учебу. В офицерское училище.
     - Сеня, - Полина вдруг делается озабоченной. - Лене надо уходить,
а мы с тобой и не поговорили.
     - Ну давай еще встретимся, - предлагает Семен.
     - Давай, - соглашается Полина. - А знаешь что? - Она засматривает
ему в глаза.  - Мы завтра уезжаем с концертами в другие части, а через
три недели вернемся. Тогда и встретимся. Хорошо?

     Со стороны завистливо смотрит на Семена и Полину Юра Мигуль, про-
водит рукой по своей стриженой голове, тяжко вздыхает...

     Затемнение.

     Полигон...
     Трепещет на верхушке мачты красный флажок...
     На обвалованных позициях стынут на пусковых установках под прони-
зывающим ветром хищные, серебристые тела зенитныл ракет. Дремлют заин-
девелые фургоны - кабины станции наведения.
     Аппарат панорамирует, и мы замечаем холмики над бункерами команд-
ного пункта. Над ними выставили округлые головки перископы.
     В недалекой низине приютились машины-вездеходы и тягачи с  прице-
пами для транспортировки ракет.
     И больше не на  чем  остановиться  взгляду.  Кругом  голая,  чуть
всхолмленная степь,  прихваченная первым морозцем.  Холодное безмолвие
под дымчато-голубым небом.
     Тепло и  светло  в просторном помещении укрывшегося под железобе-
тонными сводами командного пункта.
     На раскладном стульчике, повернувшись к свисающей с серого потол-
ка электрической лампочке,  сидит полковник Андреев и, поблескивая оч-
ками,  читает "Красную звезду". Рядом прохаживается знакомый нам гене-
рал.  Он посматривает на размещенные вдоль стен  выносные  индикаторы,
планшеты воздушной обстановки и управления самолетами и огнем,  графи-
ки, таблицы и напевает.
     В бездверный проем заглядывает лейтенант Кириллов. Он в шинели, в
ушанке;  видно, что забежал в подземелье оттуда, со стартовых позиций.
Заметив генерала,  пытается улизнуть куда-то в глубину,  но это ему не
удается.
     - Наведенец?! - заинтересованно спрашивает генерал.
     Исчезнувший было в сумрачном проходе Кириллов опять появляется  в
полосе света.
     - Так точно!  - докладывает он. - Лейтенант Кириллов. Ищу инжене-
ра.
     - Был,  да наверх сплыл... А зачем вам инженер? - с веселым любо-
пытством спрашивает генерал. - Я слышал, что у вас каждый оператор мо-
жет инженера заменить.
     - Ну, не инженера, но за пультом наведения некоторые работать мо-
гут.
     - Ой, хвастаетесь, лейтенант! - генерал достает табакерку, нюхает
прямо из нее и крякает от удовольствия.
     - Не хвастаюсь, - с уверенностью отвечает Кириллов.
     - Придется проверить,  - с сомнением качает головой генерал, бро-
сив взгляд на полковника Андреева.  И тут же протягивает Кириллову та-
бакерку. - Угощайтесь!
     - Не привык, - качает головой Кириллов.
     - Ну, ради любопытства. Тут все нежные ароматы земли!
     Кириллов деликатно берет щепотку табаку.
     - Больше,  больше!  - подбадривает его генерал. - Иначе не проде-
рет.
     Кириллов зажимает между пальцами побольше коричневого  порошка  и
поочередно заправляет им ноздри... Силится чихнуть, но у него не полу-
чается.
     В это время в укрытие заходит майор Оленин. Андреев, оторвав гла-
за от газеты, спрашивает у Оленина:
     - Порядок?
     Оленин утвердительно кивает головой.
     - Как регламенты? - интересуется генерал.
     - К концу, - отвечает Оленин.
     - Оценка?
     - Стараемся...
     Генерал обводит офицеров добродушным взглядом,  понимая, что ско-
вывает их своим присутствием, потом говорит:
     - Считайте, что меня здесь нет.
     - Дивизион готов... - недоумевает Андреев.
     - Но я не знаю,  когда появятся цели, - усмехается генерал. - Мо-
жет, сейчас, а может, ночью. Так что занимайтесь по распорядку дня.
     - Ясно, - коротко бросает полковник Андреев.

     Среди голой степи виднеются несколько сборнощитовых домиков и ан-
гаров.  Это стартовая позиция самолето-мишеней.  Похожие на реактивные
истребители,  три мишени, вздыбив под углом носы вверх, стоят наготове
на пусковых установках.
     Закончив предстартовую  подготовку,  убегают  в укрытие солдаты -
все в шлемофонах, одетые в темные комбинезоны.

     В штурманской кабине за пультом управления - лейтенант Филин. Ли-
цо его спокойно и сосредоточенно.  Рядом с ним сидят еще два штурмана.
Перед каждым - приборный щит для управления мишенью. На щите виднеются
кнопки с надписями:  "Кобрирование",  "Пикирование", "Левый разворот",
"Правый разворот". Здесь и рычаги управления мощностью двигателя и по-
ложением щитков.
     - Напоминаю задачу,  - строго обращается Филин к своим соседям. -
В зоне ракетного огня непрерывно делать эволюции.  Маневренные возмож-
ности использовать до предела и максимум помех. Надо постараться укло-
ниться от ракет и совершить посадку мишеней.
     Филина прерывает голос командира эскадрильи, зазвучавший из дина-
мика:
     - Старт первой разрешаю. Готовность двадцать секунд!
     Колючими глазами впивается Филин в секундную стрелку часов, вмон-
тированных в приборный щит,  кладет указательный палец правой руки  на
кнопку "Старт".
     - Старт! - резко звучит в динамике.
     Филин энергично  нажимает на кнопку,  и тотчас же все содрогается
от оглушительного грохота.

     На стартовой позиции.  Крайняя мишень, выбрасывая из сопла мощную
огненную  струю,  срывается  с  направляющей рамы пусковой установки и
круто взмывает в небо...
     Новый удар грома!.. Уходит стрелой ввысь вторая мишень... И толь-
ко утонула она в голубом океане неба, как стартовая позиция вновь сод-
рогается от мощного взрыва: третья мишень тоже стартовала...

