-----------------------------------------------------------------------
   Avram Davidson. Sacheverell (1964). Пер. - О.Воейкова.
   Авт.сб. "Феникс и зеркало". СпБ., "Северо-Запад", 1993.
   OCR & spellcheck by HarryFan, 3 October 2001
   -----------------------------------------------------------------------



   Окна комнаты, обращенные на улицу, были заколочены; внутри стояли  мрак
и холод и очень скверно пахло.  Там  был  заляпанный  матрас,  на  котором
храпел закутанный в одеяло человек; стул без спинки,  стол,  а  на  нем  -
остатки пакета с гамбургерами, несколько пивных банок  и  грошовая  свеча,
ронявшая тени на все вокруг.
   Среди  теней  послышалось  шарканье,  затем  едва   слышный   треск   и
дребезжание, потом очень слабый тоненький голосок  выжидательно  произнес:
"Джордж, вам, наверное, очень _холодно_..." Молчание. "Я просто  чувствую,
что _мне_ очень холодно..." Голос  потихоньку  замер.  Немного  погодя  он
сказал: "Он еще спит. Человеку необходим  отдых.  Очень  _трудно_".  Голос
будто пытался уловить какой-то звук, но, кажется, не услышал его, и спустя
мгновенье сказал уже другим тоном: "Хорошо".
   "М-м-м?" - спросил он, обращаясь к тишине. На секунду вновь послышалось
дребезжание, затем голос сказал: "Добрый  день,  принцесса.  Добрый  день,
мадам. Генерал, как я рад видеть _вас_. Мне хотелось бы пригласить вас  на
чай. Мы возьмем самый красивый кукольный  сервиз,  а  если  кто-то  желает
отведать  чего-нибудь  _покрепче_,  по-моему,  у  профессора...  -   Голос
запнулся, заговорил снова: -  В  бутылке  на  серванте  найдется  капелька
ой-не-печалься. А теперь прошу всех садиться".
   Снаружи зашумел ветер; когда он стих,  пламя  свечи  все  еще  плясало;
послышалось гудение, оно звучало то тише, то громче,  словно  стон,  потом
что-то внезапно как бы  щелкнуло,  и  гудение  прекратилось.  Голос  опять
заговорил, вначале чуть дрожа: "Коко и Моко? Нет,  весьма  сожалею,  но  я
никак не могу их пригласить, они очень глупые, они не  умеют  себя  вести,
они даже говорить не умеют..."
   Человек, лежавший на заляпанном матрасе, проснулся,  вздрогнул,  рывком
приподнялся и с криком  сел.  Он  резко  повернул  голову  вправо,  влево,
скорчил гримасу и нанес удар в пустоту.
   - Вам приснился дурной сон, Джордж? - неуверенно спросил голос.
   Джордж сказал: "Уф-ф-ф!" и надавил на глаза  бугорками  ладоней.  Резко
опустив руки, он  прокашлялся  и  густо  сплюнул.  Затем  подался  вперед,
схватился за провисшую до полу цепь, конец которой был прикреплен к  ножке
стола, и потянул на себя. Цепь не поддавалась, он напрягся, что-то  упало,
запищало. Джордж все тянул, пока не вытащил и не схватил свою добычу.
   - Сейчеверелл...
   - Надеюсь, вам не приснился дурной сон, Джордж?
   - Сейчеверелл, тут кто-нибудь был? Только попробуй соври...
   - Нет, Джордж, честно! Здесь никого не было, Джордж!
   - Только попробуй соври, тут я тебя и прикончу!
   - Я же не стану лгать вам, Джордж. Я знаю, что лгать дурно.
   Джордж свирепо глянул на него покрасневшими глазами,  ухватился  руками
покрепче и надавил. Сейчеверелл  вскрикнул  и  ткнулся  лицом  в  запястье
Джорджа. Его зубы лязгнули в воздухе. Джордж тут  же  разжал  руки,  и  он
поспешно убрался прочь. Джордж растер рукавом  штанину,  гадливо  фыркнул.
