----------------------------------------------------------------------------
     Перевод  с  английского  О.Битова
     [= Выдающаяся личность, Знаменитость, Важная персона]
     Файл с книжной полки Несененко Алексея

----------------------------------------------------------------------------

     Значит, так: жил на свете Хэнли, Ал Хэнли, и глянули бы вы на него - ни
за что бы не подумали, что  он когда-нибудь сгодится на что-нибудь путное. А
знали бы, как он жил, пока не прилетели эти дариане, так и вовсе не поверили
бы, что будете - когда дочитаете - благодарны ему до гроба...
     В тот день Хэнли  был пьян. Не то чтобы данный  факт относился к фактам
исключительным -  Хэнли вечно был пьян и поставил перед собой цель ни на миг
не  протрезвляться, хоть с некоторых пор  это было и  не очень легким делом.
Денег  у него давно не  осталось,  и приятелей, у которых  можно бы  занять,
тоже. А  список  знакомых  истощился  до того,  что  он считал  удачей, если
удавалось заполучить с них на день хотя бы центов по двадцать пять.
     И наступили для Хэнли печальные времена, когда поневоле отшагаешь много
миль, прежде чем  столкнешься  с кем-то хоть слегка знакомым, чтоб появилась
надежда стрельнуть  монетку.  А  от долгих прогулок  из головы выветриваются
остатки хмеля -  ну, не совсем  выветриваются,  но почти, -  и оказался он в
положении таком же, как Алиса в Зазеркалье: помните, когда она повстречалась
с  королевой и  пришлось  бежать во  всю мочь,  чтобы  просто оставаться  на
месте...
     Попрошайничать у  незнакомых  -  это был  не выход,  фараоны  держались
начеку, в дело кончилось  бы ночевкой в  каталажке, где  не дадут и капельки
спиртного, а тогда уж лучше прямо в  петлю.  На той ступеньке, куда скатился
Хэнли,  двенадцать часов без выпивки  - и  пойдут такие  лиловые кошмары, по
сравнению с которыми белая горячка - легкий ветерок рядом с ураганом...
     Белая горячка -  это  же галлюцинация, и только.  Если  ты не дурак, то
прекрасно  знаешь, что никаких галлюцинаций на самом деле  нет. Иной раз они
даже вроде развлечения - кому что нравится, А  лиловые кошмары - это лиловые
кошмары.  Чтобы  понять,  что это  такое,  нужно выпить  виски  больше,  чем
обыкновенный смертный в состоянии  в себя вместить, и нужно пить без просыпу
годами, а потом лишиться спиртного вдруг  и полностью, как лишают, например,
в тюрьме.
     От одной мысли  о лиловых  кошмарах Хэнли начало  трясти. И он принялся
трясти руку старому другу, закадычному приятелю - видел Хэнли этого приятеля
всего-то  пару-  тройку  раз и  при  обстоятельствах,  не  слишком  для себя
приятных...
     Звали  старого  друга  Кидом  Эгглстоном,  и был  он  крупный,  хоть  и
потрепанный мужчина, в прошлом боксер, а затем вышибала в кабаке, где Хэнли,
разумеется, не мог с ним не познакомиться.
     Однако вам необязательно запоминать, ни кто он есть, ни  как его зовут:
все равно  его,  приятеля, ненадолго  хватит,  по крайней  мере ненадолго  в
рамках нашего рассказа. Точнее, ровно через полторы минуты он издаст ужасный
крик и лишится чувств, и мы с вами больше про него и не услышим
     И  все  же, коль на то пошло, должен вам заметить,  что, не закричи Кид
Эгглстон и  не лишись он чувств, вы бы, может статься, не сидели, где сидите
и  не читали, что читаете. Может  статься, вы копали  бы  сейчас глан-руду в
карьере под зеленым солнцем на другом конце  Галактики.  Уверяю вас, вам это
вовсе не понравилось бы; не забывайте, что именно  Хэнли спас вас - и до сих
пор спасает - от подобной участи. Не судите его строго. Если бы Три и Девять
забрали не его, а Кида, все, неровен час, повернулось бы иначе...
     Три  и  Девять были  пришельцами  с планеты Дар, второй  (и единственно
пригодной для жизни) планеты вышеуказанного зеленого  солнца на другом конце
Галактики. Три  и Девять  - это, разумеется, не  полные  их  имена. Имена  у
дариан  - числа, и полное имя  или номер у Три было 389  057 792 869 223. Во
всяком случае, так этот номер выглядел бы в пересчете на десятичную систему.
