-----------------------------------------------------------------------
     Чейз Дж.X. Собрание сочинений. Т. 12. Ты мертв без денег:
     Детектив. романы: - Мн.: Эридан, 1994. - 480 с.
     Перевод Н.Яроша, 1992
     OCR & SpellCheck: Zmiy (zmiy@inbox.ru), 4 ноября 2003 года
     -----------------------------------------------------------------------

     Снова Парадиз-Сити (1-е изд. в 1993 г.) - город  миллионеров,  русские,
марки Ларримора и махинации в страховом бизнесе.




     В  погожий  летний  день  немногим  позднее  23.00  черный  с   никелем
"роллс-ройс" выехал с Чарльз-стрит на Керзон-стрит и остановился  поблизости
от улочки, которая идет на Шепард-Маркет.
     Две молодые женщины, разомлевшие в своих мехах, прохаживались  по  этой
улочке. Увидев машину, они остановились и стали  рассматривать  "роллс-ройс"
с  почти  профессиональным  интересом,  но  и  некоторой  завистью,  которую
возбуждает чужое богатство. Керзон-стрит была совершенно пустынна  и,  кроме
разгуливающих женщин и  подъехавшего  автомобиля,  там  не  было  больше  ни
людей, ни машин. Подобное затишье неизвестью почему вдруг  может  возникнуть
на улицах Лондона даже в таком  аристократическом  квартале,  как  Уест-Энд.
Шофер, высокий молодой человек в униформе, вышел  из  машины  и,  подойдя  к
задней  ее  дверце,  о  чем-то  поговорил  с  пассажиром,  которого  женщины
рассмотреть не сумели. Потом шофер сделал шаг назад и  с  растерянным  видом
начал разглядывать улицу.
     - Как ты думаешь, можем ли мы заинтересовать  его?  -  спросила  та  из
женщин, что была повыше ростом.
     - Не строй себе иллюзий, - с горьким смехом сказала вторая,  блондинка,
стараясь заправить под свою крошечную шапочку  непослушный  локон.  -  Типы,
которые ездят в "роллс-ройсах", не для нас, милая!
     Шофер, между тем, заметил  женщин  и  быстрым  шагом  направился  в  их
сторону. Более высокая крикнула ему:
     - Хэлло! Может быть, вы хотите поговорить со мной?
     Когда  шофер  подошел  к  ним  поближе,  она  могла  рассмотреть  парня
получше. Бледность юношеского лица была  необычной.  Несмотря  на  очевидную
незрелость,  во  всей  его  фигуре  было  что-то  напряженное  и  вызывающее
беспокойство. Шофер посмотрел на них и, поняв, с какого сорта  женщинами  он
имеет дело, сделал легкое движение назад, после некоторого колебания все  же
спросил:
     - Вы не могли бы мне сказать, где находится клуб "Золотая лилия"? -  он
говорил довольно приятным, но лишенным выражения голосом.
     - Еще чего! - ответила молодая женщина, которую его  поведение  привело
в ярость. - Разве вы не можете обратиться с таким вопросом  к  полицейскому,
вместо того, чтобы заставлять нас терять свое время на разговоры с вами?
     - Как же я могу обратиться к полицейскому, если здесь нет ни одного?  -
возразил  он,  и  его  темно-карие  глаза  уставились  на   нее   откровенно
недоброжелательно. - А потом, вообще, похоже на то,  что  вы  не  слишком-то
заняты, и поэтому я позволил себе обратиться именно  к  вам.  -  Его  тонкие
губы презрительно скривились. - Если вы не знаете, так и скажите, и тогда  я
обращусь к кому-нибудь другому, вот и все!
     Женщина со злостью повернулась к нему спиной и бросила на прощание:
     - Итак, обращайтесь к кому-нибудь другому!
     - А почему вы не спрашиваете про клуб у меня? Ведь я-то  знаю,  где  он
находится, - блондинка вмешалась в разговор.
     Шофер поправил  отвороты  своих  черных  перчаток.  Его  подозрительный
взгляд перебегал с одной женщины на другую.
     - Хорошо. Тогда где же он находится? - спросил он нетерпеливо.
     Блондинка улыбнулась. Теперь, рассмотрев лицо  парня,  она,  как  и  ее
подруга, почувствовала беспокойство.
     - А вы знаете, что туда имеют  право  входить  только  члены  клуба?  -
объяснила она. - Вам  никогда  не  удастся  проникнуть  туда,  так  как  это
правило строго соблюдается.
     - Не беспокойтесь об этом, -  возразил  шофер,  но  нервные  пальцы  не
находили себе место, - покажите мне только, где он находится.
     - Вы его никогда не найдете, даже если будете разыскивать всю  ночь,  -
ответила блондинка заговорщицким тоном. И, бросив  быстрый  взгляд  на  свою
подружку, тихо  добавила:  -  Но  я  охотно  покажу  его  вам,  при  условии
возмещения того, что мне будет стоить сделать это.
     Высокая все-таки услыхала ее слова.
     - Послушай, милая, ты ведь знаешь не лучше меня, где этот клуб.  -  Она
почувствовала досаду, что упустила возможность заработать.
     - Ну, конечно,  я  знаю,  где  он  находится!  Разве  у  меня  глаза  в
кармане? - продолжала блондинка, покачав  головой.  -  Да,  я  действительно
знаю, где найти этот клуб, и если дело будет стоить того, я, конечно,  смогу
и проводить вас туда.
     Шофер отошел немного в сторону и  провел  взглядом  по  улице,  но  она
по-прежнему  была  пуста.  Он  вернулся  к  машине  и  снова  что-то  сказал
пассажиру.
     - Уходи лучше отсюда, дорогая, разве ты не видишь,  что  ты  лишняя?  -
сказала блондинка.
     - До чего же ты добрая! -  ехидно  упрекнула  высокая.  -  Разве  не  я
первая заговорила с ним? Не будь идиоткой!
     Блондинка улыбнулась, но при этом взгляд ее оставался холодным  и  даже
угрожающим.
     - Я знаю, где это находится, а не ты! У  него  есть  фрик,  но  это  не
клиент для тебя!
     - О! Хорошо же!
     И высокая молодая женщина, признав свое поражение, исчезла  в  темноте.
Блондинка посмотрела в сторону машины. Человек маленького  роста,  одетый  в
черный плащ, в черной шляпе, надвинутой на глаза, в  белых  перчатках  вылез
из  машины.  На  его  до  блеска  начищенных  ботинках,  словно  в  зеркале,
отразилась  яркая  луна.  Он  взял  в  руки  эбонитовую  трость  с   золотым
набалдашником, которую протянул ему шофер, и пересек улицу.
     - Вы,  следовательно,  знаете,  где  находится  клуб,  моя  дорогая?  -
спросил он, останавливаясь около блондинки.
     Она с нескрываемым любопытством посмотрела на него.  Шляпа  с  большими
полями полностью скрывала верхнюю часть лица.  У  него  был  маленький  рот.
Губы  были  красными,  мясистыми  и  очень  подвижными,   а   что   касается
подбородка, то он, казалось, нацелился  прямо  на  нее,  будто  указательный
палец. Она сделала утвердительный жест.
     - Будете добры, я провожу вас туда, - сказала она,  потом  добавила:  -
Вы ведь не здешний, правда?
     - Какая вы хитрая! - толстые губы  заулыбались.  -  Но  не  заставляйте
меня терять время. Быстро проводите меня к клубу, и я сделаю вам  подарок  в
один фунт.
     - Дайте мне два, дорогой, - возразила она. - У меня сегодня  был  такой
неудачный день.
     Втянув голову в плечи, он тяжело оперся о свою трость.
     - А сколько же отсюда минут ходьбы, чтобы они стоили  двух  фунтов,  по
вашему мнению?
     Она прямо посмотрела на него.
     - Вы должны заплатить мне совсем не за прогулку, за мои сведения.
     Он снова улыбнулся. У него были белые, маленькие зубки, острые,  как  у
хорька.
     - Это  и  в  самом  деле  верно,  вы   умница.   Решено,   два   фунта.
Договорились?
     Она подмигнула ему и ответила улыбкой.
     - Я сразу же поняла, что вы не жадный. Решено! Это  совсем  не  потому,
что у меня нет доверия к вам,  но  мы,  девушки,  никогда  не  предпринимаем
необходимых предосторожностей...
     Он снял перчатку, на его пальце сверкнул огромный солитер.
     - Вы знаете Ролло? - спросил он, понизив голос и сверля ее глазами.
     - А если окажется, что я его знаю? - Она  как-то  вся  напряглась  и  с
беспокойством посмотрела на него.
     - Я бы хотел узнать о нем кое-что.
     Рука с бриллиантом исчезла под  плащом  и  появилась  вновь  с  толстой
пачкой банковских билетов. Молодая женщина открыла рот. "Безусловно, в  этой
пачке фунтов сто!" - подумала она.
     - Я заплачу вам за сведения, - проговорил маленький человек. Он  бросил
украдкой взгляд через плечо, как будто опасался  неодобрения  шофера.  -  И,
конечно, за сведения, которые будут стоить этого!
     Она тоже внимательно посмотрела  на  улицу.  На  ней  показались  люди.
Совсем неподалеку  от  них  засверкали  пуговицы  на  мундире  полицейского,
который совершал свой обычный обход.
     - Вам лучше зайти ко мне, в  мою  квартиру,  -  сказала  она.  -  Здесь
невозможно поговорить об этом.
     - Нет, мы просто сделаем небольшую прогулку в  моей  машине,  -  сказал
он. И, взяв ее непринужденно под руку,  увлек  к  машине.  Шофер  открыл  им
дверцу.
     Блондинка даже вздохнула от удовольствия, опускаясь на мягкое  сиденье.
Маленький человек, который по-прежнему держал в левой  руке  пачку  банкнот,
взял правой рукой золотой  портсигар,  лежащий  рядом  с  ним  на  маленькой
полочке.
     - Сигарету? - предложил он, глядя на нее краем глаза.
     Он закурил от специальной зажигалки,  вставленной  в  гнездо  приборной
панели. Потом, пока она вдыхала в себя дым сигареты, сказал шоферу:
     - Сделайте небольшой круг, но не удаляйтесь далеко от этого места.
     - Какая прелесть! -  воскликнула  блондинка,  когда  машина  совершенно
незаметно и плавно тронулась с места и двинулась  по  улице.  -  Чего  бы  я
только не сделала, чтобы иметь такую машину!
     Маленький человек проворчал:
     - Нам надо поговорить о других вещах. Вы знаете Ролло?
     Она стряхнула пепел сигареты прямо на толстый шерстяной ковер,  который
устилал пол машины.
     - Он не любит, когда занимаются его особой.  Я  должна  быть  предельно
осторожной.
     - Это по-прежнему вопрос  денег,  не  так  ли?  -  спросил  он.  -  Вот
возьмите, может быть, у вас будет больше доверия ко мне, когда  вы  получите
это.
     Он протянул ей десять билетов. Она схватила их и быстро сунула  в  свою
сумочку, но глаза ее по-прежнему мечтательно не отрывались от пачки денег  в
его руке.
     - Да, - несколько помедлив, сказала она. - Я его знаю.
     - Не он ли владелец "Золотой лилии"?
     Она утвердительно кивнула.
     - А что он представляет из себя, этот клуб?
     - О!  Вы  знаете,  это  просто  обыкновенная  ночная  коробка.  -   Она
колебалась. - Люди приходят туда  потанцевать.  -  Она  смотрела  на  кончик
сигареты и думала, что она еще может  сказать,  чтобы  не  скомпрометировать
себя. - Там есть очень хороший оркестр, - добавила она. - Там очень  дорогая
плата за вход, и туда ходят только члены клуба. Вам ни под  каким  видом  не
удастся войти, если вы не являетесь членом клуба.  -  Она  бросила  на  него
быстрый взгляд, потом отвернулась. - Об этом я прекрасно знаю, потому что  и
сама не раз пыталась туда пройти, но они  не  разрешают  даже  членам  клуба
приводить туда приглашенных, - уточнила она.
     Он сидел рядом  с  ней,  скорчившись,  скрестив  руки  на  набалдашнике
трости.
     - Продолжайте, - сказал он, когда она замолчала.
     - Что же я могу сказать вам еще? - Рукой она  машинально  сжимала  свою
сумочку. - Вы можете там хорошо поесть, но цены там  очень  завышены.  Ролло
неплохо получает за все это.
     Она  проговорила  эти  последние  слова   более   медленно,   так   как
воображение ее иссякло.
     - Вы ничего не сказали мне существенного и особенного, я  все  это  мог
узнать, позвонив по телефону и  справившись  об  этом  в  клубе,  -  сердито
сказал маленький человек. - Знайте, что я не  имею  привычки  сорить  своими
деньгами. Я и так знаю, что там происходят и другие вещи, но вы об  этом  не
сказали ни слова. Так что же?
     - Я не знаю, - ответила она, чувствуя себя не очень хорошо. -  Конечно,
я тоже слышала, говорили о разных вещах, которые там происходят.  Люди  ведь
там болтливы, но я не хотела бы доставлять неприятности кому бы то ни было.
     - Вы никому не повредите, - ответил маленький  человечек  и  насмешливо
добавил: - Вы знаете, мне ведь очень легко отобрать у вас эти деньги.
     Она смущенно, но поспешно продолжала:
     - Если узнают, что это я вам обо всем рассказала, они  не  постесняются
разделаться со мной.
     - Кто такие эти "они"?
     Она покачала головой.
     - Я ведь совсем не об этом хотела вам сказать.  Женщина  вообще  должна
быть всегда осторожной.
     - Будьте спокойны, вам нечего будет бояться.
     Прежде  чем  решиться,  она   долго   оставалась   неподвижной,   потом
неожиданно торопливо заговорила.
     - Говорят,  что  Ролло  помогает  людям,  у  которых  неприятности.  Он
устраивает их дела. Там бывают женщины, которые получают у  него  наркотики.
Вообще, об этом рассказывают, но лично я ничего не знаю. Правда, я  повторяю
только то, что слышала от других, - она нервно пошевелила  пальцами.  -  Там
есть банда, в ней один тип, которого зовут Батч, и его часто  видят  в  этой
коробке. Он безумно пугает меня. Он похож на убийцу. Но  в  общем  для  меня
эта коробка такая же, как и другие.
     - В общем, Ролло - это продавец и укрыватель наркотиков, не так ли, а?
     Она кивнула.
     - Или вообще что-то в этом роде. Я понял.
     Маленький человечек приложил губы к золотому  набалдашнику,  машинально
покусывая металл и думая о чем-то своем.
     - Я обязательно хочу повидать Ролло, - наконец сказал он.
     - Но я вам уже говорила, что ни под каким видом вы не сможете пройти  в
эту коробку. Они непреклонны.
     Маленький человечек, казалось, не слышал  этих  слов.  Он  нажал  возле
себя на какую-то кнопку.
     - Назад, - скомандовал он в микрофон.
     "Роллс-ройс" несколько замедлил ход, остановился, потом  сдал  назад  и
развернулся. Через несколько минут они снова очутились около улицы,  ведущей
на Шепард-Маркет.
     - Проводите меня до клуба, -  сказал  маленький  человечек,  выходя  из
машины.
     Выходя, блондинка поймала на себе угрожающий взгляд шофера и  задрожала
от страха. Она чувствовала этот взгляд  все  время,  удаляясь  в  темноту  с
маленьким человечком. Сама не понимая отчего, она продолжала дрожать. В  тот
момент, когда они  подходили  к  скверу,  девушка  положила  руку  на  плечо
маленького человечка.
     - Скажите, дорогой, вы мне дадите те два фунта, которые обещали?
     Он удивленно проговорил:
     - Но ведь я дал вам уже вполне  достаточно,  -  потом,  пожав  плечами,
сказал: - Ну ладно, не будем спорить из-за этого.
     И он дал ей  еще  два  фунта.  Она  поспешно  сунула  их  в  сумочку  к
остальным деньгам.
     - Спасибо, дорогой, вы просто принц! Нам надо повернуть в  эту  сторону
и осторожно!
     Фонари  только  немного  разгоняли  сумрак.  В  подворотнях   виднелись
силуэты. Они курили,  и,  судя  по  красным  огонькам,  их,  притаившихся  в
темноте, было  много.  Несколько  человек  фланировало  по  улице.  Они  это
проделывали как-то осторожно, с  подозрительностью.  Блондинка  и  маленький
человек пересекли сквер и вышли на  соседнюю  улицу.  Было  так  темно,  что
маленький человек остановился.
     - А что, далеко еще? - спросил он, с сомнением вглядываясь в ночь.
     - Уже близко, - успокоила блондинка,  понизив  голос.  -  У  меня  есть
электрический фонарик, так что вам не о чем беспокоиться.
     Слабый луч света  появился  в  темноте.  Человек,  наконец,  смог  хоть
что-то различить. Они находились  в  конце  узкой  улицы,  перед  ними  была
большая  кирпичная  стена,  с  небольшой  дверью  посередине.  Луч  фонарика
выхватил  облупленную  краску  фасада  и  большой  заржавевший  механический
молоток у двери.
     - Вот мы и пришли, - сказала блондинка. - Но не ругайте меня, если  вас
туда не пустят.
     - Спасибо, - ответил маленький человечек. - Вы теперь  можете  идти.  Я
вам очень благодарен.
     - Ладно, ладно!
     Она подумала о пачке банковских билетов, которые он положил  обратно  в
карман.
