Драма. Перевод П. Антокольского.
    Текст приводится по изданию:  В. Гюго,
избранные  произведения в  двух  томах,  т.2.  Государственное  издательство
художественной литературы, Москва-Ленинград, 1952 год.
     оригинал текста: http://www.ezhi.volgograd.ru/theatres/voa/x_gugo.html
     OCR: Алена
---------------------------------------------------------------


     Действующие лица
     Король Франциск Первый.
     Шут Трибуле.
     Бланш.
     Де Сен-Валье.
     Сальтабадиль.
     Магелона.
     Клеман Маро.
     Де Пьен.
     Де Горд.
     Де Пардальян.
     Де Брион.
     Де Моншеню.
     Де Монморанси.
     Де Коссе.
     Де Латур-Ландри.
     Де Вик.
     Госпожа де Коссе
     Тетушка Берарда.
     Дворянин из свиты королевы.
     Лакей короля.
     Врач.
     Вельможи, пажи, простонародье.
     Действие происходит в Париже в 20-х годах XVI века.
     ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

     Сен-Валье
     Ночное празднество в  Лувре. Великолепные залы полны разряженных мужчин
и  женщин.  Факелы,  музыка,  танцы,  смех.  Лакеи  проносят золотые блюда и
серебряные  кубки; проходят группами  вельможи  и дамы. Праздник подходит  к
концу;  за  окнами  белеет рассвет.  Господствует  некоторая  распущенность;
праздник немного смахивает на оргию. В архитектуре, мебели, одеждах -  стиль
Возрождения.

     ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
     Король - как на портрете Тициана. Де Латур-Ландри.
     Король
     Мне надоело ждать. Скорее бы развязка!
     Откуда, кто она? Простая буржуазка,
     Но очень хороша!
     Латур-Ландри
     Вы встретили ее
     У церкви Сен-Жермен?
     Король
     Убежище мое
     Для всех воскресных служб.
     Латур-Ландри
     И неизвестность длится
     Два месяца?
     Король
     Увы!
     Латур-Ландри
     А где живет девица?
     Король
     За тупиком Бюсси.
     Латур-Ландри
     Там и Коссе живет.
     Король
     Стена против стены.
     Латур-Ландри
     Я знаю дом. И вот Ее вы выследили?
     Король
     Злобная старуха сует повсюду нос и наставляет ухо, глядит вовсю.
     Латур-Ландри
     Ах, так?
     Король
     А вечерами к ней
     Весьма таинственно, неслышней и томней,
     Чем призрачная тень, какой-то неизвестный,
     Закутавшись плащом, чернее тьмы окрестной,
     Проходит через сад.
     Латур-Ландри
     Вам путь указан!
     Король
     Ха!
     Дверь вечно под замком, да и стена глуха.
     Латур-Ландри
     Преследуя ее на улице, однако,
     Ужель не дождались вы никакого знака?
     Король
     Я безошибочно могу сказать: она
     Моим присутствием не слишком смущена.
     Латур-Ландри
     Узнала ли она, что вы - король?
     Король (отрицательно покачав головой)
     В обличье Простого школяра я скрыл свое величье.
     Латур-Ландри
     Любовь чистейшая! Дух вознесен горе!
     А ваша девочка - любовница кюре.
     Входят несколько вельмож и Трибуле
     Король
     Сюда идут! - В любви тот никогда не плачет,
     Кто молча действует.
     (Обращается к Трибуле, который только  что подошел и  слышал  последние
слова)
     Ведь так?
     Трибуле
     Кто лучше прячет
     Интригу хрупкую, кто тоньше тянет нить,
     Сумеет в целости ее и сохранить.
     ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
     Король, Трибуле,  де  Горд,  несколько  вельмож.  Вельможи  великолепно
одеты.   Трибуле  в  платье  шута,   как  на  портрете   Бонифацио.   Король
рассматривает проходящих женщин.
     Латур-Ландри
     Вандом божественна.
     Горд
     А я заметить смею,
     Что Альб и Моншеврейль не меркнут рядом с нею.
     Король
     Всем трем красавицам я предпочту Коссе.
     Горд
     Сир! Осторожнее! Подслушивают все -
     И, между прочим, муж!
     (Показывает Королю на де Коссе, проходящего в глубине сцены. Де Коссе -
коротконогий толстяк,  "один  из четырех самых тучных господ во Франции,  по
словам Брантома)
     Король
     Мне дела нет до мужа!
     Горд
     Диане Пуатье расскажет он к тому же!
     Король
     Пускай!
     (Проходит в глубину сцены, разговаривая с дамами)
     Трибуле
     Так дразнит он Диану. Десять дней
     Его величество и не заходит к ней.
     Горд
     А к мужу он ее не отошлет?
     Трибуле
     Уверен,
     Что нет.
     Горд
     Отец прощен - и, значит, смысл потерян
     Ей дорожить дворцом.
     Трибуле
     Но Сен-Валье - чудак!
     Как он благословил такой неравный брак?
     Как мог родной отец соединить их ложе-
     Урода с дочерью, что, словно ангел божий,
     В воздушной прелести на землю послана?
     Как бросил он ее в объятья горбуна?
     Горд
     Действительно, он глуп. Я видел, как читали
     Ему помилованье. Я стоял не дале,
     Чем от тебя сейчас. Он побледнел и мог
     Пролепетать одно: "Храни монарха бог!"
     Решительно - сошел с ума!
     Король (проходит с г-жой де Коссе)
     Бесчеловечно! Вы едете?
     Г-жа де Коссе
     Увы! И муж со мной, конечно.
     Король
     Покинуть наш Париж! Но это же позор!
     Круг избранных вельмож на вас покоит взор.
     Ослеплены умы красою вашей нежной.
     И в лучший миг, когда в сей жизни безмятежной
     И каждый дуэлянт и каждый виршеплет
     Вам лучший свой сонет и шпагу отошлет;
     И ваших глаз огонь принудит всех красавиц
     Беречь любовников и чувствовать к вам зависть;
     Когда вы светочем явились для двора, -
     Вас нет - и солнца нет, и ночи быть пора, -
     Презревши этот блеск, уйти от волн праздной
     В провинциальный край и в сумрак буржуазный!
     Г-жа де Коссе
     Молчите!
     Король
     Никогда! - Чудной каприз! К чему,
     Вдруг люстры погасив, повергнуть бал во тьму?
     Г-жа де Коссе
     Вот
     Mой ревнивец, сир!
     (быстро отходит от короля)
     Король
     Послать бы мужа к черту!
     (К Трибуле)
     Я все же написал жене катрен четвертый,
     Тебе показывал Маро мои стихи?
     Трибуле
     Я не читаю их. Стихи всегда плохи,
     Когда поэт - король.
     Король
     Дурак!
     Трибуле
     Простонародье
     Рифмует "кровь" - "любовь" и дальше в этом роде,
     А вы пред красотой должны быть без прикрас:
     Стихи - лишь для Маро, а нежности - для вас.
     Король рифмующий смешон!
     Король
     Сонеты дамам
     Мне сердце веселят. Венчаю Лувр тем самым
     Крылами.
     Трибуле
     Чтобы стал он мельницей простой!..
     Король
     Я высеку тебя, негодник! -
     Но постой!
     Вот Куален идет!
     (Быстро идет к г-же де Куален и говорит ей любезности)
     Трибуле (про себя)
     Мчись, ветреник, по кругу -
     To к этой, то к другой!
     Горд (подходит к Трибуле, показывая ему происходящее в глубине сцены)
     Покинувши супруга,
     Выходит де Коссе. Бьюсь об заклад, сейчас
     Уронит невзначай для короля как раз
     Перчатку.
     Трибуле
     Поглядим.
     Госпожа де  Коссе, с  досадой следившая за вниманием, которое оказывает
король г-же де Куален,  действительно роняет букет. Король покидает  г-жу де
Куален, поднимает букет г-жи де Коссе и вступает с нею в разговор, как будто
очень нежный.
     Горд
     Ну, что?
     Трибуле
     Вот это ловко!
     Горд
     Попался наш король!
     Трибуле
     А женщина - чертовка
     Весьма ученая.
     Король обнимает за талию г-жу де Коссе  и целует ей руки. Она смеется и
весело болтает. В  этот момент из двери  в глубине входит де  Коссе. Де Горд
показывает на него Трибуле. Де  Коссе останавливается и  недвижно смотрит на
короля и свою жену.
     Горд
     Вот муж!
     Г-жа де Коссе
     Подите прочь!
     (Выскальзывает из объятий Короля и убегает)
     Трибуле
     Что потерял толстяк? Чем думает помочь?
     Король идет к столу в глубине и налипает себе стакан вина.
     Коссе (приближается к авансцене, погруженный в задумчивость, про себя)
     Здесь шепчутся!
     (Быстро подходит к де  Латур-Ландри,  который знаком дает  понять,  что
хочет ему что-то сообщить)
     Ну, что?
     Латур-Ландри (таинственно)
     Супруга ваша - прелесть!
     Де Коссе сердито направляется к де Горду, тоже будто подзывающему его.
     Горд (тихо)
     Что вы в ту сторону так странно засмотрелись?
     Что угнетает вас? Чем поражен ваш ум?
     Де Коссе с досадой отходит и оказывается лицом к лицу с Трибуле;
     тот уводит его в угол сцены, между тем как  де Горд и  де  Латур-Ландри
громко хохочут.
     Трибуле
     Что, сударь, топчетесь? Что прете наобум?
     (Смеется и поворачивается спиной к взбешенному де Коссе)
     Король (возвращается)
     Я счастлив! Сам Зевес с самим Гераклом вместе
     В сравнении со мной - мальчишки из предместья!
     Весь их Олимп - кабак! Как бесподобна страсть!
     Как счастлив я! А ты?
     Трибуле
     Избрал благую часть.
     Смеюсь исподтишка, минуты не промешкав.
     Вам - наслаждение, а мне - моя усмешка.
     Вам - счастье короля, мне - счастье горбуна.
     Король.
     Мать зачала меня для радостного сна.
     (Глядя на де Косее, который уходит)
     Один лишь де Коссе расстраивает дело,
     Мешает празднику.
     Трибуле
     Тупица обалделый!
     Король
     Пускай! И без него все мило на земле.
     Все мочь, всего хотеть, всем править! - Трибуле
     Какое счастье - жить! Желанья постоянно
     Несутся дальше...
     Трибуле
     Сир! Мне кажется, вы пьяны!
     Король
     Но стой! Опять она в сиянье глаз и плеч!
     Трибуле
     Коссе?
     Король
     Идем за мной! Ты будешь нас стеречь.
     (поет)
     Ликует в день воскресный
     Народ моей страны.
     Все женщины прелестны...
     Трибуле (поет)
     Мужчины все пьяны!
     Уходят. Появляется группа вельмож.

     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
     Де Горд,  де Пардальян,  белокурый молоденький паж, де Вик, мэтр Клеман
Маро  в  одежде личного  слуги  короля,  затем де  Пьен  и несколько  других
вельмож. Время от времени проходит с очень озабоченным и задумчивым лицом де
Коссе.
     Клеман Маро (поклонившись де Горду)
     Что нового у нас?
     Горд
     Король, меж нас порхая,
     Всем забавляется.
     Маро
     Что ж! Новость неплохая.
     Он забавляется! Тем лучше.
     Коссе (проходя сзади них)
     Во сто крат
     Опаснее король, когда он жизни рад!
     Горд
     Толстяк убийственно острит. И я взволнован.
     Маро
     Король его женой как будто очарован?
     Де Горд утвердительно кивает. Входит де Пьен.
     Горд
     А вот и герцог наш!
     Они здороваются.
     Пьен
     Друзья мои! Могу
     Я сделать кавардак в любом людском мозгу!
     Могу вас рассмешить! Могу вам рассказать я!
     Забавнейшая вещь! Предел невероятья!
     Горд
     Но что же?
     Вокруг них собирается кружок.
     Пьен
     Тсс... Маро, пожалуйте сюда!
     Маро
     Что, герцог?
     Пьен
     Вы глупец, великий!
     Маро
     Никогда
     Ни в чем великим я и не был и не буду.
     Пьен
     Я вспомнил ваших строк рифмованную груду
     О нашем Трибуле: "Он папа дураков:
     Каким в пеленках был, и в тридцать лет таков".
     Вы сами, мэтр, болван!
     Маро
     Клянусь вам Купидоном,
     Не понял.
     Де Горд, де Пардальян, Маро  и подошедший  к группе де  Коссе  образуют
кружок вокруг герцога.
     Пусть этот слух зловещ,
     Но с ним произошла неслыханная вещь.
     Пардальян
     Он спину выпрямил?
     Коссе
     Он коннетаблем будет?
     Маро
     Зажарен поваром и подан нам на блюде?
     Пьен
     Нет, нет! Еще смешней! Есть у него... Ага!
     Догадываетесь?
     Горд
     Дуэль с Гаргантюа?
     Пьен
     Нет!
     Пардальян
     Пущен ложный слух о некой обезьяне
     Противней, чем он сам?
     Маро
     Звенит в его кармане?
     Свиданье у него с Пречистою в раю?
     Горд
     Есть у него душа?
     Пьен
     Я пять очков даю -
     Не догадаетесь, что у него, вовеки!
     У Трибуле-шута, у Трибуле-калеки...
     Маро
     Горб, очевидно, есть?
     Пьен
     Даю вам сто вперед!
     Любовница!
     Все хохочут.
     Маро
     Хо-хо! Наш герцог славно врет!
     Пардальян
     Вот сказки!
     Пьен
     Господа, клянусь вам небесами!
     Есть дама. Есть и дом. Вы убедитесь сами.
     И каждый вечер шут, закутанный плащом,
     Там бродит, как поэт, в мечтанья облечен.
     Сегодня встретимся мы ночью на прогулке.
     Я покажу вам дом - в том самом переулке,
     Где особняк Косее.
     Маро
     Есть тема для стихов:
     Горбатый Купидон в объятиях грехов!
     Пардальян (смеется)
     Вот не к лицу ему!
     Горд (смеется)
     Он оседлал кобылу -
     Конька из дерева!
     Маро
     Полна такого пылу
     Его любезная, что устрашит в Кале
     Все войско англичан по знаку Трибуле.
     Все смеются. К ним подходит де Вик. Де Пьен прикладывает палец ко рту.
     Пьен
     Тсс!..
     Пардальян (де Пьену)
     Как же объяснить, что в сумерки и тайно
     Выходит наш король за встречею случайной?
     Пьен
     Пусть нам ответит Вик.
     Вик
     Могу сказать одно:
     Он забавляется, - а как, нам все равно.
     Коссе
     Нам лучше бы молчать!
     Вик
     И есть ли подозренье,
     В какую сторону влечет его стремленье,
     Куда по вечерам, неузнанный, в плаще,
     Он мчится весело, и спит ли вообще,
     И чье ему окно любезно дверью служит, -
     Кто не женат, друзья, об этом пусть не тужит!
     Коссе (покачивая головой)
     Вельможи постарей расскажут, что всегда
     Король найдет себе забаву, господа.
     Те, у кого жена иль дочь, не спи ночами!
     Могущественный враг у каждой за плечами.
     Для сотен подданных страшна такая власть.
     Полна клыков его улыбчивая пасть.
     Вик (тихо остальным)
     Боится короля!
     Пардальян
     Зато жена прелестна
     И несколько храбрей.
     Маро
     Что для него не лестно.
     Горд
     Вы ошибаетесь на этот раз, Коссе!
     Веселых королей мы обожаем все.
     Пардальян
     Скучающий король... Что может быть тяжеле?
     Девчонка в трауре, интрига без дуэли!
     Пьен
     Бокал с простой водой!
     Вик
     Май, что дождлив и хмур!
     Маро (тихо)
     Сюда идут король и Трибуле-Амур!
     Входят Король и Трибуле. Придворные почтительно расступаются.