     Надеюсь, вы простите мне,  что я  называю одного из  пришельцев  Три, а
второго -  Девять и заставляю их таким же образом именовать друг друга. Сами
они меня  ни за что бы не простили. Обращаясь друг  к  другу, дариане каждый
раз  произносят полный номер, и любое  сокращение почитается  у них даже  не
невежливым, а прямо оскорбительным. Но  при  этом они и живут намного дольше
нас. Им не жалко времени, а я спешу.
     В  тот  момент,  когда  Хэнли упоенно  тряс  руку  Кида,  Три и  Девять
пребывали точнехонько над ними, на  высоте примерно одной мили. Пребывали не
в самолете и не в  космической ракете, и уж, конечно, не в летающей тарелке.
(Само собой, мне известно, что за штука эти тарелки, но про них как-нибудь в
другой   раз.   Не   хочу   отвлекаться.)    Дариане   пребывали   в    кубе
пространства-времени.
     Вероятно, вы потребуете объяснений. Дариане обнаружили - дайте срок,  и
мы, может,  сами обнаружим, - что  Эйнштейн  был прав. Материя  не  способна
перемещаться  со  скоростью  большей, чем  скорость света, без превращения в
энергию. А вам  ведь  не  хотелось  бы превратиться в энергию, не правда ли?
Дарианам  тоже - а  исследования в Галактике  они,  тем не менее,  начали, и
начали давно.
     Дело в  том, что  на Даре  пришли  к  выводу: можно  путешествовать  со
скоростью  выше скорости  света  при  условии  синхронного  передвижения  во
времени.  То  есть  путешествовать  не  в  пространстве  как  таковом,  а  в
пространственно-временном  континууме. И  в своем полете  от Дара  до  Земли
путешественники благополучно покрыли расстояние в 163  тысячи  световых лет.
Но  одновременно они переместились в прошлое  на 1630 веков,  так что  время
путешествия для  них самих  оказалось равным нулю. Потом, на пути домой, они
переместились, на 1630 веков в будущее  и попали в пространственно-временном
континууме в исходную точку. Надеюсь, вы разобрались, что я хотел сказать.
     Словом, так или  иначе, а куб  парил, невидимый для  землян,  на высоте
одной мили над Филадельфией (и не спрашивайте меня, почему над Филадельфией,
- сам не  представляю, как  можно выбрать Филадельфию для чего бы то ни было
вообще). Куб парил там уже четыре дня, а Три и Девять ловили и анализировали
радиопередачи,  пока  не научились  понимать их и  разговаривать на  том  же
языке.
     Нет, конечно, ничего они не выяснили ни о нашей культуре, какова она на
деле, ни о наших обычаях,  каковы они  в  действительности.  Сами  посудите,
мыслимое ли  дело  составить себе картину  жизни  на Земле,  отведав каши из
радиовиктороин, мыльных опер, дешевых скетчей и ковбойских похождений?
     Правда, дариане не  особенно интересовались, какая  тут у нас культура,
их  заботило  одно:  чтобы  она  не  оказалась слишком развитой  и не  могла
представлять для них угрозу, и за четыре дня они уверились, что угрозой и не
пахнет. Трудно их винить,  что они пришли к такому мнению, тем более что они
правы.
     - На посадку? - спросил Три.
     - Пора, - сказал Девять.
     Три обвил своим телом рычаги управления.
     - ...Ну да, я же видел, как ты дрался, - разглагольствовал  Хэнли. - Ты
был хорош на ринге, Кид.  Но попадись, тебе такой никудышний  тренер, ты бы,
знаешь, кем заделался!.. Было в тебе такое... хватка, вот что. А  как насчет
того, чтобы зайти на уголок и выпить?
     - За чей счет, Хэнли? За твой или за мой?
     - Понимаешь, Кид,  я как раз  поиздержался. Но не выпить  мне  нельзя -
душа горит. Ради старой дружбы...
     - Нужна тебе выпивка,  как щуке зонтик. Ты и сейчас пьян, так уж  лучше
пойди проспись, покуда не допился, до чертиков...
     - Уже,  - сказал Хэнли. - Да они мне нипочем. Вот, полюбуйся, они  же у
тебя за спиной...
     Вопреки  всякой  логике  Кид  Эгглстон  оглянулся.  И  тут   же,  издав
пронзительный вопль, свалился без памяти. К ним приближались Три и Девять. А
позади рисовались неопределенные очертания  огромного куба  -  каждое  ребро
футов  по двадцать, если не более. И этот куб был  и в то же время как бы не
был - жутковатое зрелище. Наверное, именно куба Кид и испугался.