     - А почему бы вам не придти  потом  ко  мне,  ведь  это  совсем  близко
отсюда. Я живу напротив. Мы бы очень хорошо провели время.  Я  вам  доставлю
много удовольствия!
     Маленький человечек ничего ей не ответил, а поднял молоток  и  дал  ему
упасть. Дверь задрожала под его ударами.
     - Нет, - ответил он сухо. - А теперь убирайтесь-ка отсюда!
     Идя по улочке,  она  услышала,  как  дверь  отворилась,  как  маленький
человек переступил ее порог и как дверь закрылась за ним. Она  остановилась,
ощутив злость, что ему все же удалось туда войти без всякого труда. Она  так
рассчитывала, что его не впустят туда и что он тогда  пойдет  с  ней.  Вдруг
она почувствовала, что рядом кто-то есть. Она быстро обернулась,  и  луч  ее
фонарика осветил шофера маленького человека. Он смотрел  на  нее  твердым  и
неприязненным взглядом.
     - Вы меня так сильно напугали! - проговорила она с нервным смешком.  Но
тело ее при этом покрылось гусиной кожей.
     - Погасите-ка  этот  фонарь,  -   проговорил   он   голосом,   лишенным
какого-либо тембра, но определенно угрожающим.
     Машинально, как бы это сделал кролик,  загипнотизированный  змеей,  она
послушалась, и ее проглотила тьма. Шофер  протянул  руку  и  схватил  ее  за
локоть.
     - Ты что-нибудь чувствуешь? - спросил он.
     Она вдруг  почувствовала,  что  что-то  острое  впилось  в  бедро.  Она
попыталась вырваться от него, но он крепко держал ее.
     - Что это значит? Вы с ума сошли! -  в  ужасе  закричала  она  дрожащим
голосом, колени ее подгибались.
     - Это нож... - Он по-прежнему равнодушно цедил слова. - И  этот  нож  я
мог бы всадить в твой живот, но я пока этого не сделаю. Быстро дай мне  твою
сумку и не двигайся.
     Девушка собралась было закричать, но шофер мягко нажал на  нож,  и  она
осталась неподвижной, с открытым ртом, дрожа и задыхаясь.
     - Проклятый выродок! - наконец выдавила она, кипя от ярости.
     - Десять фунтов! Он сошел с ума, чтобы бросать такие деньги  на  ветер.
Я сожалею, но ты больше не увидишь, как они выглядят. - Шофер сильнее  нажал
на нож, но, потрясенная потерей денег, она даже не заметила этого.
     - Я возьму фрик. Я могу найти ему лучшее применение, чем ты.
     - Но и вы так просто не вывернетесь! - грозила она. - Я  расскажу  ему.
Ведь он же должен  будет  выйти  отсюда,  а  когда  он  выйдет,  я  все  ему
расскажу, проклятый негодяй!
     Он немного отошел от нее. Она чувствовала, как теплая кровь стекает  по
ее бедру. Она знала, что рана пустяковая,  но  сознание  того,  что  из  нее
течет кровь, делало ее слабой.
     - У тебя не будет возможности увидеть, как он выйдет отсюда.
     Тяжелый  кулак  в  перчатке  появился  из  темноты  и  ударил   ее   по
подбородку.


     Пятидесятилетний Ролло, которого никто не знал под другим  именем,  был
великаном двухметрового роста. Он  свое  жирное  брюхо  носил  перед  собой,
словно яйцо в громадном мешке. Его руки и ноги  были  похожи  на  гигантские
щупальца. Маленькие глазки, утонувшие в складках  жира,  были  приветливыми,
умными, упрямыми и порочными. Маленькие усики украшали губу, а руки  никогда
не оставались в покое. Никто в точности не  знал,  чем  занимался  Ролло  на
самом  деле,  за  исключением  того,  что  он   владел   "Золотой   лилией".
Подозревали, что он замешан во всех темных  делах  этого  района.  Некоторые
даже  утверждали,  будто   под   его   контролем   находятся   все   бордели
Шепард-Маркета,  другие  считали,  что  он  занимается  скупкой  и  продажей
краденого и что даже является главным  укрывателем  краденых  автомобилей  в
масштабе всей страны. Некоторые  же  с  уверенным  видом  говорили,  что  он
получал деньги от продажи наркотиков. Но никто в точности ничего  о  нем  не
знал.
     Клуб "Золотая лилия"  был  самым  закрытым  в  Лондоне.  Он  насчитывал
шестьсот членов, у которых было одно общее качество: они все  жили  за  счет
мошенничества. Одни из них, безусловно, были более  бесчестны,  чем  другие,
но никто, как бы богат и влиятелен он  ни  был,  не  мог  похвастаться,  что
когда-нибудь жил честным  трудом.  Там  можно  было  увидеть  короля  стали,
сводника, педераста, проституток высшего класса и многих  других  подходящих
для данного заведения индивидуумов. А вся эта отнюдь  не  почтенная  публика
делилась на воров автомобилей, просто жуликов,  подозрительных  посредников,
светских   женщин-клептоманок,   профессиональных   шантажистов,   продавцов
наркотиков и тому подобное. Владычество Ролло  над  ними  было  безгранично.
Декорированное помещение клуба  было  опоясано  галереей.  Туда  допускались
лишь избранные. А у Ролло здесь был своего рода наблюдательный пункт.  Почти
все вечера после полуночи  его  можно  было  увидеть  стоящим,  опирающимися
волосатыми руками на ограждение галереи, наблюдающим  маленькими  блестящими
глазками за танцующими и ужинающими  гостями.  Это  зрелище  доставляло  ему
огромное удовольствие, оно воодушевляло его.
     Ролло всегда  выглядел  одинаково:  на  голове,  имеющей  форму  груши,
совершенно лысой и блестящей, как биллиардный шар, сидела  красная  турецкая
фреска. Его жирное тело было облачено во  фрак  черного  цвета  и  такой  же
жилет: отделанный  белым  галстук  "Аскот"  был  тоже  из  черного  шелка  и
закрывал его толстую шею, серые в полоску брюки  скрывали  толстые  ноги,  а
лакированные башмаки - огромные плоские ступни.  При  входе  в  большой  зал
каждый автоматически поднимал взгляд на балкон, и  там  узнавали,  хочет  ли
Ролло поговорить с ним. Если у  него  было  такое  желание,  он  делал  знак
пальцем и исчезал в своем  кабинете.  Приглашенный  не  сразу  поднимался  к
нему. Совсем не следовало показывать другим, что Ролло  хочет  поговорить  с
ним. В сущности, его знак означал, что у него  есть  дело  и  что  он  хочет
держать его в секрете. Нет, приглашенный  прежде  всего  располагался  около
большого бара в конце помещения, заказывал виски  и  некоторое  время,  пока
опорожнял свой стакан, разговаривал с барменом, смотрел на  официанта-грека,
который разносил кушанья.  После  того,  как  человек  потолкался  по  левой
стороне зала между столиками и маленьким дансингом,  вы  останавливались  на
мгновение послушать состоящий из четырех музыкантов высшего класса джаз,  и,
может быть, особенно технику  негра-ударника.  Потом  с  самым  естественным
безразличием вы проходите за черные  бархатные  портьеры,  которые  скрывали
лестницу, ведущую наверх. Обычно там, за этими портьерами,  находился  Батч,
охранявший лестницу. Высокий и тонкий, с бледным лицом, одетый  в  черное  и
черную фетровую шляпу, этот тип носил также и  черную  рубашку,  на  которой
выделялся белый шелковый галстук, украшенный золотой подковой.  Батч  обычно
держался у стены и с равнодушным видом чистил  гусиным  пером  зубы,  следуя
лучшим традициям гангстеров из  кинематографа.  Идущий  к  Ролло  кивал  ему
головой, он будто не замечал. И это означало,  что  можно  продолжать  путь.
Иначе Батч американским акцентом, холодным и всегда угрожающим, приказал  бы
вернуться обратно в ресторан.
     Кабинет  у  Ролло  был  роскошным:  дубовая   обшивка   стен,   скрытое
освещение, письменный стол, покрытый толстым стеклом, богатые  украшения  по
стенам, комфортабельные кресла из зеленой  кожи  и  огромные  диваны.  Ролло
обычно сидел за своим письменным столом с толстой сигарой в зубах, желтых  и
широких, с сонливым выражением на лице.  На  его  столе  не  было  ни  одной
бумаги.  Он  сидел,  скрестив  руки  на  зеленом   бюваре,   и   внимательно
рассматривал пришедшего, словно  это  был  последний  человек,  которого  он
хотел видеть. Он был не один. У камина стояла  Селия.  Она  редко  открывала
рот, и ее большие черные глаза, которые никогда не выдавали  ее  мыслей,  не
покидали лица посетителя, пока он находился в этом кабинете.
     Селия была креолкой, и выглядела бледной  статуей  из  бронзы.  Большие
глаза, черные и мрачные, подбородок,  короткий  и  широкий,  скулы  в  форме
головы кобры, губы, напоминавшие яркий разрезанный плод. Ее  высокий  силуэт
был  необычным:  с  лица  она  выглядела  невероятно  тонкой,  а  в  профиль
казалось, что эта женщина была произведением  карикатуриста  -  так  смещены
были ее формы. Ярко-красный тюрбан скрывал ее курчавую шевелюру. Ее никто  и
никогда не видел с непокрытой головой. Нужно сказать,  что  Селия  стыдилась
своих волос. Ее шелковые платья, всегда очень ярких  расцветок,  были  сшиты
таким образом, чтобы подчеркнуть все линии ее  тела.  Селия  действовала  на
всех мужчин своей невероятной сексуальностью. Она была любовницей  Ролло.  В
кабинете  шли  переговоры,  заключались  договоры,   уточнялась   финансовая
сторона дела. Ролло сидел за своим столом, а Селия  внимательно  следила  за
посетителем. После его ухода Ролло бросал взгляд  из-за  плеча  на  Селию  и
поднимал брови. Она тогда решала - "да" или  "нет".  Она  обладала  какой-то
странной возможностью читать мысли людей  и  не  раз  предостерегала  Ролло.
Всегда было очень нелегко заставить Ролло  согласиться  с  предложением  или
просьбой - однако пытавшиеся обмануть Ролло  теряли  все.  Одного  или  двух
таких речная полиция выудила из Темзы, другие, менее опасные, оказывались  в
госпитале в  Чаринг-Кроссе  с  разбитыми  черепами.  О  них  не  заботились,
выживут они или нет. Ролло не любил возражений, никто не пытался изменить  в
нем хоть что-нибудь.
     В этот вечер Ролло сидел за своим письменным столом с сигарой во рту  и
с лупой в глазу. Он рассматривал драгоценную  брошь.  Бриллианты,  рубины  и
изумруды сверкали в мягком освещении комнаты, когда он поворачивал  брошь  в
руке. Селия смотрела через его плечо. Она тяжело  дышала,  и  по  ее  глазам
было  видно,  как  она  нравится  ей.  Ролло  опустил  брошь  на   бархатную
подушечку, поерзал в кресле, устраиваясь удобнее, положил лупу  и  заворчал.
Спинка кресла затрещала.
     - Гомец должен сейчас работать там внизу, -  сказал  он.  -  Совершенно
необходимо, чтобы эта безделушка покинула страну до завтрашнего утра.
     - Мне бы так хотелось иметь ее! - сказала  Селия,  не  спуская  глаз  с
брошки. - К чему портить ее?  Мы  ведь  не  нуждаемся  в  деньгах.  Она  мне
нравится именно такой.
     - Ты бываешь иногда  настоящей  идиоткой,  -  ответил  Ролло,  открывая
ящик, доставая оттуда маленькую картонную коробочку. - Если тебя  поймают  с
этой брошью, то ты получишь, по крайней мере, пять лет тюрьмы. А потом,  нам
всегда нужны деньги.
     Неожиданно на его столе зажглась лампочка.
     - Кто-то поднимается по  лестнице,  -  проговорил  он,  покусывая  свои
толстые губы.
     Он  спокойно  открыл  нижний  ящик  письменного  стола  и  бросил  туда
коробку, которая сразу же исчезла. Селия тяжело вздохнула: она  поняла,  что
видела брошь в последний  раз.  Этот  ящик  письменного  стола  сообщался  с
подвальным этажом, в котором работал  Гомец.  В  дверь  постучали,  и  вошел
Батч.
     Ролло скривился:
     - Кто там еще?
     - Здесь находится один тип, он спрашивает вас, - ответил  Батч,  взгляд
которого при этом устремился к Селии, потом снова остановился на Ролло. -  Я
его прежде никогда не видел. Он не принадлежит к членам клуба.
     - А что он хочет?
     - Он мне этого не сказал.
     - Я не хочу его видеть.
     Батч покачал головой.
     - Он дал мне это.
     И он достал из кармана конверт. Ролло нахмурил брови. Он  взял  из  рук
Батча конверт, бросил взгляд  на  Селию,  потом  открыл  конверт  и  вытащил
оттуда  банковский  билет.  В   кабинете   неожиданно   наступило   какое-то
удивленное молчание. Стало слышно оркестр внизу.  Ролло  развернул  билет  и
положил его на бювар.
     - Сто фунтов.
     Батч и Селия вытянули шеи и нагнулись вперед.
     - Сто фунтов! - повторил Ролло. Он отодвинул немного свое кресло,  взял
конверт и посмотрел внутрь.
     - Это очень любезно с его стороны. Как визитная карточка.
     Он стал шевелить билетом.
     - А что это за тип?
     Батч пожал плечами.
     - Маленький парень, хорошо одетый и, кажется, набитый фриком.
     Ролло снова взял билет, посмотрел через него на свет и проворчал:
     - Я приму его, но  мне  хотелось  бы  немного  больше  узнать.  Если  я
позвоню два раза, то ты проследишь за ним и узнаешь, кто он такой.
     Батч согласно кивнул головой и вышел.
     - Сто фунтов... - осторожно начала Селия,  которая  снова  заняла  свое
место у камина. - Хотела бы я знать, кто он такой и что ему нужно.
     Ролло пожал своими широкими плечами.
     - Это мы узнаем.
     Он сложил билет и сунул его  в  карман  жилета.  Они  оба  застыли,  не
спуская глаз с двери,  откуда  должен  был  появиться  незнакомец.  Вернулся
Батч. Он посторонился, чтобы пропустить вперед  маленького  человека.  Когда
он снял шляпу, Ролло  рассматривал  его  с  интересом,  который  старательно
пытался скрыть. Человек пересек комнату.
     - Меня зовут Дюпон, - сказал он. - И я хотел вас видеть.
     Ролло встал.
     - Вы  очень  приятно  представились  мне,   мистер   Дюпон.   Садитесь,
пожалуйста.
     Батч взглянул на Ролло и вышел из комнаты. Дверь  тихо  затворилась  за
ним. Ролло снова устроился в своем кресле. Маленький человек  тоже  сел.  Он
смотрел на Селию глазами, глубоко запавшими в орбиты.
     - Может быть, мы смогли бы остаться вдвоем? - спросил он у Ролло.
     - Но ведь мы одни, мистер Дюпон.
     Наступило долгое молчание. Селия оставалась тут, как бледная статуя  из
бронзы, с глазами, устремленными на Дюпона.
     - Вы хотели меня видеть? По какой причине?
     Мистер Дюпон скрестил руки на набалдашнике своей трости.
     - Я слышал о вас, - сказал он, по-прежнему  глядя  на  Селию.  -  Может
быть, вы сможете оказать мне услугу.
     - Я не имею обыкновения оказывать  людям  услуги,  -  честно  признался
Ролло. - У меня есть другие занятия.
     - Но я готов купить у вас ваши услуги.
     Ролло протянул руку:
     - Тогда это совершенно другое дело.
     Снова наступило  молчание.  Мистер  Дюпон  постукивал  по  набалдашнику
своей трости, не решаясь начать, стесненный присутствием  в  комнате  Селии,
взгляд которой раздражал его.
     - Мне кажется, что все же было бы лучше, если  бы  мы  остались  совсем
одни.
     - Селия не может смущать вас, - заявил Ролло. - Не  заботьтесь  о  ней.
Не обращайте внимания на ее присутствие. Она не понимает по-английски.
     Безусловно, мистер Дюпон не поверил этому заявлению,  но  он  не  хотел
прекословить Ролло.
     - Очень хорошо, - сказал он и положил трость около себя. -  То,  что  я
хочу вам сказать, должно, естественно, остаться между нами.
     - Конечно.
     Мистер Дюпон посмотрел на свои ногти, потом проговорил:
     - Я интересуюсь Вуду.
     - Вы интересуетесь  чем?  -  переспросил  Ролло,  наклонясь  к  нему  и
положив руки на зеленый бювар.
     - Культом Вуду, - повторил мистер Дюпон тихим, но твердым голосом.
     Лицо Ролло  стало  сперва  серым,  потом  пурпурным.  Маленькие  глазки
наполнились гневом, он еле сдерживался, думая, что его морочат. Но  инстинкт
хищника говорил ему, что билет в сто фунтов  может  стать  первым  из  целой
серии. Коль смешной маленький человек хотел оплатить свою голову, ну что  ж,
его дело. Но это ему будет стоить очень дорого.
     - Я не понимаю... - осторожно проговорил он.
     - Я хочу узнать кого-нибудь, кто находится в  курсе  ритуалов  Вуду,  -
объяснил  мистер  Дюпон.  -  Вы,  без  сомнения,  знаете   кого-нибудь?   Я,
безусловно, заплачу, сколько нужно будет, за полученные сведения.