     В кабине у индикатора кругового обзора сидит майор Оленин. Краси-
выми,  почти изящными движениями он поочередно поворачивает регулиров-
ки,  подстраивает яркость пробегающей развертки, затем, повернувшись к
Кириллову, энергично командует:
     - Дивизион, готовность номер один!
     В глубине кадра в кабину наведения заходят  генерал  и  полковник
Андреев. Они сейчас в роли пассивных, но пристрастных наблюдателей...
     У пультов с электронной аппаратурой - расчет операторов. Слышится
мерный гул включенных двигателей и вентиляторов.
     Лейтенант Кириллов нажатием кнопки вверху включает станцию, затем
вращает регулировки. Перед ним на панелях загораются десятки лампочек,
вспыхивает голубым светом экран локатора.
     Замерли на своих местах операторы.  Ближе к Кириллову сидят Семен
Лагода и Юрий Мигуль.
     - Поиск! - приказывает майор Оленин.
     - Есть поиск!  - повторяет Кириллов и,  устремив взгляд на экран,
вращает маховики.
     И тут случается непредвиденное: Кириллов вдруг морщит нос, потеш-
но кривит лицо.
     - Апчхи! - неожиданно оглушает он всех. - Апчхи-и!
     - Будьте здоровы!  - с усмешкой говорит генерал. С тревогой смот-
рит на лейтенанта полковник Андреев.  А Кириллов, зажимая нос платком,
все чихает и чихает - звонко, по-бабьи, с упоением.
     - Азимут сто сорок три!  - слышится  настороженный  голос  майора
Оленина.
     Кириллов продолжает чихать.  Экран перед ним расплывается в голу-
бое бесформенное пятно.
     - Лейтенант, вы убиты, - дает вводную генерал.
     В кабине наведения наступает гробовая тишина.
     - Разрешите...  - порывается к пульту управления полковник Андре-
ев.
     - Вас здесь нет, - останавливает его генерал.
     - Разрешите, - подает голос Оленин.
     - И вас нет, - отвечает ему генерал. - Только операторы.
     Кириллов, зажав лицо платком,  растерянно смотрит то на генерала,
то на полковника.  Нерешительно поднимается со  своего  места,  кидает
быстрый взгляд на Семена Лагоду и, продолжая чихать, обращается к Оле-
нину:
     - Ефрейтор Лагода, к пульту наведения! - резко командует Оленин.
     Семен оторопело хлопает глазами и тут же,  уступив свое место ко-
му-то из товарищей, садится за пульт наведения.
     - Слушай мою команду!..  - звучит надтреснутый голос Семена Лаго-
ды.
     - Азимут сто сорок восемь!  - передает Оленин. - Дальность... Вы-
сота...
     Семен замечает на экране белую пульсирующую точку и восклицает:
     - Есть  цель!  - Он уверенно крутит штурвалы,  "подгоняя" метку к
цели. И тут же приказывает операторам: - Взять цель!
     Высветился экран перед Юрием Мигулем.  Он явно нервничает. Рывком
крутит штурвалы, и белая точка стремительно плывет по экрану, переска-
кивает горизонтальные метки.
     - Есть ручное сопровождение!  - первым докладывает солдат,  заме-
нивший Семена.
     Наконец и Юра поймал белую точку в перекрестие меток.
     - Взять на автоматическое!
     - Есть автоматическое! - слышатся голоса операторов.
     И вдруг на экране Мигуля импульс от мишени исчезает.
     - Срыв сопровождения! - испуганно докладывает Юра.
     - Срыв! - вторит его сосед.
     Нервно ерзает на стуле полковник Андреев.
     Испуганны, залитые слезами, глаза Кириллова.
     Сурово сдвинул седые брови генерал.  Его лицо неподвижно,  но за-
метно, что генерал волнуется. На его лбу вспухают бисеринки пота.
     - Всем операторам!..  Выдерживать маховиками скорость сопровожде-
ния!  -  спокойно  приказывает  Семен.  Он вращает штурвал и неотрывно
всматривается в экран.
     Вдруг на  краю экрана индикатора Лагода замечает засвеченное пят-
но.
     - Цель на развороте. Помехи! - докладывает он чуть охрипшим голо-
сом.
     - Есть  цель!  -  обрадованно  восклицает Юрпй Мигуль и вращением
штурвалов вводит засвеченное пятно,  в котором пульсирует яркая точка,
в перекрестие меток.
     Раздается команда Оленина:
     - Определить исходные данные для стрельбы!

     Ракетная позиция.  Шелохнулись  на  пусковых  установках  ракеты.
Плавно и неотвратимо приподнимаются они вверх в направлении далеких  и
невидимых целей...

     Снова кабина.  У экрана индикатора кругового обзора майор Оленин.
Он внимательно следит за разверткой...
     - Цель уничтожить! - почти торжественным голосом приказывает Оле-
нин, повернув голову к Семену Лагоде.
     Генерал, неотрывно  следя  за Семеном,  вытирает платком взмокший
лоб.
     Семен держит руку на кнопке "Пуск".
     - Внимание! - Голос его звучит резко и властно. - Первая... пуск!
- и нажимает кнопку.
     Ракетная позиция сотрясается от  оглушительного  грохота.  Ракета
резко срывается с направляющей стрелы и с отдаляющимся рокотом, остав-
ляя за собой огненный шлейф, уносится в немыслимую высоту.
     Все выше и выше бушующее пламя ракеты.  Ракета несется наперехват
чуть заметной в глубине голубого неба белой точке, которая вдруг начи-
нает описывать крутой разворот.
     Но электронный мозг бдительно  следит  за  полетом  ракеты  и  за
целью.  Вот клубочек огня все ближе и ближе к белой точке... И наконец
- яркая вспышка...  Она тонет в образовавшемся белом облачке, из кото-
рого начинают неуклюже вываливаться горящие обломки...
     На ракетной позиции опять гремит удар грома,  и в  небо  уносится
вторая ракета.  Кажется, это летит, поблескивая в лучах солнца, звезда
с огненным хвостом.
     Еще взрыв!..  Стартовала третья ракета.  Пусковые установки заво-
локло дымом и тучей взвихренного снега. А ракеты все выше и выше...

     В штурманской кабине по управлению целями - самые напряженные ми-
нуты.  Лейтенант Филин впился обеспокоенным и недоумевающим взглядом в
экран индикатора, на котором отчетливо видно, как сближаются две белью
точки - мишень и ракета. Ракета уверенно идет наперехват цели.
     - Вот это работа! - с невольным восторгом замечает Филин.
     И тотчас нажимает кнопку "Пикирование".  Белая отметка мишени на-
чинает послушно плыть к боковому срезу экрана.  Фичин крутит штурвалы,
чтобы не упустить ее,  но видит, что и отметка от ракеты тоже изменила
курс.  Еще мгновение, и обе точки встретились... Не слышно в штурманс-
кой кабине,  как где-то,  за много километров, на очень большой высоте
прогрохотал взрыв.  А на экране  вспыхнуло  белое  пятнышко  с  яркими
блестками.
     - Все!  - устало и как-то виновато проговорил Филин, выключая ра-
диоаппаратуру. - На таких ракетчиков и мишеней не напасешься...
     Из дымного облака в небе падают горящие обломки  самолета-мишени.
Они все ниже и ниже к земле...
     По степи несется табун испуганных сайгаков...
     С пронзительным воем врезаются в землю исковерканные куски метал-
ла.  Из недалекой вымоины,  заросшей колючим кустарником,  выскакивает
потревоженный волк и устремляется в степь...
     Ошалевший от страха зайчишка мечется менаду  дымящимися  обломка-
ми...