     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
     Те же, Король и Трибуле.
     Трибуле (продолжая начатый разговор)
     Ученых ко двору! Куда же людям скрыться?
     Король
     Должны мы слушаться единственной сестрицы.
     Ученых при дворе угодно видеть ей.
     Трибуле
     Сир, согласитесь: вы из нас двоих пьяней.
     Я вправе рассуждать скорей, чем вы, толково
     И преимущества не упущу такого.
     Оно огромно, сир, и кажется вдвойне:
     Не пьян и не король, - как не кичиться мне?
     Пусть будет здесь чума, пусть будет лихорадка -
     Но не ученые!
     Король
     Тебе отвечу кратко:
     Так нам велит сестра!
     Трибуле
     И очень худо, сир,
     Со стороны сестры. Я обыщу весь мир.
     Нет волка, нет совы, такой вороны нету,
     Нет гуся, нет быка, о, даже нет поэта,
     Магометанина, фламандца-толстяка,
     Глупца-теолога, медведя иль щенка -
     Растрепанней, смешней, уродливей раз по сто,
     И большой глупости покрытого коростой,
     Надменней и грязней в величии самом,
     Чем этот вид ослов, навьюченных умом.
     Иль вы откажетесь от радости, от женщин,
     Чьей нежною красой ваш праздник был увенчан?
     Король
     Однажды мне сестра шепнула на ушко,
     Что женщинами жизнь украсить не легко,
     Что так соскучишься...
     Трибуле
     Но для чего от скуки, -
     Лекарство странное! - сзывать людей науки?
     Поверьте: замысел принцессы не силен,
     Похож на прежние - и не удастся он.
     Король
     Ученых ни к чему, - но пять иль шесть поэтов...
     Трибуле
     Я более боюсь, все хорошо изведав,
     Виршекропателей, бормочущих стихи,
     Чем дьявол ладана, - прости мне бог грехи!
     Король
     Но пять иль шесть...
     Трибуле
     Всего? Ну, вот вам и конюшня
     Иль академия! Ай, как нам будет душно!
     (Показывая на Маро)
     Довольно и Маро, чтоб не попасть впросак!
     Он портит праздники за шестерых писак.
     Маро
     Благодарю!
     (Про себя)
     Болтун! Молчал бы ты почаще!
     Трибуле
     У вас есть женщины! Мир праздничный, блестящий!
     У вас есть женщины! О боже мой! И вы
     Вдруг захотели, сир, мечтаете, увы,
     Скучать с учеными!
     Король
     Мне честь моя порукой -
     Смешна мне эта роль, я не дружу с наукой.
     Среди стоящих в глубине громкий смех. Король к Трибуле:
     Там на смех подняли тебя, хромой сатир!
     Трибуле
     Другого дурака.
     Король
     Кого же?
     Трибуле
     Вас, мой сир!
     Король
     Чего они хотят?
     Трибуле
     Скупцом вас называют
     За то, что почести в Наварру уплывают
     И ни гроша для них.
     Король
     Пречистая, спаси!
     Там трое - Мошеню, Брион, Монморанси?
     Трибуле
     Да, трое.
     Король
     Вот они. Все кажется им мало!
     Тот коннетаблем стал, а этот адмиралом,
     А третий, Моншеню, наш личный мажордом!
     Неблагодарные! Как жить с таким гнездом!
     Трибуле
     Чтоб справедливый суд для них уравновесить,
     Повысить можно их.
     Король
     Куда еще?
     Трибуле
     Повесить!
     Пьен (смеясь, обращается к трем вельможам, остающимся в глубине сцены)
     Слыхали ль вы остроту горбуна?
     Брион (с яростью глядя на Tpибуле)
     Конечно!
     Монморанси
     Жалкий раб!
     Моншеню
     Заплатит нам сполна!
     Трибуле (Королю)
     Однако пустота должна быть в вашем счастье,
     Пока нет женщины, подруги вашей страсти,
     Чьи очи скажут: "Нет", чье сердце скажет: "да".
     Король
     Откуда ты узнал?
     Трибуле
     Большого нет труда
     Короной обольщать.
     Король
     Так, значит, дамы нету,
     Влюбившейся в меня, а не в корону эту?
     Трибуле
     Не зная, кто вы?
     Король
     Да. (Про себя)
     По счастью, далека
     Моя красавица ночного тупика.
     Трибуле
     Не буржуржуазка ли?
     Король
     А что же?
     Трибуле
     Больше риска! Сир, берегитесь их, не подходите близко:
     Суровы буржуа, как римляне, подчас, -
     Чуть тронешь их добро, отыщут всюду вас.
     Так будем поскромней - шут и король, нагрянем
     К вельможам собственным, - дадут нам жен дворяне.
     Король
     Я с госпожой Коссе улажу как-нибудь.
     Трибуле
     Неплохо!
     Король
     На словах. Но сделать, - не забудь, -
     Трудней!
     Трибуле
     Сегодня же похитить!
     Король
     А супруга?
     Трибуле
     В Бастилию!
     Король
     О нет!
     Трибуле
     Так превратите в друга. Пусть будет герцогом.
     Король
     Ревнив, как буржуа,
     Поднимет страшный крик, дойдет до мятежа.
     Трибуле (задумчиво)
     Изгнать немыслимо. А заплатить - обидит...
     Между  тем  де  Коссе приближается сзади к  Королю и  шуту и  слышит их
разговор. Трибуле ударяет радостно себя по лбу.
     Есть средство легкое, - так ваше дело выйдет.
     Простое средство есть, с ним согласятся все.
     Де Коссе подходит еще ближе и прислушивается.
     Срубите голову бездельнику Коссе!
     Де Коссе в ужасе отшатывается.
     ...Как будто заговор с Испанией иль Римом...
     Коссе (восклицает громко)
     Вот дьявол!
     Король (смеясь, треплет по плечу де Косее, к Трибуле)
     Вот и он, казавшийся незримым!
     Вот эту голову? Об этой думал ты?
     Любуйся же, дружок, вглядись в ее черты:
     Ни выражением, ни мыслью не богата.
     Трибуле
     Есть признак более значительный: рогата.
     Коссе. Срубить мне голову!
     Трибуле
     А что?
     Король
     Он разъярен.
     Трибуле
     Какой это король, кто сжат со всех сторон,
     Кто но решается фантазии дать волю?
     Коссе
     Срубить мне голову! Шутить я не позволю!
     Трибуле
     Нет проще ничего! И разве есть нужда
     Такую голову носить сохранно?
     Коссе
     Да!
     Тебя я накажу, дурак!
     Трибуле
     А мне не страшно!
     Я окружен у вас толпой врагов всегдашней
     И не боюсь врагов. Чем я рискую тут?
     Одной башкой шута и отвечает шут.
     Не страшно, сударь мой! Раздавите, как муху?
     Вдавите в спину горб - и выдавится брюхо:
     Я стану толще вас.
     Коссе (хватается за рукоять шпаги)
     Вот сволочь!
     Король
     Стойте, граф. - Шут, брось!
     (Смеясь, уходит вместе с Трибуле)
     Горд
     Король ушел, обоих разыграв.
     Пардальян
     Смеяться пустякам - для короля бесславно.
     Маро
     Он забавляется, по это не забавно.
     Придворные провожают уходящего Трибуле злобными взглядами.
     Брион
     Отмстим шуту!
     Все
     Идет!
     Маро
     Но он в стальной броне!
     Как подойти к нему? Как ранить?
     Пьен
     Ясно мне - Он всем нам насолил и каждого обидел
     И кару заслужил.
     Все с любопытством окружают де Пьена.
     Сегодня ночью выйдя,
     Вооружитесь все - и к домику тому,
     За тупиком Бюсси.
     Ни звука никому!
     Маро
     Я понял.
     Пьен
     Решено?
     Все
     Все ясно!
     Пьен
     Тише! Вот он!
     Входят Король, окруженный женщинами, и Трибуле.
     Трибуле (в стороне, про себя)
     С кем поиграть еще? Кто не совсем обглодан?
     Лакей (входит, тихо Трибуле)
     Старик, весь в трауре, явился к Королю, -
     Де Сен-Валье.
     Трибуле (потирая руки)
     Ого! Вот это я люблю!
     Пустить его сюда!
     Лакей уходит.
     Начнется суматоха.
     Отлично! Встретим мы де Ceн-Валье неплохо!
     Шум и крики за входной дверью.
     Голос (за сценой)
     Пустите к королю!
     Король (прерывая беседу)
     Нет!.. Кто там? Не сейчас!
     Тот же голос
     Пустите к королю!
     Король (быстро)
     Нет, нет!
     Старик в траурном одеянии расталкивает толпу и прямо подходит к королю,
пристально па него глядя. Все придворные удивленно отступают.

     ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
     Те же и Сен-Валье; он в глубоком трауре, у него седые волосы и борода.
     Сен-Валье (Королю)
     Мне надо вас!
     Король
     Де Сен-Валье!
     Де Сен-Валье (неподвижно, на пороге)
     Да, я. Так звался я когда-то.
     Король в гневе делает шаг к нему. Трибуле его удерживает.
     Трибуле
     Я потолкую с ним, король, запанибрата!
     (Обращается к де Сен-Валье с актерской напыщенностью)
     Вы в некий заговор вступили против нас.
     Король наш милосерд, и мы простили вас.
     Какого дьявола приспичило вам все же
     На зятя своего иметь внучат похожих?
     Ваш зять чудовищен, дурен собой и нищ,
     И нос его в прыщах, и сам он - скверный прыщ:
     Тщедушен, одноглаз и толст, как тот придворный.
     (Показывает на де Коссе, который вздрагивает от гнева)
     Или, верней, горбат, как ваш слуга покорный.
     Дочь ваша рядом с ним? Раздастся общий смех!
     Ведь если б не король, он бы испортил всех
     Внучат! Он наплодит кривых и рыжих деток,
     Как ни смотри на них, смешных и так и этак,
     Пузатых, как вон тот,
     (снова показывает на де Коссе и кланяется ему, вызывая его негодование)
     иль горбунов, как я.
     Нет! Будет королем вся спасена семья!
     И вырастет у вас лихое поколенье -
     Трепать вам бороду и прыгать на колени.
     Придворные возгласами и смехом выражают Трибуле свое одобрение.
     Сен-Валье (не глядя на Трибуле)
     Среди других обид еще одна! -
     Король,
     Должны вы выслушать, в чем скорбь моя и боль.
     По Гревской площади я шел босой недавно,
     И если пощажен, то пощажен бесславно.
     Я вас благословил, но пребывал во сне:
     Я не предчувствовал, что предстояло мне.
     Под видом милости был срам мне уготован.
     Вы не уважили ни рода столь седого,
     Ни крови Пуатье, дворянской сотни лет.
     А с Гревской я шел и дал обет
     Пожертвовать собой для вашей славы честной.
     Так бога я молил, незрячий, бессловесный.
     И вот вы, Валуа, в тот день иль в ту же ночь
     Склонили без стыда мою родную дочь,
     Себя ни жалостью, ни грустью не тревожа,
     В объятья подлые, на гибельное ложе.
     Так обесчещена и растлена во тьме
     Графиня де Брезе, Диана Пуатье.
     В тот миг, когда я ждал судьбы моей и казни,
     Дитя, ты мчалась в Лувр, чтоб слушать о соблазне.
     И твой король забыл свой рыцарственный долг.
     Зов правды для него давно уже умолк:
     Он тешил только блажь свою недорогую.
     Ужель я жизнь свою купил, стыдом твоим торгуя?
     На Гревской площади рукою палача
     Построенный помост ведь мог и невзначай
     Стать плахой для отца; но в сумраке вечернем -
     Увы! - взамен того он ложем стал дочерним.
     Бог отомщающий, сказал ли слово ты,
     Увидев эшафот средь этой суеты,
     Средь этой роскоши, рожденной вашей властью,
     Кичливой в милостях, но скрытной в любострастье?
     Поступок ваш дурен, непоправим позор!
     Пускай бы залили моею кровью двор!
     Пускай бы, наконец, не по заслугам старым,
     Отец наказан был бесчестящим ударом.
     Но взяли вы дитя в обмен на старика,
     И женщину в слезах, чей ужас и тоска
     На все податливы, вы оскорбили подло!
     Вы это сделали. За это счет я подал.
     Границы прав своих перешагнули вы.
     Дочь для меня, король, дороже головы.
     О да! Я был прощен! Такая вещь сегодня
     Зовется милостью. Зачем я бурю поднял?
     Вы б лучше сделали, мою не тронув дочь,
     Придя ко мне в тюрьму, хотя бы в ту же ночь.
     Я закричал бы вам: "Не нужно мне пощады!
     Но пожалейте вы мою семью и чадо!
     Могила - не позор. И я готов к концу.
     Снесите голову - не бейте по лицу!
     Moй господин король, - так я вас звать обязан, -
     Поверьте: дворянин-христианин наказан
     И обезглавлен злей, когда теряет честь.
     Король, ответьте мне, ведь в этом правда есть?"
     Так я сказал бы вам. И в тот же вечер в церкви,
     Лобзая седины и очи, что померкли,
     Молилась бы она, прямая до конца,
     Дитя невинное невинного отца.
     Но я не требую от вас ее обратно:
     Разлука с честию бывает безвозвратна.
     Нежна ли к вам она или, дичась, дрожит -
     И знать мне незачем. Меж нами стыд лежит.
     Останьтесь с ней. А я - мне любо год за годом
     Среди веселья вас смущать своим приходом.
     Какой-нибудь отец, иль брат, или супруг
     Отмстит вам и за нас - все может статься вдруг.
     На каждом празднике я вам являться буду,
     Чтобы сказать одно: вы поступили худо!
     Так молча слушайте меня. И до конца,
     Король, вам не поднять смятенного лица.
     Вы, правда, можете меня молчать заставить -
     В темницу ввергнуть вновь и завтра обезглавить.
     Но не посмеете, боясь, что через день
     (показывает на свою голову)
     С кровавой головой моя вернется тень!
     Король (почти задыхаясь от гнева)
     Он забывается! Он провинился тяжко!
     Арестовать его!
     По знаку де Пьена двое стражей с алебардами подходят с двух сторон к де
Сен-Валье.
     Трибуле (смеясь)
     Сир, болен старикашка!
     Сен-Валье (поднимая руку)
     Проклятье вам двоим!
     (Королю)
     Нет в этом торжества -
     Спускать своих собак на раненого льва!
     (Трибуле)
     Но кто бы ни был ты, лакей с гадючьим жалом,
     Высмеиватель злой моих отцовских жалоб, -
     Будь проклят!
     (Королю)
     Я стою как равный вам. И честь
     Мне ту же следует, что королю, принесть.
     Отец - пред королем. Но старость стоит трона.
     И на моем челе есть некая корона, -
     Да не коснется взор нечистый ни один!
     Блеск лилий Валуа темней моих седин.
     Сир, вы ограждены от всякого удара
     Законом. За меня - отмщает божья кара!
     ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
     САЛЬТАБАДИЛЬ

     Самый безлюдный  угол тупика Бюсси. Направо скромный маленький  домик с
двориком,  окруженным  стеной.  Дворик этот  занимает  треть  сцены.  В  нем
несколько деревьев и каменная скамья. В стене -  дверь на улицу. Над  стеной
небольшая терраса  с крышей, опирающейся на  аркады в  стиле Возрождения. На
террасу выходит дверь второго этажа. Терраса соединена с двориком лестницей.
Налево  высокая стена сада  особняка  де  Коссе. На заднем плане  отдаленные
здания и колокольни церкви св. Северина.

     ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
     Трибуле, Сальтабадиль. В продолжение части сцены - де Пьен  и де Горд в
глубине.
     Трибуле в плаще, без всяких  атрибутов шутовского ремесла, показывается
на улице и направляется к двери и стене. Человек в черном, тоже закутанный в
плащ, края которого подняты шпагой, следует за ним.
     Трибуле
     Я проклят стариком!
     Человек (кланяясь ему)
     Эй, сударь!
     Трибуле (раздраженно оборачивается и шарит в карманах)
     Ни гроша!
     Человек
     Мне милостыню! Фу!
     Трибуле (знаком просит оставить его в покое и идти своей дорогой)
     Ухватка хороша.
     Входят де Пьен и де Горд и издали наблюдают.
     Человек
     Вы заблуждаетесь. Ношу я, сударь, шпагу.
     Трибуле (отступив на шаг)
     Уж не воришка ли?
     Человек (подходит с ласковым видом)
     Не прибавляйте шагу.
     Я часто наблюдал вас ночью. Вы должны
     Быть верным сторожем у собственной жены.
     Трибуле (про себя)
     Вот дьявол! (Вслух)
     Никому до этого нет дела! (Хочет уйти. Человек его удерживает)
     Человек
     Но ваше благо нас чувствительно задело.
     Эй, познакомимся! Полезен буду впредь!
     (Приближается)
     На вашу милую осмелился смотреть
     Какой-то нежный хлыщ. А ревность зла...
     Трибуле (нетерпеливо)
     И что же?
     Человек (приятно улыбаясь, тихо и быстро)
     За небольшую мзду он будет уничтожен.
     Трибуле (облегченно вздохнув)
     Отлично!
     Человек
     Из чего поймете вы, что я
     Достоин вас вполне.
     Трибуле
     Еще бы!
     Человек
     Цель моя -
     Вполне благая цель.
     Трибуле
     Вы человек полезный.
     Человек (скромно)
     Хранитель чести дам и рыцарь их любезный.
     Трибуле
     А сколько стоил бы ваш нож из-за угла?
     Человек
     Смотря кого и как. Есть разные дела.
     Трибуле
     Вельможу знатного.
     Человек
     Вельможи носят шпаги.
     Тут надо припасти уменья и отваги
     И шкурой рисковать. На этого врага
     Охота дорога.
     Трибуле
     Охота дорога!
     Но разве буржуа так шею и подставит
     Под всякий острый нож?
     Человек (улыбается)
     Нужда его заставит
     В большой лишь крайности шалить так широко.
     Дворянам, сударь мой, жизнь защищать легко.
     Случается и так, что из-за крупных денег
     Пролезет прямо в знать какой-нибудь мошенник,
     Прибавив мне хлопот. Но эта дрянь жалка,
     Мне платят и вперед, не пряча кошелька.
     Трибуле (покачивая головой)
     О, вы рискуете! К вам виселица близко!
     Человек (улыбаясь)
     Плати в полицию - вот и избегнешь риска.
     Трибуле
     Любого мог бы ты?
     Человек
     Вам бы ответил я.
     Спаси нас бог, молчу... Щадим мы короля...
     Трибуле
     Как ты работаешь?
     Человек
     Готов на что угодно - На улице любой иль дома.
     Трибуле
     Благородно!
     Человек
     Я шпагу острую всегда ношу с собой
     И встречи жду во тьме.
     Трибуле
     А если дома бой?
     Человек
     Есть у меня сестра, занятная девчонка,
     Плясунья ловкая, чье обращенье тонко, -
     Сумеет всякого к нам на ночь привести.
     Трибуле
     Я понял.
     Человек
     Видите? Вам лучше не найти!
     Мы скромно действуем - без шума, без торговли
     И без помощников. Пошлите нас на ловлю!
     Заметьте: сверх того я не принадлежу
     К ночным грабителям, приученным к ножу.
     Пришлось бы нанимать штук десять из ватаги:
     Их смелость коротка, короче всякой шпаги.
     (Вытаскивает из-под плаща необыкновенной длины шпагу)
     Мой проще инструмент.
     Трибуле отступает в ужасе.
     Готов служить.
     Трибуле (удивленно рассматривает шпагу)
     Ого!
     Благодарю! Сейчас не надо ничего.
     Человек (прячет шпагу)
     Досадно! Если вам понадобится, сударь, -
     Обычно я брожу в пяти шагах отсюда,
     Зовусь Сальтабадиль.
     Трибуле
     Цыган?
     Человек
     Скорее - грек.
     Горд (в глубине)
     Я имя запишу. Бесценный человек!
     Человек
     Не поминайте злом за то, что вам известно!
     Трибуле
     За что? У всякого свой заработок честный.
     Человек
     Чем по миру ходить и лодырничать, я,
     Кормилец четырех детишек...
     Трибуле
     Чтоб семья
     Была пристроена...
     (знаком отпуская его)
     Пошли вам бог удачи.
     Пьен (в глубине, показывая де Горду на Трибуле)
     Еще светло. Уйдем! Заметит он иначе.
     Оба уходят.
     Трибуле
     Прощайте!
     Человек (кланяется)
     Ваш слуга повсюду и всегда!
     (Уходит)
     Трибуле (глядя ему вслед)
     Мы оба как птенцы из одного гнезда:
     Язык мой ядовит - его клинок неистов.
     Я продаю свой смех - он продает убийство.
     ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
     Когда Человек скрылся, Трибуле тихо открывает  дверь в  стене двора. Он
осторожно оглядывается,  затем  вынимает  ключ из  скважины и запирает дверь
изнутри.  Делает  несколько  шагов по двору с  встревоженным  и  озабоченным
видом.
     Трибуле
     Я проклят стариком... Пока он говорил
     И называл меня лакеем, я дурил.
     О, я был подлецом! Смеялся. Но я очень
     Словами старика сегодня озабочен.
     (Садится на скамейку у каменного стола)
     Я проклят им.
     (В глубокой задумчивости, опустив голову на руки)
     В руках природы и людей
     Я становился все жесточе и подлей.
     Вот ужас: быть шутом! Вот ужас: быть уродом!
     Все та же мысль гнетет. Все та же - год за годом.
     Уснешь ли крепким сном или не в силах спать,
     "Эй, шут, придворный шут!", - услышишь ты опять.
     Ни жизни, ни страстей, ни ремесла, ни права, -
     Смех, только смех один, как чумная отрава.
     Солдатам согнанным, как стадо, в их строю,
     Что знаменем зовут любую рвань свою,
     Любому нищему, что знает только голод,
     Тунисскому рабу и каторжникам голым,
     Всем людям на земле, мильонам тварей всех
     Позволено рыдать, когда им гадок смех.
     А мне запрещено! И с этой мордой злобной
     Я в теле скорчился, как в клетке неудобной.
     Противен самому себе до тошноты,
     Ревную к мощи их и к чарам красоты.
     Пусть блеск вокруг меня, - тем более я мрачен.
     И если, нелюдим, усталостью охвачен,
     Хотя бы краткий срок хочу я отдохнуть,
     С очей слезу смахнуть, горб сo спины стряхнуть, -
     Хозяин тут как тут. Весельем он увенчан,
     Он - всемогущий бог, любимец многих женщин,
     Не зная, что есть смерть и что такое боль,
     Доволен жизнию и сверх всего - король!
     Пинком ноги он бьет несчастного паяца
     И говорит, зевнув: "Заставь меня смеяться!"
     Бедняк дворцовый шут. Ведь он - живая тварь!
     И вот весь ад страстей, томивший душу встарь,
     Его злопамятство и гордость небольшую,
     И ужас, что хрипит в его груди, бушуя,
     Весь этот вечный гнет, весь этот тайный зуд,
     Все чувства черные, что грудь ему грызут, -
     По знаку короля он вырывает с мясом,
     Чтоб хохотал любой смешным его гримасам.
     Вот мерзость! Встань, ложись, не помни
     ни черта, -
     А нитка за ногу все дергает шута!
     Все гонят и клянут, презренного ругая.
     А вот и женщина! Она полунагая.
     Он жаждет с нею быть. Веселая краса
     Берет его с постель и треплет, будто пса.
     Так знайте, господа весельчаки-вельможи, -
     Я ненавижу вас. Меня вы, знаю, тоже.
     Как заставляет шут расплачиваться вас!
     Как на любой щипок ощерится тотчас!
     Как демон, шепчется с хозяином советчик!
     Едва возникшие карьеры - вроде свечек,
     И только в когти он схватил тебя, - гляди!
     Все перья выщипал - нет блеска впереди!
     Вы сделали шута собакой. Жребий волчий -
     В бокалы пьяные своей прибавить желчи,
     И доброту изгнать, и сердце сжать в комок,
     И этот острый ум, который мыслить мог,
     Глупит, в бубенчиках, и тайно пробираться
     По вашим праздникам, как некий дух
     Злорадства,
     Со скуки разрушать чужую жизнь всегда.
     И все тщеславье - в том, что у других беда...
     И всюду и всегда, куда ни кинет случай,
     Носить ее в себе, мешая с жизнью жгучей,
     И бережно хранить, и прятать ото всех,
     И ярко наряжать в свой надоевший смех -
     Старуху Ненависть!
     (Подымается со скамьи)
     Долой все, что томило!
     Не стал ли я другим пред этой дверью
     милой? Мир, из которого иду я, позабыт.
     Пусть не проникнет в дом то, что меня томит!
     (Снова задумывается)
     Я проклят стариком! - Зачем же мысль дурная
     Все возвращается? Ее я прогоняю.
     Все будет хорошо!
     (Пожимает плечами)
     Иль я сошел с ума?
     (Подходит к двери дома и стучит)
     Дверь открывается. Выходит  девушка в белом  и радостно бросается ому в
объятия.

     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
     Трибуле, Бланш, потом Берарда.
     Трибуле
     Дочь!
     (Радостно прижимая ее к груди)
     Обними меня. Да, это ты сама -
     Здесь, рядом! Пред тобой - все радость. Прочь унынье!
     Дитя, я счастлив. Я дышу свободно ныне.
     (с восторгом смотрит на нее)
     Милее с каждым днем. Тебе не скучно тут?
     Пусть руки милые мне шею обовьют!
     Бланш (обнимая его)
     Как вы добры ко мне!
     Трибуле (садится)
     Не добротой - любовью
     Я полон. Вот и все. Ты дочь моя по крови.
     Не будь тебя со мной, как жил бы я тогда?
     Бланш (кладет ему руку на лоб)
     Но вы вздыхаете? Какая-то беда
     Печалит вас, отец? Какая-то тревога?
     И о семье своей я знаю так немного...
     Трибуле
     Не у тебя семьи.
     Бланш
     Но имя есть у вас?
     Трибуле
     Зачем оно тебе?
     Бланш
     Соседи столько раз
     В той местности, где я воспитывалась прежде,
     Меня сироткою считали по одежде.
     Трибуле
     Оставить бы тебя умнее в том краю.
     Но разве мог забыть я девочку свою?
     Ты мне дороже всех, нужней всего живого...
     (Снова обнимает ее)
     Бланш
     Но если о себе не скажете ни слова...
     Трибуле
     Из дома - никуда?
     Бланш
     Два месяца почти.
     А в церковь восемь раз всего пришлось пойти.
     Трибуле
     Так!
     Бланш
     Хоть о матери скажите мне немножко!
     Трибуле
     Не вспоминай о ней, о нашем горе, крошка!
     Не вспоминай о той, чей образ, как сквозь сон,
     В тебе таинственно сегодня повторен.
     Та женщина была на женщин но похожа.
     В огромном мире, где душа убита ложью,
     Онa нашла меня и полюбила так
     За то, что я урод, за то, что я бедняк.
     И умерла. И смерть ее хранит навеки
     Таинственный рассказ о нежности к калеке -
     О дивной молнии, блеснувшей мне на миг,
     О райском отблеске, что я в аду постиг.
     Будь ей легка земля, пристанище всех смертных,
     Лелей ее в своих объятьях милосердных!
     Но ты осталась мне. О боже, счастлив я!
     (Плачет, спрятав лицо в руках Бланш)
     Бланш
     Отец, вы плачете? Иль вам не жаль меня?
     Я ваших слез боюсь. Как сердце вдруг упало!
     Трибуле
     Мой смех увидевши, что б ты тогда сказала!
     Бланш
     Что с вами? Вы в тоске? Откройте свой секрет.
     Хотя бы имя мне свое скажите.
     Трибуле
     Нет.
     Зачем оно тебе? Отец - и только. Слушай!
     В других местах следят за мною злые души.
     Я гадок одному иль проклят был другим...
     Что в имени моем? Что сделаешь ты с ним?
     Хочу хотя бы здесь, хочу с тобою рядом,
     В глаза невинные впиваясь долгим взглядом,
     Быть для тебя отцом, не более отца,
     И, значит, честным быть и добрым до конца.
     Бланш
     Отец мой!
     Трибуле (снова страстно сжимает ее в объятьях)
     Можно ли дороже быть и ближе!
     Люблю тебя взамен того, что ненавижу!
     Сядь рядом, девочка! Ты об отце своем
     Забудешь? Говори! И если мы вдвоем,
     И если пальцами ты руку, мне сжимаешь,
     Каких ты тайн моих еще не понимаешь?
     Одно лишь счастие доступно для меня.
     Есть у других друзья, есть братья, есть родня,
     Есть верная жена, вассалы, важный предок,
     Иль свита предков, и хор детей нередок.
     Но у меня - есть ты! Кто так богат другой?
     Мое сокровище, мой ангел дорогой!
     Тот верит в господа, - твоей душе я верю.
     Тот молод и любим, он все откроет двери;
     У тех есть гордость, блеск, здоровье и очаг,
     Они добры, - мой свет в одних твоих очах
     Дитя мое! Мой мир! Все милое в отчизне!
     Моя сестра и мать, невеста, сердце жизни!
     Закон, вселенная, и вера, и страна,
     Все это - ты одна, все - только ты одна!
     Я всюду оскорблен и сгорбился покорно.
     О, потерять тебя... Нет, этой мысли черной
     Не в силах вынести и полсекунды я.
     Так улыбнись. Мила улыбка мне твоя,
     Похожа ты на мать. Была она красива.
     Проводишь ты рукой по лбу неторопливо,
     Как будто бы с очей смахнуть стремишься ты
     Все, чем омрачена лазурь их чистоты.
     Ты излучаешь мне сиянье голубое,
     Всю душу светлую я вижу за тобою.
     Но и закрыв глаза, я вижу вновь тебя.
     И даже став слепцом, все солнце истребя,
     В последней темноте на дне души незрячей
     Тебя, мой светлый день, я навсегда запрячу.
     Бланш
     Я бы хотела вас счастливым сделать.
     Трибуле
     Как?
     Я счастлив тем одним, что я с тобой, бедняк.
     Довольно этого, чтоб сердце не слабело.
     Как волосы черны! Была ты раньше белой.
     Кто мне поверил бы...
     (Гладит, улыбаясь, ее волосы)
     Бланш
     Пред тем как тушат свет,
     Нельзя ли посмотреть мне на Париж?
     Трибуле
     Нет, нет!
     Не смей, дитя мое! По вечерам в Париже
     Ведь не гуляла ты?
     Бланш (дрожа)
     Нет, никогда.
     Трибуле
     Смотри же!
     Бланш
     Ходила в церковь я.
     Трибуле (про себя)
     Ее и там найдут;
     Начнут преследовать; быть может, украдут
     Дочь бедного шута. Бесчестье будет явным -
     И только смех за ним...
     (Вслух)
     Прошу тебя о главном -
     Будь дома, как в тюрьме. О, если б знала ты,
     Как страшен наш Париж для женской чистоты,
     Как здесь развратники шныряют, как опасны
     Здесь люди знатные!
     (поднимает глаза к небу)
     О боже, силой властной
     Убереги ее, спаси ребенка ты
     От бурь и непогод, что мнут твои цветы.
     Храни и сон ее от помышлений грязных,
     Дабы бедняк-отец являлся бы в свой праздник
     Лелеять тайное сокровище свое,
     Любуясь розою и свежестью ее.
     (Прячет голову в ее ладонях и плачет)
     Бланш
     Не стану я просить у вас прогулок дальних.
     О чем вы плачете?
     Трибуле
     Тут нету слез печальных, -
     Я слишком хохотал в ту ночь.
     (Подымается)
     Часы бегут!
     Пора опомниться и снова лезть в хомут.
     Прощай же!
     Темнеет.
     Бланш (целуя его)
     Поскорей вернитесь!
     Трибуле
     Видишь, детка,
     На службе сам себе принадлежу я редко.
     Эй, где вы, тетушка?
     В дверях показывается старая дуэнья.
     Берарда
     Что, сударь?
     Трибуле
     Ведь никто
     Здесь не видал меня?
     Берарда
     Все было заперто,
     И так пустынно здесь.
     Уже  почти ночь.  По ту сторону стены,  па улице,  появляется  Король в
простой одежде темного цвета. Он оглядывает высокую стену и запертую дверь с
явными признаками неудовольствия и нетерпения.
     Трибуле (обнимая дочь)
     Прощай же, дорогая!
     (Берарде)
     И дверь на улицу закрыть я предлагаю.
     Берарда утвердительно кивает головой.
     Я знаю - в Сен-Жермен, от всех уединен,
     Укромный домик есть. Нам пригодится он.
     Бланш
     Мне этот нравится. Я вижу угол сада
     С балкона.
     Трибуле
     На балкон вам выходить не надо!
     (прислушивается)
     Шаги на улице?
     (Подходит к двери, открывает ее и беспокойно вглядывается в темноту)
     Король прячется в тени двери, полуоткрытой Трибуле.
     Бланш
     По вечерам нельзя
     Мне воздухом дышать?
     Трибуле (возвращается)
     Нет, нет! Везде глаза!
     В тот  момент,  когда  Трибуле  поворачивается  спиной  к двери, Король
проскальзывает в полуоткрытую дверь и прячется за большим деревом.
     (Берарде)
     И лампу на окно не ставьте! Все опасно.
     Берарда (всплеснув руками)
     Да никакой сюда не сунется несчастный!
     (Поворачивается и замечает Короля за деревом: испуганно замолкает)
     В ту минуту, как Берарда открыла рот, чтобы крикнуть, Король бросает ей
кошелек. Она хватает его, сжимает в руке и ничего уже не говорит.
     Бланш (к Трибуле, который осматривает террасу с фонарем в руке)
     Держать нас взаперти и окружить стеной!
     Но что же нам грозит?
     Трибуле
     Не мне, - тебе одной. (Еще раз обнимает ее)
     Дочь милая, прощай!
     Король (про себя, за дверью)
     Как, Трибуле!
     (смеется)
     Тем лучше!
     Есть дочь у Трибуле! Чертовски странный случай!
     Трибуле (уже собравшись уходить, снова возвращается)
     Когда ты в церковь шла, никто за вами в ночь
     Не следовал сюда?
     Бланш смущенно опускает глаза.
     Берарда
     Ах, что вы!
     Трибуле
     Во всю мочь кричите в случае тревоги.
     Берарда
     Ах, конечно!
     Трибуле
     А постучатся в дверь - не отворять беспечно!
     Берарда (с жаром)
     А если сам король?
     Трибуле
     Особенно - король!
     (Обнимает еще раз дочь и уходит, тщательно закрыв дверь за собой)
     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
     Бланш, Берарда, Король.
     В первой части сцены Король остается за деревом.
     Бланш (задумчиво, слушая удаляющиеся шаги отца)
     Мне очень совестно.
     Берарда
     Откуда эта боль?
     Бланш
     Малейших пустяков боится он, бедняжка.
     Он плакал, уходя. Ему, как видно, тяжко.
     Надо бы все рассказать ему
     О том, как юноша за нами шел во тьму, -
     Ты догадалась ведь? Тот самый, неизвестный.
     Берарда
     Все рассказать? Зачем? Ему неинтересно, -
     Ваш батюшка дикарь и несколько чудак.
     Иль ненавидите вы кавалера так?
     Бланш
     Я? Ненавижу? Нет! Наоборот! С той ночи,
     Что нам он встретился и поглядел мне в очи,
     Не в силах мысли я от юноши отвлечь.
     Он мне мерещится. Его я слышу pечь.
     Я вечно с ним. Его воображаю рядом.
     Как нежен он, как смел, с каким веселым взглядом!
     Как гордо он прошел и поклонился мне!
     Как был бы он хорош, представьте, на коне!
     Берарда
     Блестящий кавалер!
     (Проходит мимо Короля. Он дает ей горсть золотых)
     Бланш
     В нем видно...
     Берарда (протягивая руку Королю, продолжающему сыпать золото)
     Превосходство!
     Бланш
     В его больших глазах блистает благородство, Великодушие...
     Берарда
     И щедрость...
     (при  каждом  своем слове  она  снова  протягивает руку, которую Король
снова наполняет золотыми монетами)
     Бланш (с той же улыбкой)
     Смелый взгляд!
     Берарда (протягивая руку)
     Он доблестен...
     Бланш
     Он добр...
     Берарда
     Он нежен...
     Бланш
     Он крылат...
     Берарда (протягивая руку)
     Красавчик!
     Бланш (вздыхая)
     Как он мил!
     Берарда (при каждом слове рука ее снова протягивается)
     Он статен бесподобно!
     А нос! Глаза! Лицо! Весь облик!
     Король (про себя)
     Как подробно!
     Старуха по частям влюбляется в меня!
     Бланш
     Мне этот разговор приятен.
     Берарда
     Вижу я!
     Король (про себя)
     Ну, масла лей в огонь!
     Берарда
     Он доблестный мужчина.
     Он щедр. Он мил. Он добр.
     Король (опустошив карманы)
     Еще? Вот чертовщина!
     Берарда (продолжая)
     Он знатен, кажется. Изящно он одет.
     Блистает золото на кружевах манжет.
     (Протягивает руку)
     Король знаками показывает, что у него больше ничего нет.
     Бланш
     Нет, нет! Не надо мне твоих вельмож. Мне ближе
     Неопытный школяр и новичок в Париже,
     Хотя бы и бедняк.
     Берарда
     Я об заклад побьюсь, Что он простой школяр.
     (Про себя)
     Вот так дурацкий вкус!
     В мозгах у девочки все превратилось в кашу.
     (Пробует еще раз протянуть руку Королю)
     А этот юноша так любит милость вашу!
     Король делает вид, что не замечает.
     (про себя)
     Наш молодец иссяк. Нет платы - нет похвал.
     Бланш (по-прежнему не замечая Короля)
     О, только бы скорей воскресный день настал!
     Когда он далеко, что злей моей печали?
     Я помню этот миг: все мессы отзвучали,
     Он подошел ко мне, - а сердце так стучит!
     Я брежу день и ночь. Никто не облегчит
     Разлуки медленной. И только верю страстно:
     Мой образ перед ним проходит ежечасно.
     Лишь я одна царю и его душе. И он
     В другую женщину не может быть влюблен.
     И без меня ему не мило все живое,
     Ни отдых, ни игра!
     Берарда (в последний раз пытаясь получить что-нибудь от Короля)
     Ручаюсь головою.
     Король (снимает с пальца кольцо и протягивает ей)
     Кольцо за голову!
     Бланш
     Как бы хотелось мне
     Не в утренних мечтах, не в полуночном сне
     Увидеть пред собой...
     Король выходит из засады и бросается перед ней па колени. Она смотрит в
другую сторону.
     Сказать, смежая веки:
     "Будь счастлив! Радуйся! Тебя..."
     (Обернувшись,  видит  Короля,  стоящего  на  коленях,   и  в  изумлении
останавливается)
     Король (раскрывая ей объятия)
     "Люблю навеки!"
     Признайся, милая! Откинь ненужный страх!
     Как сладко прозвучит "люблю" в твоих устах!
     Бланш
     Берарда, милая!
     (испуганно ищет глазами Берарду, которая исчезла)
     Зачем же вы из сада
     Ушли?
     Король (на коленях)
     Но мы вдвоем. Нам целый мир ограда!
     Бланш (дрожа)
     Откуда, сударь, вы?
     Король
     Из ада иль с небес, -
     Архангел сверженный иль вознесенный бес, -
     Я полюбил тебя.
     Бланш
     О, пощадите, сударь!
     Пока не видели, ступайте прочь отсюда!..
     Король
     Уйти? Когда в руках любимую держу?
     Ты мне принадлежишь! И я принадлежу
     Тебе! Ведь ты сама...
     Бланш (смущенно)
     Он все слыхал!
     Король
     Конечно!
     Столь дивный благовест я мог бы слушать вечно!
     Бланш
     О, вы сказали все! Молю, ступайте прочь!
     Уйдите!
     Король
     Две судьбы соединила ночь.
     То двойственной звезды лучи над небосводом,
     И сердце девушки я разбудил приходом.
     Я послан божеством, чтобы открыть любви
     Твои уста, дитя, младые дни твои.
     Вглядись же, милая! Над нами солнце блещет.
     В нас пламя нежное ликует и трепещет.
     Наследственную власть смерть унесет с собой,
     Летучей славы гул умчит кровавый бой.
     Быть притчей многих уст, владея полвселенной,
     Стать императором - все человечье тленно.
     Но будет на земле рождаться вновь и вновь
     Одно лишь прочное - и это есть любовь.
     Бланш! Твой возлюбленный приносит счастье это.
     Его, пугливая, ждала ты, как расцвета.
     Жизнь - блещущий цветок. Любовь - его пчела.
     Голубка слабая в объятиях орла!
     Мощь служит грации опорой безмятежной.
     Пускай твоя рука в моей забылась нежно.
     Люби меня, люби!
     (Хочет ее обнять. Она борется с ним)
     Бланш
     Оставьте!
     Король прижимает ее к себе и целует.
     Берарда (в глубине сцены, про себя)
     Наконец!
     Король (про себя)
     Она моя!
     (Вслух)