     У Ролло было смутное представление о том, что такое Вуду.  Он  даже  не
знал, есть  ли  кто-нибудь  в  его  необыкновенном  окружении,  кто  мог  бы
ответить на такой вопрос. Но не было ли это возможностью заработать  деньги?
Не стоило пренебрегать этим.
     - Мне мало что известно,  -  с  ободряющей  улыбкой  проговорил  Ролло,
глядя на мистера Дюпона. - Но прежде, чем мне начать заниматься этим,  может
быть, вы будете так любезны объяснить мне ваше дело подробнее?
     - Я  не  думаю,  что  это  необходимо,  -  ответил  Дюпон  с  некоторой
суровостью. - Или вы знаете кого-нибудь, знакомого с этим ритуалом,  или  вы
не знаете никого. Если вы знаете, то скажите мне, и я заплачу  вам.  А  если
нет, то мы зря теряем время.
     - Это мало знакомый  и  мало  рекомендуемый  культ,  -  ответил  Ролло,
который колебался, не уверенный в  себе.  -  Мне  необходимо  знать  причину
вашего желания. - Он пожал плечами с недоумевающим видом.
     - В таких случаях приходится действовать  очень  осторожно,  -  ответил
Дюпон, пристально глядя на него.
     Ролло с трудом мог скрыть свое удивление и пробормотал:
     - Может быть, я все же смогу вам помочь.
     - Очень хорошо. Скажите мне имя и дайте адрес этого человека, а  я  вам
отдам деньги. Все очень просто.
     Ролло понимал, что все это было бы очень просто, если бы он знал имя  и
адрес такой нужной персоны. Но, к  сожалению,  все  было  не  так.  Ситуация
требовала некоторых ловких маневров.
     - Есть у нас тут один тип, - начал он, старательно  выговаривая  каждое
слово,  -  который  в  курсе  ритуалов  Вуду.   Он   достиг   необыкновенных
результатов, - добавил он, чтобы придать своим  словам  достоверность.  -  Я
его хорошо знаю. В сущности, вчера только разговаривал с  ним.  Не  так  ли,
милочка?
     Селия оставалась безмолвной.
     - А какой результат? - немедленно последовал вопрос мистера  Дюпона.  -
Вы говорили о материализации?
     А вот это уже выходило за рамки понимания Ролло и  даже  за  рамки  его
воображения. Он развел руками с неопределенным видом и сказал:
     - Я не думаю, чтобы этот господин любил говорить о своих  секретах,  но
я могу уговорить его помочь вам.  Это  именно  такой  человек,  которого  вы
ищете, теперь я убежден в этом.
     - А как его зовут?
     Мистер Дюпон привстал, его перчатки соскользнули с колен на пол, но  он
этого даже не заметил.
     - Мне необходимо предварительно поговорить с ним,  может  быть,  он  не
захочет, чтобы его имя стало известным, вы понимаете?
     Мистер Дюпон снова  сел  на  место.  На  его  худом  личике  ясно  было
написано разочарование.
     - Да, - произнес  он  после  минутного  размышления,  -  это,  конечно,
правда. - Он встал. - Вы поговорите  с  ним,  а  я  постараюсь  увидеть  вас
завтра.
     Ролло вопросительно посмотрел на него.
     - Но вы мне все-таки не сказали, что он должен сделать для вас?
     - Скажите ему, что я желаю присутствовать  при  ритуальных  церемониях.
Это все держится в самом  строгом  секрете.  Но  надо,  чтобы  присутствовал
"зомбист", настаивайте на этом пункте обязательно. Я щедро заплачу за это.
     Ролло порылся в своем кармане, вытащил  карандаш  и  записал  на  своем
бюваре слово "зомбист". Это слово он никогда не слышал и даже  не  мог  себе
представить, что оно означает.
     - А сколько вы заплатите? В какую  сумму  выльется  оплата?  -  спросил
он. - Простите меня за любопытство, но сумма, большая для  некоторых,  может
показаться незначительной для других.
     Мистер Дюпон снова сделал утвердительный кивок головой.
     - Десять  тысяч  фунтов,  -  проговорил  он.  -  Но  для  такой   суммы
необходимо, чтобы результат был положительный.
     Глаза Ролло приняли мечтательное выражение. Безусловно, этот  маленький
человечек стоил того, чтобы его приручить.
     - В четверг? В этот же час? - сказал он, вставая  с  кресла.  -  Тысяча
фунтов для вас за мое знакомство с ним и десять тысяч ему за работу.
     Ролло с каменным выражением лица ответил:
     - Договорились!
     Мистер Дюпон протянул ему руку.
     - Могу я получить обратно свою визитную карточку? -  осторожно  спросил
он. - Я ее отдал, чтобы получить возможность пройти к вам.
     Ролло ни на минуту не задумался. Он вытащил из кармана сложенный  вдвое
билет и протянул его маленькому человечку. Это стоило ему таких трудов,  как
если бы у него вырвали один из его громадных желтых зубов.  Но  инстинктивно
Ролло почувствовал, что игра стоила свеч. Если маленький человек потеряет  к
нему доверие, он никогда  больше  не  увидит  его,  а  Ролло  сильно  жаждал
увидеть его снова. Мистер Дюпон направился к двери. Они слышали его шаги  по
коридору, ведущему в ресторан.
     - Он просто сумасшедший, - сказала Селия. -  Ты  видел  его  глаза?  Он
совершенно помешан.
     Ролло ответил ей, пожимая плечами:
     - Я тоже подумал, что он не в своем уме, но он богат...
     Он оперся своими толстыми пальцами на пуговку  звонка  и  позвонил  два
раза.


     Сьюзен Хэддер спустилась по авеню Шафтесбери  и  остановилась  на  углу
Хэннан-стрит, пропуская такси, шедшее  к  Лейсчер-скверу.  Какой-то  мужчина
пробормотал из тени:
     - Хэлло, малютка! Мы, кажется, направляемся в одну сторону?
     Сьюзен  не  обратила  на  него  внимания,  и,  когда  красный  светофор
сменился зеленым, она пересекла улицу в направлении Пикадилли.  Она  слышала
раз восемь в течение этого часа те же  самые  выражения,  и  она  сама  была
виновата в этом. Ей надо было прекратить это бесцельное  хождение.  Ей  было
совершенно необходимо остаться дома. Дома? Она  представила  себе  маленькую
комнату на последнем этаже самого старого здания на Филизи-стрит. Это  никак
не могло называться "домом". До сегодняшнего вечера для нее  это  было  лишь
местом, где  она  хранила  свои  вещи,  где  спала,  но  сегодня  это  стало
единственным, что у нее  осталось  на  свете.  Домашний  очаг,  который  она
представляла себе и который казался еще несколько  часов  тому  назад  таким
реальным, исчез после появления письма. Но она не хотела  сейчас  думать  об
этом письме. У нее еще будет много времени подумать об  этом  и  позже.  Она
сможет даже читать его и думать о нем все вечера до самой своей смерти. А  в
этот вечер, нет, она не  хотела  думать  о  нем.  Но  она  не  могла  больше
блуждать по улицам. Становилось уже поздно. И потом,  она  уже  больше  двух
часов бродила таким образом, и ноги у нее  начали  болеть.  Она  знала,  что
если вернется в свою "меблировку", вдалеке от  шума  и  движения  улицы,  от
реклам, от рокота толпы, она обязательно снова начнет  думать.  В  эту  ночь
такое состояние было для нее невыносимым. А это как раз и ожидало  ее,  если
она вернется туда. Она знала, что ей придется рано или поздно  решиться,  но
хотелось как можно дальше отложить предстоящие мучения. Она устала.
     Человек, который заговорил с ней, следовал на небольшом  расстоянии.  У
него была странная походка. Можно  было  подумать,  что  одна  нога  у  него
короче другой. Ей не нужно было оглядываться, чтобы убедиться, что  он  идет
сзади. Но она не боялась. На улице было еще много  народу,  однако  ей  было
все же не по себе. Было неприятно, что он принимает ее за уличную девку.  По
небольшому  спуску  она  вышла  на  Глей-Джуаз-стрит.  Это,  конечно,   было
ошибкой, потому что улица была  темной  и  часто  служила  местом  свиданий.
Человек по-прежнему шел почти рядом. Она ускорила шаги,  недовольная  собой,
потому  что  покинула  безопасную  Пикадилли.  В  нескольких  шагах  от  нее
показался бар. Не раздумывая, она вошла  в  него  и  хлопнула  дверью  перед
самым носом преследовавшего ее типа. Она не обернулась, но  чувствовала  его
взгляд, устремленный ей в спину.
     В  баре  царила  тяжелая,  удушливая  атмосфера.   Было   очень   много
посетителей, и все столики были заняты. Она осмотрелась вокруг. Она  видела,
что посетители разглядывали ее:  кто  просто  из  любопытства,  а  кто  и  с
интересом. Она все же нашла себе место и  села.  Столик  был  занят,  но  ее
сосед не обратил на нее внимания. Этот человек  читал  газету  и  держал  ее
так, что его совсем не было видно. Перед ее глазами был лишь лист  сложенной
газеты и две руки в шоферских перчатках, которые  держали  ее.  Подавальщица
сказала:
     - Мы собираемся закрываться.
     Сьюзен посмотрела на нее и неожиданно осознала  свое  положение.  Яркое
освещение и тяжелая атмосфера, казалось, лишили ее  последних  сил.  Ноги  у
нее болели, и тело было готово раствориться в океане усталости.
     - О! Я думала... Я очень хотела бы получить чашечку кофе,  -  попросила
она.
     Служанка, к которой она обратилась, была неумолима.
     - Мы закрываемся, - твердо повторила она.
     Сьюзен задумалась. Она должна обязательно хоть немного  отдохнуть,  она
не  могла  сейчас  вернуться  на  улицу.   Этот   тип   обязательно   станет
преследовать ее. Но  она  видела,  что  люди  смотрели  на  нее,  и  боялась
служанки, у которой был усталый и сердитый вид. Она  с  отчаянием  подумала:
"Она устроит мне сцену, если я сейчас же не уйду". Она взяла свою сумочку  и
отодвинула стул...
     - Вы закроете еще только  через  двадцать  минут,  -  вдруг  проговорил
мягкий, без всякого тембра голос из-за газеты. - Принесите ей кофе.
     Сьюзен и служанка одновременно посмотрели на мужчину, сидящего за  этим
столом. Он опустил газету и  смотрел  на  служанку  своими  серыми  мрачными
глазами. Служанка открыла рот, она хотела повторить, что  кафе  закрывается,
но не осмелилась. Что-то в этом бледном лице испугало ее.  Может  быть,  она
почувствовала, что его воля была сильнее ее. Ей показалось,  что,  если  она
сейчас же не принесет кофе, он станет говорить без умолку и,  чего  доброго,
останется здесь на всю ночь. Она молча направилась к  буфету,  налила  кофе.
Потом она ушла. Все это время, держа газету  развернутой,  мужчина  наблюдал
за служанкой. После ее ухода он что-то проворчал и снова начал читать.
     Сьюзен сидела перед дымящейся чашкой кофе. У нее было  ощущение,  будто
все смотрят на нее,  и  она  колебалась,  надо  ли  поблагодарить  человека,
пришедшего ей на помощь.  По  всей  вероятности,  он  не  чувствовал  к  ней
никакого интереса, потому что ни разу не взглянул на нее. Пока  он  наблюдал
за служанкой, Сьюзен рассмотрела его, хотя козырек его кепи был надвинут  на
глаза. Он был в костюме шофера, очень хорошо сшитом и  даже  элегантном.  Он
был молод. Она бы дала ему лет двадцать. У него были правильные черты  лица.
Кожа его была очень светлой. Черные брови и ресницы резко контрастировали  с
его белой кожей. Особенно привлекли ее внимание серые  глаза  под  загнутыми
кверху ресницами. Это были какие-то твердые глаза, очень уверенного  в  себе
человека. Они вселяли страх.
     Она помешала ложечкой кофе, и ей  захотелось,  чтобы  он  опустил  свою
газету. Так просто было  сразу  поблагодарить  его  и  забыть  об  этом.  Но
поднятая вверх газета делала это невозможным или во всяком  случае  трудным,
и все казалось ей каким-то таинственным. Решила ничего не говорить.  Открыла
свою сумочку и вынула письмо. Смотрела  на  него  и  вспоминала  все  другие
письма, полученные ею ранее. Предыдущие письма дышали влюбленностью,  и  она
с грустью сказала себе, что это письмо было последнее, полученное  от  него.
Он пытался быть добрым и хотел осторожно бросить ее, но  достиг  лишь  того,
что оказался фальшивым и грубым. Естественно, она знала, что он  любит  свою
мать, но почему он раньше  не  думал  об  этом?  "Я  думал,  что  это  будет
нехорошо по отношению к маме, - писал он ей. - Сейчас  весь  вопрос  в  том,
чтобы дождаться того времени, когда я буду больше зарабатывать, а это  может
отодвинуться на долгое время. Было бы нехорошо просить вас  об  этом,  чтобы
вы ждали все это долгое время".
     Тут она больше была не в  силах  продолжать  чтение.  Неожиданно  буквы
слились перед ее глазами. Она старательно сложила письмо и  спрятала  его  в
сумочку. Скупая слеза скатилась по ее щеке  и  упала  в  кофе.  Она  вытерла
глаза носовым платком и посмотрела вокруг себя, чтобы убедиться,  что  никто
не видел ее слез. Без сомнения, теперь, когда ее  обслужили,  она  перестала
привлекать к себе  внимание  остальных  посетителей.  Она  закусила  губу  и
сунула платок за отворот своего  рукава.  "Бесполезно  плакать,  -  подумала
она. - Со временем она привыкнет к  этому".  Тот  факт,  что  она  вынуждена
находиться здесь, странно  угнетал  ее.  С  какой  радостью  она  собиралась
покинуть комнату на Ланден-холл-стрит и устроить свое новое жилище с ним.  А
теперь она без работы и без домашнего очага. Ситуация трагическая.
     Она снова обнаружила присутствие  шофера.  Прислонившись  к  стене,  он
опустил газету и смотрел на нее.
     - Вас ни к чему не приведут ваши слезы, - проговорил он. -  Это  никому
не помогало.
     Она почувствовала, что краснеет, и было  ужасное  мгновение,  когда  ей
показалось, что она сейчас разрыдается.
     - Вы совершенно безвольны, - продолжал шофер,  серые  и  мрачные  глаза
которого не отрывались от ее лица.
     - Я полагаю, что вы плакали из-за мужчины. Не делайте  этого,  вам  это
совсем не поможет.
     - Занимайтесь своими делами! - неожиданно для себя  проговорила  она  и
повернула голову, чтобы больше не видеть своего соседа.
     - Вот это уже значительно лучше,  -  прозвучало  в  ответ.  -  Вот  это
доказывает, что вы женщина с головой. Но только не  говорите  мне,  что  все
идет плохо. Я не хочу этого знать.
     - Пожалуйста, не разговаривайте со мной, - сказала  она,  забывая  свои
слезы и обиды.
     - Я хотел бы, чтобы вы помогли мне, - ответил он. - Это очень важно.
     Она повернулась и посмотрела на него.
     - Я хотела бы знать, знаете ли вы, с  кем  говорите?  -  начала  она  с
гневом.
     - Дайте мне договорить. - Он сделал нетерпеливый жест. - Вы  совершенно
правы. Я знаю женщин. Вы приличная женщина, которая получила  тяжелый  удар,
но это несерьезно, вы быстро придете в себя.
     - Я ухожу, -  сказала  она  и  подняла  свою  сумочку.  -  У  меня  нет
обыкновения разговаривать с незнакомыми людьми.
     - Но ведь это же я заставил  служанку  принести  вам  кофе,  не  правда
ли? - возразил он, глядя на нее. - Разве вы не могли  бы  сделать  для  меня
что-нибудь в свою очередь?
     Она ощущала на себе пристальный взгляд  и  силу  его  воли.  Она  вдруг
почувствовала себя совсем слабой.
     - Я не понимаю того, что вы говорите.
     - Хорошо. Тогда помолчите и дайте мне возможность  объяснить  вам  все.
Здесь есть один человек, который сидит за столиком слева в глубине зала.  На
нем черная рубашка и белый галстук. Он все еще там?
     Она посмотрела поверх его плеча. В глубине зала, слева, сидел  мужчина.
Он действительно был в черной рубашке и  белом  галстуке.  Он  сдвинул  свою
черную шляпу на затылок и чем-то напоминал Хэмфри Богара. Он  смотрел  в  ее
сторону с равнодушным видом.
     - Да, действительно, он там, - ответила она. - Не понимаю, что все  это
значит?
     Шофер закусил губу.
     - Он следит за мной, - признался он после некоторого колебания. -  Если
вы когда-либо вздумаете за кем-нибудь следить, не надевайте заметных  одежд.
Уже полчаса назад этот галстук привлек мое внимание, и с того момента он  не
выпускал меня из вида.
     - Я ничего в этом  деле  не  понимаю  и  ничего  не  могу  поделать,  -
проговорила ошеломленно Сьюзен. Она выпила свой кофе и открыла сумочку.
     - Вы могли бы кое-что сделать, - возразил он. -  Вы  получили  жестокий
удар, а это даст вам возможность хоть на время  забыть  его.  Я  обязательно
хочу узнать, кто этот человек.  Не  согласитесь  ли  вы  проследить  за  ним
вместо меня?
     Она была так ошеломлена, что не могла даже ответить. Она  могла  только
смотреть на него.