     Ведь в  облике  Три  и  Девять, право  же, не  было  ничего  пугающего.
Червеобразные, длиной (если бы их вытянуть) футов по пятнадцать н толщиной в
центральной части тела  около  фута, а  на  обоих концах заостренные, словно
гвоздики.  Приятного  светло-голубого цвета - н без всяких  видимых  органов
чувств, так  что и не разберешь,  где у них голова, а  где ноги; да это и не
важно, потому что выглядят оба конца совершенно одинаково.
     К  тому же, хоть они и придвигались  все ближе к Хэнли и распростертому
на панели Киду, у них не удавалось различить  ни  переда, ни зада. Двигались
они в своем нормальном свернутом положении, плывя в воздухе.
     - Привет, ребята, - сказал Хэнли.  - Напугали вы моего дружка, черт вас
дери. А он бы  мне поставил, прочитал бы мораль, а потом поставил. Так что с
вас стаканчик...
     -  Реакция алогичная, - заметил  Три, обращаясь к Девять. - И у  другой
особи тоже. Возьмем обоих?
     - Незачем. Другая, правда, крупнее, но слишком уж слабенькая. К тому же
нам и одной довольно. Пошли!
     Хэнли отступил на шаг.
     - Поставите выпить  -  тогда пойду. А  нет - желаю  знать, куда вы меня
тащите...
     -Мы посланы Даром...
     -  Даром? -  переспросил Хэнли. - Даром  только кошки мяукают. Так  что
никуда я с вами не пойду, если вы, сколько вас, не поставите мне выпить...
     - Что он говорит? - осведомился Девять у Три.  Три помахал одним концом
в том смысле, что и сам не понял. - Будем брать его силой?
     - А может он пойдет  добровольно. Существо, вы войдете в куб, но доброй
воле?
     - А там есть что выпить?
     - Там все есть. Просим вас войти...
     И Хэнли приблизился  и  вошел. Он, конечно, не очень-то  верил  в  этот
призрачный куб, но терять ему было все равно нечего. А потом, раз уж допился
до чертиков, лучше всего отнестись к ним с юмором. Куб изнутри был твердым и
теперь не казался ни прозрачным,  ни призрачным.  Три  намотался  на  рычаги
управления  и  легкими  движениями  обоих  концов  управлял  чувствительными
механизмами.
     - Мы в подпространстве, -  сообщил он.  -  Предлагаю сделать остановку,
изучить добытый образец и установить, пригоден ли он для наших целей...
     - Эй, ребята, а как насчет выпивки?
     Хэнли начал не на шутку волноваться. Руки у него тряслись, по хребту то
вверх, то вниз ползали мурашки.
     - Мне кажется, он страдает, - заметил Девять. - Возможно, от голода или
от жажды. Что пьют эти существа? Перекись водорода, как и мы?
     -  Большая  часть планеты покрыта,  как  мне  представляется,  водой  с
примесью хлористого натрия. Синтезировать для него такую воду?
     -  Не надо!  - вскричал Хэнли.  - И даже без соли - все  равно не надо!
Выпить хочу! Виски!
     -  Проанализировать  его обмен  веществ?  ~  спросил Три. -  С  помощью
интрафлуороскопа  это можно  сделать в одно мгновение... - Он  размотался  с
рычагов  и  направился  к  машине  странного  вида.  Замелькали  огоньки.  -
Удивительно,  -  сказал  он. - Обмен веществ  у данного  существа зависит от
С2Н5ОН...
     - С2Н5ОН?
     - Именно  так.  От этилового спирта  - по  крайней мере  в основном.  С
некоторой  добавкой Н2О  и  даже без  хлористого  натрия, наличествующего  в
здешних  морях.  Есть  еще  другие  ингредиенты,  но  в  минимальных  дозах;
по-видимому - это все, что он усваивал на протяжении 6  последних месяцев. В
крови  и в  клетках мозга  0,234  процента  спирта. Представляется, что весь
обмен веществ в его организме основан на С2Н5ОН.
     - Ребята, - взмолился Хэнли. -  Я же так помру от жажды.  Ну,  кончайте
трепаться и налейте мне стаканчик.
     - Потерпите, пожалуйста, - ответил  Девять.  -  Сейчас я изготовлю все,
что вам  необходимо. Только настрою интрафлуороскоп  на другой  режим  и еще
подключу психометр...
     Вновь замелькали  огоньки, и Девять переместился в  угол куба, где была
лаборатория. Что-то  там произошло, и спустя минуту он вернулся с  колбой. В
колбе плескалось почти две кварты прозрачной янтарной жидкости.