     На командном  пункте  полигона  - веселое оживление.  Во весь рот
улыбаются полковник Андреев и майор Оленин, глядя на лейтенанта Кирил-
лова, который, вытянувшись в струнку, смущенно докладывает генералу:
     - Товарищ генерал, все цели поражены! Расход - три ракеты!..
     - Поздравляю,  товарищ лейтенант! - генерал протягивает Кириллову
руку.
     Но тот  воспринимает поздравление как насмешку,  молчит.  Наконец
произносит:
     - А меня за что?..  Вот его надо, - и указывает на стоящего рядом
Семена Лагоду.
     - Как  "за  что"?!  -  искренне изумляется генерал.  - Стоило вам
только чихнуть, и все цели, как корова языком слизнула!
     В бункере прокатывается смешок.
     - Представляю,  что было бы, если б вы сами сидели за пультом на-
ведения!  -  продолжает  он и берет руку Кириллова.  - Нет,  без шуток
поздравляю!..  Так подготовить операторов!.. - Генерал кивает на Семе-
на.  - Да при такой выучке муха в небе не пролетит!..  - И обращаясь к
Семену: - Верно?
     - Так точно! - улыбается Семен Лагода.
     - Вы посмотрите на него! - восклицает генерал и достает из карма-
на табакерку. - Он сухой, а я мокрый!.. А что было бы, - генерал нюха-
ет табак, - если б он пульнул ракетами мимо целей? Ведь надо мной тоже
начальство есть...  Нет, молодой человек, вам прямая дорога в ракетное
училище! - И он протягивает Лагоде табакерку.
     Семен с готовностью берет щепотку табаку.
     - Уже написал рапорт,  - говорит он и заправляет табак в  ноздри,
глубоко вдыхая воздух.
     - Молодец!  - хвалит его генерал.  - Только шевелюру надо  укоро-
тить. У солдата нет лишнего времени с такими кудрями нянчиться.
     - Врач приказала не укорачивать, - оправдывается Семен и роется в
нагрудном кармане гимнастерки. - Вот.
     Генерал читает справку и вдруг начинает смеяться.
     - Кому предъявляли эту бумажку?
     - Старшине, - отвечает Семен.
     - Видать,  старшина не силен в латыни, - генерал передает справку
полковнику Андрееву.  - Здесь написано, милый мой, что вас надо лечить
от симуляции. Ясно?
     Семен в крайнем замешательстве.
     - Подстригитесь сразу же, как вернемся в часть, - приказывает ему
Андреев.
     - Есть подстричься!
     В бункере прокатывается смешок офицеров.
     - Командуйте дивизиону построение,  - приказывает генерал Андрее-
ву. - Буду благодарить всех перед строем.
     - Есть!
     Все покидают командный пункт.
     Последними толпятся в выходе Кириллов и Лагода.
     Вдруг в углу, где у телефона дежурит солдат, раздался зуммер.
     - Лейтенанта Кириллова к телефону! - зовет телефонист.
     Кириллов подходит к аппарату, берет трубку. Задерживается здесь и
Семен Лагода.

     Штурманская эскадрильи управляемых мишеней. У телефона сидит лей-
тенант Филин.
     - Кириллов?  -  спрашивает он в телефонную трубку.  - Здравствуй,
Ваня!.. Не узнаешь?
     - Нет, не узнаю, - раздается из трубки голос Кириллова.
     - Вася Филин говорит.
     - А-а, ясно...
     - Здорово ты срезал мои мишени! Поздравляю!
     Командный пункт полигона.
     - Не по адресу! - И Кириллов, сунув трубку в руку Семена, уходит.
     Семен растерянно смотрит вслед лейтенанту.
     А из трубки доносится:
     - Алло!.. Алло!.. Плохо слышу!.. Алло!
     - Слушаю, - отвечает Семен.
     - Ты  не  скромничай,  - слышится голос Филина.  - Все три мишени
сбил?
     - Ну сбил, - подтверждает Семен.
     - Молодец!.. Чего ты молчишь?
     - А о чем говорить? - Семен пожимает плечами.
     - Скажи честно: ты женился?
     - Нет, холостой, - с готовностью отвечает Семен.
     - Холостой?.. А за кем в клубе волочился?
     - Да то я с землячкой. - Семен конфузливо улыбается.
     - Эх ты, - журит его Филин, полагая, что разговаривает с Кирилло-
вым. - А Ане кто-то трепанул, что она твоя жена.
     - Нет,  какая жена!.. - У Семена глаза вдруг лезут на лоб. Он ши-
роко раскрывает рот, морщит нос и, бросив трубку на стол, начинает бе-
зудержно чихать.

     Штурманская эскадрильи управляемых мишеней.  Лейтенант Филин,  не
подозревая, что его не слушают, про должает разговор:
     - Аня же из-за тебя приехала!  Я умышленно не предупреждал: хотел
сюрприз тебе преподнести,  а получилась чепуха!  Но дело поправимое. В
субботу у Ани новоселье.  Слышишь? Там, в вашем городке. Приходи к ней
в пять вечера. Мы тоже с Тоней приедем.

     Командный пункт полигона Семен Лагода,  еще раз чихнув,  вытирает
платком слезы и хватает трубку.
     - Будь здоров! - слышит он голос Филина.
     - Привет, - отвечает Семен и, пожав плечами, кладет трубку.
     Ошалело смотрит на телефониста, затем спрашивает:
     - Кто это звонил?
     Телефонист с недоумением разводит руками.