     - Это немного отвлечет ваши мысли, - продолжал шофер. -  Он  не  станет
подозревать вас. К тому же,  дело  стоит  того.  -  Он  вынул  тонкую  пачку
билетов по одному фунту и бросил на стол. - Десять фунтов, - добавил  он.  -
Эти деньги можно легко заработать.
     Она отшатнулась.
     - Я  думаю,  вы  просто  сумасшедший,  -  ответила  она,  непроизвольно
заинтересовавшись им. - Мне никогда не приходило в голову делать это.
     - Наоборот! - был его ответ. - Я не  ошибаюсь,  был  момент,  когда  вы
собирались броситься в воду. -  Он  посмотрел  на  свою  газету,  и  по  его
тонкому бледному лицу промелькнула гримаса. - А теперь вы  почти  забыли,  о
чем вы плакали совсем недавно. Это для вас отличный способ провести ночь.
     Она с сожалением ответила:
     - Но я никогда ни за кем не следила.
     - Это очень просто, - продолжал он, делая вид, что  снова  углубился  в
свою газету.  -  У  него  есть  машина,  большой  зеленый  "паккард",  номер
ХЛА-3573. Он оставил ее в начале улицы. Все, что вам  следует  сделать,  это
пробраться в машину и спрятаться под покрывалом. У него  накинуто  покрывало
на заднее сиденье, я видел это. Он обязательно пойдет за  своей  машиной,  а
потом вернется на Шепард-Маркет. Во всяком  случае,  я  подозреваю,  что  он
должен туда отправиться, но утверждать этого, конечно,  не  могу.  Это  даст
вам возможность провести ночь как следует.
     - Нет,  -  ответила  Сьюзен.  -  Я  не  сделаю  этого.  Он  может  меня
обнаружить, и что же тогда произойдет со мной? А потом, у него  такое  лицо,
которое мне не нравится.
     - И мне тоже, - согласился шофер, - но он вас не найдет. Ему даже  и  в
голову не придет заглядывать туда. Разве вы  сами  не  понимаете  этого?  Вы
сделаете лучше, если вы согласитесь, ведь вы не можете оставаться здесь  всю
ночь.
     - Нет, - ответила она. - Это было бы идиотством.
     Он посмотрел на нее.
     - Тем более, это просто увлекательно,  -  убеждал  он.  -  Вы,  уверен,
никогда не переживали ничего более увлекательного,  а  вы  из  тех  девушек,
которые в этом нуждаются.
     - Я действительно не думала ни о чем подобном,  -  согласилась  Сьюзен,
сердце которой бешено колотилось. - Но сегодня вечером  мне  на  самом  деле
хочется, чтобы что-то случилось. Что угодно, лишь бы не возвращаться в  свою
комнату. Кто он? - спросила она. - И вы кто? И почему он следит за вами?
     Шофер поднял газету.
     - Не будьте любопытной, - ответил он. -  Когда  вы  его  выследите,  мы
снова встретимся с вами  и  вернемся  к  этой  теме.  А  сейчас  не  теряйте
времени.
     - Но я совсем не хочу следить за ним, - нерешительно возразила Сьюзен.
     - Десять фунтов, - голос шофера стал нетерпеливым. - Я вас  нанимаю,  я
заключаю с вами контракт. Вообразите себе, что вы детектив.
     Она рассмеялась. Не это ли и есть идиотство?
     - Вы что, считаете, будто я похожа на детектива?
     - Вот по этой-то причине  вы  в  совершенной  безопасности,  -  ответил
он. - Никто не станет вас подозревать. - Газетой он толкнул  деньги  поближе
к  ней.  -  Действительно,  не  будьте  идиоткой,  возьмите  деньга.   Такая
возможность на улице не валяется. Считайте, что это работа, причем ничем  не
хуже других.
     Конечно, она может использовать эти деньги. Десять фунтов,  несомненно,
очень пригодятся ей. Она бросила взгляд на человека в черной рубашке.  Он  в
это время закуривал сигарету и не смотрел в их сторону. У  него  был  грубый
вид, и он походил на американского гангстера. При этой мысли  она  задрожала
и пришла в сильное возбуждение. Она подумала, что бы сказал Георг,  если  бы
узнал о том, что  она  собирается  сейчас  сделать.  Бедный  Георг,  который
боялся перейти Филипс-стрит в темноте. Ей бы хотелось,  чтобы  Георг  и  его
мать оказались сейчас в этом кафе! Одна мысль  об  их  испуганном  удивлении
рассеяла все ее колебания и сомнения.
     - Ну, хорошо, - сказала она. И едва произнесла эти слова, как сразу  же
пожалела о них.
     Шофер посмотрел на нее.
     - Вы можете пообещать мне, взять деньги и уйти домой, не так ли?
     - Да, конечно, - она прямо посмотрела на него.
     Он некоторое время молча разглядывал ее.
     - Нет. Вы не сделаете этого. Существуют на свете  женщины,  которые  не
стали бы страдать от угрызений совести, но вы не из таких.  Я  знаю  женщин,
вы разумное и чистое существо.
     Она была поражена тем, что уже не чувствует себя удрученной.
     - Договорились, - продолжал он. -  Вы  увидите  меня  завтра.  Свидание
перед Гринмон на Пунти-Хилл. В десять. Вас устраивает?
     Она хотела сказать, что завтра должна искать себе  работу,  но  вовремя
остановилась. Она сможет сделать это после полудня.
     - Решено!
     - Зеленый "паккард" стоит на улице. Я дам вам три  минуты  в  запас,  а
потом выйду, и он обязательно последует за мной.
     Она взяла со стола деньги и сунула их в сумочку.
     - Мне как-то не верится, что  все  это  происходит  на  самом  деле,  -
сказала она. - Но я все же надеюсь, что все будет хорошо.
     Она встала и направилась к прилавку. Служанка получила  с  нее  деньги,
захлопнула ящик кассы,  как  бы  говоря  этим:  "Скатертью  дорога!"  Сьюзен
оглянулась. Шофер снова читал газету, а человек в черной рубашке зевал  и  с
раздражением смотрел в потолок.  Ничто  не  указывало  на  то,  будто  может
произойти что-то необыкновенное. Она открыла дверь  и  оказалась  на  улице.
"Ты поступишь гораздо лучше, если вернешься домой, - сказала она себе. -  Ты
ведь не знаешь, что это за люди.  Через  несколько  минут  ты,  может  быть,
горько пожалеешь,  что  имела  с  ним  дело.  Еще  есть  время  вернуться  и
возвратить ему деньга. После этого ты спокойно сядешь в автобус и  вернешься
домой". Но она колебалась лишь одно мгновение, а  потом  с  сильно  бьющимся
сердцем пошла по улице в поисках зеленого "паккарда".


     Батч, настоящее имя которого было Майк Эган, вел  машину  вдоль  Темзы,
положив мускулистые руки на баранку и не выпуская сигарету, свисавшую с  его
тонких губ. Он решил, что  вечер  был  совсем  неплох.  Взгляд  на  часы  на
приборной панели сказал ему, что  сейчас  немногим  более  половины  первого
ночи. "Самое время заняться своими собственными делами", -  подумал  он.  Он
сумел подать условный знак Селии. Она  уже  знала,  что  это  означает.  Она
обязательно найдет возможность покинуть своего старого кондора  и  вернуться
домой до его прихода к ней.  Он  сдвинул  свою  шляпу  назад  и  начал  даже
напевать. Селия, действительно, была на высоте. У нее была голова на  плечах
и пара отличных ягодиц в придачу! Странно, но он никогда не смотрел на  нее,
как на мулатку. Очень странно, учитывая его ненависть к нефам,  вроде  этого
паршивого Гилроя, игрока на ударных инструментах в  джазе  "Золотой  лилии".
Губы Батча сжались. Там, в США, он давно бы  с  ним  расправился!  Здесь  же
приходится сдерживаться. Местные флики с их  смешными  касками  на  подобные
дела, как его информировали, смотрят иначе, так утверждает  Ролло,  а  Ролло
совсем не из  трусливых.  Если  вы  "спустите"  парня  в  этой  стране,  вас
непременно повесят. Он покачал головой. Ну  и  страна!  Да,  этот  Гилрой...
Что-то в этом негре есть, вызывающее тревогу. Он  пока  не  мог  определить,
что именно в нем раздражало его, но это было именно так, это было  для  него
совершенно ясно. Он не хотел бы повернуться спиной к этому  негру.  Так  же,
как в свое время он не хотел поворачиваться спиной к барону  Миллигану.  Как
все с тех пор изменилось! Жизнь  стала  какой-то  монотонной  и  унылой.  Он
скривился при воспоминании о своем поспешном  бегстве  из  доков  Нью-Йорка.
Все произошло в последнюю минуту. Самое неприятное  то,  что  в  Штатах  его
никогда не забудут. И если бы он вернулся туда  сегодня,  полиция  сразу  же
оказалась бы рядом с ним, будто он и не покидал страны два года тому  назад.
Нет, нельзя делать глупостей. Он хорошо устроился здесь. Время  от  времени,
конечно, появляется желание стрелять, но здесь он не  может  позволить  себе
этого. Там, по ту сторону большой воды, он убил немало людей типа  гангстера
Миллигана. Он и сам не знал, скольких "спустил". Но  с  сожалением  вынужден
был убедиться после нескольких дней пребывания в  Лондоне,  что  если  хочет
оставаться в добром здравии, то должен забыть об этом виде спорта. Это  было
совсем нелегко, конечно! Иногда желание взять какого-нибудь  типа  на  мушку
своего револьвера  выводило  из  себя.  Это  было  особенное  ощущение,  оно
доминировало над всеми остальными желаниями, даже над теми,  которые  давала
ему женщина. Видеть, как парень дрожит, чувствовать, как подается курок  под
пальцем, видеть ужас в глазах типа,  которого  "спускаешь",  вот  ради  чего
стоило жить! Это здорово встряхивало, он был  очень  тонким  знатоком  таких
дел и испробовал все, по крайней мере, по разу,  а  иногда  и  по  нескольку
раз. Но пока  находился  здесь,  оставалось  довольствоваться  Селией,  если
хотел испытывать эмоции.
     Связь с Селией доставляла  ему  двойное  удовольствие.  Первое  -  сама
Селия, быть близким с которой - это все равно, что иметь  дело  с  настоящей
тигрицей. Она была способна вонзить свои ногти вам  в  шею,  если  ей  этого
хотелось. А еще был Ролло! Ролло, который  считал,  что  является  божеством
для Селии. Он верил, что он у нее единственный и даже больше  того,  что  он
вообще единственный мужчина в ее жизни. Вот это было  действительно  смешно!
Вот он, Батч, никогда не обольщался мыслью, что он  единственный  мужчина  в
жизни Селии. Он был для этого достаточно умен, хорошо знал,  как  происходят
такие вещи, и никогда  не  говорил  об  этом  и  не  задавал  Селии  никаких
вопросов. В иные вечера, когда он подавал ей знак о  встрече,  она  смотрела
на него глазами, в которых не было никакого выражения.  Ее  глаза  при  этом
были  похожи  на  сверкающие  драгоценности.  "Она  ждет,  видимо,   другого
типа", - с досадой думал тогда он. И все это она вытворяла за спиной  Ролло!
Да и он, Батч, делал все это со злорадным желанием обставить  Ролло  хоть  в
этом. Это был опасный тип. Батч восхищался им потому, что  он  отличался  от
Аль Капоне и Вига Моргана. Он, по крайней мере, не заводился  в  ярости,  не
приказывал устраивать бойни, он никогда не поддавался  слепому  гневу.  Нет,
он просто был опасен, как бывает  опасна  змея.  Всегда  оставался  спокойно
сидеть на своем месте с самым мирным выражением на  толстом  лице,  создавая
впечатление, что ничего не собирается  предпринимать.  А  потом,  совершенно
неожиданно, через несколько недель, наносил удар.  И  вы  потом,  совершенно
случайно, узнавали от кого-нибудь об этом. Какой-нибудь тип,  с  которым  вы
выпивали, спросит вас между прочим: "А вы ничего не  слышали  о  Джонни  Ги?
Или о  Вилли  Адамсе?  Или  совершенно  безразлично  о  ком?"  И  вы  будете
стараться вспомнить, не тот ли это Джонни  Ги  или  кто-то  другой,  который
пару недель назад не поладил с Ролло, и вы невольно подумаете: "Бедный  тип,
у него произошло ужасное внутреннее кровоизлияние, медик заявил,  что  можно
подумать, будто он наелся стекла. Он сгорел, как свеча". Да, Ролло был  асом
в умении подослать или подсыпать вам  стеклянную  пудру  в  ваше  питье.  Вы
никогда в точности не могли  знать,  в  каких  отношениях  вы  находитесь  с
Ролло. Играть с Селией в таких условиях  было  действительно  гораздо  более
опасно, чем просто рискнуть на  любовный  роман.  Это  походило  на  игру  с
черной мамбой. Но все это очень  нравилось  Батчу.  Он  обожал  возбуждение,
тайные свидания, опасности. Вдруг Ролло нападет на них в тот  момент,  когда
они будут вместе? При одной этой мысли он чувствовал ни с чем  не  сравнимый
трепет.
     У вокзала Виктории он  уменьшил  скорость  и  снова  увеличил  ее,  как
только проехал мимо автобусов, отправляющихся в последний рейс.  Он  проехал
по Кроновер-плас, по Конституцион-хилл и выехал на  Пикадилли.  Он  прикурил
сигарету, чиркнув спичкой о ноготь большого пальца, и, вдыхая  в  себя  дым,
стал думать о Гилрое. Он был согласен с  тем,  что  негр  отлично  играет  в
джазе. И вдруг он с такой силой сжал баранку, что суставы пальцев  побелели.
Если  этот  черный  крутится   возле   Селии,   тогда,   ради   удовольствия
почувствовать Гилроя на мушке револьвера, стоит попасться фликам в лапы.  Он
даже сам себе  не  хотел  признаваться,  что  это  была  единственная  вещь,
которая его бесила. Его совсем не беспокоили те белые, которыми  забавлялась
Селия, раз она никогда ему об этом не говорила,  но  при  мысли  о  нефе  он
начинал все видеть в черном свете. Пересекая Кларк-стрит, он  бросил  взгляд
на приборную панель: было 00.40. "Да, это будет как раз вовремя",  -  сказал
он себе, покачав головой, и свернул на Барклей-стрит.  Он  прибавил  газ,  и
большой "паккард" устремился по улице, потом затормозил и  осторожно  поехал
по Брайтон-плас. Прокатившись еще  несколько  метров  вдоль  темных  зданий,
автомобиль  остановился.  Высунувшись  из  машины,  он  посмотрел  на   окна
квартиры, находящейся над гаражом. Они были  освещены,  а  шторы  не  совсем
задернуты.
     Батч даже замурлыкал от удовольствия. Она дома! И все же  он  не  сразу
вышел из машины. Он должен был полностью  выполнять  условия  игры,  которая
была для него источником волнения и удовольствия. Звук был глухим,  коротким
и дрожащим, но этого было  вполне  достаточно  для  Селии.  Она  безошибочно
узнавала сигнал. Он нагнулся к окошку  и  стал  ждать.  Шторы  сдвинулись  и
снова задернулись. Это значило, что она одна. Батч  вышел  из  машины.  Пока
открывал двери гаража, вспомнил день, когда шторы  на  этих  окнах  не  были
задернуты. Это, правда, произошло лишь один раз,  но  доказывало,  насколько
они должны быть осторожны. В этот вечер Ролло  захотел  вернуться  вместе  с
Селией. Разумеется, если бы они не отработали этот сигнал со  шторами,  Батч
нарвался бы на крупную неприятность - как бы он объяснил свое появление?
     Батч  поставил  машину  в  огромный  гараж,  погасил  огни  и  выключил
контакты. Потом закрыл изнутри дверь гаража и нажал  кнопку,  находящуюся  у
двери, ведущей в квартиру  Селии.  Посвистывая,  он  вскарабкался  почти  по
вертикальной  лестнице,  ведущей  в  маленькую  переднюю,  обитую   дубовыми
панелями с мягкими бархатными занавесками.  На  богато  украшенном  эбеновом
цоколе возвышалась бронзовая статуя женщины в непристойной позе. Эта  статуя
всегда шокировала Батча, и он даже несколько раз просил Селию выбросить  ее.
Но она отказывалась, объясняя, что находит  ее  забавной.  Он  повесил  свою
шляпу на статую и прошел в комнату, которую Селия превратила в спальню.
     Селия лежала поперек кровати.  На  ней  была  пижама  огненного  цвета,
запястье сжимал тяжелый золотой  браслет.  Голова  ее  была  покрыта  чем-то
похожим на купальную шапочку из белого шелка. На любой  другой  женщине  это
одеяние казалось бы нелепым, но Селия в нем была просто очаровательна.
     Батч бросил на нее плотоядный  взгляд.  Ночь,  которую  ему  предстояло
провести, целиком зависела от ее настроения. Он сразу же заметил, что у  нее
отсутствующий взгляд и не очень хорошее настроение. Сколько  же  потребуется
усилий, чтобы расшевелить ее, а Батч был таким ленивым!
     - Салют! - сказал он, садясь на  кровать.  -  Тебе  сегодня  без  труда
удалось ускользнуть от него?
     - О! - Селия сделала гримасу. - Он, как обычно, устроил мне  сцену,  он
ведь не выносит, когда я покидаю его хоть на минуту!
