- Что бы ты делала, если б знала, что завтра настанет конец света?
   - Что бы я делала? Ты не шутишь?
   - Нет.
   - Не знаю. Не думала.
   Он налил себе кофе. В сторонке на ковре, при  ярком  зеленоватом  свете
ламп, обе девочки что-то строили из кубиков. В гостиной по-вечернему уютно
пахло только что сваренным кофе.
   - Что ж, пора об этом подумать, - сказал он.
   - Ты серьезно?
   Он кивнул.
   - Война?
   Он покачал головой.
   - Атомная бомба? Или водородная?
   - Нет.
   - Бактериологическая война?
   - Да нет, ничего такого,  -  сказал  он,  помешивая  ложечкой  кофе.  -
Просто, как бы это сказать, пришло время поставить точку.
   - Что-то я не пойму.
   - По правде говоря, я и сам не понимаю, просто такое  у  меня  чувство.
Минутами я пугаюсь, а в другие минуты  мне  ничуть  не  страшно  и  совсем
спокойно на душе. - Он взглянул на девочек, их золотистые волосы  блестели
в свете лампы. - Я тебе сперва не говорил. Это случилось четыре дня назад.
   - Что?
   - Мне приснился сон. Что скоро все кончится, и еще  так  сказал  голос.
Совсем незнакомый, просто голос, и он сказал, что у  нас  на  Земле  всему
придет конец. Наутро я про это почти забыл, пошел на службу, а потом вдруг
вижу, Стэн Уиллис средь бела дня уставился  в  окно.  Я  говорю  -  о  чем
замечтался, Стэн? А он отвечает - мне сегодня снился сон, и  не  успел  он
договорить, а я уже понял, что за сон. Я и сам мог ему рассказать, но Стэн
стал рассказывать первым, а я слушал.
   - Тот самый сон?
   - Тот самый. Я сказал Стану, что и мне тоже это снилось.  Он  вроде  не
удивился. Даже как-то успокоился. А потом мы обошли  всю  контору,  просто
так, для интереса. Это получилось само собой.  Мы  не  говорили  -  пойдем
поглядим, как и что. Просто пошли и видим, кто разглядывает свой стол, кто
руки, кто в окно смотрит. Кое с кем я поговорил. И Стэн тоже.
   - И всем приснился тот же сон?
   - Всем до единого. В точности то же самое.
   - И ты веришь?
   - Верю. Сроду ни в чем не был так уверен.
   - И когда же это будет? Когда все кончится?
   - Для нас - сегодня ночью, в каком часу не знаю, а  потом  и  в  других
частях света, когда там настанет ночь - земля-то вертится.  За  сутки  все
кончится.
   Они посидели немного, не притрагиваясь к кофе.  Потом  медленно  выпили
его, глядя друг на друга.
   - Чем же мы это заслужили? - сказала она.
   - Не в том дело, заслужили или нет, просто ничего не вышло.  Я  смотрю,
ты и спорить не стала. Почему это?
   - Наверно, есть причина.
   - Та самая, что у всех наших в конторе?
   Она медленно кивнула.
   - Я не хотела тебе говорить. Это случилось сегодня ночью. И  весь  день
женщины в нашем квартале об этом толковали. Им снился  тот  самый  сон.  Я
думала, это просто совпадение. - Она взяла со стола вечернюю газету. - Тут
ничего не сказано.
   - Все и так знают. - Он выпрямился,  испытующе  посмотрел  на  жену.  -
Боишься?
   - Нет. Я всегда думала, что будет страшно, а оказывается, не боюсь.
   - А нам вечно твердят про чувство самосохранения - что же оно молчит?
   - Не знаю. Когда понимаешь, что все правильно, не станешь  выходить  из
себя. А тут все правильно. Если подумать, как мы жили,  этим  должно  было
кончиться.
   - Разве мы были такие уж плохие?
   - Нет, но и не очень-то хорошие. Наверно, в  этом  вся  беда  -  в  нас
ничего особенного не было, просто мы оставались сами собой, а  ведь  очень
многие в мире совсем озверели и творили невесть что.