     Скромно обставленная, еще не обжитая однокомнатная квартира Ани.
     - Есть над чем поработать! - довольно потирает руки лейтенант Фи-
лин, наблюдая, как Аня и Тоня заканчивают накрывать стол.
     - А вдруг он не придет?  - с испугом спрашивает Аня, глядя на Фи-
лина.
     - Придет!  - Филин смотрит на часы. - Я ему по телефону втолковал
все подробно. Сейчас появится.
     У входной двери раздается звонок.
     - Люблю точность! - весело восклицает Филин и выталкивает оробев-
шую Аню в прихожую.  - Иди встречай,  да для начала намни ему  уши  за
землячку.
     Дрожащей рукой Аня открывает дверь и вдруг видит перед собой мило
улыбающуюся  жену  командира полка Елену Дмитриевну,  которая держит в
руках какой-то сверток.
     На лице Ани смятение.
     - Извините,  что без приглашения,  - слышится из  коридора  голос
полковника Андреева. Андреев появляется рядом с женой.
     - Разведка донесла,  что здесь новоселье, вот мы и решили нанести
визит.
     - Заходите, пожалуйста, - опомнилась Аня.
     Елена Дмитриевна  несколько  смущена холодным приемом хозяйки.  С
чувством неловкости заходит в прихожую. За ней - полковник Андреев.
     - Раздевайтесь.  Я очень рада.  - Глаза Ани засветились радостью:
она наконец поняла, чья жена Елена Дмитриевна.
     Андреев помогает жене снять пальто, затем раздевается сам.
     - Это вам подарочек на новоселье, - Елена Дмитриевна развертывает
бумагу и протягивает Ане куклу неваляшку.
     - Зачем?.. Спасибо. - Аня со смущением принимает подарок.
     В комнате чета Андреевых здоровается с Филиным и Тоней.
     - Насколько я понимаю,  - говорит Андреев,  пожимая Тоне руку,  -
это и есть институтская подруга.
     - Да, - подтверждает Аня. - А это ее муж.
     - Мы знакомы, - Андреев подает руку Филину и лукаво спрашивает: -
А где же... Не вижу тут одного нашего офицера.
     - Опаздывает, - отвечает Филин.
     - Опаздывает?  - удивляется полковник  Андреев.  -  Ракетчики  не
опаздывают.  - И он подходит к телефонному аппарату, стоящему на окне,
снимает трубку.
     Знакомая комната в общежитии офицеров-холостяков.
     Лейтенант Маюков,  как и прежде, "колдует" над разобранным блоком
какого-то электронного устройства.  В одной его руке паяльник, во вто-
рой - полупроводниковая лампа.
     (электронная лампа мои дополнения. КАК)
     Кириллов и Самсонов, пристроив на углу стола клетчатую доску, иг-
рают в шахматы. Дремотная тишина и спокойствие царят в комнате.
     Самсонов тянется  за лежащими на окне сигаретами и замечает,  что
мимо дома по тротуару торопливо проходит Семен Лагода: подтянут, в хо-
рошо подогнанной шинели, в сверкающих сапогах.
     - Куда это наша краса и гордость направляется? - с доброй насмеш-
кой спрашивает Самсонов.
     Кириллов бросает взгляд в окно.
     - А-а, рыбачок-счастливчик. На автобус, в город едет, - Иван тоже
берет сигарету, разминает ее пальцами. - Получил письмо от актрисули.
     - Любовь с первого взгляда? - интересуется Маюков.
     - Нет, - отвечает Кириллов. - Землячкой его оказалась.
     Раздается телефонный  звонок.  Иван Кириллов,  не отрывая глаз от
шахматных фигур, лениво протягивает руку к стоящему на столе аппарату,
снимает трубку.
     - Лейтенант Кириллов, - говорит вялым голосом.
     Услышав какие-то слова в трубке,  вскакивает,  будто его укололи,
валит на шахматной доске фигуры.
     - Есть!  - восклицает он и,  бросив на аппарат трубку, кидается к
шкафу, достает китель.
     Не говоря ни слова, засуетились Самсонов и Маюков. Они, как и Ки-
риллов, одеваются с необыкновенной быстротой.
     - А вы куда? - вдруг опомнился Кириллов, когда все, надев шинели,
устремились к дверям.
     - Как куда? - удивляется Маюков.- Тревога ж!
     - Какая тревога? - хохочет Кириллов. - Мне... Лично мне полковник
приказал через пять минут явиться в седьмую квартиру третьего корпуса.
     - В седьмую? - озадаченно переспрашивает Самсонов. - Туда же вче-
ра Анна Павловна переехала!..

     В квартире Ани гости рассаживаются за стол. Нет только Кириллова.
     Полковник Андреев смотрит на бутылки и, не скрывая огорчения, го-
ворит:
     - Ракетчикам можно только по рюмке сухого. По одной.
     - Вы же не на боевом дежурстве,  товарищ полковник! - с мольбой в
голосе восклицает Филин.
     - Этим и отличается наша профессия.  Раз в военном городке - зна-
чит, на службе, на посту. Неважнецкая профессия, - Андреев переставля-
ет коньяк к Филину.
     В прихожей раздается  звонок.  Филин  и  Аня  кидаются  открывать
дверь.
     Иван Кириллов стоит перед дверью и стряхивает  с  фуражки  мокрый
снег.  Дверь открывается.  Он видит перед собой Аню,  а за ее спиной -
лейтенанта Филина.
     Глаза Кириллова сверкают негодованием, нервическя подрагивает ус.
     - Ну давай, давай! - торопит его Филин и, выскочив в коридор, си-
лой затаскивает Ивана в прихожую. - Стыд и позор! Ракетчик опаздывает!
     Сквозь раскрытую дверь Кириллов смотрит в  комнату,  видит  Тоню,
Андреева,  Елену  Дмитриевну.  Некоторое время брови его хмурятся,  но
вдруг на лице мелькает подобие улыбки...
     - Снимай  шинель,  Ваня,  - Аня помогает ему расстегнуть пуговицы
шинели...

     Дует сырой, пронизывающий ветер. Мечутся в воздухе снежинки.
     По бульвару молча идут,  улыбаясь каким-то своим мыслям,  Семен и
Полина.
     - Чудно, - нарушает молчание Полина, плотнее запахивая шубейку из
искусственного волокна.  - Помнишь,  как ты меня когда-то  столкнул  в
речку прямо в платье?
     - Помню, - виновато улыбается Семен. - Всех девчонок искупали.
     - Я тогда почти ненавидела тебя.  А сейчас встретилась как с род-
ным. Вот что значит далекие края.
     - Край земли,  - глубокомысленно изрекает Семен. - Граница рядом.
А чем ближе к границе,  люди должны быть теснее друг к другу,  - и не-
ловко берет Полину за руку.
     Полина видит горящую светом рекламу кинотеатра.
     - Пойдем в кино!
     - Пойдем,  - соглашается Семен.  И вот Семен Лагода уже  стоит  у
кассы кинотеатра, протягивает в окошко рублевку.
     - Подешевле, чтоб видно было хорошо, - просит он кассиршу.

     Семен и Полина в тесном фоне кинотеатра протискиваются к буфету.
     - Два стакана газировки!  - властно требует Семен у буфетчицы.  И
затем деликатно уточняет: - Один с сиропом, один чистой.
     Подает стакан с сиропом Полине, а сам пьет чистую.
     - С детства не люблю сладкого, - бессовестно врет Семен. - Однаж-
ды объелся медом на колхозной пасеке, с тех пор даже чай пью без саха-
ра.
     - Это вредно, - усмехается Полина. - Сахар содержит фосфор, кото-
рый питает клетки головного мозга.
     Звонок. Зрители тесной толпой вливаются в кинозал. Сжатые со всех
сторон, плывут в зал Семен и Полина.