     - Как я его понимаю! - сказал Батч, облокачиваясь на спинку кровати.  -
Ты сегодня просто потрясающа!
     Селия сделала неопределенный жест.
     - А что произошло сегодня вечером?
     - Я следил за одним типом. А что он хотел?
     - Кто хотел?
     Батч достал пачку "Кэмела", вынул две сигареты, положил их на  кремовое
покрывало, потом спрятал пачку обратно в карман и  предложил  одну  сигарету
Селии. После того, как они покурили, он сказал:
     - Это Кестер Вайдеман, миллионер.
     - Ты уверен? - глаза Селии расширились.
     Батч сделал утвердительный жест.
     - Но почему? Что он хотел? О  какой  комбинации  он  говорил?  Что  ему
нужно от Ролло?
     Она откинулась  на  спину  и  уставилась  в  потолок.  Он  был  украшен
серебряными звездами на синем фоне, и Селия  в  такие  моменты  представляла
себе, что, лежа в постели, смотрит в небо.
     - Это, как мне кажется, просто сумасшедший, - ответила она. -  Я  сразу
же поняла это, когда посмотрела в его глаза.
     Батч нагнулся, намереваясь коснуться ее, но она  резко  оттолкнула  его
руку. Он недовольно скривился и пожал плечами.
     - О чем ты думаешь, Селия?
     - О Кестере Вайдемане, - тихо ответила она.
     - Объясни мне это, хорошо? - попросил он. - Что  все  это  значит?  Что
хотел Вайдеман от Ролло?
     - А почему ты не спросишь об этом  у  Ролло?  -  она  как-то  отрешенно
улыбнулась.
     Он нагнулся и, схватив за руку, грубо притянул ее к себе.
     - Я спрашиваю об этом тебя.
     Маленькая темная рука, как  молния,  метнулась  к  его  лицу.  Но  Батч
предупредил удар. Он схватил ее за запястье и сжал  так,  что  она  невольно
охнула и сморщилась от боли.
     - Только не это, мой сахарный ангел, -  сказал  он.  -  Ты  ведь  очень
хорошо знаешь, что на меня не следует нападать.
     - Оставь меня в покое, - устало попросила она.
     Он сверху посмотрел на  нее  и  прочитал  в  ее  глазах  отчужденное  и
неприязненное  выражение,  потом,  видя,  как  она  вытягивает  губу,  будто
разъяренная  кошка,  отчего  стали  видны  ее   ровные   белоснежные   зубы,
усмехнулся:
     - Что это тебя сегодня укусило?  -  Он  встал.  -  Почему,  к  дьяволу,
всегда надо  ссориться?  Разве  мы  недостаточно  знаем  друг  друга,  чтобы
обойтись без этих глупостей?
     Он  подошел  к  камину  и  облокотился  на  полку.  В  зеркале  на  ней
отразилось его волевое лицо.
     - Прежде всего скажи мне, почему ты сердишься?
     - Я не сержусь.  -  Она  снова  повернулась  на  спину,  потирая  руку,
которую он только что сжимал.
     Батч сделал себе гримасу в зеркале.
     - Вот и отлично, раз ты не  сердишься,  -  сказал  он,  обернувшись.  -
Тогда забудем все это. Не делай из чепухи секретов. Что хотел Вайдеман?
     - Я  же  тебе  сказала,  что  он  полоумный.  Что-то  ему  нужно  знать
относительно Вуду. Я не обратила внимания.
     Одним прыжком он очутился на ней. Схватил ее за обе руки и прижал их  к
бархатному покрывалу.
     - Ты  говоришь,  что  не  обратила   внимания?   -   его   лицо   стало
угрожающим. - Ты, которая ничего не упускает  из  виду?  Что  это  ты  вдруг
стала выдумывать? Вы что, собираетесь только вдвоем обделать это дельце, а?
     Она ответила ему только взглядом, не пытаясь освободиться.
     - Ну, не будь таким подозрительным, - вдруг с улыбкой сказала она. -  Я
тебе говорю, что он просто сумасшедший.  А  меня  совершенно  не  интересуют
тронутые люди.
     - Ну, а меня это очень  интересует.  -  Он  по-прежнему  крепко  держал
ее. - Что значит вся эта история? Как ты это назвала?
     - Вуду. - Она пренебрежительно покривилась.
     - Это же не имя, это звук, что же это может значить?
     Теперь она уже насмехалась над ним.
     - Речь идет об оккультизме.
     - Оккультизм? - Он нахмурил брови. - Что это такое?
     - Значит, ты ничего не знаешь?
     - Не беспокойся об этом, а просто объясни мне.
     - Это то, что касается сверхъестественного.
     Батч отпустил ее и отошел. На лице его было отвращение.
     - Если ты только издеваешься надо мной... - начал он.
     - Он хотел, чтобы Ролло познакомил его с кем-нибудь, кто  знает  ритуал
Вуду.
     - И тогда Ролло отправил его прогуляться?
     - Ролло слишком  хитер.  -  Она  покачала  головой.  -  Он  обязательно
придумает что-нибудь. На этой истории  можно  хорошо  заработать,  а  именно
одиннадцать тысяч фунтов.
     - Это... это много фрика, - сказал Батч и проглотил слюну. -  Вероятно,
его очень интересует эта странная история Вуды?
     Селия встала и подошла к туалету.
     - И еще как! - осторожно заметила она. - И меня тоже.
     - А что в этом деле для нас двоих?
     - Одиннадцать тысяч фунтов.
     - Я хочу сказать, что для тебя и для меня?
     - Я не знаю, - она сжала губы.
     - Тогда вы очень хорошо сделаете, если начнете об этом думать.  Ведь  о
такой удаче вы мечтаете уже довольно долгое время, правда?
     - Это совсем не то, что нам нужно, - она  спокойно  припудрила  лицо  и
повернулась.
     - В самом деле?
     Селия покачала головой.
     - Ролло может выкрутиться, но он - не ты.
     Батч немного подумал.
     - Да, я полагаю, что это именно так. Может быть,  нам  удастся  все  же
сунуться в это дело, когда Ролло уже наладит его? Одиннадцать  тысяч  -  это
хорошие деньги!
     Она украдкой улыбнулась своему отражению в зеркале.
     - И все же некоторое время нам придется  подождать,  -  сказала  она  и
снова зевнула.
     Он внимательно посмотрел на нее.
     - Ты что, хочешь сказать мне, что ты устала?
     Она сделала утвердительный знак.
     - Да, я действительно сегодня очень устала.
     Он приблизился к ней, но она движением руки остановила его.
     - Нет, не сегодня.
     - У тебя очень озадаченный вид, - он пристально поглядел на нее. -  Ты,
случайно, не пытаешься надуть меня?
     Ее глаза потеряли всякое выражение.
     - Не будь же таким подозрительным.
     Безжалостная улыбка приподняла уголки его губ.
     - Я уже перевидел с тобой  много  чего,  Селия,  -  произнес  он  тихим
голосом, - но я не жалуюсь. Я  хочу,  чтобы  ты  знала,  что  мне  прекрасно
известно о твоих любовниках, и что мне наплевать на это. Но  когда  наступит
момент обставить Ролло, ты пойдешь со мной! Мы вдвоем попали в  эту  историю
и, безусловно, тебе не повезет, если ты попробуешь  сделать  что-нибудь  без
меня. - Он провел пальцем по носу. - Это, действительно, не будет  для  тебя
успехом, - повторил он.
     - Доброй  ночи,  Мики,  -  Селия  не  двигалась,  но  взгляд   ее   был
изучающим. - И не будь таким подозрительным.
     - Потерпи немного, я скоро уйду, - Батч нахмурился.
     Сьюзен Хэддер, съежившись внизу у лестницы,  услышала  шлепок,  похожий
на пощечину. Потом послышался глухой стук тела, тяжело упавшего на  пол,  и,
наконец, крики, дикие крики. Она заткнула себе уши, чтобы не слышать их.




     Доктор Мартин нажал на пуговку  звонка,  помещенную  посередине  медной
дощечки, и стал ждать. Вдалеке прозвенел звонок,  но  лишь  некоторое  время
спустя дверь открылась. Прислуга Ролло, Большой Том,  был  человеком  уже  в
возрасте - худым, угодливым, подобострастным.  Он  посмотрел  на  доктора  с
удивлением.
     - Вы пришли слишком рано,  -  сказал  он,  загораживая  ему  проход.  -
Хозяина нельзя беспокоить в это время,  даю  слово,  иначе  он  устроит  вам
веселую жизнь.
     - Отойди-ка в сторону, дружок, - доктор Мартин вдруг разозлился. -  Это
ваш хозяин сам пригласил меня.  -  Он  толкнул  Большого  Тома  и  прошел  к
вешалке. Вешая шляпу, спросил:
     - Что это с ним случилось? Он устал?
     Том, не понимая, посмотрел на доктора.
     - Нет, он хорошо себя чувствует, - ответил он. Потом с  ноткой  зависти
в голосе добавил: - Он всегда хорошо себя чувствует. Вот  так.  Но  если  он
сам позвал вас, то вам лучше сразу же подняться к нему.
     Доктор проворчал:
     - Так это похоже на него: заставить приходить сюда в  такое  время!  Он
никогда не спит, что ли? Ведь нет еще половины девятого, не  так  ли?  -  Он
бросил сердитый взгляд на часы в холле. - Это очень хорошо. Я  поднимусь.  Я
догадываюсь, что он еще не встал.
     - Совершенно верно, - ответил Том. -  Но  он  в  этот  момент  как  раз
зажигает свет.
     Доктор торопливо поднялся по большой лестнице и  по  длинному  коридору
прошел до комнаты Ролло и  постучал.  Войдя,  он  увидел  Ролло  сидящим  на
огромной кровати. Его большое тело опиралось  на  множество  подушек,  и  на
коленях у него лежал большой поднос.  Он  бросил  взгляд  в  сторону  врача,
кивнул ему плешивой головой и рыбной вилкой указал на стул возле кровати.
     - Садитесь, док. Хотите кофе?
     Доктор с жадностью посмотрел  на  поднос,  на  котором  лежал  огромный
кусок хорошо  прожаренного  лосося.  Кофе,  тосты,  апельсиновое  варенье  и
фрукты дополняли меню.
     - Нет, спасибо, - не без колебаний поблагодарил  Мартин  и  с  завистью
добавил: - Я бы все это тоже  хотел  покушать,  но  увы!  Я  боюсь  перебить
аппетит до завтрака.
     Ролло налил себе чашку кофе.
     - У вас, без сомнения, язва, - догадался он. - Но  не  будем  обсуждать
это. Мне надо поговорить о другом.
     Доктор нагнулся. Он был узкоплечим,  но  плотным,  с  большой  головой,
напоминавшей грушу. Его глубоко посаженные глаза были необыкновенно  живыми,
но выражение лица было кислым. Его длинный узкий нос, видимо,  достался  ему
от аристократических предков. Тонкие губы и квадратный подбородок  указывали
на сильный характер. Лет пятнадцать назад у доктора Мартина  была  клиентура
на Харлей-стрит. Но  однажды  он  проявил  сострадание  к  молодой  женщине,
попавшей в интересное положение, и дела его повернулись  в  плохую  сторону.
Таким образом он и оказался в свои  шестьдесят  пять  лет  на  содержании  у
Ролло. Он не только обслуживал "Золотую лилию", он еще  был  личным  врачом,
который никогда не задает лишних вопросов. К тому же у доктора Мартина  было
много знакомых в различных клубах  местного  общества,  и  он  мог  сообщать
Ролло понадобившиеся тому сведения  о  членах  клуба.  Доктор  Мартин  завел
досье на большинство из них, и Ролло, когда  ему  нужна  была  информация  о
ком-нибудь, советовался с ним.
     Доктор особенно занимался персоналом клуба, и  его  последнее  открытие
было настолько интересным, что он решил пока  не  говорить  об  этом  Ролло.
Такие козыри в его игре никогда не будут  лишними,  если  он  что-нибудь  не
поделит с Батчем или с  этой  красивой  и  коварной  Селией.  Доктор  Мартин
случайно обнаружил, что Селия и Батч обманывали Ролло, и старик  не  находил
в себе смелости сообщить об этом хозяину,  опасаясь  ярости,  которая  могла
обрушиться и на него.
     Сидя на краешке стула и обняв колени своими костлявыми  руками,  доктор
с беспокойством спрашивал себя, не подозревает ли что-нибудь  Ролло  и  сам,
но он сразу успокоился после первых же его слов.
     - Что вы знаете  о  Вуду,  доктор?  -  задал  вопрос  Ролло,  плотоядно
поглядывая на кусок лососины, нанизанной на вилку.
     Доктор  не  удержался  от  жеста  удивления.  Потом,  немного  подумав,
ответил:
     - Это такой религиозный культ туземцев Антильских островов. Там есть  и
колдовство, и прочие вещи такого же порядка.
     Ролло бросил на него восхищенный взгляд.
     - Я так и думал, что вы знаете, док, что это такое.  Я  думаю,  что  на
свете существует очень мало вещей, с которыми вы не знакомы, док?
     Доктор Мартин нетерпеливо пожал плечами. У него была привычка  поражать
Ролло обширностью своих знаний. Вначале это казалось  ему  забавным,  теперь
же просто вызывало скуку.
     - А насчет "зомбиазма" вы тоже в курсе дела?
     - Воскрешение из мертвых? - с живостью воскликнул врач, не  понимая,  к
чему этот разговор.
     Ролло прикрыл один глаз. Он затолкал очередной кусок лососины в рот  и,
уставившись в какую-то точку над головой доктора, смакуя, жевал его.
     - Воскрешение из мертвых... - повторил он через некоторое время. -  Что
это, к дьяволу, вы говорите?
     - Да, это один из ритуалов Вуду, - объяснил доктор,  откинувшись  назад
на стуле и прикрыв веки.  Он  чувствовал  себя  усталым,  и  у  него  болели
глаза. - Туземцы верят в воскрешение, но уверяю вас, что все это в  конечном
счете просто ерунда.
     - Пусть вас не беспокоит, что это такое, -  произнес  Ролло,  думая  об
обещанных  одиннадцати  тысячах.  -  Лучше   объясните-ка   мне,   как   это
происходит?
     - У меня как-то был друг, который  провел  долгие  годы  на  Таити.  Он
уверял, что собственными глазами видел их. "Зомби" - это труп  человека  без
души, которого вырыли из земли, потом вернули к жизни  автомата  при  помощи
магии... Это как будто мертвые, которых оживили до такой степени, чтобы  они
могли двигаться, будто живые.
     Доктор бросил быстрый взгляд на ошеломленного Ролло и улыбнулся.
     - Я же вам сказал, что все это не может быть на самом деле  и  что  все
это ерунда.
     - Да, - проговорил Ролло, все еще  чувствуя  себя  не  совсем  в  своей
тарелке после услышанного. - Это превосходит все возможное. -  Он  некоторое
время переваривал услышанное. - А что  потом  делается  с  "зомби"?  Я  хочу
сказать, если мы допустим их возвращение к жизни, что они будут делать?
     - Туземцы, у которых есть такая возможность  воскрешать  из  мертвых  -
ответил ему Мартин, начинавший находить этот разговор занимательным,  -  или
лучше  сказать,  туземцы,  которые  приписывают  себе   такие   возможности,
отправляются к могиле мертвеца, пока он еще не испортился,  оживляют  его  и
превращают в своего раба. В основном "зомби" делают самую  черную  работу  в
поле или что-нибудь еще в этом роде. Рассказывают,  говорил  мой  друг,  что
иногда "зомби" заставляют даже совершать убийства.
     - А каким же образом их возвращают к жизни? - Ролло отодвинул  от  себя
тарелку и принялся за тосты.
     - Никто не может ответить на этот вопрос, - врач поджал  губы.  -  Ведь
это один из секретов культа Вуду.
     - Тем не менее это мне необходимо узнать как  можно  скорее,  -  бросил
Ролло, энергично намазывая тосты маслом и вареньем. Он откусил этот  слоеный
бутерброд и с удовлетворением принялся жевать.
     Доктор с горечью рассмеялся:
     - Это абсолютно невозможно!
     Ролло сразу понял, что он говорит серьезно, и вздохнул.
     - Очень жаль. Но поскольку вы это утверждаете,  я  не  сомневаюсь,  что
так оно и есть.
     - У вас были серьезные основания задавать мне эти  вопросы?  -  спросил
врач, который не мог больше сдерживать любопытства.
     Наступило долгое молчание. Доктор Мартин  снова  отодвинулся  к  спинке
своего кресла. Он не торопился.  Его  интуиция  подсказывала,  что  Ролло  в
настоящее время очень нуждается в нем, и что  он  от  этого  может  получить
солидный фрик. Он никогда не зарабатывал достаточно, ему всегда  не  хватало
денег, и в то же время он совершенно не  представлял,  что  будет  делать  с
деньгами, если вдруг они у него появятся. Он был по натуре  добр.  Он  любил
останавливать  какого-нибудь  бродягу  и  неожиданно  дарить   ему   деньги.