     Скажи, что любишь!
     Берарда
     Вот наглец!
     Король
     Бланш, повтори опять!
     Бланш (опуская глаза)
     Вам самому понятно,
     Вы слышали.
     Король (снова страстно целуя ее)
     Мой рай!
     Бланш
     Я гибну безвозвратно!
     Король
     О нет, я счастье дам тебе!
     Бланш (вырываясь из его объятий)
     Вы мне чужой!
     Как вас зовут?
     Берарда (в глубине, про себя)
     Пора признаться, милый мой.
     Бланш
     Ведь вы не дворянин, надеюсь, не вельможа?
     Отец боится их.
     Король
     Конечно, нет! (Про себя)
     О боже, -
     Но кто?..
     (Старается придумать)
     Гоше Майе - увы, школяр простой
     И бедный.
     Берарда (тем временем пересчитывает полученное от Короля золото)
     Ловкий лжец!
     На улице появляются де Пьен и Пардальян в плащах, с потайным фонарем.
     Пьен
     Вот и ограда. Стой!
     Берарда (быстро спускается с террасы, тихо)
     Как будто там шаги!
     Бланш (в испуге)
     Там мой отец, наверно.
     Берарда (королю)
     Ступайте же!
     Король
     Уйти? А тот разлучник скверный
     Избегнет рук моих?
     Бланш (Берарде)
     Пусть выйдет он скорей
     На набережную!
     Король
     Уже расстаться с ней?
     Разлюбишь ведь!
     Бланш
     А вы?
     Король
     Любить я вечно буду.
     Бланш
     Нет, вы обманете. Мы поступили худо.
     Король
     Последний поцелуй в прекрасные глаза!
     Берарда (про себя)
     Вот бурный молодец! Не поцелуй - гроза!
     Бланш (слабо сопротивляясь)
     Уйди!
     Король целует ее, затем входит в дом вместе с Берардой. Бланш некоторое
время смотрит на дверь, в  которую они вышли, затем  тоже  входит в дом. Тем
временем улица наполняется вооруженными  дворянами в  плащах и масках. К  де
Пьену и де Пардальяну один за другим  присоединяются  де Горд, де  Коссе, де
Моншеню, де Брион, де Монморанси, Клеман Маро.  Ночь очень  темная. Потайной
фонарь  заговорщиков закрыт. Они  подают условные знаки и  показывают на дом
Бланш. За ними следует лакей, несущий лестницу.

     ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
     Дворяне, потом Трибуле, потом Бланш.
     Бланш  выходит из двери второго этажа на террасу, держа в  руках факел,
освещающий ее лицо.
     Бланш
     Гоше Майе! Навеки сердцу биться
     При этом имени!
     Пьен (другим дворянам)
     Вот и моя девица.
     Пардальян
     Посмотрим!
     Горд (пренебрежительно де Пьену)
     Поглядим твой выбор, трубадур
     Дворовых девушек и буржуазных дур!
     В это время Бланш поворачивается так,  что дворяне могут рассмотреть ее
лицо.
     Пьен (де Горду)
     Ну, что вы скажете?
     Маро
     Вот это буржуазка!
     Горд
     Вот это грация! Небесный ангел!
     Сказка!
     Пардальян
     Но как! В любовницах у Трибуле она!
     Притворщик!
     Маро
     Лучший приз на долю горбуна!
     Юпитер одобрял и не такую помесь!
     Бланш входит в дом. Виден только свет в ее окне.
     Пьен
     Мы дело разберем, с ней ближе познакомясь.
     Меж нами решено, что Трибуле мы мстим?
     Как не воспользоваться случаем таким?
     Приставить лестницу и, долго не гадая,
     Взобраться и украсть ее у негодяя -
     И прямо в Лувр; а там красотка поутру
     Его величеству придется по нутру!
     Коссе
     Возложит на нее король благие руки!
     Маро
     И дьявол их бери обоих на поруки!
     Пьен
     Вот это сказано!
     Горд
     За дело, господа!
     Входит Трибуле.
     Трибуле (в глубине сцены, задумчиво)
     Опять я тут... Зачем вернулся я сюда?
     Коссе
     Вы не находите, - блондинка иль брюнетка, -
     Король по женщинам всегда стреляет метко?
     А украдут его супружескую честь, -
     Что скажет он на то?
     Трибуле (сделав несколько шагов вперед)
     Таинственная весть -
     Проклятье старика! Или грозят мне беды?
     (Ночь настолько черна, что он  не  видит около себя де Горда и задевает
его, проходя мимо)
     Кто это?
     Горд (отшатывается в изумлении, тихо)
     Трибуле!
     Коссе (тихо)
     Достичь двойной победы! Убьем шута!
     Пьен
     О нет!
     Коссе
     Ручаюсь за успех!
     Пьен
     Над кем же завтра нам смеяться? Кончен смех!
     Горд
     Да, заколов шута, пересолим мы лихо!
     Коссе
     Но он мешает здесь!
     Маро
     Прошу я слова! Тихо!
     Сейчас улажу все!
     Трибуле (замер на месте и прислушивается)
     Здесь люди говорят!
     Маро (подходя к нему)
     Эй, Трибуле!
     Трибуле (грозным голосом)
     Кто здесь?
     Маро
     Наш небольшой отряд!
     Трибуле
     Кто это?
     Маро
     Я, Маро.
     Трибуле
     Темно, как в печке. Вы ли?
     Маро
     Сам дьявол на небо свои чернила вылил.
     Трибуле
     Зачем вы здесь?
     Маро
     Пришли мы в заговоре все -
     Украсть для короля красавицу Коссе.
     Трибуле (облегченно вздыхая)
     Вот здорово!
     Коссе (про себя)
     Сейчас ему сломаю кости!
     Трибуле (к Маро)
     Но как же к де Коссе вы попадете в гости?
     Маро (тихо к де Коссе)
     Давайте ключ.
     Де Коссе дает Маро ключ; тот передает его Трибуле.
     (К Трибуле)
     Смотри: вот это ключ дверной.
     Пощупай! Герб Коссе тут выдавлен резной.
     Трибуле (ощупывая ключ)
     Три рыбьих плавника.
     (Про себя)
     Я, видно, правда, олух!
     (Указывая на стену налево)
     Там особняк Коссе.
     (К Маро, возвращая ему ключ)
     Наш разговор недолог!
     Крадете вы жену у толстяка? Я ваш!
     Маро
     Мы в масках.
     Трибуле
     Маску мне!
     Маро надевает ему маску и поверх нее повязку, закрывающую уши и глаза.
     А что еще мне дашь?
     Маро
     Держи мне лестницу!
     Дворяне  приставляют  лестницу к террасе у балкона. Маро подводит к ней
Трибуле, которого заставляет держать ее.
     Трибуле (держа лестницу)
     Гм! Никого не вижу! Достаточно ли вас?
     Маро
     Темно во всем Париже!
     (Другим, смеясь)
     Любой из вас кричи и топочи за двух!
     Повязка хороша! Он сразу слеп и глух.
     Дворяне  подымаются по  лестнице, открывают дверь с террасы и входят  в
дом. Вскоре один из них снова спускается во двор и открывает дверь на улицу.
Затем появляются во дворе и остальные.  Они выносят  через эту дверь  Бланш,
полуодетую, с завязанным ртом, пытающуюся вырваться.
     Бланш
     Отец! На помощь! Ах! Отец! Ко мне!
     Голоса уходящих дворян
     Удача! (Скрываются вместе с Бланш)
     Трибуле (один у подножия лестницы)
     Устроили мне тут чистилище впридачу!
     Пора бы кончить им!
     (Подносит руку к маске, нащупывает повязку)
     А шутка-то горька!
     Глаза завязаны!
     (Срывает  повязку, при  свете брошенного  фонаря замечает, что на земле
что-то  белеет;  поднимает этот  предмет и узнает  покрывало  своей  дочери.
Обернувшись, видит, что лестница  приставлена к  его террасе и что дверь его
дома открыта. Вне себя, он вбегает  туда и через мгновение  выходит обратно,
волоча за собой, Берарду, полуодетую, с завязанным ртом. Он смотрит на нее в
отчаянии, потом начинает рвать  на себе волосы и издавать  нечленораздельные
вопли. Наконец к нему возвращается дар речи)
     Проклятье старика! (Падает без чувств)
     ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
     КОРОЛЬ

     Приемная  короля в  Лувре. Позолоченная резная мебель,  ковры  -  все в
стиле Возрождения. На переднем плане стол, кресла и складной стул. В глубине
большая позолоченная дверь. Слева дверь в спальню короля, завешенная ковром.
Справа открытый  буфет с золотой, украшенной эмалью посудой. Дверь и глубине
ведет в парк.

     ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
     Дворяне.
     Де Горд
     Придумаем конец ночному приключение.
     Пардальян
     Чтоб лопнул Трибуле от своего мученья,
     Не чувствуя, что здесь красавица его!
     Коссе
     Ищи любовницу, дурак! Но отчего
     Ему и не узнать? Видали нас дорогой!
     Моншеню
     Все слуги будут врать. Приказано им строго -
     Не видеть женщины, а про господ забыть.
     Пардальян
     Сумеет мой лакей любого с толку сбить,
     Послал я хитреца. Войдет к шуту - и слугам
     Расскажет, что видал, как увозили цугом
     Девицу в Сен-Дени в ночной туманный час,
     А девка будто бы кричала и дралась.
     Коссе (смеясь)
     От Лувра в Сен-Дени он хорошо отброшен!
     Горд
     Повязкой на глазах надолго огорошен!
     Маро
     Я написал ему, так дурачка дразня:
     (Вытаскивает лист и читает)
     "Твоя красавица со мной, ищи меня!
     Обшарь вселенную. Ручаюсь адским пеплом,
     Мы с ней вне Франции".
     Горд
     И подписался?
     Маро
     "Беглым".
     Все громко смеются.
     Пардальян
     Вдогонку кинется!
     Коссе
     Хотел бы я взглянуть!
     Пусть отправляется в свой безнадежный путь,
     Сжимая кулаки и злобно зубы стиснув.
     Зараз расплатимся с обидой ненавистной!
     Боковая дверь открывается. Выходит Король в  роскошном утреннем халате.
За ним -  де Пьен. Придворные расступаются и  обнажают головы.  Король и  де
Пьен хохочут.
     Король (показывая на дверь в глубине)
     Где? Там?
     Пьен
     Любовница шута!
     Король
     Ужель она?
     Ого! Любовницу украсть у горбуна!
     Пьен
     А может быть, жену?
     Король (про себя)
     Жену иль дочь! Прелестно!
     Семейство у шута? Мне это неизвестно.
     Пьен
     Угодно вам?
     Король
     Весьма!
     Де Пьен выходит и  через мгновение возвращается, ведя шатающуюся  Бланш
под вуалью. Король небрежно усаживается в кресло.
     Пьен (к Бланш)
     Красавица, для вас
     Бояться и дрожать еще наступит час
     Пред королем.
     Бланш (по-прежнему под вуалью)
     Король? Тот юноша? О небо!
     (Падает на колени перед Королем)
     Услышав  ее голос,  Король  вздрагивает  и  делает  знак присутствующим
выйти.

     ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
     Король, Бланш.
     Оставшись с нею вдвоем, Король отбрасывает вуаль, скрывавший ее лицо.
     Король
     Бланш! Вы!
     Бланш
     Гоше Майе!
     Король (смеясь)
     Кем бы еще я ни был, -
     Ошибка или нет, - я в упоенье вновь.
     Моя красавица! Мой рай! Моя любовь!
     Бланш (отступая назад)
     Нет, нет, король, оставьте!
     Мне трудно говорить. Мне трудно верить правде.
     Кто вы? Гоше Майе или король, увы?
     Но кем бы ни были, жалеть способны вы?
     (Снова опускается на колени)
     Король
     Способен ли жалеть? Боготворю безмерно,
     Все, что сказал Гоше, я повторю наверно.
     Любим тобой, люблю, - мы счастливы вдвоем.
     Готов любить тебя и во дворце своем.
     Ты думала, что я школяр или монашек?
     Но если жребий дал мне королевство наше,
     Раз я рожден таким, - не станешь ты, дитя,
     Бояться короля, мне за рожденье мстя.
     Ведь я не виноват, что не хожу с котомкой!
     Бланш (про себя)
     О, если б умереть! Как он смеется громко!
     Король
     Турнирам, праздникам, и танцам, и пирам,
     Любовным радостям и лесу по вечерам,
     Ста развлечениям, в полночи потаенным, -
     Верь участи такой! Она дана влюбленным.
     Мы два любовника, два друга, муж с женой.
     Всем суждено стареть. По чести, жизнь - дурной
     Обносок шелковый, потраченный с годами.
     Блестит он кое-где любовью, как звездами.
     Какой бы рванью жизнь без блесточек была!
     (Смеется)
     Я много размышлял про важные дела.
     Вот мудрость: господа благодарить почаще,
     Любить любимую и целоваться слаще!
     Бланш (потрясенная, отступает назад)
     О, где моя мечта? Совсем, совсем другой!
     Король
     Ты, верно, думала - я на любовь тугой,
     Угрюмый дурачок, что действует без пыла
     И хочет, чтоб его заранее любила
     Любая женщина, и, чтоб любовь снискать,
     Лишь вздохи жалкие умеет испускать.
     Бланш (отталкивает его)
     О, как несчастна я! Оставьте!
     Король
     Как! Тягаться
     Со всею Францией в цвету ее богатства?
     С пятнадцатью людских мильонов позади?
     Все наше. Все для нас. Мы их король.
     Гляди! Мой суверенный блеск ужели ты осудишь?
     Бланш! Если я король, ты королевой будешь!
     Бланш
     Но есть у вас жена!
     Король (смеясь)
     Ты глупенькая, да?
     Жена любовницей бывает не всегда.
     Бланш
     Любовницею стать? О стыд!
     Король
     Как это гордо!
     Бланш
     Не ваша, а отца! Мое решенье твердо!
     Король
     Отец твой - мой горбун. Да, только и всего!
     Мой шут! мой Трибуле! Он создан для того,
     Чтоб волю исполнять мою!
     Бланш (горько плачет, обхватив голову руками)
     О боже правый! Все вам принадлежит?
     (Рыдает)
     Король бросается к ее ногам, чтобы утешить.
     Король (с некоторой нежностью)
     Не плачь! Рассудим здраво.
     Ты так мне дорога! Дай руку.
     Бланш
     Никогда!
     Король (ласково)
     Но любишь все-таки? Скажи еще раз "да"!
     Бланш
     Нет, ни за что!
     Король
     Тебя невольно я обидел!
     О, лучше и этих слез я никогда не видел!
     Столь милые черты печалью омрачить!
     Уж лучше умереть! Мне королем прослыть
     Без чести рыцарской, без доблести и жара -
     Вот это было бы заслуженною карой.
     Заставить женщину так плакать, - о позор!
     Бланш (рыдая, растерянно)
     Так, значит, - все игра, что было до сих пор?
     Скорей к отцу, чтоб жизнь его не стала адом!
     Пустите же меня. Мое жилище - рядом
     С особняком Коссе. Известно вам оно...
     Но кто вы? Не пойму я, кто вы! Все равно!
     Как унесли меня! Кричали как беспутно!
     Все это, как во сне, я вспоминаю смутно.
     (Плачет)
     Все спуталось... Но я считала вас добрей.
     (В ужасе отступает)
     Но вы - король! Любовь? Я плачу и о ней.
     Король (пытается ее обнять)
     Я вам внушаю страх?
     Бланш (отталкивая его)
     Оставьте!
     Король (борется с ней)
     В знак прощенья -
     Один лишь поцелуй!
     Бланш (отбиваясь)
     Нет!
     Король (смеется про себя)
     Что за отвращенье!
     Бланш (вырывается из его рук)
     Но трогайте! Вот дверь...
     (Замечает отворенную в спальню  Короля дверь, кидается в нее и запирает
за собой)
     Король (вынимает из-за пояса золотой ключ)
     Ключ от которой - тут!
     (Отпирает ту же  дверь, быстро входит  в спальню  и  запирает  за собой
дверь на ключ)
     Маро (в течение некоторого времени уже наблюдавший  из двери в глубине,
смеясь)
     Ей в спальне короля пощады не дадут!
     Несчастное дитя!
     (Зовет де Горда)
     Эй, граф!
     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
     Маро, потом придворные, затем Трибуле.
     Горд (к Маро)
     Что за тревога?
     Маро Лев потащил уже ягненочка в берлогу.
     Пардальян (прыгая от радости)
     Бедняга Трибуле!
     Пьен (оставшийся у двери и следивший за происходящим снаружи)
     Тсс! Вот он.
     Горд
     Тишина!
     Не выдавать игры - и месть завершена.
     Маро
     Он может одного меня считать виновным -
     Со мной он говорил.
     Пьен
     Останьтесь хладнокровным!
     Входит  Трибуле. Ничего  с виду в  нем  не  изменилось. У  него обычный
шутовской наряд, обычное безразличие, но он очень бледен.
     Пьен (как бы продолжая начатый разговор и делая знаки молодым дворянам,
которые при виде Трибуле едва удерживаются от смеха)
     Здорово, Трибуле! - Так вот что, господа:
     Еще один куплет прибавим мы сюда.
     (Поет)
     Бурбон, Марсель увидя,
     Своим солдатам рек:
     "О боже, кто к нам выйдет,
     Лишь ступим за порог?"
     Трибуле (продолжая песню)
     То спуски, то подъемы:
     Ах, горы не легки.
     Дошли, но даже дома
     Свистели в кулаки.
     Смех, иронические аплодисменты.
     Все
     Прекрасно!
     Трибуле (медленно выходит на авансцену, про себя)
     Где она?
     (Продолжает петь)
     Дошли, но даже дома
     Свистели в кулаки.
     Горд (аплодируя)
     Эй, браво, Трибуле!
     Трибуле (разглядывая смеющиеся вокруг лица, про себя)
     Причастны и они! Все ясно!
     Коссе (ударив Трибуле по плечу, с зычным хохотом)
     На земле
     Есть новости, дурак?
     Трибуле (остальным, показывая на де Коссе)
     Смеется, как хоронит.
     (передразнивая де Коссе)
     Есть новости, дурак?
     Коссе
     В запасе ничего нет?
     Трибуле (оглядев его с головы до ног)
     Одно: хотите быть еще милее впредь -
     Старайтесь поскорей от скуки умереть!
     В  течение  всей  первой  части  этой  сцены  у  Трибуле  вид  человека
наблюдающего, ищущего, выведывающего. Почти все время только взгляд выражает
это. Но когда ему кажется, что никто на него не смотрит, он передвигает стул
или трогает дверную  ручку, желая узнать, но заперта ли дверь. Но говорит он
со  всеми,  как  всегда,   насмешливым,  беспечным,  непринужденным   тоном.
Придворные пересмеиваются между собой и обмениваются знаками, разговаривая о
разных вещах.
     Трибуле (про себя)
     Тут где-то спрятали... Спроси их только - встречу
     Сейчас же смех.
     (Весело подходит к Маро)
     Маро! Какой был скверный вечер!
     Ты все же насморка не получил вчера?
     Маро (прикидывается удивленным)
     Вчера?
     Трибуле (подмигивая, с понимающим видом)
     Я очень рад. Чем кончилась игра?
     Маро
     Игра?
     Трибуле (кивает головой)
     Ну да!
     Маро (с невинным видом)
     Всю ночь, без свеч и без пирушки,
     Как некий праведник, храпел я на подушке
     И встал здоров и свеж, едва взошла заря.
     Трибуле
     Ты, значит, дома был? Привиделось мне зря!
     (замечает на столе платок и бросается к нему)
     Пардальян (тихо, де Пьену)
     Он на моем платке разглядывает метку.
     Трибуле (бросает платок)
     Нет, это не ее!
     Пьен (нескольким молодым людям, смеющимся в глубине)
     Спокойно!
     Трибуле (про себя)
     Где же детка?
     Пьен (де Горду)
     Над чем смеялись вы?
     Горд (показывая на Маро)
     Вот, черт возьми, остряк!
     Он всех нас рассмешил!
     Трибуле (про себя)
     Что веселятся так?
     Горд (к Маро, со смехом)
     Не смей невежливо смотреть!
     Тебе на плечи Я брошу Трибуле и шею искалечу.
     Трибуле (де Пьену)
     Еще не выходил король?
     Пьен
     Конечно, нет.
     Трибуле
     И не стучал еще из спальни в кабинет?
     (Подходит к двери)
     Де Пардальян его удерживает.
     Пардальян
     Не разбуди его величества!
     Горд (де Пардальяну)
     Послушай! Сейчас наглец Маро нас сказкой тешил душу:
     Три мужа, возвратясь, - откуда, знать нельзя, -
     Как он рассказывал, вы помните, друзья? -
     Застали жен своих с другими...
     Маро
     Не найдя их!..
     Трибуле
     Заботится у нас мораль о негодяях!
     Коссе
     Все жены неверны!
     Трибуле (к де Коссе)
     Эй, берегитесь!
     Коссе
     Как?
     Трибуле
     Страшитесь, де Коссе!
     Коссе
     Чего?
     Трибуле
     Я вижу знак, -
     Горит у вас на лбу. Подвиньтесь ближе к свету.
     Коссе
     Но что же?
     Трибуле (смеясь ему в лицо)
     Узнаю, чем кончат сказку эту!
     Коссе (взбешенный, угрожающим тоном)
     Га!
     Трибуле
     Вот он, господа! Вот любопытный зверь!
     Он знатно разъярен и зарычал теперь.
     (передразнивая Коссе)
     Га!
     Общий смех. Входит Дворянин из свиты королевы.
     Пьен
     Что вы, Водрагон?
     Дворянин
     Я послан госпожою,
     Ее величеством. Есть у нее большое
     Желанье с королем беседовать тотчас.
     Де Пьен знаками показывает ему, что это невозможно. Тот настаивает
     Пьен (нетерпеливо)
     Король еще не встал.
     Дворянин
     Неверно! Среди вас
     Он появлялся ведь?
     Раздражение  де  Пьена  растет. Он  продолжает  делать  знаки,  которых
Дворянин не понимает, но Трибуле внимательно наблюдает за ним.
     Пьен
     Он на охоте.
     Дворянин
     Что вы!
     Пажи не вызваны, борзые не готовы
     На псарне.
     Пьен (про себя)
     Дьявол!
     (прямо в глаза дворянину, гневно)
     Речь моя вполне ясна:
     Сегодня никого не примут.
     Трибуле (внезапно, громовым голосом)
     Здесь она!
     Там, с королем она!
     Придворные поражены.
     Горд
     Сошел с ума несчастный!
     Трибуле
     Что я сказать хочу, всем вам должно быть ясно!
     Вы скверно сделали, сказав мне: прочь, дурак!
     Вы все, Коссе и Пьен, весь сатанинский мрак,
     Брион, Монморанси, сознайтесь: не вчера ли
     Из дома моего вы женщину украли?
     И Пардальян и вы там были, но сейчас
     Вы прячете ее здесь, в Лувре! Знаю вас!
     Пьен (хохочет)
     Его любовница! Звезда среди красавиц
     Или уродина!
     Трибуле (грозно)
     Там дочь моя, мерзавец!
     Все
     Дочь!
     Все выражают изумление
     Трибуле (скрестив руки на груди)
     Это дочь моя! Посмейтесь, господа!
     Что ж онемели вы? Странна моя беда?
     Был шут - и вдруг отец! И дочерью гордится!
     У волка дикого волчонок ведь родится.
     И у меня могла родиться дочь. Ну что ж!
     (повышая голос)
     Вам шутка нравилась. Конец ее хорош.
     Эй, вы, отдайте дочь! Пускай себе бормочут,
     Пусть шепчут на ухо об этом иль хохочут.
     А мне плевать на вас. Вы победили, мстя.
     Эй, вы, придворные, отдать мое дитя!
     (бросается к двери)
     Ведь там она!
     Дворяне становятся перед дверью, преграждая ему путь.
     Маро
     Сошел с ума и лезет драться.
     Трибуле (в отчаяньи отступает)
     Придворные льстецы! Орда лакеев! Братство
     Бандитов! Все они украли дочь мою.
     Что женщина для них? О, я их узнаю!
     Но, к счастью, наш король такой увенчан грязью,
     Что жены всех вельмож во всем разнообразье
     Ему принадлежат. Девичья честь - ничто!
     Столь глупой роскоши не признает никто.
     Любая женщина - угодье, вид оброка,
     Что королю мужья выплачивают к сроку,
     Источник милости, - не очень ясно, чьей, -
     И путь разбогатеть в любую из ночей
     И в люди вылезти, достоинством торгуя!
     (Глядя пристально им в глаза)
     Есть хоть один меж вас, кто бы сказал, что лгу я?
     Все правда, господа! В беспутном дележе
     Готовы вы продать - иль продали уже -
     За титул, за кусок, за дрянь любого рода
     (де Пардальяну)
     Ты - мать!
     (Де Бриону)
     А ты - жену!
     (Де Горду)
     А ты - сестру бы продал!
     Один из пажей (наливает себе стакан вина и пьет, напевая)
     Нурбон, Марсель увидя,
     Своим солдатам рек:
     "О боже, кто к нам выйдет..."
     Трибуле
     Кто выйдет, Обюссон, не знаю, - но вобью
     Я в горло твой стакан и песенку твою!
     (Ко всем)
     Испанский гранд и пэр, чей старый титул громок, -
     О стыд! - Вермандуа, династии потомок;
     Брион, чей прадед был Миланским дуком; вы,
     Де Горд и Пардальян, любимчики молвы;
     И сам Монморанси, цвет общества людского, -
     Вы все украли дочь у бедняка такого!
     Но не пристали вам, сынам таких родов,
     Столь низкие сердца под вывеской гербов.
     Иль вы не рыцари? Иль мать вас не рожала?
     Иль конюха она пред этим обнимала?
     Ответьте, выродки!
     Горд
     Эй, шут!
     Трибуле
     Где серебро?
     Король ведь заплатил вам за мое добро?
     Почем на каждого?
     (Рвет на себе волосы)
     Все вместе с ней теряю!
     А если б захотел?.. Она дороже рая.
     Он заплатить бы рад!
     (Глядя на всех)
     Или хозяин ваш
     Воображает, что возьму я, что ни дашь?
     Он в силах титулом покрыть мое уродство?
     Или убрать мой горб, даря мне благородство?
     Ад! Он купил меня живьем! Его дела
     Жестоки и низки. Его игра подла.
     Убийцы, рыцари больших дорог, сеньоры,
     Мучители детей и женской чести воры!
     Где дочь моя? Она нужна мне! Я хочу
     Знать наконец, когда ребенка получу!
     Смотрите! Вот рука. Она не знаменита -
     Орудье бедняка... мозолями покрыта...
     И вот, вам кажется, что безоружна месть.
     Нет шпаги у меня - но когти все же есть!
     Я ждал достаточно. Всему есть мера, право!
     Откройте эту дверь! Сейчас же!
     Снова в ярости  бросается на  дверь,  защищаемую  всеми  дворянами.  Он
борется  нисколько мгновений,  потом  отходит к авансцене  и  подает там  на
колени, измученный, без сил.
     Всей оравой
     На одного меня!
     (Заливаясь слезами)
     Я плачу, наконец!
     (К Маро)
     Маро, ты разыграл меня. Ты молодец!
     Есть у тебя душа, живое дарованье,
     И сердце бедняка есть под ливрейной рванью...
     Где спрятали ее? Что с нею? Как узнать?
     Она ведь тут? Скажи! Нас окружает знать,
     Но побеседуем по-братски. Это можно.
     Ведь ты же умница средь челяди вельможной!
     Маро! Добряк Маро! Но ты молчишь!
     (Ползет на коленях к вельможам)
     И вы
     Простите мне за все! Я ползаю, увы!
     Я болен, я устал. Молю, имейте жалость!
     Бывало, я острил. Была обидна шалость.
     Но если б знали вы, какая боль в спине!
     Как скрючен я горбом! Но это в стороне!
     Плохие дни у всех бывают, - а уродам
     Они простительны. Служил я год за годом.
     Я шут заслуженный. Прошу я, наконец,
     Пощады. Вам нельзя ломать свой бубенец!
     Над глупым Трибуле смеялись вы так часто.
     Мне нечего сказать и больше нечем хвастать.
     Отдайте, господа, сокровище мое!
     Тут, в спальне короля, вы заперли ее.
     Где девочка моя? Пощады! Ваша милость!
     Мне делать нечего, когда не сохранилась
     Она, мое дитя. Судьба моя горька.
     Все разом отнято сейчас у старика.
     Все продолжают молчать. В отчаянии он поднимается.
     Смеются иль молчат! И это все? О боже!
     Вам весело смотреть, как с содранною кожей
     Оплакивает шут погубленную дочь,
     Как рвет он волосы, что поседели в ночь!
     Внезапно дверь  королевской спальни открывается.  Оттуда выходит Бланш,
растерянная, одежда  ее в  беспорядке;  с отчаянным  криком она  бросается к
отцу.
     Бланш
     Отец!
     Трибуле
     О, вот она! Мой дорогой ребенок!
     Вот девочка моя! Опора плеч согбенных!
     Столь невиновная в несчастии сама!
     (Его душат слезы и нервный смех)
     Поверьте, господа, я не сошел с ума,
     И плачущим навзрыд я на люди не выйду.
     И с этой девочкой, такою кроткой с виду,
     Что стоит посмотреть - и лучше станешь сам,
     Я воли не даю своим смешным слезам.
     (Бланш)
     Не бойся ничего! Ведь это чья-то шутка.
     Смеются - и пускай! Конечно, было жутко!
     Они добры, честны. Раз я люблю тебя, -
     Дадут нам жить вдвоем, спокойно и любя.
     (Вельможам)
     Ведь так?
     /i>(Бланш, обнимая ее)
     Но ты со мной! Какое счастье снова!
     О, я готов забыть все, что случилось злого,
     Недавно плакавший смеяться не устал,
     И потерявший все еще богаче стал.
     (Глядя на нее с беспокойством)
     Ты плачешь, но о чем?
     Бланш
     (пряча в руках пылающее и заплаканное лицо)
     Кто эту тяжесть снимет? Стыд!
     Трибуле
     Что сказала ты?
     Бланш
     (прячет лицо у него на груди)
     О нет, не перед ними! Вам одному.
     Трибуле
     (дрожа от гнева, поворачивается к королевской двери)
     Ага! Насильник! И ее!
     Бланш
     (с рыданием бросается к его ногам)
     Останемся вдвоем!
     Трибуле
     (в  три  прыжка  бросается  к озадаченным вельможам  и расталкивает  их
пинками)
     Ступайте вон, зверье!
     И ежели король к вам постучит иль даже
     Пройдет поблизости...
     (Обращается к Вермандуа)
     Вы, кажется, из стражи?
     Скажите, чтоб не смея входить! Еще я здесь!
     Пьен
     Вот полоумный шут! Смотри, какая спесь!
     Горд
     (придерживая его движением руки)
     Младенцам и шутам не возражать пристойно,
     Но надо их стеречь!
     Они выходят.
     Трибуле
     (садится в кресло Короля и подымает дочь с полу)
     Поговорим спокойно!
     Теперь скажи мне все!
     (Обернувшись, замечает, что де Коссе остался. Наполовину приподнявшись,
показывает ему на дверь)
     Вы слышали? Назад!
     Коссе (пятится, подчиняясь властному тону Трибуле)
     Им все позволено! Шуты еще грозят!
     (Уходит)
     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
     Трибуле, Бланш
     Трибуле (мрачно)
     Ну, говори теперь.
     Бланш (опустив глаза и прерывая речь слезами)
     Должна я, очевидно,
     Вам рассказать, как в дом пробрался он.
     Мне стыдно!
     Трибуле обнимает ее и нежно вытирает ей слезы.
     Уже давно... Хочу начать издалека...
     Меня преследовал... Нет, память не легка...
     Он молча шел за мной. -
     Нет, надо вам заметить,
     Что в церкви суждено его мне было встретить.
     Трибуле
     Да! Короля!
     Бланш (продолжает)
     Скамью он придвигал ко мне,
     Чтоб быть замеченным в церковной тишине...
     (Голос ее все более и более слабеет)
     Вчера он к нам пришел, сумел проникнуть сразу...
     Трибуле
     Избавлю я тебя от тяжкого рассказа. Все уж отгадано!
     (Подымается)
     О горе! Боже мой!
     Посмел он заклеймить чело твое чумой!
     Дыханьем осквернил тобою полный воздух!
     И грубо оборвал венец твой в юных звездах!
     Мое убежище, где я - слуга ничей!
     Заря, будившая меня от всех ночей!
     Душа моей души, что доброту мне дала
     И на бесчестие благой покров кидала,
     Приют, что я нашел, отверженный для всех,
     Небесный ангел мой, крепчайший мой доспех -
     Погибла, брошена в болоте непролазном.
     Разбит святой венец, что я считал алмазным.
     Чем же теперь мне стать? Найду ли ремесло?
     Что делать при дворе, где торжествует зло,
     Где я всегда встречал одно искусство блуда,
     Да наглость пьяную, да - морду лизоблюда?
     Ведь раньше только ты, невинная краса,
     Могла порадовать еще мои глаза!
     Да, я покорен был, я принял эту участь,
     Всей этой гнусностью по долгу службы мучась.
     Пусть чванство я встречал в развратнике любом,
     Слыхал кичливый смех над горем, над горбом, -
     Я жребием моим, что со стыдом был смешан,
     Вполне доволен был, - я ею был утешен.
     Алтарь там воздвигал, где строят эшафот.
     Но мой алтарь разбит! Ты не напрасно плачешь
     И личико в смятенье горьком прячешь.
     Плачь больше, плачь еще! Часть горя иногда
     От слез девических проходит без следа.
     И если можешь ты, отдай отцу все горе!
     (Задумчиво)
     Вот только сделаю, что следует, - и вскоре
     Покинем мы Париж. О, только б ускользнуть!
     (По-прежнему задумчиво)
     В один короткий день так изменить свой путь!
     (в ярости поднимается)
     Проклятье! Кто бы мог мне предсказать недавно,
     Что этот подлый двор, беспутный и бесславный,
     Способный женщину с ребенком растоптать,
     Бегущий от всего, в чем божья благодать,
     Неслыханно легко творящий безобразья
     И запятнавший все своей кровавой грязью, -
     Что он дойдет еще до мерзости такой
     И загрязнит тебя холодною рукой!
     (Оборачивается к королевской двери)
     Ты, Франсуа-король! Прошу я ныне бога,
     Чтоб оступился ты! Крута твоя дорога!
     Чтоб он открыл твой склеп, да рухнешь ты туда!
     Бланш
     (подымая глаза к небу, про себя)
     Не слушай, господи! Люблю его всегда!
     Шум  и  шаги  в  глубине.  На  галерее  показывается  группа  солдат  с
дворянами. Впереди де Пьен.
     Пьен (зовет)
     Эй, Моншеню, поднять решетку. Гость объявлен.
     Сейчас в Бастилию де Сен-Валье отправлен.
     Солдаты  по двое  проходят  в  глубину.  Окруженный ими  де  Сен-Валье,
поравнявшись с дверью, останавливается и обращается к комнате Короля.
     Сен-Валье (громко)
     Обиду я нанес особе короля,
     Свое отчаянье хоть этим утоля.
     Но, прокляв короля, не услыхал ответа.
     Ни молнии с небес, ни друга в мире нету.
     Он будет жить. Не жду я вести дорогой.
     Трибуле (подымая голову и смотря ему в лицо)
     Граф! Ошибаетесь.
     3а вас отмстит другой.
     ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
     БЛАНШ