     Хэнли принюхался, потом пригубил и тяжко вздохнул.
     - Я на том свете, - сообщил он. - Это же ультрапрималюкс, нектар богов.
Такой шикарной выпивки просто не бывает...
     Он сделал несколько больших глотков, и ему даже не обожгло горло.
     - Что это за пойло, Девять? - поинтересовался Три.
     -   Сравнительно  сложный   состав,  в  точности   соответствующий  его
потребностям.  Пятьдесят  процентов  спирта,  сорок   пять  воды.  Остальные
ингредиенты - пять процентов, но их довольно много: сюда входят в надлежащих
пропорциях  все  витамины и соли, нужные  его организму. Затем еще добавки в
минимальных  дозах,  улучшающие  вкусовые свойства, - по его стандартам. Для
нас, дариан, вкус этой смеси был бы ужасен, даже если мы могли бы пить спирт
или воду...
     Хэнли снова вздохнул  и опять  хлебнул.  Слегка покачнулся. Поглядел на
Три и ухмыльнулся:
     - А теперь я знаю, что вас тут нет. Не было и нет...
     - Что он хочет сказать? - обратился Девять к Три.
     -  Мыслительные  процессы  у него,  по-видимому,  совершенно  алогичны.
Сомневаюсь, что  из существ данного вида получатся сколько-нибудь  приличные
рабы. Но, конечно, мы еще проверим. Как ваше имя, существо?
     - Что в имени тебе моем,  приятель?  - вопросил Хэнли. - М-можете звать
меня как вам угодно,  я р-разрешаю... Вы мне сам-мые, сам-мые лучшие дрзя...
Б-берите м-  меня и вез-зите, к-куда  хотите,  т-только рабдите,  к-когда мы
приедем, к-куда мы едем...
     Он глотнул из  колбы еще  разочек и прилег не  пол.  Непонятные  звуки,
которые  он  теперь  издавал,  ни  Три, ни Девять расшифровать не  смогли...
"Хррр... вззз... хррр... вззз..." - или  что-то в этом  роде. Они попытались
растолкать его, но потерпели неудачу. Тогда они провели ряд новых наблюдений
и  поставили  над Хэнли все опыты,  какие могли  придумать. Прошло несколько
часов. Наконец он очнулся, сел и уставился на дариан безумными глазами.
     - Ни верю, - сказал он. - Вас тут нету,  одна видимость. Дайте  выпить,
Христа ради...
     Ему  вновь поднесли  колбу. - Девять восполнил  убыль, и она вновь была
налита до краев. Хэнли выпил. И закрыл глаза в экстазе.
     - Только не будите меня!
     - Но вы и не спите.
     - Тогда не давайте мне уснуть. Я понял теперь, что это такое. Амброзия,
напиток богов...
     - Богов? А кто это?
     - Да нету их. Но они пьют амброзию. Сидят у себя на Олимпе и пьют...
     - Мыслительные процессы совершение алогичны, - заметил Три.
     Хэнли поднял колбу и провозгласил:
     - Кабак есть кабак, а рай есть рай, и с мест они не сойдут. За тех, кто
в раю!
     - Что такое рай?
     Хэнли задумался.
     -  Рай - это  когда заведешься, и надерешься, и шляешься и валяешься, и
все задаром...
     - Даром? Что вам известно о Даре?
     - Дар судьбы. Дар небес. Сегодня с виски, завтра - без. Пока вы меня не
прогнали, ребята, ваше здоровье!
     Он еще выпил.
     - Слишком туп,  чтобы  приспособить  его к  чему-нибудь,  кроме,  самых
простых физических работ, - сделал вывод Три. - Но если он достаточно силен,
мы все-таки  рекомендуем  вторжение  на  планету.  Тут, вероятно, три-четыре
миллиарда  жителей.  Нам  нужен  и  неквалифицированный  труд  -  три-четыре
миллиарда принесут нам существенную помощь...
     - Ура-а-а! - завопил Хэнли.
     - Кажется, у него неважная координация, -  задумчиво сказал Три.  - Но,
может быть, он действительно силен... Как вас зовут, существо?
     - Зовите меня Ал, ребята.
     Хэнли кое-как поднялся на ноги.
     -  Это  ваше  личное  имя  или  наименование  вида?  И  полное  ли  это
наименование?
     Хэнли прислонился к стенке и поразмышлял немного.
     -  Наименование вида, - заявил он. -  А  если полностью... Давайте-ка я
вам по- латыни...
     И припомнил по-латыни.