Радостное удивление нищего доставляло ему большое  удовольствие.  "Вот  чего
со мной никогда не произойдет, - говорил  он  себе.  -  Если  бы  я  впал  в
нищету, никто никогда не дал бы  мне  и  пятифунтового  билета".  Ему  вдруг
захотелось  узнать,  что  же  задумал  Ролло?  Что-то,   видимо,   произошло
накануне. Впрочем, Ролло не  захочет  сообщить  ему  об  этом,  можно  будет
спросить у Селии. Она-то, безусловно, в курсе дела. Она всегда  и  обо  всем
знает. Пока он так размышлял, Ролло делал то же самое. С большим  сожалением
он вынужден был признать,  что  один  не  сумеет  затеять  игру  с  Кестером
Вайдеманом. Хочешь не  хочешь,  придется  советоваться  с  Мартином.  Ролло,
конечно, не собирался рассказывать обо всем, хотя понимал,  что  без  знания
подробностей доктор вряд ли поможет. Впрочем, когда он почувствует,  что  на
этом деле можно заработать, он определенно вцепится в него зубами.
     Мужчины переглянулись.
     - Если у вас  нет  ко  мне  больше  вопросов,  -  осторожно  проговорил
доктор, - то будет лучше, если я пойду. - При  этом  он  даже  не  попытался
встать.
     Ролло с сожалением вздохнул. Он прекрасно понимал,  что  должен  ввести
Мартина в курс дела, без этого ему не обойтись.
     - Не торопитесь, - сказал он. - Мне поручено  одно  дело.  Вы  поможете
выполнить его.
     Доктор Мартин улыбнулся:
     - Я к вашим услугам.
     - Я знаю. - Ролло  с  трудом  скрывал  неприязнь.  -  Вы  сделаете  его
хорошо.
     Доктор Мартин оживился. Он улыбнулся:
     - Эксперты всегда дорого стоят. Итак, в чем же дело?
     Ролло рассказал ему о визите Кестера Вайдемана,  не  упоминая,  однако,
об одиннадцати тысячах.
     - А Батч узнал, с кем вы имеете дело? - осведомился врач.
     Ролло нехотя выдавил:
     - Да. Это Кестер Вайдеман.
     Доктор Мартин едва не задохнулся.
     - Банкир с мировым именем! - воскликнул он, наклонившись вперед.  -  О!
Он стоит миллионы!
     - Это я знаю, - печально  продолжал  Ролло.  -  Вот  почему  вы  должны
помочь мне, - он пристально посмотрел на доктора. - Он сумасшедший. Вам  это
тоже известно?
     - Вы в этом уверены? - Мартин нахмурил брови.
     Ролло утвердительно кивнул головой.
     - В этом  не  может  быть  ни  малейшего  сомнения.  Он  совершеннейший
сумасшедший.
     - А что вы хотите от меня? - доктор встал  и  принялся  мерить  комнату
широкими шагами, от волнения ему трудно было усидеть на месте. - Что  же  вы
хотите, чтобы сделал я? - повторил  он  свой  вопрос,  останавливаясь  перед
Ролло.
     Ролло в возбуждении стал дергать  себя  за  верхнюю  губу  и  несколько
помедлил, прежде чем ответить.
     - Нам обязательно надо найти  кого-нибудь,  кто  был  бы  совершенно  в
курсе этих ритуалов Вуду. Вот это-то мы и должны сделать в первую очередь.
     Доктор Мартин, который снова принялся расхаживать по комнате, при  этих
словах застыл у кровати Ролло.
     - А сколько же будет для меня в этом деле? - спросил  он  с  блестящими
от возбуждения глазами.
     Ролло быстро соображал. Он понимал, что доктор был слишком умен,  чтобы
его можно было соблазнить сотней фунтов или даже немногим более.  И  тут  он
все же решился.
     - Для вас будет тысяча фунтов.
     - Это совсем недостаточно, чтобы заинтересовать меня. -  Доктор  Мартин
заулыбался. - По-всему, эта работа будет очень трудной и  даже  более  того,
видимо, опасной. Я уже слишком стар, чтобы размениваться  на  пустяки.  Нет,
так мало меня не устроит.
     Взбешенный Ролло швырнул от себя поднос.
     - Это еще что? Вы получите то, что вам дадут, и не больше! Слышите?
     - Вы же отлично  знаете,  Ролло,  что  вам  одному  не  провернуть  это
дело, - доктор Мартин покачал головой. - Так что уж будьте благоразумным.
     Ролло бросил на него злобный взгляд, но доктор выдержал его, и ни  один
мускул не дрогнул на его лице.
     - Треть, - сказал он твердо. - Я совершенно ясно представляю себе,  что
вы здорово заработаете на этом, тем  более,  что  вы  будете  иметь  дело  с
миллионером. Чем больше получу я, тем больше достанется вам.
     Ролло откинулся на подушки.
     - Вы  хорошо  сделаете,  если  не  станете   настаивать,   -   медленно
проговорил он. - Я могу обойтись и без вас, доктор.  Я  могу  отправить  вас
туда, откуда выудил.
     - Я этого не думаю, - Мартин направился к столу  и  преспокойно  уселся
на него. - Я ведь, Ролло, вам очень полезен, и вы сами  знаете,  что  можете
доверять мне, - он посмотрел на свои ногти и при этом бросил быстрый  взгляд
на Ролло. - Может быть, я даже единственный, кому вы можете доверять.
     - Что  это  бы  выдумываете?  -  спросил  Ролло,  внезапно   охваченный
подозрением.
     - Я ведь старик, - ответил Мартин. - И как мне кажется, вероломство  не
существует для таких старых, как я. Молодые, те другое дело, им самим  нужно
строить жизнь.
     Ролло нагнулся, его толстое лицо покраснело.
     - Что вы знаете? Что вы воображаете?
     - Ничего, - доктор посмотрел вокруг себя, покачал  головой  и  подумал,
не слишком ли рано и не слишком ли много он наболтал.  -  Я  просто  сказал,
что понимаю вас, и хотел напомнить, что вы можете мне доверять.
     - Не думаете ли вы также, что я полностью не могу доверять и Батчу?
     - Я ничего не знаю о Батче,  -  доктор  фальшиво  улыбнулся.  -  Больше
того, у меня нет никакого желания заниматься его особой.
     Ролло некоторое время пристально смотрел на  него.  Доктор  не  опускал
глаз, и Ролло снова откинулся на подушки.
     - И все же будьте осторожны.
     - Я буду осторожен, очень осторожен, - ответил  Мартин  в  восторге  от
того, что ему удалось испортить Ролло настроение. - Итак, вы  согласны,  что
я получу треть?
     - Четверть, - как-то неуверенно проворчал Ролло.
     - Треть!
     - Что вы станете с нею делать? - спросил Ролло,  и  его  широкие  плечи
поникли, что явно говорило о его капитуляции.
     Мартин закрыл глаза. Напряженный разговор утомил его.
     - Мне необходимо многое прочитать, - сказал он. - Я ведь не  слишком-то
осведомлен о культе и обрядах Вуду. Дайте мне время хотя бы до вечера,  и  я
буду знать больше.
     - Вандеман придет к нам завтра, - напомнил  ему  Ролло.  -  Мы  с  вами
должны быть готовы к его приходу.
     - Мы будем готовы, - пообещал доктор. -  Миллионер  и  безумный!  Какая
очаровательная микстура! Это может  привести  к  чему  угодно.  Надеюсь,  вы
отдаете себе в этом отчет?
     Ролло что-то проворчал.
     - Хотелось бы знать, до чего он дойдет, - продолжал доктор,  не  отводя
взгляда от Ролло. - Достаточно ли мы сильны для игры? Мы же можем так  дойти
и до миллиона. Понимаете ли вы это?
     Глаза Ролло потемнели. О чем говорит этот старый дурак?  Он  же  просто
взбесился! Все, на что надеялся Ролло, было одиннадцать тысяч.
     - Миллион! - сказал Ролло. - Откуда вы взяли его?
     Врач глубоко вздохнул.
     - Я разбираюсь в сумасшедших, - пожал он плечами. - Если  вы  правильно
поведете себя с ним, вы вытянете из него все, что захотите.  Вайдеман  стоит
миллионов тридцать, а, может  быть,  и  больше.  Если  вы  сумеете  за  него
взяться как следует, мы выжмем его, как лимон.
     Ролло посмотрел  на  Мартина  с  некоторым  недоверием,  но  ничего  не
ответил.
     - Естественно,  мы  должны  быть  предельно  осторожны,   -   продолжал
Мартин. - Вайдеман  будет  хорошо  защищен.  Всякие  законники,  бухгалтеры,
полиция - все постараются защитить его. А  потом  еще  существует  Батч.  Он
тоже может захотеть взять это дело  в  свои  руки.  Ведь  тут  можно  хорошо
заработать.
     - Но почему вы все  время  говорите  о  Батче?  -  Ролло  сжал  руки  в
кулаки. - Это дело его совершенно не касается! Он  беспрекословно  слушается
меня и делает то, что я ему прикажу.
     - Да, в настоящий  момент,  -  Мартин  покачал  головой.  -  Во  всяком
случае, все же повнимательней понаблюдайте за  ним,  -  и  он  направился  к
двери. Однако  предупредил:  -  И  пока  все  же  ничего  не  говорите  ему.
Миллион - это много, очень много денег.


     Сьюзен  Хэддер  сошла  с  автобуса  напротив  кафе  "Зеленый  человек",
находившегося в Путин-Хич. Она посмотрела на свои часы-браслет  и  подумала,
что придется  немного  подождать,  но  придет  ли  шофер?  Сыозен  приходила
одновременно и в ужас, и в восторг от  ночного  приключения.  Теперь,  когда
все благополучно окончилось, она была рада, что удалось пережить те  опасные
и волнующие минуты. Благодаря им, похоже,  она  перестала  чувствовать  себя
несчастной при воспоминании о Георге. Правда, она  легла  спать  позже  двух
часов ночи и от пережитого не могла уснуть. Возвращаясь домой, она  боялась,
что мысли о Георге снова сделают ее несчастной, но даже не вспомнила о  нем.
Человек в черной одежде, поездка по Лондону, скорчившись  под  покрывалом  в
этом огромном "паккарде", в постоянном страхе  быть  обнаруженной,  странный
разговор, подслушанный  в  квартире  Селии,  и  все,  последующее  за  этим,
выглядело настолько  фантастическим,  что  Георг  стал  чем-то  банальным  и
неинтересным. Она поняла, что мало нашлось бы девушек,  способных  проделать
все это. Больше того, она заработала  десять  фунтов  в  течение  нескольких
часов.  Это  вселяло  уверенность  в  себе.  Возможно,  она   была   слишком
неосторожной, согласившись проследить за человеком в черном, но что  в  этом
могло быть плохого? Все же  мысль  о  деньгах  смущала.  Она  вынула  их  из
сумочки, решив сразу же вернуть, если шофер не будет полностью  удовлетворен
ее сведениями. И вдруг она услышала, как кто-то произнес:
     - Вы легко нашли дорогу сюда?
     Тихий,  невыразительный  голос  прервал  ее  размышления.  Она   быстро
повернулась. Ее сердце замерло, потом  заколотилось.  Она  с  трудом  узнала
его. Без своей униформы он казался еще моложе. Если бы не холодный  и  такой
мрачный взгляд, он выглядел бы, может быть,  студентом  или  кем-то  в  этом
роде. Во всяком случае, человеком,  которого  не  нужно  опасаться.  Но  его
взгляд очень взволновал ее. Он был слишком ледяным,  каким-то  враждебным  и
циничным.
     - Хэлло! - ответила она  тонким  голосом,  испуганная  его  неожиданным
появлением. - А я думала, что вы уже не придете.
     Он бросил быстрый взгляд на дорогу.  Его  бледное  и  худое  лицо  было
беспокойно.
     - Пойдемте со мной. Мы будем идти и разговаривать. - Он  направился  по
пустырю большими размеренными шагами. В туфельках  на  высоких  каблуках  ей
было очень  трудно  поспевать  за  ним.  Да  и  ее  платье  тоже  было  мало
приспособлено  для  хождения  по  земле,  покрытой  колючками.   В   течение
нескольких минут она отчаянно плелась за ним, но, покраснев от  усталости  и
возмущения,  что  его  не  трогают  ее   страдания,   остановилась.   Парень
нетерпеливо оглянулся.
     - Пошли, пошли, нас могут увидеть с дороги.
     - Я не могу так быстро, - возразила она. - Идите хотя бы помедленнее.
     Бросив взгляд на ее маленькие  ноги,  обутые  в  изящные  туфельки,  он
покривился:
     - Ладно, - и добавил: - Вы просто глупы,  что  носите  такую  неудобную
обувь.
     Сьюзен  почувствовала,  как  на  ее  глаза   навернулись   слезы.   Она
отвернулась, чтобы он не увидел их, бросив через плечо:
     - Я  ведь  совершенно  не  нуждаюсь  в  вашей  компании.  И   если   вы
собираетесь быть таким невежливым, я могу вернуться.
     Шофер, услышав эти слова, сжал кулаки.  Он  едва  сдержался,  чтобы  не
наговорить ей того, что вертелось у него на языке.
     - Хорошо, но вы не показывайте мне свой характер.
     Она  на  секунду  заколебалась,  но  потом  зашагала  с  ним  в   ногу.
Направляясь к лесистой части зоны, они  молчали.  Когда  достигли  закрытого
кустарниками и деревьями места, шофер показал на  грубую  деревянную  скамью
на лужайке:
     - Мы можем поговорить здесь, - и сел.
     Сьюзен нерешительно  опустилась  на  краешек,  стараясь  быть  от  него
подальше.
     - Ну, как? - нетерпеливо начал он, - вы его выследили или нет?
     - Да, -  нерешительно  промямлила  она.  Затем,  набравшись  храбрости,
продолжила: - Но прежде, чем я расскажу вам, скажите мне, кто  вы  такой?  Я
ведь имею право узнать об этом. Я вчера была так глупа, что  согласилась  на
ваше предложение. Со мной могли произойти большие неприятности.
     Она открыла сумочку и вытащила пачку банкнот.
     - Вот, - твердо проговорила  она.  -  Возьмите  их  обратно,  я  их  не
хочу... Я вообще не должна была брать от вас деньги.
     Он уставился на нее. Его глаза при этом стали удивленными.
     - Ну, берите же, - настаивала она.
     - Что это с вами? - вырвалась у него грубость.  -  Вы  что,  не  хотите
заработать?
     - Безусловно, хочу, но не таким путем, - она  стояла  на  своем.  -  Об
этом не может быть и речи.
     - Каким же, позвольте вас спросить? И что вы хотите этим сказать?
     Она почувствовала, что краснеет, и поспешно сунула ему  деньга.  Он  их
не взял, и банкноты упали на песок.
     - Значит, вы не выследили этого человека? -  Глаза  его  из  удивленных
мгновенно превратились в  ледяные.  -  Вы  испугались?  Но  тогда,  чего  вы
приперлись сюда? Только для того, чтобы вернуть деньги?
     Она была почти в бешенстве.
     - Нет, нет! Я выследила его, но прежде я хочу узнать, кто вы  такой?  Я
ничего не скажу вам, пока  не  узнаю  этого.  Мне  совсем  не  нравится  эта
история, и этот тип мне тоже совсем не нравится.
     Он задумчиво  посмотрел  на  нее.  От  этого  прищуренного  взгляда  ее
охватил страх. Вокруг было совершенно безлюдно. Что-то в этом человеке  было
плохое, опасное. То ли чересчур мрачный взгляд,  то  ли  злая  гримаса,  все
время кривившая его губы. Не лучше ли пока не поздно  убежать?  А  он  вдруг
стал совершенно нормальным.
     - Это же очевидно, - пожал он плечами. - Рано или поздно  мне  придется
ввести вас в курс дела. -  Он  нагнулся,  чтобы  подобрать  деньги.  -  Вот,
прежде всего, возьмите их обратно. Эти деньги вами заработаны, и к  тому  же
они не мои.
     - Не  раньше  того,  как  буду  уверена,  что  заработала  их,  -   она
отрицательно покачала головой.
     Он бросил на нее неопределенный взгляд и, снова  пожав  плечами,  сунул
деньги себе в карман.
     "Я, наверное, больше не увижу их, - подумала Сьюзен с сожалением. -  Но
мне на самом деле было неприятно их брать".
     - Меня зовут Джос Краффорд, - сказал  шофер,  глядя  на  нее  тяжело  и
недовольно. - Я работаю шофером у Кестера Вайдемана. Он богат,  вы  даже  не
можете себе представить насколько. Но я больше люблю его брата.  Он  однажды
оказал мне услугу. -  Он  повернулся  к  Сьюзен  и  сказал  ей  чуть  ли  не
агрессивно: - Когда мне оказывают услугу, я этого не забываю.
     - Какого рода услугу? - спросила она, лишь бы не молчать.
     Он некоторое время размышлял, глядя на нее и, похоже, не видя ее.
     - Когда  я  тянул  дьявола  за  хвост,  я  познакомился  с  его  братом
Корнелиусом. Он привел меня к себе домой и уговорил Кестера оставить меня  у
себя. Они дали мне возможность научиться водить автомобиль, и с  тех  пор  я
его шофер. Трудно представить, что  такие  важные  люди  могут  быть  такими
добрыми, но они, в самом деле, такие. Корнелиус до  последнего  был  добр  и
ласков со мной.
     - Разве его больше нет?
     - Он умер, - сказал он, и неприязнь исчезла из его глаз, уступив  место
грусти. - Он умер шесть недель тому назад.  Он  очень  простудился.  Это  же
идиотство умереть от такого пустяка, но он был очень слабым человеком.
     Сьюзен лихорадочно вертела своими пальцами, лежащими на коленях. У  нее
было ощущение, что она сейчас так  же  ничего  не  понимает,  как  и  в  тот
момент, когда он только что начал говорить.