"Смотри, что ты наделал, мелкая пачкучая обезьяна!" - заорал он.
   Сейчеверелл захныкал,  прячась  в  тени:  "Джордж,  я  ничего  не  могу
поделать. У меня ведь нет сфинктера, а ты _напугал_ меня,  ты  сделал  мне
_больно_..."
   Джордж застонал, съежился под  одеялом.  "Тут  на  цепи  сидит  миллион
долларов, - сказал он, - а я гнию в эти дыре. Как алкаш, как отребье,  как
_ханыга_!" Он стукнул кулаком по полу. "Не видю  смысла!"  -  крикнул  он,
заворочался, становясь  на  четвереньки,  толчком  поднялся  на  ноги.  Он
обернул одеяло вокруг плеч и торопливо зашаркал к двери,  проверил  засов,
затем осмотрел каждое из заколоченных окон, обращенных на улицу, и щеколду
на зарешетчатом окошке, выходившем во двор,  по  краям  которого  выступил
иней. Потом с руганью и вздохами завозился в углу.
   Сидя  под  столом,  Сейчеверелл  изо  всех  сил  натягивал   цепь,   но
безрезультатно. "Мне здесь _не нравится_, Джордж, -  сказал  он.  -  Здесь
холодно и грязно, и _мне_ тоже холодно, я испачкался, и мне хочется  есть.
Здесь так темно, сюда совсем никто не приходит, и  мне  это  не  нравится,
Джордж, мне не нравится здесь ни чуточки. Я хотел  бы  снова  оказаться  у
профессора. Я был тогда очень  _счастлив_.  Профессор  обращался  со  мной
по-хорошему, и принцесса, и мадам Опал, и генерал тоже. Только они и знали
про тайну, пока ты не проведал".
   Джордж резко обернулся и посмотрел на него. Блеснул глаз, отражая огонь
свечи.
   - Мы устраивали чаепития, а когда  приходила  мадам  Опал,  она  всегда
приносила шоколадки, даже если приходила одна, еще она читала мне  истории
про  любовь  из  журнальных  подшивок  с  картинками,  и  все   они   были
взаправдашние. Почему мне нельзя опять вернуться к профессору?
   Джордж проглотил слюну и, слегка  причмокнув,  открыл  рот.  "Профессор
Уитмэн умрет от сердечного приступа", - сказал он.
   Сейчеверелл смотрел на него, приподняв голову. "Приступа..."
   - Значит, _умер_ он! Значит, забудь об нем и  думать!  -  слова  рывком
вылетели изо рта человека. Он  зашлепал  через  всю  комнату.  Сейчеверелл
попятился, насколько позволяла цепь.
   - Что мне на хрен делать, не знаю... Через несколько недель эту  гнилую
постройку снесут. Может, - с хитрецой сказал он, наступив на цепь ногой, -
я продам тебя в зоопарк. Там тебе самое место. - Он с кряхтением  нагнулся
и подобрал цепь.
   У Сейчеверелла застучали зубы. "_Нет_! - взвизгнул он. - Мне _не место_
в зоопарке! Маленький народец, который там держат, _глупый_,  они  все  не
умеют _себя вести_, они даже _говорить_ не умеют!"
   Джордж закрыл  один  глаз,  кивнул  и  медленно,  очень  медленно  стал
подтягивать  к  себе  цепь.  "Ну-ка  давай,  -  сказал  он,   -   скажи-ка
по-честному. Там у профессора Уитмэна имелось себе славное дельце.  Так  с
чего он все бросил, снялся с места и явился сюда?" Он потихоньку перебирал
цепь. Сейчеверелл дрожал, но не сопротивлялся.
   - Мы собирались пойти в колледж, в лабораторию,  -  сказал  он.  -  Так
объяснил мне профессор. Жалко тратить время на  глупые  фокусы  с  Коко  и
Моко, раз я такой умный. Он говорил, это уже давно надо было сделать.
   У Джорджа уголок  рта  приподнялся,  сквозь  щетину  пролегла  складка.