     - Мы хотим испытать вас на выносливость.
     Бегайте от стены к стене, пока не устанете. А колбу с вашей пищей я тем
временем подержу...
     Девять попытался взять у Хэнли колбу, но тот судорожно вцепился в нее.
     -  Еще  глоточек.  Еще ма-аленький глоточек, и  тогда я  побегу.  Право
слово, побегу. Куда хотите...
     - Быть  может, он нуждается в своем  питье, - сказал Три. -  Дайте ему,
Девять...
     "А  вдруг мне  теперь перепадет не  скоро", - решил Хэнли  и прильнул к
колбе.  Потом  он  жизнерадостно  сделал  ручкой  четырем дарианам,  которые
оказались перед ним.
     - Валяй на скачки, ребята! Все скопом... Ставьте на меня. Выиграете как
пить дать. Но сперва еще по ма-аленькой...
     Он глотнул еще - на сей  раз  действительно по маленькой, унции две, не
больше.
     - Хватит, - сказал Три. - Теперь бегите. Хэнли сделал два шага и плашмя
растянулся  на  полу. Перевернулся  на  спину  и остался  лежать с блаженной
улыбкой на лице.
     - Невероятно! -  воскликнул  Три  - А  он  не  пробует  нас  одурачить?
Проверьте, Девять...
     Девять проверил.
     -  Невероятно! -  повторил  он. -  Воистину невероятно,  но после столь
незначительного   напряжения  образец  впал  в  бессознательное   состояние.
Настолько бессознательное, что потерял всякую чувствительность к боли. И это
не  притворство. Данный вид не  представляет  для нас ни малейшей  ценности.
Готовьтесь  к старту  -  мы  возвращаемся.  В соответствии  с дополнительной
инструкцией забираем его с  собой как  экземпляр для зоосада. Такую диковину
нельзя не забрать. С  точки  зрения физиологии это самое  странное существо,
какое  мы  когда-либо  обнаруживали  на   десятках  миллионов  обследованных
планет...
     Три обернулся вокруг рычагов управления и обоими концами стал приводить
механизмы в действие. Минули 163 тысячи световых лет и 1630 веков и  взаимно
погасили друг друга с такой полнотой и точностью, что создалось впечатление,
будто куб вообще не двигался ни во времени, ни в пространстве.
     В  столичном  городе дариан,  которые правят тысячами полезных планет и
посетили  миллионы бесполезных, например Землю, Ал Хэнли занимает просторную
стеклянную клетку, установленную в зоосаде на самом почетном месте: ведь он,
Хэнли, самый поразительный здесь экспонат.
     Посреди  клетки  - бассейн, откуда он то и  дело пьет и где, по слухам,
даже купается. Бассейн проточный, постоянно наполненный до краев чудеснейшим
напитком - напиток этот настолько  же лучше лучшего земного виски, насколько
лучшее земное виски лучше самого грязного и самого  вонючего самогона. Более
того, в здешний напиток добавлены без ущерба для вкуса  все витамины и соли,
нужные экспонату для поддержания обмена веществ...
     От  напитка  из бассейна не  бывает  ни  похмелья,  ни каких-то  других
неприятных  последствий.   И   Хэнли  получает  от  своего  житья  такое  же
наслаждение, как завсегдатаи зоосада от поведения Хэнли; они взирают на него
в  изумлении,  а затем  читают  надпись  на  клетке.  Надпись  начинается  с
латинизированного  наименования  вида  -  того наименования,  которое  Хэнли
припомнил для Три и Девять:

        АЛКОГОЛИКУС АНОНИМУС

     Основная пища - С2Н5ОН, слегка приправленный
     витаминами и минеральными солями. Иногда проявляет
     блестящие способности, но, как правило, полностью
     алогичен. Степень выносливости: может сделать, не
     падая, лишь несколько шагов. Коммерческая ценность
     равна нулю, однако, весьма забавен как образчик
     самой странной формы жизни, обнаруженной в пределах
     Галактики. Место обитания: третья планета системы
     ИК 6547-ХГ 908.

     Хэнли  и  впрямь  забавен,   столь  забавен,  что  дариане  при  помощи
специальных  процедур превратили его в  практически  бессмертное существо. И
это здорово, потому что, если  бы  такой интересный  зоологический  экспонат
взял да помер, они могли бы прилететь на Землю за новым. И могли бы случайно
нарваться на вас или на меня, - а если вы или я в этот день по недоразумению
окажемся трезвыми? Скверная получится штука.

Популярность: 19, Last-modified: Wed, 07 Mar 2001 19:34:21 GMT