     - Кестеру кажется невозможным жить без  Корнелиуса,  -  продолжал  Джос
приглушенно. Он быстро взглянул на девушку и сразу же отвел  взгляд.  -  Вы,
вероятно, никогда не думали, что это может быть, не так ли? Но это  как  раз
и случилось.
     - Ему действительно плохо? - спросила  Сьюзен,  пораженная  неожиданной
грустью в глазах парня.
     - Я ничего не понимаю в подобных вещах. Все, что я знаю,  это  то,  что
его мозг не в порядке. Он, правда, ведет себя как обычно, а это значит,  что
он по-прежнему приветлив, спокоен. Но он почти перестал  выходить  из  дому.
Лишь вчера вечером он выбрался впервые после  смерти  брата.  Он  выехал  на
машине и поехал в Шепард-Маркет. - И он  рассказал  о  посещении  Вайдеманом
"Золотой лилии" на Шепард-Маркет. Затем, помолчав, продолжил: - Но зачем  он
поехал в этот клуб? И кто такой Ролло, о котором он говорил?  Вы  понимаете,
что я хочу сказать? Это меня беспокоит.
     - Но почему это вас  так  беспокоит?  -  удивилась  Сьюзен.  -  Я  хочу
сказать, что это вовсе не ваше дело, это ведь вас-то лично не касается.
     Джос посмотрел на нее.
     - Напротив. Они в свое время оказали мне услугу, и теперь  моя  очередь
оплатить им долг. Мистер  Вайдеман  в  настоящее  время  ненормален.  Он  не
понимает, что делает. Он очень богат. Вы даже представить  себе  не  можете,
до какой степени он богат! Мне нужно защитить его!
     Сьюзен    невольно    почувствовала    восхищение     такой     большой
признательностью.
     - Но ведь вы  не  знаете  даже,  происходит  ли  что-нибудь  плохое,  -
заметила она. - Может, все идет нормально.
     - Это совершенно невозможно. Они знают, насколько он богат.
     - Они? Кто это "они"?
     - Ролло, а еще человек в черной рубашке.
     - Это верно, я совсем забыла о нем.
     - Но вы что-нибудь знаете, не правда ли?
     Джос вдруг резко повернулся и сел так, чтобы прямо смотреть на нее.
     - Вы что-нибудь узнали?
     - Да.  Как  вы  мне  сказали,  я  забралась  в  машину  и  едва  успела
прикрыться покрывалом, как появился  человек  в  черной  рубашке.  Мы  ехали
долго. Я очень боялась и не решилась посмотреть, где мы едем.
     - Он следил за мной. Мистер  Вайдеман  находился  в  своем  клубе,  где
писал  письма.  Я  заехал  за  ним  туда,  чтобы  отвезти  домой.  "Паккард"
находился позади нас и все время следовал за нами, - сказал Джос.
     - Наверное, это так и было, - согласилась  Сьюзен.  -  Вы  можете  себе
представить, что я пережила за это время. Я ведь не знала, куда мы едем.
     - Что же произошло?
     - Через некоторое время машина остановилась. Я слышала, как он  опустил
стекло дверцы и с кем-то говорил. Я думаю, что  это  была  женщина,  которая
прогуливала собаку. Черная  рубашка  спросил:  "Что,  мистер  Гранман  живет
здесь?"  Женщина  ему   ответила:   "Нет.   Это   дом   мистера   Вайдемана,
банкира-миллионера".
     - Вот ведьма, сует свой нос в  дела,  которые  ее  не  касаются,  -  со
злостью воскликнул Джос. - Значит, она это сказала? Почему  люди  занимаются
тем, что их совсем не касается?
     - Да, она именно так и сказала, - уже с живостью продолжала  Сьюзен.  -
А черная рубашка  продолжал:  "Мистер  Вайдеман?  О,  это  для  меня  совсем
неплохо!" Или что-то в таком роде, заставившее женщину засмеяться. "Если  бы
у меня было столько денег, я бы купила себе бриллиантовое  ожерелье...  Ведь
оно стоит миллион..." - добавила  еще  женщина.  Черная  рубашка  засмеялся,
пожелал ей  спокойной  ночи,  и  мы  уехали.  Ехали  довольно  долго,  потом
остановились. Я слишком боялась, чтобы посмотреть, где мы находимся. Он  два
раза тихо нажал на сигнал, постоял немного и въехал в гараж. Заперев  двери,
вышел из машины, и я осталась в темноте.
     Джос был весь напряжен и слушал ее с интересом.
     - Вы достаточно удачно выкарабкались из этой передряги, - сказал он.  -
Я не думал, что вам так легко удастся осуществить это.
     Сьюзен покраснела.
     - Это ведь совсем пустяк. Я  решила,  что  останусь  в  машине.  А  что
касается дома...  Квартира,  куда  он  направился,  находилась  над  бывшими
конюшнями "Ньюс", это на Крафтон-Плейс, позади Брайтон-стрит, номер 146.
     Она рассказала Джосу все, что ей удалось услышать из квартиры Селии.
     - Потом они начали ссориться. Он побил ее, и  они  подрались.  Все  это
было настолько мерзко, что мне противно было слушать. Вскоре  он  спустился.
Я едва успела снова спрятаться. Он сел в машину и отправился в  "Маркет-Нью"
на Шепард-Маркет. Там он открыл гараж и въехал в него. Над гаражом  квартира
номер 79. Пока зажигал свет, я тихонько  выбралась  и  спряталась  в  темном
углу. Он запер машину, и я вскоре  увидела,  как  зажегся  свет  на  верхнем
этаже. Я не стала больше ни на что смотреть и поспешила домой.
     Она замолчала, немного задыхаясь  от  волнения  -  хорошо  ли  она  все
сделала.
     Джос теперь смотрел на нее с нескрываемым восхищением.
     - Я знал, я был совершенно уверен, что вы сможете  проделать  все  это,
как только вас увидел! - сказал он. - Я знал, что вы справитесь отлично.
     Сьюзен вдруг почему-то почувствовала себя счастливой.
     - Это очень хорошо, - проговорила она. - Мне, конечно, не  хотелось  бы
снова пережить все это, но теперь, когда все кончено...
     Джос, казалось,  не  слушал  ее.  Он  отрешенно  смотрел  перед  собой,
полностью уйдя в свои мысли.
     - А вы не видели женщину?
     Она отрицательно покачала головой.
     - Он, говорите, называл ее Селией?
     - Да, он называл ее именно так, но я ее не видела.
     - Теперь нужно  сделать  еще  очень  многое,  -  продолжал  он.  -  Мне
необходима ваша помощь. Если вы согласитесь, я буду вам за это платить.
     Он достал те же десять купюр из кармана и сунул их в руку Сьюзен.
     - Вы их заработали, возьмите.
     Сьюзен и сама знала, что заработала, но ей  хотелось  услышать  это  от
него. Она взяла деньги, положила их в сумочку и щелкнула замком.
     - Они делали мне подарки, - объяснил он. -  Мистер  Вайдеман  время  от
времени дает мне по пять фунтов. Мне не нужны деньги.  Вы  сможете  получить
их, если согласитесь помогать мне.
     Она снова почувствовала себя какой-то растерянной.
     - Только если я их действительно заработаю, - предупредила Сьюзен. -  Я
в настоящее время без работы, иначе  бы  я  никогда  не  взяла  от  вас  эти
деньги, нет, ни под каким видом. Мне много не нужно.  Я  могу  жить  на  три
фунта в неделю. А этой  суммы  мне  вполне  достаточно,  чтобы  прожить  три
недели. - Она нервно сжала сумочку.
     - Если я найду частного детектива, - серьезно сказал Джос,  -  это  мне
будет стоить сотню фунтов. Вам же я буду давать по  пять  фунтов  в  неделю.
Это я могу себе позволить. - Он на мгновение остановился. - Надеюсь,  вы  их
отработаете.
     Сьюзен  подумала:  "Нужно  быть  просто  сумасшедшей,  чтобы  проделать
что-либо подобное. Ведь заработаешь только неприятности.  Я  могу  допустить
какую-нибудь оплошность  и  все  испортить.  Мне  нужно  забыть  все  это  и
предоставить ему самому заботиться о своем хозяине". Но в глубине  души  она
прекрасно понимала, что уже решилась.
     - Но что же я могу сделать еще? Если вы мне скажете, что  надо  делать,
я, может быть, попробую.
     Джос утер ладонью нос.
     - Я хотел бы иметь кого-нибудь  в  том  самом  клубе,  -  сказал  он  и
осторожно посмотрел на нее. - Как вы на это смотрите?
     Она ошеломленно взглянула на него.
     - В клубе? Но я не понимаю, как.
     - Вы отлично могли бы сделать  это,  -  ответил  он  решительно.  -  Вы
утверждали, что не сможете проследить того  человека  в  черной  рубашке,  а
смогли. Значит, сумеете сделать еще и это.
     - Но каким образом? Меня попросту  не  примут  туда.  Нет,  вы  слишком
многого хотите от меня.
     - Совсем  нет,  -  возразил  он.  -  Они,  может  быть,   нуждаются   в
обслуживающем персонале. Даже если вам удастся попасть  на  кухню,  это  уже
будет кое-что.  Постарайтесь,  пожалуйста.  Спросите  кого-нибудь.  Если  вы
постараетесь, вам это удастся.
     Сьюзен покачала головой:
     - Если вы хотите, чтобы я  была  в  клубе,  помогите  мне.  Я  не  могу
сделать этого одна.
     В глазах Джоса мелькнуло восхищение, а Сьюзен вспомнила  его  вчерашние
слова: "Вы из тех людей, которые способны это сделать. Я  сразу  понял  это,
как только увидел вас".
     Она покраснела, но старалась смотреть на него спокойно.
     - Будьте же благоразумны, - добавила она. - Я со своей  стороны  сделаю
все, что могу, но нужно, чтобы и вы помогли мне.
     Он взял свою записную книжку.
     - Где я могу вас найти, когда мне  это  понадобится?  -  резко  спросил
он. - У вас есть телефон дома?
     Она сообщила ему свой адрес и номер телефона.
     - Хорошо. Посмотрим, что я смогу сам сделать. Если вас не  будет  дома,
я оставлю записку. - Он встал. - Мне уже пора, меня могут хватиться.
     Она  тоже  встала.  Лужайка,  лес,  где  они  сейчас  находились,   все
окрестности были  залиты  ослепительным  солнцем.  День  обещал  быть  очень
хорошим.
     - Когда будут новости, как вы думаете? - спросила она, ей не  хотелось,
чтобы он ушел без нее.
     Он покачал головой.
     - Постараюсь  побыстрее.  Я  не  могу  долго  тянуть  с  этим.  -  Джос
посмотрел  на  нее  и  понял,  что  ее  беспокоит   сейчас.   "Все   женщины
одинаковы, - недовольно подумал он. - Все они пытаются вешаться на тебя.  Но
эта стоит всех других. У нее есть мозги, а это самое главное. Она  настолько
непосредственна,  что,  похоже,  не   умеет   лукавить".   Он   инстинктивно
чувствовал, что может рассчитывать на Сьюзен.
     Он поднял руку, будто прощался, и быстрым шагом направился  к  пустырю.
Джос чувствовал, что девушка смотрит ему вслед, но ни разу не оглянулся.
     Селия  вышла  из  дома  в  двенадцатом   часу.   Она   легко   шла   по
Ныо-Бонд-стрит, непроизвольно покачивая бедрами. Погруженная в  свои  мысли,
Селия не обращала внимания на восхищенные взгляды  встречных  мужчин.  Улица
была узкой и загроможденной. Может быть, Селия была слишком  необычно  одета
для такого времени дня. На ней было  суженное  книзу,  доходившее  до  колен
ярко-красное платье. Чулки стального цвета и босоножки на  высоких  каблуках
отлично подчеркивали  стройные  ноги.  Тюрбан  из  белого  шелка  с  красным
закрывал уши, а под мышкой у нее была белая сумка. Она остановила  такси  на
Бэрнинг-стрит и дала шоферу, который тоже с восхищением  посмотрел  на  нее,
адрес в Сохо.
     - Агент-стрит? - повторил он удивленным тоном.  -  Это  какой-то  новый
для меня адрес, мисс.
     - Это находится на половине дороги к Грин-стрит,  налево,  -  объяснила
нетерпеливо Селия.
     Шофер встретился  взглядом  с  полисменом,  проходившим  мимо.  Покачав
головой, кивком показал ему на салон  своей  машины  и  подмигнул.  Полисмен
тоже покачал головой, согласившись, что пассажирка очень красива.
     Агент-стрит находилась в конце  узкой  улочки,  ведущей  к  Грин-стрит.
Шофер остановился перед нею и повернул голову.
     - Нет возможности ехать  дальше,  мисс,  -  извинился  он,  не  отрывая
взгляда от коленей Селии.
     Она молча вышла из машины, бросила ему в руку монету и быстро  зашагала
к противоположному концу улочки. Шофер высунулся из машины, глядя ей  вслед,
затем вздохнул.
     В конце улочки был закрытый двор, окруженный  с  трех  сторон  высокими
зданиями. Селия пересекла двор и вошла в  центральное  здание.  Внутри  было
сумрачно и пахло кухней, дымом и потом. Старый подъемник, действовавший  при
посредстве веревки, как раз опускался. Затаив дыхание от  отвращения,  Селия
вошла в лифт, закрыла дверь и потянула за веревку. Подъемник  медленно  стал
подниматься, грозя каждую минуту грохнуться  вниз.  Наконец  это  допотопное
устройство остановилось на последнем этаже. Дверь, выходящая  на  лестничную
площадку, была выкрашена в темно-красный цвет, медная  дощечка  и  ящик  для
писем сверкали на солнце. На маленькой дощечке  было  написано  только  одно
имя: "Гилрой". Селия сняла перчатки, открыла сумочку и оценивающе  осмотрела
себя. Убедившись, что выглядит хорошо, положила зеркальце назад и  протянула
руку  к  пуговке  звонка...  Но  в  последний  момент  заколебалась.  Потом,
нетерпеливо поведя плечами, более энергично, чем это было нужно,  нажала  на
кнопку.  Никто  не  отозвался.  Через  несколько  минут  Селия   уже   стала
нетерпеливо притопывать. Она сдвинула тщательно накрашенные брови  и  нервно
закусила губу. Наконец Гилрой открыл  дверь.  Это  был  высокий  неф,  очень
плотного телосложения, с широким лицом. Его налитые  кровью  глаза  смотрели
мечтательно и грустно. На нем была белая пижама и дешевый  халат  из  белого
шелка с черной отделкой. При виде Селии широкие плечи негра  сгорбились,  но
он ничего не сказал.
     - Удивлены, что я здесь? - спросила Селия.
     Он должен был прочистить горло, прежде чем сумел ответить.
     - А вы разве не удивились бы, если бы мне вздумалось навестить  вас?  -
спросил он несколько хрипловато.
     Селия улыбнулась.
     - Да ведь такое мне может присниться только во сне, - судорога  толстых
губ нефа показала ей, насколько нетактично было с ее стороны  так  говорить.
Он потянул на себя дверь, чтобы помешать Селии войти в его квартиру.
     - Вам бы совсем не следовало приходить сюда, - сказал он. -  Это  ни  к
чему хорошему не приведет, кто-нибудь может встретить вас здесь.
     Она покачала головой.
     - Это ничего,  -  но  так  как  он  по-прежнему  преграждал  путь,  она
продолжила нежным голосом: - Вы дадите мне войти?
     Его глаза лихорадочно заблестели,  перебегая  с  Селии  на  лестницу  и
подъемник.
     - Нам ведь не о чем говорить друг с другом, - наконец отважился он.
     Она решительно шагнула вперед и положила свою  маленькую  руку  на  его
грудь.  Он  посмотрел  на  красные  ногти  и  с  сожалением  отступил.   Она
последовала за ним в маленькую переднюю, захлопнув дверь ногой и не  спуская
с него глаз.
     - Было бы все же лучше, если бы вы ушли отсюда, -  заговорил  он  своим
мягким и грустным голосом. - К чему было вам приходить сюда?
     Она прошла вперед, в гостиную. Эта большая комната выходила  окнами  на
Уест-Энд. Часть ее была занята концертным  роялем.  Возле  камина  находился
диван с множеством пестрых подушек, в одном углу которого громоздилась  куча
тамтамов. Гилрой подошел к роялю и облокотился о  него.  Он  нервно  теребил
пояс халата и пристально, нахмурив брови, смотрел себе под ноги.
     - Вы первый, кто встречает меня вот таким  образом,  -  сказала  Селия,
глядя в окно. Ее узкая спина напряглась от гнева.
     - Все цветные относятся к вам таким же образом, - проговорил Гилрой.  -
Бесполезно смотреть на вас иначе, вы ведь больше не наша.
     Селия повернулась.
     - Вы все время повторяете мне это, почему? Разве я не  того  же  цвета,
что и вы? Разве я не такая?
     Он сел за рояль.
     - Вы не думаете о моей расе иначе, как... - он пожал плечами. - Мы  уже
не раз спорили об этом. Что вы хотите от меня?
     Селия некоторое время колебалась. Потом с большим усилием взяла себя  в
руки.
     - Я чувствую себя очень одинокой. Мне захотелось повидать вас.
     Он начал что-то тихо наигрывать. Его длинные пальцы, казалось,  ласкали
мелодию и вызывали трепет.
     - Не лгите. Почему вы всегда так боитесь правды?