     Электрические часы на столбе у кинотеатра. Стрелки показывают во-
семь  вечера.  Мимо  проходят Семен и Полина.  Семен бросает тревожный
взгляд на часы и бодро замечает:
     - У меня еще море времени!
     - И у меня весь вечер свободный, - весело замечает Полина.
     Вот они бредут по безлюдному парку.  Сиротливо светят фонари. От-
куда-то донеслись звуки музыки.  Полина берет Семена за руки, начинает
петь и вальсировать. Семен послушен и счастлив...
     Музыка затихла. Полина смотрит в небо на тощий серпик луны и сно-
ва начинает петь.  Поймала рукой капельку,  уроненную веткой, с озорс-
твом слизнула ее и опять запела.
     Будто весь парк наполнен песней Полины.  Семен смотрит на девушку
с восхищением и грустью. Глубоко вздыхает.
     - Ты по ком вздыхаешь? - игриво спрашивает Полина.
     - По себе, - задумчиво отвечает Семен.
     - По себе?!.
     - Ну,  как тебе сказать...  Вот я и тысячи таких хлопцев,  как я,
несем службу, оторванные от дома, от родных мест, от друзей детства.
     - От девушек, - с легкой иронией замечает Поля.
     - Конечно! Разве мало девчат тоскуют по нашему брату? Эх, если бы
не было войн... Сколько бы счастья прибавилось на земле!
     И уже Полина вздыхает.
     Подул ветер,  стряхнув с веток поток воды. Полива ежится от холо-
да...
     Они выходят на хорошо освещенную улицу.
     - Ноги совсем окоченели, - жалуется девушка.
     Семен смотрит на ее ноги и испуганно говорит:
     - Меня б так,  в чулочках,  выпустили на холод,  уже пропал бы...
Ужас!
     Они как раз проходят мимо ресторана. Из его ярко освещенных окон,
из дверей слышится джазовая музыка.
     - Зайдем?  -  предлагает Полина.  - Погреемся,  послушаем музыку.
Возьмем по бокалу шампанского, конфет.
     У Семена округлились в испуге глаза. Он достает из кармана шинели
руку, разжимает ее и тайком косит глаза на несколько оставшихся монет.
     - Сейчас народищу там - не протолкнешься,  - морщится Семен. - Да
и какой это ресторан? Харчевня.
     - Ну и что?  - с милой непосредственностью настаивает Полина. - Я
как раз получила деньги. Пойдем, а то простудимся.
     - Нет,  не имею права по ресторанам шататься да шампанское распи-
вать.
     - Почему?
     - Такая служба у меня.
     - Какая?
     - Такая.
     - Тайна?
     - Как сказать... - смеется Семен. - Ключи от неба ношу в кармане,
поэтому и не могу.
     Полина вдруг останавливается, берет Семена за руку и с восхищени-
ем засматривает ему в глаза. Спрашивает почти с испугом:
     - Сеня, ты космонавт?..
     Семен неопределенно мотает головой и улыбается почти утвердитель-
но, блудливо пряча глаза.
     - Сенечка! Я с первою взгляда догадалась, что ты совсем не такой,
как был в Чижовке! Мне даже страшно идти рядом с тобой.
     - Почему? - скромно удивляется Семен.
     - Ты еще спрашиваешь! - Полина укоризненно качает головой. - Жал-
ко  -  все фотоателье закрыты.  Я б тебя затащила сфотографироваться с
собой.
     - Полина,  не надо об этом.  И запомни:  я тебе ничего не говорил
насчет космоса.
     - Сенечка, мне все ясно...
     Навстречу Семену и Полине идет старшина Прокатилов, держа под ру-
ку девушку.  Семен чинно отдает ему честь.  Старшина,  чуть подмигнув,
отвечает.
     Когда разошлись шагов на десять, Семен вдруг опомнился.
     - Одну минуточку,  - извиняется он перед Полиной и зовет: - Това-
рищ старшина!
     Прокатилов, оставив свою девушку, идет навстречу Лагоде.
     Полина с любопытством наблюдает, как они о чем-то шушукаются.
     Прокатилов незаметно сует Семену в руку пять рублей.  Отдают друг
другу честь и расходятся.
     - Опять тайна? - игриво спрашивает Полина.
     - Служба,  -  солидно  отвечает Семен и внимательно смотрит через
улицу, где светятся окна ресторана. - А ты, пожалуй, права. Надо зайти
погреться.

     Официантка ставит  на стол бутылку шампанского и вазочку с конфе-
тами.  За столом сидят Полина и Семен. Семен, несколько смущенный неп-
ривычной обстановкой, оглядывается на малолюдный зал.
     - Счет, пожалуйста, - говорит Полина официантке и начинает рыться
в сумочке.
     Семен щедрым жестом кладет на стол пять рублей.
     - Сеня... - Полина смотрит на него с укоризной.
     Официантка берет пятерку и уходит.
     - Все правильно, - успокаивает Полину Семен. - У ефрейтора Лагоды
тоже деньги водятся.
     Полина вдруг замечает, что от пышной шевелюры Семена осталась ко-
ротенькая прическа и всплескивает руками:
     - Зачем ты так волосы обкорнал?!
     Семен не спешит отвечать на этот неприятный для него  вопрос.  Он
берет  со  стола бутылку с шампанским,  обдирает с головки серебристую
обертку, снимает проволочную оплетку, расшатывает пробку.
     - А-а,  понимаю!  - высказывает догадку Полина. - Шевелюра мешает
надевать космический скафандр?
     - Поля... - Семен с искренним огорчением смотрит на девушку. - Мы
же договорились...
     - Молчу!  - опомнилась Полина. - О космосе ни слова. И тут случи-
лось непредвиденное: отломилась головка пробки.
     Подходит официантка, кладет перед Семеном сдачу и забирает у него
бутылку.  Пытается ввинтить в пробку штопор.  Но запрессованная пробка
слишком твердая.
     - Давайте я! - Семен уверенно берется за дело.
     С большим усилием ввинчивает штопор. Затем начинает тянуть его за
рукоятку. Но пробка - ни с места.
     - Старайтесь не взболтать, - предупреждает официантка.
     Семен чувствует себя неловко перед Полиной, что у него не хватает
сил. Но выхода нет, и он решается на крайность: переворачивает бутылку
горлышком вниз и ногами прижимает рукоятку штопора к полу. Двумя рука-
ми тянет за бутылку вверх... Пробка поддалась. Вновь перевернув бутыл-
ку,  вытаскивает пробку. Взболтанное шампанское внезапно бьет Семену в
лицо.  Семен  закрывает  горлышко  бутылки пальцем.  Но струя бьет еще
сильнее - попадает в официантку... Семен поворачивает горлышко к себе,
и оно случайно попадает под подол гимнастерки. Однако шампанское нахо-
дит выход: оно хлещет из под воротника гимнастерки...
     Полина задыхается от хохота,  но тут же наказана:  пенистая струя
обдает ее лицо...
     - Ну  вот и угостились шампанским,  - крайне обескураженный Семен
ставит на стол пустую бутылку и отряхивает мокрую гимнастерку.
     Кофточка на Полине тоже мокрая. Поля ежится, перекладывает из ва-
зы в сумочку конфеты и со смехом говорит:
     - Пошли сушиться.
     - Куда?
     - К нам. Дома одна мама. Лена с Сашей где-то в гостях.
     - А кто такой Саша? - ревниво спрашивает Семен.
     - Муж моей сестры. Он тоже военный... Кстати, Лена хотела с тобой
познакомиться...
     Семен и Полина идут по темной городской улочке. Заходят в изрытый
строителями двор.  Через канавы,  через глину проложены доски, и Семен
бережно  ведет по ним Полину,  а сам месит солдатскими сапогами липкую
грязь.