"Не-а, Сейчеверелл, - сказал он. - Не вижу смысла. Знаешь,  что  делают  с
обезьянами в как их там лабораториях? Режут, их там. И все. Я-то _знаю_. Я
был в одной и узнавал. Дают  за  них  долларов  так  пятнадцать,  а  потом
режут". Он сложил пальцы наподобие ножниц: "Кх-х-кх-кх-кх..." Сейчеверелла
передернуло. Джордж опять наступил ногой на цепь и схватил его  за  горло.
Ткнул ему  в  живот  заскорузлым  пальцем.  Стало  еще  холоднее,  дыхание
человека повисало паром в затхлом  воздухе.  Он  еще  раз  ткнул  пальцем.
Сейчеверелл издал такой звук, будто его вот-вот вырвет, забрыкался. "Ну-ка
давай, - сказал Джордж, - скажи-ка по-честному.  На  тебе  как-то  завязан
миллион долларов, мелкая ты пачкучая обезьяна. _Наверняка_.  Только  я  не
знаю, _как_. Вот и объясни мне".
   Сейчеверелл захныкал: "Я _не знаю_, Джордж. _Не знаю_".
   Человек нахмурился, потом хитро ухмыльнулся. "Это ты так  говоришь.  Не
больно я тебе верю. Если Они догадаются, сразу тебя отберут, думаешь, я не
понимаю? Конечно. Миллион долларов... С чего же меня выслеживают, если они
не знают?  Сначала  бородатый  малый,  потом  паренек  в  красном  детском
комбинезоне. Видал я их вместе. Слушай, ты, мартышка рукосуйная,  давай-ка
_думай_, говорю тебе, думай давай хорошенько". Он еще  раз  ткнул  в  него
заскорузлым грязным пальцем. И еще раз. "Я всегда знал, понимаешь,  всегда
_знал_, что где-то меня ждет миллион баксов, надо только не зевать. Какого
хрена парень вроде меня должен грузить на рынке ящики с фруктами,  ведь  у
меня виды на миллион? И тут... - глаза его прищурились, он понизил  голос,
- ...возник этот самый профессор Уитмэн и поселился в отеле "Орел". Я  его
с этим делом разом усек, не вчера на свет родился. _Сначала_ я решил,  что
он чревовещанием занимается, а _потом_  сообразил  насчет  _тебя_,  второй
голос в комнате был _ты_! Вот тогда-то я и..."
   Он неожиданно смолк. Наружная дверь отворилась со ржавым скрипом,  и  в
прихожей раздался звук шагов. Кто-то постучал. Попытался повернуть  ручку.
Кто-то сказал: "Сейчеверелл? Сейчеверелл?"  Джордж  заткнул  пленнику  рот
грязной волосатой рукой. Сейчеверелл дергался, извивался и вращал глазами.
Голос разочарованно хмыкнул, шаги зазвучали неуверенно, начали  удаляться.
И тогда Сейчеверелл лягнул Джорджа в пах. Тот крякнул, выругался, выпустил
его из рук...
   - На помощь! - закричал Сейчеверелл. - На помощь! На помощь! Спасите!
   В дверь забарабанили кулаки,  стекло  в  окошке  на  двор  разбилось  и
полетело на пол, старческое морщинистое  лицо  заглянуло  в  дырку,  затем
скрылось.  Джордж  побежал  к  двери,  потом  развернулся  и  погнался  за
Сейчевереллом; тот уворачивался, истерически визжа.  Крошечная  фигурка  в
красном детском комбинезоне протиснулась между прутьями оконной решетки  и
метнулась к двери, чтобы  вытащить  засов.  В  комнату  ворвался  некто  в
ботинках, куртке из  шотландки  и  шерстяной  матросской  шапочке;  в  его
огромной черной бороде поблескивали тающие снежинки.
   - Спасите меня! - орал Сейчеверелл, метавшийся из стороны в сторону.  -
Он напал на профессора Уитмэна, он сбил его с  ног,  и  профессор  _так  и
остался лежать_...