     Пустынный берег  Сены, пониже Сен-Жермена.  Направо - лачуга,  нищенски
обставленная  глиняной посудой, дубовыми скамейками. Во втором этаже чердак,
где сквозь окно можно разглядеть убогое ложе. Зритель видит всю внутренность
дома: стол, камин и в глубине крутую лестницу, ведущую на чердак. В левой от
актеров стене дома проделана дверь, выводящая  прямо на  улицу.  Стена плохо
сложена, в  ней трещины и щели, сквозь которые легко видеть все происходящее
внутри. В  двери потайное окошко, закрытое решеткой. Дверь перекрыта снаружи
навесом, над  ней  вывеска  харчевни. Остальную часть, сцены занимает берег.
Слева  - ветхий, полуразрушенный парапет, под которым течет  Сена. В парапет
вделана стойка для колокола. На заднем плане, за рекой - лес Везине. Справа,
за поворотом реки - холм и городок Сен-Жермен с замком вдали.

     ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
     Трибуле и Бланш - снаружи, Сальтабадиль -  внутри. В  течение всей этой
сцены у  Трибуле тревожный, обеспокоенный  вид человека, боящегося,  что ему
помешают, заметят его, застанут врасплох. Он часто оглядывается по сторонам,
больше всего поглядывая на лачугу. Сальтабадиль сидит на столе в  харчевне и
чистит свою портупею, не слыша ничего, что происходит вокруг.
     Трибуле
     Его ты любишь?
     Бланш
     Да.
     Трибуле
     Я думал - подожду,
     И выветрится страсть, рожденная в бреду.
     Бланш
     Люблю.
     Трибуле
     Вот женская причуда! Если можно,
     Хоть объясни, за что.
     Бланш
     Не знаю.
     Трибуле
     Это ложно
     И дико!
     Бланш
     Никогда! Один я знаю суд,
     И этот суд - любовь. Пускай мне жизнь спасут,
     Пускай любой другой к моим ногам положит
     Богатство, почести и славу, - не поможет:
     Я сердца не отдам. А он? Пускай ему
     Я злом обязана, - иного не приму
     Я жребия. Того, что было, не забуду,
     И если жизнь мою отдать должна я буду
     За вас двоих - врага и друга моего, -
     Отец, как и за вас, умру я за него.
     Трибуле
     Прощаю, девочка.
     Бланш
     Меня он любит тоже.
     Трибуле
     Он? - Глупая!
     Бланш
     Да, да! Клялся он славой божьей.
     К тому же он красив, и смелый разговор
     Так за сердце берет, и этот пылкий взор
     Для каждой женщины так нежен и прелестен!
     Король блистательный и храбрый!
     Трибуле (в гневе)
     Он бесчестен!
     Но не похвалится, - как ни внушай нам страсть, -
     Что безнаказанно мог жизнь мою украсть!
     Бланш
     Но вами он прощен!
     Трибуле
     Простил я святотатца?
     Он должен в западню еще у нас попасться!
     Час пробил!
     Бланш
     Месяц уж, как я горю в огне...
     Он прежде был вам мил.
     Трибуле
     Да, так казалось мне.
     (Яростно)
     Отмщу я за тебя!
     Бланш (умоляюще)
     Отец, прошу пощады!
     Трибуле
     Почувствуешь ли ты хоть легкую досаду,
     Узнав, что он солгал?
     Бланш
     Не верю. Нету лжи.
     Трибуле
     Когда увидишь все глазами, - о, скажи, -
     Не перестанешь ты его любить напрасно?
     Бланш
     Не знаю. Он клялся, что обожает страстно.
     Так он сказал вчера.
     Трибуле (с горечью)
     Когда же?
     Бланш
     Вечерком.
     Трибуле
     Смотри же! Из двоих тебе один знаком.
     Указывает Бланш на одну из щелей в стене; она смотрит.
     Бланш (тихо)
     Но там один!
     Трибуле (тоже понизив голос)
     Смотри!
     Король в платье простого офицера появляется  в низком зале харчевни. Он
вошел через маленькую дверь из соседней комнаты.
     Бланш (вздрогнув всем телом)
     Отец, куда мне скрыться?
     В течение всей  последующей  сцены она,  как  бы  прикованная к стенной
щели,  смотрит  и  слушает  все,  происходящее  внутри.  К   остальному  она
безучастна. Иногда ее охватывает судорожная дрожь.

     ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
     Те же, Король, Магелона.
     Король ударяет  Сальтабадиля  но плечу. Тот оборачивается, прервав свое
занятие.
     Король
     Две вещи!
     Сальтабадиль
     Чем служить?
     Король
     Стаканом и сестрицей!
     Трибуле
     Вот он каков, король, по милости небес!
     В лихое логово, рискуя всем, залез.
     От скверного вина ему да будет скверно,
     Да напоит его богиня сей таверны!
     Король (в харчевне, поет)
     Красотки лицемерят,
     Безумен, кто им верит.
     Измены их легки,
     Как в мае ветерки.
     Сальтабадиль  молча  приносит из  соседней  комнаты бутылку и  стакан и
ставит их  на стол. Затем дважды стучит в  потолок рукоятью шпаги.  По этому
сигналу с лестницы  спускается  вприпрыжку хорошенькая, ловкая  и  смеющаяся
девушка, одетая по-цыгански.  Как  только  она  появляется,  Король пытается
обнять ее, но она уклоняется.
     Король (Сальтабадилю, опять принявшемуся за чистку портупеи)
     Приятель, пояс свой до блеска доведи
     На улице. Ступай и больше не входи.
     Сальтабадиль
     Понятно.
     Сальтабадиль подымается, неуклюже кланяется королю и выходит, закрыв за
собой дверь. Он замечает Трибуле и подходит к  нему с  таинственным видом. В
то  время  как  они  обмениваются короткими словами,  девушка  заигрывает  с
Королем; Бланш наблюдает с ужасом.
     Сальтабадиль (показывая пальцем на дом, тихо)
     Как решим? Он в доме. Нож наточен.
     Чтоб умер или жил?
     Трибуле
     Не удаляйся очень!
     (Делает ему знак уйти)
     Сальтабадиль   исчезает  за  старым  парапетом.  В  это  время   Король
любезничает с цыганкой, а та, смеясь, отбивается.
     Магелона
     Ни-ни!
     Король
     Я только что хотел обнять тебя -
     И стала драться ты. "Ни-ни" - звучит любя.
     "Ни-ни" - большой успех. Поговорим о деле.
     Цыганка подходит.
     Не убегай. Смотри. Прошла уже неделя,
     Как в ту харчевенку я с Трибуле пришел
     И черноглазую цыганку там нашел.
     Неделю, девочка, тебя я обожаю -
     Тебя одну.
     Магелона (смеясь)
     Хо-хо! Вот черт! Воображаю!
     О двадцати других забыл ты, молодец!
     Король (смеется тоже)
     Я был несчастием дли двадцати сердец.
     Я был чудовищем!
     Магелона
     Хвастун!
     Король
     Поверь, как другу!
     Но вот ты привела меня в свою лачугу,
     В поганый свой шинок, где скверная еда
     И скверное вино и где твой брат-балда, -
     Наверно, страшный плут (так, кажется, похоже), -
     Свою противную показывает рожу. Пускай!
     Я эту ночь здесь проведу с тобой.
     Магелона (про себя)
     Наверно не уйдешь!
     Король снова хочет ее обнять.
     Оставьте!
     Король
     Вот так бой!
     Магелона
     Веди себя умней!
     Король
     Скажу умно и кратко:
     Люби любимую и с ней целуйся сладко.
     Так проповедовал покойник Соломон.
     Магелона
     Ты не в проповедях, скорей в шинке умен!
     Король (тянется к ней)
     Послушай!
     Магелона (ускользает от него)
     Завтра!
     Король
     Стол я опрокину, девка, -
     Посмей лишь повторить! Несносная издевка!
     Про завтра говорить красотки не должны!
     Магелона (внезапно смиряется и весело садится за стол рядом с королем)
     Изволь! Помиримся.
     Король (берет ее за руку)
     Как пальчики ножны.
     Не ласками других я ныне озабочен.
     Нет ласки для меня нежней твоих пощечин.
     Магелона (с довольным видом)
     Смеетесь!
     Король
     Никогда!
     Магелона
     Я безобразна!
     Король
     Нет!
     Сама должна ты знать, как сладок твой расцвет.
     Я весь в огне! Иль ты не знаешь, как мгновенно
     Влюбляется в красу такой, как я, военный!
     Уж если к женщине склоняет взоры он,
     То сразу треск и жар - и весь испепелен!
     Магелона (хохочет)
     Вы в книжке это все, наверно, прочитали!
     Король (про себя)
     Возможно!
     (Громко)
     Поцелуй!
     Магелона
     Вы сразу пьяным стали!
     Король (с улыбкой)
     От страсти!
     Магелона
     Подняли меня вы на смех, да?
     Приятный весельчак, повеса!
     Король
     Никогда!
     (целует ее)
     Магелона
     Ну, хватит!
     Король
     Мы с тобой поженимся.
     Магелона (смеясь)
     Дай слово!
     Король
     Красотка! Милая! Как разговор твой ловок!
     (Сажает ее к себе на колени и говорит ей что-то совсем тихо)
     Магелона  смеется  и  кривляется. Бланш больше не  в силах вынести. Она
оборачивается, бледная и дрожащая, к неподвижному Трибуле.
     Трибуле (сначала смотрит на нее молча)
     Что скажешь ты теперь о мщении, дитя?
     Бланш (с трудом выговаривая слова, очень тихо)
     Неблагодарный лжец! О боже, так шутя
     Он предает меня! Как бьется сердце! Значит,
     Нет у него души. Он ей переиначит
     Те самые слова, что мне шептал в ночи.
     (Прячет голову на груди отца)
     И эта наглая с ним будет...
     Трибуле (мрачным голосом, тихо)
     Помолчи!
     Не плачь и предоставь мне действовать.
     Бланш
     Пусть будет
     По-вашему.
     Трибуле
     Идет!
     Бланш
     Пускай нас бог рассудит! Что вы задумали?
     Трибуле (пылко)
     Готова западня.
     Но не выспрашивай - задушит гнев меня.
     Ступай домой. Возьми побольше денег прежде -
     И прямо на коня. Скачи в мужской одежде,
     Не останавливаясь, до Эвре. Надень
     Ботфорты, шляпу, плащ. Приеду через день.
     Все платье собрано в том сундуке, что рядом
     С портретом матери. Тебе искать не надо.
     И конь твой под седлом. Исполни мой приказ.
     Смотри же, Бланш! Назад не возвращайся! Помни!
     Ступай.
     Бланш
     А вы, отец?
     Трибуле
     Нельзя вернуться в дом мне. (Обнимает ее и делает знак уйти)
     Бланш
     Мне страшно!
     Трибуле
     Встретимся мы скоро!
     (Обнимает ее)
     Бланш удаляется нетвердыми шагами.
     Не грусти.
     В  продолжение всей  этой сцены  и  следующей  любовная  игра  и  тихий
разговор между Королем я Магелоной продолжаются.  Как только Бланш скрылась,
Трибуле  подходит  к  парапету  и  делает  знак.  Появляется   Сальтабадиль.
Смеркается.