     В передней комнате квартиры полковника Андреева темно.  Раздается
звонок.
     Из глубины квартиры спешит к дверям чопорная  старушка.  Включает
свет, открывает дверь.
     Входят Полина и Семен.
     - Мама,  знакомься. Это Сеня из Чижовки, о котором я тебе говори-
ла.
     - А-а,  сынок Ивана Лагоды!  Заходите, будьте ласковы, - старушка
подает Семену руку. - Такой большой свет, и везде земляки встречаются.
     - Мама, включи, пожалуйста, утюг, мы шампанским облились, - гово-
рит Полина, снимая шубейку.
     - Чего, чего? - удивляется старушка.
     - Потом расскажем. Обхохочешься. Иди, мамочка, включи.
     - Знаю я твоего батьку,  и мать знаю, - старушка окидывает Семена
приветливым взглядом и уходит на кухню.
     Семен вешает  шинель,  осматривается.  Видит  в прихожей зеркало,
столик с телефоном,  до блеска натертый пол и ворсовую дорожку на нем.
Глянул на свои сапоги и обмер: они у него в густой грязи. Он беспомощ-
но смотрит на Полину и спрашивает:
     - А сапоги снять можно?
     - Правильно! И надень Сашины тапочки. - Полина указывает на стоя-
щие под вешалкой тапочки.
     Семен стаскивает с ног сапоги,  засовывает в  голенище  портянки.
Поставив сапоги под вешалку, надевает тапочки.
     - Снимай гимнастерку! - деловито распоряжается Полина.

     По асфальтовой дороге,  зажатой с двух сторон лесом, мчится "Вол-
га". В лучах фар мечутся снежинки.
     За рулем - Елена Дмитриевна, рядом с ней - полковник Андреев.
     - Вот  как бывает,  - весело говорит Елена Дмитриевна.  - Чуть не
разбила я чужую любовь.
     - Бывает,  - соглашается Андреев. - А Кириллов - орел. На стрель-
бах молодцом себя показал.
     - На учениях все вы герои,  - с ласковой насмешкой замечает Елена
Дмитриевна.  - До войны тоже пели:  "Любимый город может спать спокой-
но". А что получилось?
     - Другие времена.  Совсем другие!  Тебе,  как самому близкому мне
человеку, могу выдать строгую государственную тайну.
     - Ты выдашь! Дождешься от тебя, - смеется Елена Дмитриевна.
     - Выдам,  - усмехается Андреев.  - Потому что это уже ни для кого
не тайна. А суть ее в том, что действительно можно спать спокойно. По-
верь мне!
     - Ну-ну, расхвастался! - подзадоривает его Елена Дмитриевна, вни-
мательно наблюдая за дорогой.
     - Ну,  конечно,  все может быть... Должен сообщить тебе, что меня
вызывают в штаб округа.
     - Зачем?
     - На переговоры. Предлагают принять другие подразделения, которые
будут сбивать не самолеты, в случае войны, а ракеты - откуда бы они ни
прилетели. И тоже наверняка.
     - Саша!  - восклицает Елена Дмитриевна.  - Это опять надо переез-
жать!..
     - Такая судьба военных. Зато небо наше будет на замке.
     - Опять хвастаешься.
     - Да нет же! У нас каждый ракетчик знает, что носит ключи от неба
в своем кармане...

     - Что это за колесо? - удивляется Семен Лагода, рассматривая круг
для "хула-хупа". В майке, бриджах и тапочках на босу ногу, он выглядит
нелепо среди современной мебели,  которой обставлена столовая квартиры
полковника Андреева.
     - Гимнастический  круг,  - поясняет Полина.  Она надевает круг на
себя и начинает вращать его.
     Семен наблюдает за упражнениями Полины и морщится.
     - Неприлично, - категорически заявляет он.
     - Почему? Это сохраняет фигуру, - Полина снимает круг.
     - Вот как надо, - Семен становится на руки вверх ногами. - Надень
круг на ногу.
     Полина надевает,  и Семен,  поджав одну ногу, второй начинает ис-
кусно вращать круг.
     - Поля! - слышится из кухни голос матери.
     - Иди, - велит ей Семен. - Я долго так могу.
     В темной прихожей щелкает замок. Входят полковник Андреев и Елена
Дмитриевна. Не зажигая света, они раздеваются.
     Семен, по-прежнему стоя на руках, вращает ногой колесо.
     В столовой  появляется  полковник Андреев.  Увидев стоящего вверх
ногами солдата,  замирает с открытым ртом на  месте.  Некоторое  время
ошалело смотрит на него, снимает запотевшие очки, протирает глаза, от-
ходит в сторону и опять смотрит, не в силах осмыслить, что происходит.
Рядом с ним появляется Елена Дмитриевна и тоже окаменевает.
     Семен поворачивает голову,  испуганно глядит снизу вверх на  пол-
ковника  и  его жену...  Семену кажется,  что это они стоят вниз голо-
вой...
     Торопливо вскакивает,  точно угодив ногами в тапочки,  и пялит на
Андреева глаза так,  будто перед ним появился марсианин.  Ведь сам ко-
мандир полка!
     - Гы-гы,  - испуганно, одними губами, смеется Семен и встряхивает
головой, полагая, что все это ему мерещится.
     Но командир полка не исчезает,  а стоит перед ним  с  изумленными
глазами.
     До Семена постепенно начинает доходить вся нелепость  сложившейся
ситуации.  Не помня и не слыша себя, он испуганной скороговоркой выпа-
ливает:
     - Здравия желаю, товарищ полковник! - и одновременно подбрасывает
правую руку к виску, по привычке щелкнув... тапочками.
     Ощутив наготу ног,  кидает взгляд на них и,  поняв, как выглядело
его приветствие, от беспомощности и полнейшей растерянности опять глу-
по хихикает.
     Из кухни прибегает с гимнастеркой Семена в руках Полина.  Заметив
растерянность  на  лице  Семена и ошарашенность родственников,  она со
смущением выпаливает:
     - Саша, Лена!.. Это же наш земляк, Сеня. Космонавт!..
     Нервы Семена не выдерживают.  При слове "космонавт" он хватает  у
Полины гимнастерку, выскакивает в прихожую, судорожно снимает с вешал-
ки шинель,  шапку и, будто обезумев, вылетает на лестницу. Звонко шле-
пают по ступенькам тапочки...

