----------------------------------------------------------------------------
     Перевод Ф. А. Петровского
     Хрестоматия по античной литературе. В 2 томах.
     Для высших учебных заведений.
     Том 2. Н.Ф. Дератани, Н.А. Тимофеева. Римская литература.
     М., "Просвещение", 1965
     OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru
----------------------------------------------------------------------------


                               (41 в. н. э.)

     Деятелями   римской  литературы  в  позднейшие  века  античности  часто
являются   романизированные   провинциалы.  Таким  был  и  Аврелий  Немесиан
(Aurelius  Nemesianus),  происходивший  из  Африки.  Его пастушеские эклоги,
написанные  под  влиянием Вергилия, отражали проявившуюся в то время тягу на
лоно природы, к примитивной жизни.




            1 Юный Ида и юный Алкон к Донаке прекрасной
              Оба с младенческих лет пылали страстной любовью:
              Прелести милой Донаки безумием их поразили.
              Раз, когда юная дева цветы собирала в лощине
              Ближнего сада и грудь украшала любезным акантом,
              Оба застигли ее и, вняв обольщеньям Венеры,
              Сладость девичьей ласки украдкой оба сорвали.
              Так возгорелась любовь и недетские с нею желанья;
              Так и в пятнадцать лет томления страсти приходят.
           10 Но родители дома, суровые, заперли деву
              (Ибо и голос у ней звучал уже не по-детски,
              И беспокойные стали слова, и нрав непокорен,
              Часто краснела она, и в жилах кровь трепетала).
              Юноши, жаром любви пораженные в самое сердце,
              Вверили горе свое тогда разученной песне.
              Оба равны искусством, красивы оба и статны,
              Оба еще безбороды; не стрижены длинные кудри.
              Сидя в тени под платаном, они утешенья искали
              Поочередно - свирелью один, а другой песнопеньем.



           20 "Вы, о дриады, жилицы лесов, луговые наяды,
              Вы, что, стопой белоснежной сырых побережий касаясь,
              Алые в травах цветы рассыпаете щедро, наяды,
              Дайте ответ, где найду я, в лугах или сенях дубравных
              Милую сердцем Донаку, склоненную к лилиям нежным?
              Трижды уже вечерело и солнце с небес нисходило -
              Все у пещеры привычной Донаку я поджидаю.
              А между тем, будто есть исцеление в этом от муки,
              Или безумства желаний от этого могут смириться,
              Третью зарю мое стадо не ведает пастбищ веселых,
           30 И ни один из потоков томительной жажды не гасит.
              В тщетной надежде к сосцам матерей припадают телята, -
              Сухи сосцы, и слабым мычаньем полнятся хлевы.
              Сам я ни гибкой лозы, ни ростков камышовых упругих
              Уж не ищу для корзин и сыра давно не готовлю.
              Что я без нужды тебе говорю? Велико мое стадо
              (Знаешь сама), и были всегда дойники мои полны.
              Я... я все тот же, Донака, кому ты дарила так часто
              Сладкий свой поцелуй посреди неоконченной песни
              И от свирели мои отрывала дрожащие губы.
           40 Кто мне (увы!) на помощь придет и подаст исцеленье?
              Вот я, самшита бледней и синее фиалки, блуждаю,
              Пищи давно не приемлю, и кубки нашего Вакха
              Я отвергаю, и тихому, сну предаться бессилен.
              Горе мое, нет тебя - и лилия кажется черной,
              Бледными кажутся розы, постыл гиацинта румянец,
              Нет аромата в дыханье ни лавра, ни нежного мирта.
              Но возвратишься ко мне, - и белыми лилии станут,
              Розы окрасятся ярко и будут милы гиацинты,
              Сладостно мирты запахнут и лавры вздохнут благовонно.
           50 И покуда Палладе оливка, налитая соком,
              Вакху его виноград, Приапу {1} - яблоки, Палес {2}
              Милы луга, - дотоле тебе я предан единой".
              Так вздыхала свирель. Алкон ей ответил стихами,
              Что - пусть поведает Феб: подвластны ему песнопенья.



              "Горная Палес и ты, Аполлон, покровитель пастуший,
              В зарослях мощный Сильван и ты, о Диона {3} благая,
              Что над вершинами Ерика {4} властвуешь, чьею заботой
              Было от века - сердца сочетать, упоенные страстью, -
              Что я свершил? Почему я прекрасной оставлен Донакой?
           60 Я ей подарки носил, каких не носил мой соперник,
              Звонкого ей соловья подарил, искусного в пенье;
              Он, когда дверцы его из лозы сплетенного дома
              Настежь были открыты, умел, как будто бы вольный.
              Вылетать - и средь птиц полевых насладиться свободой;
              Не забывал он, однако, к знакомому крову вернуться,
              Предпочитая лозовую клетку лесам и просторам.
              Кроме того, так недавно тебе добычу лесную,
              Нежного зайца прислал я с четой голубиною дикой.
              И после этих даров ты меня отвергаешь, Донака?
           70 Может быть, ты недостойным почла, что Алкон, твоя жертва,
              Грубый пастух, и только быков выгонять ему в поле?
              Но пастухами и боги ведь были: прекрасный Адонис {5},
              Вещие фавны и Пан, и сам Аполлон несравненный.
              Утром глядел на себя я в зеркальную гладь водоема,
              Феб не являлся еще на востоке багряном, и яркий
              Не трепетал еще блеск на поверхности водной;
              Что я увидел: ланиты, едва поросшие пухом,
              Длинные кудри. Недаром везде слыву я прекрасней
              Нашего Иды, - сама ты не раз ту молву повторяла,
           80 Алые щеки хвалила мои и молочную шею,
              Эти живые глаза и стройность юного стана.
              Я обучен играть на свирели: цевница простая
              Некогда пела бессмертным, и Титир {6} нежную песню
              Ей поверял - и леса привели его в город владычный.
              Песнью моей о Донаке и я буду в Городе {7} славен.
              Если боярышник может со стройным расти кипарисом,
              То и орешник пускай зеленеет средь сосен могучих".
              Так целый день состязались юнцы, воспевая Донаку.
              Только, над лесом восстав, заставил их Геспер {8} холодный
           90 Долгие песни прервать и со стадом домой возвратиться.


     1 Бог - хранитель садов и плодородия почвы.
     2 Богиня полей и жатвы.
     3 Здесь - Венера, чей храм был славен в Сицилии.
     4 Город в Сицилии.
     5 Любимец Венеры.
     6 Один из пастухов в эклогах Вергилия.
     7 Т. е. в Риме.
     8 Вечерняя звезда.

Популярность: 8, Last-modified: Thu, 15 Sep 2005 04:51:12 GMT