     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
     Трибуле, Сальтабадиль - снаружи, Магелона, Король - в доме,
     Трибуле считает золото; Сальтабадиль смотрит.
     Трибуле
     Вот десять. Я вперед плачу из двадцати.
     (Перед тем как вручить золото, останавливается)
     Он здесь останется всю ночь?
     Сальтабадиль (перед тем как ответить, разглядывает небо)
     Какие тучи!
     Трибуле (про себя)
     Конечно, Лувр ему давно уже наскучил
     Сальтабадиль
     И часу не пройдет, польет как из ведра.
     Задержат молодца и ливень и сестра.
     Трибуле
     Я к полночи вернусь.
     Сальтабадиль
     Что вам мешаться в дело?
     Я справлюсь с ним один и брошу в Сену тело.
     Трибуле
     Нет, нет! Я брошу сам.
     Сальтабадиль
     Извольте. Через час
     Зашью его в мешок и притащу для вас.
     Трибуле (отдает ему золото)
     Возьми. И столько же за мной по обещанью.
     Сальтабадиль
     Как имя молодца, скажите на прощанье!
     Трибуле
     Ах, имя! Хочешь знать как будто и меня?
     Он - смертный грех. Я - казнь. Вот наши имена.
     (Уходит)
     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
     Те же, без Трибуле.
     Сальтабадиль, оставшись один, смотрит на небо, на которое набегают
     тучи со стороны Сен-Жермена. Уже почти что ночь. Молнии.
     Сальтабадиль
     Идет гроза. Париж весь под свинцовой тучей.
     Не видно ни души на берегу. Тем лучше!
     (Задумчиво)
     А если рассудить по чести эту вещь, -
     Черт бы их взял. Не то вид горбуна зловещ,
     Не то мне самому чего-то тут неловко.
     (Смотрит на небо и качает головой)
     Король в это время весело болтает с Магелоной.
     Король (пытаясь обнять ее за талию)
     Послушай, милая!
     Магелона (ускользая от него)
     Постойте!
     Король
     Вот чертовка!
     Магелона (поет)
     Как от апрельской почки,
     Пахнет из винной бочки.
     Король
     Как плечи хороши! Как линии нежны!
     Так анатомию все изучать должны!
     Как сделал бог тебя! Какою меркой меря,
     Он сердце турка дал тебе, моей Венере!
     Магелона
     Тру-ля-ля-ля!
     (Отталкивает Короля)
     Постой! Вот брат мой!
     Входит Сальтабадиль и закрывает за собой дверь.
     Король
     К черту брата!
     Далекий удар грома.
     Магелона
     Гром прогремел.
     Сальтабадиль
     Сейчас польет, как из ушата.
     Король (ударив Сальтабадиля по плечу)
     Пускай гроза и дождь! Угодно мне провесть
     Ночь эту у тебя.
     Магелона (насмешливо)
     Так хочет ваша честь?
     Замашки короля! - Подымется тревога,
     Начнет искать семья.
     Сальтабадиль толкает ее и делает ей знаки.
     Король
     Родни у нас немного.
     Нет даже бабушки.
     Сальтабадиль (про себя)
     Тем лучше!
     Начинает барабанить дождь. Ночь совершенно черна.
     Король (Сальтабадилю)
     Можешь лечь
     В конюшне, на дворе иль к дьяволу на печь.
     Сальтабадиль (кланяется)
     Благодарю.
     Магелона (зажигая лампу, говорит Королю шепотом и очень поспешно)
     Уйди!
     Король (смеясь, громко)
     Уйти в ненастье это?
     В такую ночь за дверь не выгнать и поэта!
     (Подходит к окну)
     Сальтабадиль (показывает Магелоне золото и говорит тихо)
     Пускай останется. Уже задаток есть, -
     И в полночь столько же.
     (Королю, с учтивостью)
     Для нас большая честь.
     Я предоставлю вам до утра помещенье.
     Король (смеясь)
     В июле здесь жара. Наверно, в возмещенье
     Так сыро в ноябре.
     Сальтабадиль
     Угодно ли взглянуть?
     Король
     Посмотрим!
     Сальтабадиль  берет  лампу.  Король  что-то  шепчет,   смеясь,  на  ухо
Магелоне, потом поднимается вслед за Сальтабадилем по лестнице на чердак.
     Магелона (у окна)
     Бедненький!.. Вот темень! Ну и жуть!
     Сальтабадиль
     Вот вам кровать, и стул, и стол, коли угодно.
     Король (разглядывает по очереди кровать, стол и стул)
     А сколько ног всего? Три... девять... Превосходно!
     И утварь, кажется, в сражении была
     Вся искалечена?
     (Подходит к окну с выбитыми стеклами)
     Ни ставен, ни стекла!
     И спишь ты на ветру. Как обходиться с ветром,
     Хотя и вежливым, но все же слишком щедрым?
     (Сальтабадилю, который в это время зажигает ночник на столе)
     Прощай!
     Сальтабадиль
     Храни вас бог!
     (Выходит, и слышно, как он медленно сходит по лестнице)
     Король (один, снимает шпагу и перевязь)
     Один, черт побери! Иль в ожиданьи благ поспать мне до зари?
     (Кладет на стул шляпу и шпагу, снимает ботфорты и ложится на кровать)
     Но эта девушка свежа, ловка, занятна.
     (Встает)
     Не заперла бы дверь - вот было бы приятно
     И славно.
     (Снова ложится)
     Спустя мгновенье  видно, что он  крепко спит на  своем ложе.  Между тем
Сальтабадиль и Магелона оба внизу.  Грина уже  разразилась. Дождь и  молнии.
Частые  удары грома.  Магелона  сидит у стола  с каким-то  шитьем  в  руках.
Сальтабадиль с задумчивым видом  допивает  бутылку, оставленную Королем. Оба
некоторое время молчат, словно занятые серьезными мыслями.
     Магелона
     Миленький какой!
     Сальтабадиль
     Еще бы нет! И цену я набил до двадцати монет!
     Магелона
     До скольких?
     Сальтабадиль
     Двадцати!
     Магелона
     Он стоит больше.
     Сальтабадиль
     Дура!
     Но подымись, взгляни - не защитит ли шкуру
     Он шпагой?
     Магелона повинуется. Гроза в разгаре. В глубине сцены появляется Бланш,
в  мужском  верховом  платье, и ботфортах  со  шпорами, вся  в  черном.  Она
медленно приближается к лачуге, между тем как Сальтабадиль пьет, а Магелона,
с лампой в руках, смотрит на спящего Короля.
     Магелона (со слезами на глазах)
     Бедненький!
     (Берет его шпагу)
     Красавчик крепко спит.
     (Спускается вниз и отдает шпагу брату)
     ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
     Король - на чердаке; Сальтабадиль и Магелона - внутри;
     Бланш - снаружи. Беспрерывно гремит гром.
     Бланш (медленно идет в темноте, озаряемая молниями)
     Случится страшное! Все в голове горит.
     Он должен ночь пробыть в такой лачуге низкой.
     Уже мне кажется, что миг последний близко.
     Отец, прости меня. Тебя тут нет сейчас.
     Я слова не сдержу, забуду твой приказ.
     Я снова здесь, одна.
     (Подходит к дому)
     Но что ж это такое?
     Чем это кончится?.. Давно ли я в покое
     Жила, невинная, в глуши, среди цветов,
     Не зная горестей, не видя страшных снов.
     И ввергнута сейчас а такую тьму и горе!
     Ни чести, ни добра. Все сметено в позоре.
     Иль правда, что сердцам, пылавшим от любви,
     Любовь дарит одно - развалины свои,
     И от всего костра горсть пепла остается?
     Он разлюбил меня!
     (Горько плачет, затем подымает голову)
     И этот гром, сдается,
     Со мной беседует и хочет мне помочь
     Обдумать мысль мою. Как страшно в эту ночь!
     Но женщину в тоске ничто не остановит!
     Нет страха у меня!
     (Замечает в доме свет)
     О, что-то здесь готовят?
     (Подходит ближе, затем отступает)
     Я мешкаю и жду. И сердце бьется так!
     К убийству, может быть, давно уж дали знак!
     Магелона и Сальтабадиль возобновляют свою беседу.
     Магелона
     Ну и погодка!
     Сальтабадиль
     Брр! Сейчас и в небе, значит,
     Один ругается, другой горюет, плачет.
     Бланш
     А вдруг отец меня увидит здесь одну?
     Магелона
     Брат!
     Бланш (вздрогнув)
     Что-то говорят!
     (Направляется, вся дрожа, к дому и приникает к щели)
     Магелона
     Братишка, слышишь?
     Сальтабадиль
     Ну?
     Магелона
     О чем я думаю, не знаешь?
     Сальтабадиль
     Нет.
     Магелона
     Загадка.
     Сальтабадиль
     Про черта!
     Магелона
     Кавалер, который спит так сладко,
     Красив, как Аполлон, и вежлив, на мой вкус,
     Влюблен в меня. Он спит, как маленький Исус.
     Не убивай его!
     Бланш (которая видит и слышит все, в ужасе)
     О боже!
     Сальтабадиль
     Сшей хороший
     Мешок.
     (Вынимает из  сундука старую рогожу  и камень и  равнодушно протягивает
рогожу Магелоне)
     Магелона
     Зачем тебе?
     Сальтабадиль
     Когда я огорошу
     Красавца твоего, кому он, там ни люб,
     Мы с этим камешком пихнем сюда и труп.
     Магелона
     Но...
     Сальтабадиль
     Не мешайся же в мои дела, девица!
     Магелона
     Как...
     Сальтабадиль
     Если слушать всех, что делал бы убийца?
     Заштопай эту рвань.
     Бланш
     Они сестра и брат!
     Мне кажется, что я подслушиваю ад.
     Магелона (принимается за работу)
     Поговорим.
     Сальтабадиль
     Давай.
     Магелона
     Есть у тебя хоть злоба
     Против него?
     Сальтабадиль
     Зачем? Мы носим шпагу оба.
     Такие господа милы мне с давних лет.
     Магелона
     Красавцу этому на свете равных нет,
     А твой горбун - кривой, как буква S...
     Сальтабадиль
     Ну, хватит!
     Красавец иль горбун - неважно. Кто-то платит.
     И за убийство он мне заплатил вперед,
     И столько же потом, когда юнец умрет.
     Все ясно. Кончим спор.
     Магелона
     Горбатый твой заказчик
     Еще придет сюда - вот и сыграет в ящик.
     И кончено.
     Бланш
     Отец!
     Магелона
     Так, значит, уговор?
     Сальтабадиль (глядя Магелоне в лицо)
     Эй, с кем ты говоришь? Я не бандит, не вор!
     Убить заказчика, убить за ту же цену?
     Магелона (показывая ему полено)
     Тогда пахни в мешок бревно или полено, -
     Все в темноте сойдет за мертвого.
     Сальтабадиль
     Смешно!
     Он примет, думаешь, за мертвеца бревно
     Сухое, твердое, корявое, кривое -
     Обрубок дерева?
     Бланш
     Как дико ветер воет!
     Магелона
     Пощады!
     Сальтабадиль
     Пой еще!
     Магелона
     Ты добрый!
     Сальтабадиль
     Ерунда!
     Он должен умереть - и баста!
     Магелона (гневно)
     Никогда!
     Я разбужу его!
     Бланш
     Вот доброе созданье!
     Сальтабадиль
     А десять золотых?
     Магелона
     Ах, да! Сальтабадиль
     Так до свиданья!
     Будь милой, не мешай!
     Магелона
     Нет! Я его спасу!
     (Решительно становится у лестницы, чтобы загородить дорогу брату)
     Сальтабадиль,  побежденный ее настойчивостью, подходит к авансцене, как
бы ища средства все уладить.
     Сальтабадиль
     Так! Но другой придет в двенадцатом часу!
     Пускай любая тварь, кому там ни случится, -
     Бродяга, нищий ли к нам в двери постучится, -
     Открою и убью и вместо твоего
     Подкину горбуну. Я больше ничего
     Не в силах выдумать. Да, горбуну в угоду
     Убью прохожего, - пускай швыряет в воду!
     Вот все, что для тебя могу я сделать!
     Магелона
     Так! Но, думаешь, придет в такую ночь простак?
     Сальтабадиль
     Другого средства нет!
     Магелона
     В такую пору ночи?
     Бланш
     Ты искушаешь, бог? Моей ты смерти хочешь?
     Непоправимый шаг должна я совершить?
     Я молода еще. О боже, дай мне жить!
     Не торопи меня!
     Удар грома.
     Магелона
     Когда в такую пору
     Гость постучится к нам, руками сдвину гору!
     Сальтабадиль
     А нету никого - погибнет милый твой.
     Бланш
     Позвать дозор? Но спит дозор сторожевой,
     А этот человек отца бы страже выдал!
     Нет, смерти не хочу. Не дам отца и обиду!
     Забочусь и о нем, чтоб утешать его...
     Так рано умереть, в шестнадцать лет всего!
     Холодный, скользкий нож в груди моей - и рана!
     О!!
     Часы бьют три раза.
     Сальтабадиль
     Бьет без четверти двенадцать. Как ни рано,
     Но, видно, некому к нам постучаться в дверь.
     Не слышно ничего? Постой еще! Проверь!
     Итак, пора кончать, как я соображаю.
     (Подходит к лестнице)
     Магелона, рыдая, удерживает его.
     Магелона
     Брат, подожди еще!
     Бланш
     Ты плачешь - ты, чужая!
     А я здесь мешкаю и не хочу помочь.
     Он разлюбил - конец! Все остальное прочь!
     Смерть за него - пускай!
     (Опять колеблется)
     И все-таки - так больно!
     Сальтабадиль (Магелоне)
     Ждать больше нечего. Пусти меня. Довольно!
     Бланш
     О, только бы узнать, ударит он куда!
     О, только б не страдать! А если - вот беда -
     В лицо! О господи!..
     Сальтабадиль (пытается оттолкнуть удерживающую его Магелону)
     Кого, скажи толково,
     Ждать мне взамен его? Нет дурака такого!
     Бланш (дрожа под дождем)
     Мне холодно!
(Направляется к двери)
     Иду!
     (Останавливается)
     Смерть - под таким дождем!
     (Шатаясь, идет к двери и тихонько стучит)
     Магелона
     Стучат!
     Сальтабадиль
     То дождь стучит в окно. Чего мы ждем?
     Бланш стучит слова.
     Магелона
     Стучат!
     (Подбегает к потайному окошку и вглядывается в темноту)
     Сальтабадиль
     Не может быть!
     Магелона (к Бланш)
     Эй, кто там?
     (Сальтабадилю)
     Бедный малый!
     Бланш
     Ночлега до зари!
     Сальтабадиль
     Продрыхнет он немало!
     Магелона
     Ночь будет хороша.
     Бланш
     Откройте!
     Сальтабадиль (Магелоне)
     Стой пока!
     И отыщи мне нож, чтоб наточить слегка!
     Магелона дает ему нож. Сальтабадиль его точит о лезвие серпа.
     Бланш
     Натачивают нож - над ним трудятся оба!
     Магелона
     Стучится прямо в гроб!
     Бланш
     Дрожу я от озноба!
     Так, значит, я умру?
     (Бросается на колени)
     Бог, я к тебе иду.
     Прощаю тем двоим. Прощаю их вражду.
     Отец и ты, господь, простите вы, конечно,
     И мне и королю, кого люблю я вечно!
     Всем, даже демону проклятому тому,
     Который ждет меня, поднявши нож во тьму.
     Неблагодарному я жизнь мою вручаю.
     Пусть, радуясь, любя, забыв меня, скучая,
     Живет он много лет и будет счастлив впредь -
     Тот, для кого должна сейчас я умереть.
     (Подымается)
     Убийца мой готов.
     (Снова стучит в дверь)
     Магелона (Сальтабадилю)
     Нетерпелив, однако!
     Сальтабадиль (пробуя клинок на доске стола)
     Готово. Встань сюда и дожидайся знака.
     Бланш
     Как ясно слышу все!
     Сальтабадиль встает за дверью так, чтобы вошедший его не заметил.
     Магелона (Сальтабадилю)
     Затвор уже сняла.
     Сальтабадиль (за дверью, с ножом в руке)
     Открой.
     Магелона (открывает Бланш)
     Входите же.
     Бланш (про себя)
     Добро под видом зла!
     (Отступает)
     Магелона
     Ну, что ж вы медлите?
     Бланш (в ужасе, про себя)
     Сестра на помощь брату.
     Отец, прости меня! Забудь свою утрату!
     (Входит)
     В то мгновение, когда она переступает порог,  Сальтабадиль заносит  над
ней свой нож. Занавес падает.

     ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ
     ТРИБУЛЕ

     Та же декорация. Но с того момента, как поднялся занавес,  внутренность
дома Сальтабадиля скрыта от зрителей ставнями. Никакого света. Полный мрак.

     ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
     Трибуле, один,  медленно выходит  из глубины сцены, закутанный в  плащ.
Гроза  затихает.  Дождь  прекратился. Изредка  вспышки молнии  и  отдаленные
раскаты грома.
     Трибуле  погружен  и  глубокую задумчивость.  На  лице  его  -  мрачная
радость.
     Трибуле
     Вот и возмездие. Час пробил. Наконец-то!
     Я целый месяц жду, выискиваю средства.
     Я прячу замысел под маской шутовской,
     Смеюсь, снедаемый невидимой тоской.
     (Глядя на низкую дверь дома)
     Вот дверь... Почти держать в руках, почти касаться!
     Отсюда вынесут мне тело, может статься.
     Час не настал еще. Но я пришел сюда
     Взглянуть хотя б на дверь, - она ли это? - Да!
     Конечно, это здесь.
     Удар грома.
     Вот тайна тьмы гнетущей!
     Убийство на земле! Гроза и небесной туче!
     Как я велик сейчас! Гнев силою огня
     В подобье божества преобразил меня.
     Какого короля я умерщвляю! Войны
     И мир земных держав - в его руке спокойной.
     Легла вселенная на эти рамена.
     Умри он - и пойдет шататься вся страна!
     Я выну гвоздь один, нарушу равновесье,
     Толкну его слегка - и города и веси
     Придут в движение, начнет Европа вся
     Искать опоры вновь, на волоске вися.
     И если бы господь спросил сегодня землю:
     "Земля! Какой вулкан я на тебя подъемлю?
     Кто вздыбит христиан, смутит магометан?
     Кто? Папа, Дориа, Карл Пятый иль султан,
     Сам Цезарь иль Христос, апостол или воин,
     Какой кулак, земля, трясти тебя достоин?
     Кто в смутах племена смешает на земле?"
     Тут в ужасе земля ответит: "Трибуле!"
     Кичись же, скоморох! Любуйся тем, что поднял!
     Ты мщением своим качаешь мир сегодня!
     Среди последних раскатов  грома слышно, как  на далеких башенных  часах
бьет полночь. Трибуле прислушивается.
     Бьет полночь!
     (Быстро подходит к дому и стучит в дверь)
     Голос изнутри
     Кто там?
     Трибуле (скорчившись, задыхаясь от волнения)
     Я.
     Приоткрывается нижняя часть двери.
     Голос
     Так. Ждите у дверей,
     Сальтабадиль,  согнувшись, вылезает из-под двери, волоча за собой через
это  узкое   отверстие  что-то  тяжелое,  длинный  тюк,  который  невозможно
рассмотреть в темноте. Ни в руках у него, ни в доме - никакого света.

     ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
     Трибуле, Сальтабадиль.
     Сальтабадиль
     Ух, тяжко! Шаг еще! Возьмите поскорей!
     Трибуле в судорожном восторге помогает ему вынести на авансцену длинный
коричневый мешок, в котором, по-видимому, заключен труп.
     Ваш человек в мешке.
     Трибуле
     Посмотрим. Посвети-ка!
     Сальтабадиль
     Как бы не так!
     Трибуле
     Чего боишься ты? Все тихо.
     Сальтабадиль
     А вдруг ночной дозор, черт побери, стрелки?
     Тут не до факелов! Шуметь, нам не с руки.
     Платите!
     Трибуле вручает ему кошелек и в то время как тот считает, рассматривает
мешок, лежащий на земле.
     Трибуле
     Ненависть стать счастьем захотела!
     Сальтабадиль
     Хотите, помогу швырнуть вам в Сену тело?
     Трибуле
     Я справлюсь.
     Сальтабадиль (настойчиво)
     А вдвоем скорее бы сошло!
     Трибуле
     Предать врага земле - всегда не тяжело.
     Сальтабадиль
     Я бы сказал - реке! - Весьма доволен сделкой.
     (Подходит к парапету)
     Хозяин, не сюда! На этом место мелко.
     (показывает ему место, где парапет сломан)
     Орудуйте скорей! Там глубже! В добрый час!
     (Входит в дом и запирает дверь за собой)
     ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
     Трибуле (один, пристально глядя на мешок)
     Добыча! Вот он! Мертв! Взглянуть в последний раз?
     (Ощупывает мешок)
     Не стоит. И в мешке я вижу, что похоже!
     Вот шпоры острые царапают рогожу. Конечно, он!
     (Выпрямляется и ставит ногу на мешок)
     Теперь смотри на нас, земля! Вот это - шут!
     А здесь - останки короля! Какого!
     Первого среди владык вселенной!
     Вот я топчу его. И он проглочен Сеной,
     Как склепом родовым. А саван - чем же плох?
     Кто это совершил?
     (Скрещивает руки)
     Я, бедный скоморох!
     Но я не возвращусь, чтоб свой триумф измерить.
     Народы завтра же откажутся мне верить,
     И будет весь черед неведомых племен
     Такой развязкою надолго изумлен.
     Так кем же он смещен, какой судьбою злейшей -
     Его величество, кумир наш августейший,
     Принц Валуа, герой, чья грудь в литой броне,
     Он, Карла Пятого соперник на коне?
     Пред ликом вечности - удачник войн бывалых,
     Чья поступь древних стен твердыни колебала!
     Изредка слышны раскаты грома.
     Он, бившийся всю ночь при Мариньяно, он,
     За батальоном в бой бросавший батальон,
     Когда же день настал, - да ведомо потомкам -
     Не шпагой дравшийся а лишь ее обломком, -
     Чьим подвигом была вселенная горда,
     Король, кумир и вдруг исчезнет без следа!
     Во всем величии, средь челяди придворной,
     Блистательный монарх вдруг выкраден проворно,
     Так точно, как крадут несмыслящих ребят, -
     Никто не знает кем, под громовой раскат!
     Весь этот двор и блеск - вдруг обернулись дымом!
     Король, что поутру казался невредимым,
     Исчез, рассыпался в воздушной пустоте,
     Зажегся и потух, как молнии вон те!
     Мы завтра, может быть, свидетелями будем,
     Как, бочки золота показывая людям,
     Глашатаи орут прохожим на пути:
     "Пропал у нас король! Где короля найти?"
     Вот чудеса!
     (После некоторого молчания)
     А ты, дитя мое, бедняжка,
     Отомщена теперь, - и он наказан тяжко!
     Нужна мне кровь была, - за несколько монет
     Купил ее!
     (В ярости склоняется над трупом)
     Подлец! Ты слышишь или нет?
     Дороже дочь моя всех королевских тронов!
     Она жила, ничем и никого не тронув.
     Ты взял ее, украл и через час вернул
     Мне обесчещенной, и стыд ее согнул.
     Ну, что же, слышишь ты, - ведь это, правда, странно, -
     Ты слышишь, я смеюсь, отметивший невозбранно!
     Да, да! Забывчивым я притворился так,
     Чтоб усыпить тебя. И ты считал, простак,
     Что гнев отца беззуб, что все легко и просто?
     О, в схватке начатой мне не хватало роста!
     Я слаб, а ты силен. Но слабый верх возьмет:
     Кто ползал пред тобой - тот грудь твою грызет! Ты мой!
     (Еще ниже склоняется над трупом)
     Ты слышишь ли, ты, дворянин от века?
     Я шут, я твой дурак, частица человека!
     Почти животное, ты звал меня, как пса!
     (Ударяет труп)
     Когда желанье мстить откроет нам глаза
     И сонные сердца все будит и все ранит, -
     Кто хил - тот вырастет, кто низок - тот воспрянет!
     И ненависти, раб, не бойся и не прячь!
     Расти из кошки тигр! И из шута - палач!
     (Приподымается)
     А если бы еще он слышал, как я дерзок, -
     Он, не могущий встать!
     (Снова наклоняется над мешком)
     Ты слышишь? Ты мне мерзок!
     Иди па дно реки, кончай младые дни.
     Быть может, приплывешь в аббатство Сен-Дени!
     Ну, в путь, король Франциск!
     (Берет мешок за один конец и тащит к воде)
     В тот  момент, когда мешок  уже на  парапете, дверь  дома  открывается.
Оттуда выходит Магелона; она  беспокойно оглядывается,  делает кому-то знак,
входит  обратно и сейчас же выходит  с  Королем, объясняя ему  знаками,  что
никого нет  и можно идти. Король удаляется  в  глубину сцены  в направлении,
указанном Магелоной.  В этот  момент Трибуле  собирается столкнуть  мешок  в
Сену.
     Трибуле (держа мешок в руках)
     Плыви!
     Король (поет в глубине сцены)
     Красотки лицемерят,
     Безумен, кто им верит!
     Трибуле (вздрогнув)
     Что слышу я?
     Иль смутный гул ночной так обманул меня?
     (Оборачивается в страхе, прислушивается)
     Король уже ушел, но слышно, как он поет.
     Голос короля
     Красотки лицемерят,
     Безумен, кто им верит!
     Трибуле
     Проклятье! Горе мне! В моем мешке - не он!
     Он спасся и бежал! Он кем-то подменен!
     Ах, черт! Обманут я!
     (Подбегает к дому. Там открыто только верхнее оконце)
     Бандит! (Измеряет на глаз высоту, думая взобраться)
     Окно высоко! (возвращается к мешку, в ужасе)
     Кого же он взамен сюда впихнул жестоко?
     Кто жертва бедная?
     (Ощупывает мешок)
     Да, здесь лежит мертвец!
     (Распарывает мешок кинжалом и тревожно вглядывается)
     Не вижу! Ночь темна, и небо - как свинец.
     (Растерянно озирается)
     Нет света! Весь Париж - как кладбище ночное.
     (В отчаянии склоняется над телом)
     Дождемся молнии!
     (Несколько секунд пристально  смотрит  на мешок, из которого наполовину
вытащил тело Бланш)
     ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ
     Трибуле, Бланш.
     Внезапно блеснула  молния.  Трибуле  вскакивает и отступает с неистовым
воплем.
     Трибуле
     Дитя мое родное!
     Дочь! Небо и земли! Здесь дочь моя! Она!
     (Щупает свою руку)
     О боже! Вся рука в крови обагрена!
     Я гибну! Дочь моя! Нет, это призрак ложный!
     Нет, это все обман! Нет, это невозможно!
     Она спешит в Эвре. Она уже в пути.
     (Падает на колени перед телом, устремив взор к небу)
     О боже, это сон! Ты мог ее спасти!
     Крылами осени ее головку, боже!
     Нет, это не она!..
     Молния снова озаряет бескровное лицо и закрытые глаза Бланш.
     Она! В гнилой рогоже!
     (С рыданием бросается на ее тело)
     Она! Дитя мое! Ответь мне только, дочь!
     Тебя убили, да? Ответь! Сегодня в ночь?
     И никого вокруг! На всей земле мы двое!
     Дочь! Говори, ответь! Дитя мое живое!
     Бланш (как бы воскрешенная криками отца,  приоткрывает  глаза и говорит
угасшим голосом)
     Кто звал меня?
     Трибуле (как безумный)
     Жива, вздохнула, поднялась!
     И сердце вновь стучит! И не закрыла глаз!
     Бланш  (приподымается.  Она  в  рубашке,  залитой   кровью,  ее  волосы
распущены, ноги скрыты мешком)
     Где я?
     Трибуле (поддерживает ее своим объятием)
     Дитя Мое! Любовь моя! Бедняжка!
     Узнала? Слышишь ли? Ответь!
     Бланш
     Отец! Мне тяжко.
     Трибуле
     Что сделали с тобой? - Вот дьявольская мгла!
     Боюсь, как бы тебе не причинил я зла!
     Не видно ничего! Ты ранена, родная? Приподнимись же!
     Бланш (прерывающимся голосом)
     Нож задел - я это знаю -
     Мне сердце...
     Трибуле
     Кто удар нанес тебе, скажи!
     Бланш
     Я гибну... я сама... повинна в этой лжи -
     Любила слишком... вот... и умираю...
     Трибуле
     Кара,
     Придуманная мной! От своего удара...
     Но как же?.. Где они могли тебя найти?
     Бланш (умирающим голосом)
     Не заставляй меня рассказывать!
     Трибуле (осыпая ее поцелуями)
     Прости!
     Как! Потерять тебя, не зная...
     Ты слабеешь?
     Бланш (стараясь повернуться)
     Мне душно... Кончено...
     Трибуле (приподнимая ее, с тоской в голосе)
     Бланш! Ты еще не смеешь...
     Живи!
     (В отчаянии оборачивается)
     Эй, кто-нибудь! На помощь! - Ни души!
     Так и оставят нас, чтоб умерла в глуши?
     Ага! Там на стене есть колокол тревожный!
     (К Бланш)
     Дождешься ты меня? На миг уйти мне можно?
     Я принесу воды, тревогу подыму.
     Бланш знаком показывает, что это бесполезно.
     Не хочешь? Все-таки придется... Ни к чему?
     (Не оставляя ее, пытается звать)
     Эй, кто-нибудь!
     Полная тишина. Дом погружен в темноту.
     Их дом - жилище погребенных!
     Бланш в агонии.
     Не умирай, постой, голубка, мой ребенок!
     Бланш, если нет тебя, я буду нищ и гол.
     Не умирай, постой!
     Бланш
     О!
     Трибуле
     Локоть мой тяжел?
     Тебе мешает он? Переменю я руку.
     Так лучше? Легко так? Сейчас утихнет мука.
     Дыши! Сейчас придут, помогут и дадут
     Тебе воды. - Никто не подошел и тут!
     Бланш (с усилием, угасающим голосом)
     Прости меня за все... Прощай...
     (Голова ее откидывается)
     Трибуле
     Она не дышит!
     (Подбегает к колоколу и бешено звонит в него)
     Убийство! Караул! Огня!
     (Возвращается к Бланш)
     Дай мне услышать
     Хотя бы голос, твой! Скажи мне! Пожалей!
     (Пытается приподнять ее)
     Зачем же никнешь ты все ниже, тяжелей?
     В шестнадцать лет! О нет! Смерть юных не уносит!
     Бланш своего отца в такой тоске не бросит!
     Дать на мгновение - и взять назад? За что?
     Появляются люди, сбежавшиеся на колокол с факелами.
     Иль бог безжалостен? Иль небо заперто?
     Уж лучше но рождать, не жить совсем на свете,
     Чем нам показывать красу твою в расцвете!
     Уж лучше не держать и на руках дитя!
     Уж лучше бы совсем малюткой, залетя
     В наш мир, ты унеслась, как птицы улетают!
     Уж лучше, девочка...
     ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
     Те же, мужчины, женщины из народа.
     Женщина
     Как за сердце хватают
     Его слова!
     Трибуле (оборачивается)
     Ага! Пришли вы наконец?
     Проснулись вовремя!
     (Берет за ворот возчика, держащего бич в руке)
     Есть лошадь, молодец? Колеса есть, скажи?
     Возчик
     Есть лошадь! - Вот так встряска!
     Трибуле
     Так! Можешь голову мне размозжить коляской,
     (Снова бросается на тело Бланш)
     Дитя любимое!
     Один из присутствующих
     Отца бы увести!
     В таком отчаянье!
     Пытаются оттащить Трибуле. Тот сопротивляется.
     Трибуле
     Не трогайте. Пусти!
     Не смейте отнимать! Что я дурного сделал?
     Я и не знаю вас!
     (К одной из женщин)
     Ты выслушать хотела?
     Та плачешь, женщина? Так у тебя в груди
     Есть сердце? Пусть они оставят нас!
     Женщина вступается за него. Он возвращается к телу Бланш и падает перед
ней на колени.
     Трибуле
     Пади
     Ниц, горемычный шут, пред нею на колени!
     Женщина
     Нельзя устраивать здесь шумных представлений,
     А то вас уведут.
     Трибуле (растерянно)
     Нет! Кажется, еще
     Она жива. Ко мне склонилась на плечо.
     Найдите доктора во что бы то ни стало!
     Нам надо отдохнуть. Она ведь так устала.
     (Берет ее на руки, как мать - уснувшего ребенка)
     Нет, нет! Не умерла! Нет, не захочет бог!
     Он знает, как горбун несчастен и убог,
     Какая ненависть калек встречает,
     Как от калек бегут, как их не замечают!
     А эта девочка была ко мне нежна.
     И, услыхав ваш смех, заплакала б она!
     Скорее мне платок - я оботру лицо ей
     И ротик розовый.
     (Отирает ей лицо)
     Он был еще пунцовей.
     О, если бы сейчас, как это помню я,
     Златоволосая, двухлетняя моя
     Пред вами прыгала...
     (Крепко прижимает ее к сердцу)
     Несчастное сердечко,
     Больная деточка, погаснувшая свечка!
     (Более тихим голосом, любуясь ею)
     Я на руках держал ребенка иногда -
     Вот как сейчас держу. Как ей спалось тогда!
     А только разбужу - мила, как ангел божий!
     Я не показывал ей смехотворной рожи, -
     Но улыбается все больше и светлей!
     И я сто тысяч раз целую ручки ей.
     Бедняжка! Умерла! Нет, это сон счастливый.
     Смотрите! Если бы немного подошли вы,
     Вы убедились бы, как дышит горячо.
     Глаза откроются. Я буду ждать еще.
     Вы видите? Я прав и потому спокоен.
     Я понял: это сон, и чувствую, какой он.
     Не делаю того, что мне запрещено.
     Но с бедной девочкой останусь все равно.
     (Смотрит на нее)
     Какое личико! Ни горечи, ни муки
     Нет и следа. Вот я уже согрел ей руки.
     Пощупайте!
     Входит врач.
     Женщина
     Хирург
     Пустите, сударь, к ней!
     Трибуле
     Не буду вам мешать. Смотрите! Так видней.
     Что это, обморок?
     Врач (осматривая Бланш)
     Нет. Это смерть. Вот рана
     Глубокая в боку. И, словно из фонтана,
     Кровь горлом хлынула, исхода не найдя.
     Трибуле
     Убил свое дитя! Убил свое дитя!
     (Падает на землю)



Популярность: 55, Last-modified: Mon, 25 Jul 2005 16:03:48 GMT