     Вот Семен,  уже  одетый  в  шинель,  стремительно бежит по ночной
улочке...

     Семен стоит на пустынном тротуаре,  поочередно поджимая под  полы
шинели  озябшие в тапочках ноги.  Поворачивается в ту сторону,  откуда
прибежал. Размышляет. Затем решительно направляется вперед.
     Но вдруг с противоположного тротуара его окликают:
     - Товарищ военный, подойдите сюда!
     Семен замирает  на месте.  Он видит,  что на другой стороне улицы
стоит комендантский патруль - незнакомый старший лейтенант и трое сол-
дат с повязками на рукавах.
     Патрули с любопытством наблюдают за ефрейтором, у которого на но-
гах вместо сапог тапочки.
     - Ко мне! - строго приказывает старший лейтенант.
     Семен медлит,  пережидая,  пока проедет по мостовой спецмашина со
складной вышкой на крыше фургона1.
     ( Такие машины обслуживают троллейбусные линии.)

     Вот машина проехала между патрулями и Семеном, и патрули от изум-
ления раскрывают рты: ефрейтор исчез.
     А спецмашина увозит Семена от опасности.  Он прицепился к лестни-
це, которая по диагонали прикреплена к стенке фургона.
     К ужасу  Семена,  машина вскоре тормозит,  медленно сворачивает с
мостовой на тротуар...
     Семен соскакивает с лестницы и бежит дальше.  Но впереди - группа
ребят с повязками на рукавах. Комсомольский патруль!
     Семен затравленно оглядывается. Видит, что по тротуару бегут сол-
даты комендантского патруля. Кажется, положение безвыходное.
     Семен бросает взгляд на спецмашину,  которая вплотную подъехала к
стенке трехэтажного дома.  На машине уже поднята пневматическая вышка,
а  в ее корзине стоит монтер и натягивает на вбитый в стенку крюк про-
вод, который поддерживает воздушную троллейбусную линию.
     Семен проворно карабкается по железной стремянке,  что сзади фур-
гона, к вышке, забирается в корзину и, не замеченный занятым своим де-
лом монтером, дотягивается руками до карниза балкона...

     В мягком  кресле  сидит в пижаме лысый,  в очках толстяк и читает
газету. На диване, поджав под себя ноги, миловидная дамочка рассматри-
вает журнал мод. В комнате светло и уютно.
     Вдруг раздается стук в балконную дверь.
     - Войдите! - механически откликается толстяк.
     Дверь открывается,  и в комнату заходит Семен Лагода.  Он  отдает
честь и вежливо спрашивает:
     - Скажите, пожалуйста, как пройти во двор?
     - В дверь и прямо по коридору, - отвечает мужчина.
     И уже слышно, как хлопнула за Семеном выходная дверь.
     Толстяк ошалело смотрит на жену, а она уставила такие же глаза на
него.  Толстяк,  не отводя гипнотизирующего взгляда от жены,  медленно
поднимается и, выставив вперед скрюченные руки, угрожающе приближается
к дивану.
     - А-а-а!.. - в ужасе кричит жена.

     - Пьян?!  - испуганно спрашивает Юрий Мигуль у стоящего перед ним
Семена Лагоды.
     - Хуже! - зло отвечает Семен и вдруг разражается истерическим хо-
хотом.
     - Тише! - Юрий зажимает Семену рот рукой, прихлопывает дверь, ве-
дущую из коридора в казарму.
     Мигуль стоит на посту дневального. Рядом с ним - тумбочка с теле-
фоном, на стенках вывешены в рамках разграфленные листы бумаги, на ко-
торых можно прочесть:  "Распорядок дня",  "Расписание занятий и боевых
дежурств", "График"...
     С недоумением  смотрит Юрий Мигуль на обутые в тапочки ноги Семе-
на. А Семен то хохочет, то вытирает злые слезы.
     - Что случилось? - добивается Мигуль.
     Сквозь смех и плач Семен отвечает:
     - Готовь,  Юрочка,  сухари... Упекут Сеньку-космонавта в штрафной
батальон.

     - Сеня-я!  - в голосе Полины звучат слезы.  Вместо с  полковником
Андреевым она идет по глухому, безлюдному переулку.

     - Ну,  Поля,  дала ты мне задачу, - грустно смеется Андреев. - Не
знал я, что у меня такие робкие солдаты.
     Утопает в полутьме казарма. Длинный ряд кроватей, на которых спят
солдаты.  Возле каждой кровати,  в ногах, стоит по паре сапог, а на их
голенищах  аккуратно развешаны портянки.  И только возле одной кровати
мы видим тапочки - жалкие во внушительном строю солдатских сапог.
     Тапочки крупным планом. Аппарат делает разворот и наездом засмат-
ривает в лицо спящего Семена Лагоды. Семен что-то бормочет во сне, мо-
тает головой,  стонет... Протягивается чья-то рука и осторожно притра-
гивается к его лбу.
     Опять разворот камеры на тапочки. Чья-то рука забирает их из кад-
ра и тут же ставит чисто вымытые сапоги Семена, развешивает на голени-
щах портянки.

     Дневальный Юрий Мнгуль, открыв из коридора дверь, подсматривает в
казарму. При тусклом свете дежурной лампочки видит, что из глубины ка-
зармы  идут  полковник Андреев и старшина Прокатилов.  Юрий отлетает к
тумбочке и вытягивается в струнку.
     Андреев и заспанный Прокатилов выходят в коридор.
     - И чтобы никаких разговоров,  - обращается полковник  Андреев  к
старшине. - Это приказ.
     - Ясно, - кивает головой Прокатилов.
     - А вам? - Полковник смотрит на Мигуля.
     - Так точно! - бойко отвечает Юрий.
     - Утром заставьте Лагоду измерить температуру, - уже на ходу при-
казывает Андреев старшине.
     В это время звонит телефон. Юрии Мигуль хватает трубку.
     - Дневальный рядовой Мигуль...
     И тут же испуганно смотрит на полковника:
     - Тревога!
     - Действуйте!  - приказывает полковник и кидается к выходной две-
ри.
     Над головой дневального вспыхивает красная лампочка, начинает ми-
гать световое табло: "Тревога! Тревога!"
     Раздаются звуки сирены.
     - Дивизион, подъем! - командует Прокатилов. - Тревога!
     - Тревога! - вторит ему Мигуль.
     Знакомые кадры,  в которых мы видим поднимающихся по тревоге сол-
дат. Но нас интересует Семен Лагода. Мигом слетает с Семена одеяло. Он
вскакивает и торопливо надевает брюки, натягивает гимнастерку, кидает-
ся к сапогам и натренированными движениями наматывает портянку,  засо-
вывает ногу в сапог,  затем надевает второй сапог и, на ходу подпоясы-
ваясь ремнем, бежит к вешалке за шинелью.
     Никакой другой мысли, кроме "Тревога!", нет сейчас в голове Семе-
на. Не вспомнил он ни о своих злоключениях, ни о тапочках...