   В гостиной смеялись девочки.
   - Мне всегда казалось: вот придет такой час, и все с воплями выбегут на
улицу.
   - А по-моему, нет. Что ж вопить, когда изменить ничего нельзя.
   - Знаешь, мне только и жаль расставаться  с  тобой  и  с  девочками.  Я
никогда не любил городскую жизнь и свою работу, вообще  ничего  не  любил,
только вас троих. И ни о чем я не пожалею, разве что  неплохо  бы  увидеть
еще хоть один погожий денек, да выпить глоток холодной  воды  в  жару,  да
вздремнуть. Странно, как мы можем вот так сидеть и говорить об этом?
   - Так ведь все равно ничего не поделаешь.
   - Да, верно. Если б можно было, мы бы что-нибудь делали. Я  думаю,  это
первый случай в истории - сегодня каждый в точности знает, что с ним будет
завтра.
   - А интересно, что все станут делать сейчас, вечером, в ближайшие часы.
   - Пойдут в кино, послушают радио, посмотрят телевизор,  уложат  детишек
спать и сами лягут - все, как всегда.
   - Пожалуй, этим можно гордиться - что все, как всегда.
   Минуту они сидели молча, потом он налил себе еще кофе.
   - Как ты думаешь, почему именно сегодня?
   - Потому.
   - А почему не в другой какой-нибудь день, в прошлом веке,  или  пятьсот
лет назад, или тысячу?
   -  Может  быть,  потому,  что  еще  никогда  не  бывало  такого  дня  -
девятнадцатого октября тысяча девятьсот шестьдесят девятого года, а теперь
он настал, вот и все. Такое уж особенное число, потому что в этот  год  во
всем мире все обстоит так, а не иначе, - вот потому и настал конец.
   - Сегодня по обе стороны океана готовы к вылету бомбардировщики, и  они
никогда уже не приземлятся.
   - Вот отчасти и поэтому.
   - Что ж, - сказал он, вставая. - Чем будем заниматься? Вымоем посуду?
   Они перемыли  посуду  и  аккуратней  обычного  ее  убрали.  В  половине
девятого уложили девочек, поцеловали их  на  ночь,  зажгли  по  ночнику  у
кроваток и вышли, оставив дверь спальни чуточку приоткрытой.
   - Не знаю... - сказал муж, выходя, оглянулся и остановился с трубкой  в
руке.
   - О чем ты?
   - Закрыть дверь плотно или оставить щелку, чтоб было светлее...
   - А может быть, дети знают?
   - Нет, конечно, нет.
   Они сидели и читали газеты, и разговаривали, и слушали музыку по радио,
а потом просто сидели у  камина,  глядя  на  раскаленные  уголья,  и  часы
пробили  половину  одиннадцатого,  потом   одиннадцать,   потом   половину
двенадцатого. И они думали обо  всех  людях  на  свете,  о  том,  кто  как
проводит этот вечер - каждый по-своему.
   - Что ж, - сказал он наконец. И поцеловал жену долгим поцелуем.
   - Все-таки нам было хорошо друг с другом.
   - Тебе хочется плакать? - спросил он.
   - Пожалуй, нет.
   Они прошли по всему дому и  погасили  свет,  в  спальне  разделись,  не
зажигая огня, в прохладной темноте, и откинули одеяла.
   - Как приятно, простыни такие свежие.
   - Я устала.
   - Мы все устали.
   Они легли.
   - Одну минуту, - сказала она.
   Поднялась и вышла на кухню. Через минуту вернулась.
   - Забыла привернуть кран, - сказала она.
   Что-то в этом было очень забавное, он невольно засмеялся.
   Она тоже посмеялась, - и правда, забавно! Потом они перестали  смеяться
и лежали рядом в прохладной постели, держась за руки щекой к щеке.
   - Спокойной ночи, - сказал он еще через минуту.
   - Спокойной ночи.

Популярность: 32, Last-modified: Thu, 10 Oct 2002 08:24:48 GMT