   Джордж нагнулся, схватил было стул, но красный комбинезон прошмыгнул  у
него между ног, и он споткнулся. Стул вырвали из его рук; он  распрямился,
сжав кулаки, но бородатый человек обрушил стул на него. Удар  пришелся  по
переносице, раздался хруст, Джордж упал,  перевернулся  и  больше  уже  не
встал. Тишина.
   Сейчеверелл  икнул.  Потом  спросил:  "Принцесса  Зага,  почему  вы   в
_мужской_ одежде?"
   - Бородатый мужчина и так  бросается  в  глаза,  благодарю  покорно,  -
сказала принцесса, снимая  цепь.  -  Реклама  нам  ни  к  чему...  Давайте
выбираться отсюда.
   Она взяла его на руки, и все трое  вышли  на  безлюдную  темную  улицу;
заколоченные окна слепо таращились вслед. Шел густой снег, его заметало  в
разгромленную прихожую и в комнату, где кровь Джорджа, натекшая  маленькой
лужицей, стала уже замерзать.
   - Вот наша машина, Сейчеверелл, -  сказал  мужчина  в  красном  детском
комбинезоне, со старым,  измученным,  маленьким,  как  у  ребенка,  лицом,
засовывая сигару в рот. - Ну и времечко...
   - Полагаю, вы по-прежнему сотрудничаете в  передвижном  цирке,  генерал
Пинки?
   - Нет, детка.  Новые  владельцы  не  пожелали  признать  наш  профсоюз,
поэтому мы уволились и перешли на соцобеспечение в Саросоте. Не  то  чтобы
профсоюзы были намного лучше, заметь себе: уловки в духе Бисмарка с  целью
разубедить трудящиеся классы в необходимости индустриального правления  на
подлинно  марксистско-лейбористско-социалистической  основе.  У  нас  есть
телевизор, детка.
   - Посмотри-ка, кто тебя тут дожидается...
   Принцесса Зага открыла дверцу "универсала" и  передала  Сейчеверелла  с
рук на руки. Внутри на заднем сиденье расположилась самая огромная,  самая
необъятная, самая толстая женщина в мире.
   - Принцесса Опал! - закричал Сейчеверелл, прыгая к ней  в  объятья;  он
затерялся среди безбрежных просторов ее груди, купаясь  в  теплых  потоках
готских слез. А она говорила: "Мой драгоценный, мой маленький мальчик, мой
ненаглядный Питер Пэн".
   - Это мадам  Опал  составила  план  всех  наших  действий,  -  заметила
принцесса Зага, включила зажигание и повела машину  прочь.  Генерал  Пинки
зажег сигару и развернул номер "Уикли Пипл".
   - Составила,  составила,  -  ворковала  Мадам  Опал,  целуя  и  обнимая
Сейчеверелла. - Ой, до чего же ты неухоженный!  Ой,  какой  худенький!  Мы
устроим чаепитие, совсем как раньше, с самым  лучшим  кукольным  сервизом;
позаботимся, чтобы ты хорошо кушал, и вымоем тебя, и причешем,  и  повяжем
на шею бантик.
   Сейчеверелл заплакал. "Ах, у Джорджа было так _ужасно_", - сказал он.
   - Ничего-ничего, он просто не понимал, что к чему,  -  успокаивала  его
мадам Опал.
   - Не понимал он, как же! - бросила принцесса Зага.
   - Хищнический капитализм... - начал генерал Пинки.
   - Ничего-ничего, милый, забудь об этом, это был просто страшный сон...
   Сейчеверелл  утер  слезы  о  грандиозный  бюст  мадам  Опал,  прикрытый
бархатом с блестками. "Джордж вел себя очень _подло_ по отношению ко  мне,
- сказал он. - Он _очень_ подло со мной обошелся. Но, знаете, мадам  Опал,
хуже всего было то, что он _обманывал_ меня, он все время меня  обманывал,
и я чуть было не поверил ему, это и было ужасней всего:  я  чуть  было  не
поверил, будто я - обезьяна".

Популярность: 9, Last-modified: Wed, 03 Oct 2001 16:55:57 GMT