     Пугает предрассветную темноту,  окутавшую лесной военный городок,
призывный вопль сирены.  В направлении огневых позиций бегут  в  строю
солдаты.
     Бежит лейтенант Кириллов, застегивая на ходу шинель. Бежит лейте-
нант Самсонов.

     Командный пункт,  где получен сигнал о появлении неизвестного са-
молета.  Заняты своим делом операторы.
     На командный пункт заходит полковник Андреев.  Дежурный - щеголе-
ватый капитан - встревоженно докладывает ему:
     - Товарищ полковник, с "Рубина" сообщили, что неизвестный самолет
вторгся в наше пространство и идет курсом на охраняемый объект.  Стан-
ции  обнаружения цель сопровождают.  Получен приказ:  при входе в зону
уничтожить. Дежурным подразделениям приказ передан. Остальным объявле-
на боевая тревога. Докладывает дежурный капитан Великородов.
     - Продолжайте работу. - Полковник отдает честь и подходит к план-
шетистам.  В  это время из динамика громкоговорящей сети раздается го-
лос:
     - Внимание, внимание! Ракетчикам - отбой. Неизвестный самолет пе-
рехвачен истребителями...
     - Командуйте отбой,  - приказывает Андреев. - Станциям продолжать
работу до посадки самолета.

     Говорливой толпой вливаются солдаты в казарму.
     - Отбой! - весело командует Юрий Мигуль. - Сто двадцать шесть ми-
нут спать осталось!
     Солдаты раздеваются.
     Юрий Мигуль с любопытством наблюдает за  Семеном  Лагодой.  Семен
присаживается на табуретку у своей койки, чтобы разуться, и вдруг гла-
за его стекленеют.  С недоумением смотрит на  свои  сапоги,  поднимает
растерянный взгляд на Юру,  не в состоянии осмыслить происшедшее.  Так
окаменело и сидит с открытым ртом,  ошеломленный воспоминаниями о вче-
рашних  событиях...  Встряхивает головой,  будто прогоняет сновидение.
Резко переводит взгляд на то место,  где должны стоять тапочки. Но та-
почек нет,  и Семен, скривив в жалкой улыбке губы, рассматривает сапо-
ги.
     - Мои сапоги... - растерянно шепчет он.
     Юрий Мигуль весь сотрясается от смеха.
     - Откуда сапоги?..  - охрипшим голосом спрашивает у него Семен. -
Где тапочки?
     - Какие тапочки? - притворно удивляется Юрий.
     Семен вскакивает и свирепо хватает Мигуля за грудки.
     - Юрка! - плачущим голосом выкрикивает он.
     - Тш-ш-ш,  - успокаивает его Юрий,  указывая глазами на солдат. -
Командир полка приказал,  чтоб ты утром...  смерил...  температуру,  -
прикладывает руку ко лбу Семена. - А сейчас спать.

     Небольшой кабинет майора Оленина.  Майор сидит за столом и  расс-
матривает какие-то бумаги, а у стола стоит лейтенант Кириллов.
     Заходит испуганный Семен Лагода. Дрожащим голосом докладывает:
     - Товарищ майор, ефрейтор Лагода по вашему вызову явился!
     - Хорошо,  - отвечает Оленин и, бросив на Семена взгляд, говорит:
- Жалко мне с вами расставаться, но что поделаешь...
     Звонит телефон, майор тянется к трубке:
     - Оленин слушает!.. Да...
     - На сколько суток? - жалостливо спрашивает Семен у Кириллова.
     - Насовсем, - уверенно отвечает Кириллов.
     - То есть как - насовсем?! - глаза Семена округлились.
     - Выдержите, - говорит Кириллов.
     - Что выдержу?!
     - Экзамены.
     Оленин кладет на аппарат трубку и, повернувшись к Семену, продол-
жает:
     - Пришел вызов из ракетного училища. На экзамены поедете.
     Лицо Семена постепенно светлеет, глаза искрятся радостью.

     Семен Лагода и лейтенант Кириллов идут по ракетной позиции.
     - В знакомые места еду, - Семен сияет от счастья.
     - Туда,  где рыба хорошо ловится и лилии на озерах растут? - пос-
меивается Кириллов.
     Семен, точно споткнувшись,  останавливается, с изумлением смотрит
на Кириллова.
     - А вы поверили, что я вас не узнал? - хохочет Кириллов.
     Семен крайне смущен.
     - Вы уж извините меня,  товарищ лейтенант, - говорит он, не зная,
куда деть глаза. - Сейчас я другой... А я вас сразу узнал.
     - А Аню не узнал? - Кириллов с хитрецой смотрит на Семена.
     Вновь изумлен Семен. Он силится что-то сказать, но только глотает
воздух. Наконец выговаривает:
     - Так Анна Павловна - та самая?! Которой вы лилии рвали?..

     Из затемнения - покрытая лилиями гладь озера.  Недалеко от берега
сидит  в  лодке паренек и удит рыбу.  На берег выходит из кустов Семен
Лагода. Он в новенькой форме. На плечах - погоны лейтенанта.
     - Эй, рыбачок! - зовет Семен. - Лодка нужна на пару минут!
     - Всем лодка нужна,  - спокойно отвечает паренек, не отрывая глаз
от поплавков.
     - Понимаешь, лилии до зарезу нужны, - продолжает втолковывать Се-
мен.
     - Всем лилии нужны.
     - Эх ты, куркуль! - И Семен начинает расстегивать гимнастерку. Но
вдруг опомнился, грозит рыбаку пальцем и застегивает ворот.
     - Сеня, где ты? - слышится за кустами девичий голос.
     - Здесь! - откликается Семен.
     На берег выходит Полина - нарядно одетая, возбужденная.
     - Ну, где твои лилии? - спрашивает она.
     - Да вот куркуль лодки не дает, - смеется Семен.
     - Обойдемся без лилий,  а то придется новую комедию  начинать,  -
Полина берет Семена под руку.
     - Привет! - машут они рукой рыбачку.

                            ИЗДАТЕЛЬСТВО
                          МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ
                                 1967




Популярность: 15, Last-modified: Fri, 06 Oct 2000 06:00:10 GMT