     Она снова повернулась к окну.
     - Но я действительно хотела повидать вас.
     - Вы сколько угодно могли видеть меня сегодня ночью в клубе.
     Выражение ее лица менялось по мере того, как  она  вслушивалась  в  его
игру.
     - Скажите, что я должна сделать, чтобы вы поверили мне?
     Она прошла через всю комнату  и  села  на  банкетку  рядом  с  ним.  Он
продолжал играть, надеясь, что музыка  не  позволит  разговору  стать  более
интимным.
     - Да, есть вещи, которые я знаю, - сказал  он,  глядя  на  стену  прямо
перед собой. - Вы хотите, чтобы я что-то сделал. Но прежде, чем  заговорить,
хорошенько подумайте, стоит ли это делать.
     Селия вдруг прижалась к нему. Ее тело жаждало этого человека.  Для  нее
он олицетворял Гаити. Через несколько лет Ролло, Батч  и  другие  пресытятся
ею, она это хорошо понимала. Что же будет с нею тогда?  Если  только  Гилрой
или кто-нибудь другой из ее расы не будет хотеть ее, ей никогда  не  удастся
вернуться на Гаити. А Селия часто мечтала о возвращении на родину.
     - Что все это может означать? - спросила она после долгого молчания.
     - Ничего хорошего,  -  был  ответ.  Гилрой  неожиданно  снял  пальцы  с
клавиш. - Оставьте меня в покое.
     Селия встала  и  направилась  к  низкому  столику,  на  котором  лежали
сигареты, большая зажигалка и стояла бутылка с виски.  Потом  села  на  пол,
скрестила длинные ноги. Юбка ее  поднялась  на  несколько  сантиметров  выше
колен.
     - Значит, я для вас совсем ничего не значу?  -  спросила  она,  наливая
себе виски.
     - А почему  вы  должны  для  меня  что-то  значить?  -  ответил  Гилрой
вопросом на ее вопрос, но взгляд его был пустым,  и  глаза  были  похожи  на
стеклянные шарики.
     Она пристально смотрела на виски, держа стакан  на  свету,  и  ее  мозг
лихорадочно напрягся, ища выхода из этого неприятного положения.
     - Ведь  вы  меня  когда-то  любили,  -  сказала   она,   надеясь,   что
воспоминания о прошлом могут приблизить его к ней. -  Вы  что,  забыли  это?
Эти дни и ночи разве для вас уже ничего не значат?
     Гилрой снова заиграл.
     - Это для вас они ничего не значат, - ответил он. -  Вы  решили,  будто
нашли что-то лучшее.
     - Всем свойственно ошибаться, - возразила она,  стараясь  сдерживаться,
но нервы ее были настолько напряжены, что ей с трудом  это  удавалось.  -  Я
ошиблась. Разве мы не можем начать все сначала?
     - Нет смысла менять что-то в наших отношениях, - нервно  сказал  он.  -
Было время, когда вы могли добиться того, на что надеетесь  сегодня.  Но  вы
сами упустили его. - Он вскочил. - Теперь вам надо  уходить.  Вы  не  должны
были приходить сюда.
     Она с отчаянием посмотрела на него.
     - Я даже не имею права просить вашей помощи?
     Он покачал головой.
     - Понимаю, вы хотите попросить о  чем-то  дурном.  Но  даже  без  вашей
просьбы, - он сжал свои большие кулаки. - Я... Я это сделаю.
     Селия поставила стакан с виски на столик.
     - Что вы хотите этим сказать? - спросила она недоуменно.
     - Если Ролло попросит меня сделать это, я  сделаю,  -  ответил  Гилрой,
направляясь к окну и останавливаясь там, широко  расставив  нога  и  засунув
руки в карманы халата. - Но знайте, что это будет концом для нас всех. -  Он
передернул плечами. - И это будет хорошо?
     Суеверный  ужас,  долго  дремавший,  ослабленный  жестоким  и  циничным
существованием, с ужасающей силой проснулся в Селии.
     - Если он попросит что? - спросила она, напрягаясь.
     - Разве вы все колебались  когда-нибудь  сделать  что-либо,  приносящее
вам деньги? - ответил он ей,  не  оборачиваясь.  -  Уйдите  от  этих  людей,
Селия. Я вас уже просил об этом и больше не повторю.
     Она встала.
     - Я вас не  понимаю,  -  она  боролась  со  страхом,  который  внезапно
охватил ее. - У  вас  сегодня  какое-то  странное  настроение.  Может  быть,
завтра...
     - Я вам покажу кое-что, - неожиданно сказал он,  направляясь  к  шкафу.
Взял там две маленькие куколки сантиметров по десять каждая.  Одна  из  них,
безусловно, изображала Селию: такие же красное  платье  и  белый  тюрбан  на
голове. Другая, в голубом шелковом платье, имела на грубо вырезанной  голове
обрывки желтого шелка. Селия с расширившимися от удивления глазами  перевела
взгляд на Гилроя.
     - Посмотрите, посмотрите, - настаивал он, бросив куколок на диван.  Они
упали вместе: белая куколка поверх черной. Четыре раза  он  хватал  кукол  и
бросал их на диван, и каждый раз  они  падали  так,  что  белая  оказывалась
сверху.
     - Видите? Так всегда получается.
     - Вы хотите меня напугать? - она прижала палец к губам.
     - Попробуйте сами, - он перебросил куколок ей.
     Селия не сразу решилась, потом, разозлившись, швырнула игрушки на  пол.
Они отскочили к стене и, ударившись, упали на ковер:  белая  поверх  черной.
Селия задрожала, лицо ее посерело.
     - Что это означает? - прошептала она.
     - Ничего хорошего, - Гилрой поднял кукол. - Просто это ваша  судьба.  -
И он приблизил к ней белую куклу в смешном  голубом  платье  и  с  обрывками
шелка на голове.
     Селия в ужасе отшатнулась. Ее всю трясло от страха и злости.
     - Вы хотите запугать...
     Пронзительный звонок прервал ее.
     - Кто это? - она испуганно поглядела в сторону прихожей.
     - Не знаю...
     Они оба стояли неподвижно. Звонок повторился, более долгий, тревожный.
     - Вам было бы лучше пройти туда, -  он  показал  на  дверь  в  соседнюю
комнату.
     - Лучше не отвечайте на звонок,  -  посоветовала  Селия,  думая  в  это
время о Батче. - Если кто-нибудь увидит меня здесь...
     Гилрой равнодушно улыбнулся:
     - Вам нужно было подумать об этом прежде.
     Она поняла, что он откроет дверь,  и  в  отчаянии  бросилась  в  заднюю
комнату. Гилрой  подождал,  пока  она  закрыла  за  собой  дверь,  прошел  в
переднюю.
     Пришел доктор Мартин.
     - Мне необходимо с вами поговорить, - не дожидаясь приглашения,  доктор
направился в гостиную.
     - Я вас ждал, - сказал Гилрой, входя за ним следом.
     Доктор потянул носом. Легкий запах духов,  которые  употребляла  Селия,
не оставлял никакого сомнения о  ее  присутствии  здесь.  Мартин  бросил  на
Гилроя  приветливый  взгляд,  но   тот   сохранял   полное   спокойствие   и
невозмутимость. "Нет никаких пределов для Селии в поисках  возлюбленных",  -
подумал доктор, устраивая свою костлявую персону в глубине кресла.
     - Не находите ли, Гилрой, что вы давно играете в  джазе?  -  начал  он,
сцепив пальцы. Потом нахмурился. - Но вы  мне  только  что  что-то  сказали?
Почему это вы меня вдруг ждали?
     Гилрой снова сел к роялю.
     - Не беспокойтесь, доктор, об этом, -  сказал  он.  -  Продолжайте.  Вы
действительно думаете, что я давно играю в джазе?
     Мартин внимательно посмотрел на него.
     - Вы несколько странный тип, -  он  не  скрывал  удивления.  -  Но,  не
правда ли, вы согласны со мной?
     - Возможно, - Гилрой пожал плечами.
     - Я могу дать вам возможность заработать приличные деньга, -  продолжал
доктор после небольшого  молчания.  -  Существует  человек,  которого  очень
интересует Вуду. Он заплатит хорошие деньги. Вы  можете  в  этом  деле  быть
полезным.
     - Вуду? А что дает вам основания думать, будто я знаю, что это такое?
     - Ничего, - доктор передернул плечами.  -  Я  кое-что  читал  по  этому
предмету и прекрасно понимаю, что это  просто  примитивное  суеверие.  А  вы
умны, я знаю. Вы можете стать экспертом по Вуду.  Это  все,  что  нужно  для
того, чтобы заработать деньги. Для вас это составит тысячу фунтов.
     - А что конкретно я должен делать? - Гилрой закрыл глаза.
     - Это очень просто. Мы организуем несколько  сеансов  и  проделаем  все
таким образом, чтобы он поверил, будто  вы  большой  знаток  этого  ритуала.
Когда он заплатит деньга, мы  прекратим  это.  Подробнее  поговорим  сегодня
вечером у Ролло. Я просто хотел удостовериться в вашем согласии.
     - Если  дело  касается  такой  несложной  вещи...  -  Гилрой   наклонил
голову. - Конечно. Но вы действительно уверены?
     - Да, уверен.  Вам  придется  только  узнать,  чего  именно  он  хочет.
Полагаю, что все будет просто. Этот человек не совсем в своем уме.
     - А вы сами, вы не верите в ритуал  Вуду?  -  спросил  Гилрой  каким-то
безразличным тоном.
     Доктор усмехнулся.
     - Вы-то хоть не будьте идиотом! - сказал он. - А вы сами?
     - В моей стране в это верят, -  ответил  неопределенно  Гилрой.  -  Ну,
конечно, мы ведь всего лишь необразованные негры. Итак,  мы  будем  говорить
об этом сегодня вечером у Ролло? - Гилрой встал.
     Доктор посмотрел на него.
     - Я думаю, могут встретиться некоторые трудности, -  проговорил  он.  -
Но вы нам поможете, не правда ли?
     - Я сделаю все, о чем вы меня попросите, доктор, - ответил он.
     Доктор тоже поднялся.
     - Да, тысяча фунтов - это совсем не пустяк,  -  сказал  он,  следуя  за
Гилроем к двери. - Я еще должен многое приготовить к сегодняшнему вечеру.
     Гилрой открыл дверь.
     - До вечера! - сказал он.
     Доктор остановился на площадке.
     - На вашем месте, - посоветовал он, пристально глядя на негра, -  я  не
употреблял бы этих духов. Люди могут подумать...
     - Мне нечего беспокоиться о мнении каких-то людей, -  в  голосе  Гилроя
послышался вызов, и он захлопнул дверь перед носом врача.


     Номер 155А по Филен-роуд был большим домом, стоящим рядом с  другими  и
отделенный от улицы низкой стеной и большой лестницей  с  белыми  ступенями,
ведущими к входной двери. Дом принадлежал Сендрику Смиту, который  несколько
лет назад, покинув одну из самых  знаменитых  театральных  трупп  в  стране,
стал владельцем сдаваемых помещений. Сендрик Смит руководил своим  делом.  У
него была уборщица, которая  приходила  три  раза  в  неделю  и  делала  всю
основную  работу,  а  он  занимался  остальным.   Квартиры   снимали   шесть
постояльцев. И одна из них - Сьюзен Хэддер.  Другими  были  директор  банка,
два директора муниципальных школ Лондона, служащий из дома  Питера-Джонса  и
даже профессор, который проводил все свое  время  в  библиотеке  Британского
музея. Несмотря на одинаковое отношение к  своим  жильцам,  Сендрик  все  же
выделял из  них  Сьюзен.  Он  считал  ее  воспитанной  и  очень  приятной  в
обращении, к тому же она была молода и совсем одинока. Он ворчал, если  она,
приходя, не меняла своих мокрых башмаков, он готовил ей горячее питье  перед
сном и при этом всегда советовал не ложиться слишком поздно. Его умиляли  ее
идиллические отношения с Георгом Сьюзен считала Сендрика  немного  странным,
но в глубине души ее трогала его забота.  Сендрик,  которому  вскоре  должно
было стукнуть сорок пять лет и он уже начал полнеть, был холостяком.  Теперь
ему очень не хватало его прежних  театральных  знакомых,  а  также  вечеров,
отмечающих новые постановки. Если не считать посещений  лавок  по  утрам  да
редких выходов по вечерам, он все время проводил дома. Хозяйственные  заботы
отнимали слишком много времени, и единственным развлечением  для  него  было
наблюдать  за  уходом  и  приходом   жильцов.   Но   по-настоящему   Сендрик
интересовался только Сьюзен. Так он сделал открытие, что  девушка  влюблена.
Ах, эта молодость! Сьюзен была для  Сендрика  каким-то  феноменом  редкой  и
достойной восхищения красоты. И, естественно, он  сопереживал  ее  сердечным
делам. Для него не было ничего более приятного, чем выслушивать ее  излияния
за чашечкой крепкого кофе. Но Сьюзен никогда  ни  на  что  не  жаловалась  и
отказывалась от его небольших забот и услуг.  В  конце  концов,  любопытство
Сендрика достигло такой степени, что он начал вскрывать над паром  и  читать
письма Георга. Таким образом он  оказался  в  курсе  его  романа  с  Сьюзен.
Открывать конверты над паром было несложно. Сьюзен всегда уходила на  работу
минут за пятнадцать  до  появления  почтальона,  так  что  у  Сендрика  было
достаточно времени, чтобы прочитать письмо, заклеить его  снова  и  положить
на место задолго до возвращения жилички.
     Последнее письмо Георга нанесло ужасный удар Сендрику. Он прочитал  его
три раза, прежде чем понял, что теперь больше не будет писем, которые  можно
вскрывать, и не будет романа, который скрашивал его монотонную жизнь.  После
такого удара он все утро просидел перед пылающим камином, решая,  как  быть.
Ему, конечно, искренне хотелось подготовить Сьюзен, но он знал, что об  этом
не может быть и речи. Сендрик  надеялся,  что,  может  быть,  теперь  Сьюзен
будет с ним откровенней, и  без  конца  повторял  про  себя  все  ободряющие
слова, которые в таком случае сказал бы ей.
     Сендрик сам  до  такой  степени  растрогался,  что  у  него  на  глазах
навернулись слезы. Когда, наконец, он узнал торопливые шаги Сьюзен, то  лишь
молча открыл кухонную дверь и смотрел, как она  берет  письмо.  Он  печально
качал головой  и  следил  за  ней  взглядом,  пока  девушка  поднималась  по
лестнице. "Какое переживание для столь славной крошки", - думал  он,  решив,
что обязательно должен для нее что-нибудь сделать. Сендрик пошел на кухню  и
согрел молока, потом поставил на огонь чайник. Возможность придти Сьюзен  на
помощь просто воодушевляла Сендрика, и каково же было его  огорчение,  когда
он услышал, как Сьюзен сбежала по лестнице и  за  ней  захлопнулась  входная
дверь. Это был  конец.  Сендрик  почувствовал  себя  таким  несчастным,  что
тотчас же лег в постель. Но заснуть ему,  разумеется,  не  удалось.  Услышав
возвращение Сьюзен, он зажег свет и просто остолбенел  от  ужаса,  глядя  на
часы: было час сорок! Но утром он удивился еще больше.  Вместо  того,  чтобы
выйти из дома в обычное для нее время, Сьюзен встала в десять часов  и  ушла
лишь  через  двадцать  минут.  Сендрик  быстро  придумал  себе  дело,  чтобы
находиться в тот момент,  когда  она  спускалась  по  лестнице.  Он  сверлил
девушку взглядом, ожидая увидеть  смертельно  бледное  лицо,  но,  к  своему
великому сожалению, не заметил и следа ожидаемых терзаний.  Сьюзен  казалась
даже радостной. Ее глаза блестели, щеки  были  розовыми,  и  она  улыбнулась
ему, проходя мимо. Сендрик был так ошеломлен,  что  впервые  не  нашел,  что
сказать девушке. А тут еще и  почтальон  прибавил  к  этому  новую  загадку,
принеся Сьюзен городское письмо. Оно  содержало  служебное  удостоверение  и
служебные рекомендации вместе с сухой  запиской,  что  она  забыла  получить
какую-то сумму перед своим уходом с работы.
     Сендрик не испытывал никаких угрызений совести, вскрывая и это  письмо,
но он недоумевал. "Что же делает эта бедная девушка? - без  конца  спрашивал
он себя. - Почему бросила работу? Где была прошлой  ночью?  Почему  казалась
такой возбужденной и даже радостной сегодня  утром?"  Он  долго  ломал  себе
голову над этим, пока продолжительный звонок не заставил его вздрогнуть.  Он
отложил в сторону сковороду, которую в это время чистил,  снял  передник  и,
торопливо одолев лестницу, вышел в вестибюль.
     Молодой человек, одетый  в  спортивный  костюм,  с  плохо  выглаженными
брюками, стоял на пороге. "Он, видимо,  попытается  продать  что-нибудь",  -
подумал  Сендрик,  у  которого  было  очень   плохое   настроение,   и   уже
приготовился ответить: "Ничего не нужно, спасибо", затем хлопнуть  дверью  и
оставить этого молодого человека с  носом.  И  вдруг  совершенно  неожиданно
встретился с ним взглядом. Вот тут-то Сендрик и остался  стоять  с  открытым
ртом вместо того, чтобы поспешно затворить дверь.
     - Здесь живет Сыозен Хэддер? - спросил молодой человек резким  голосом,
но вполне корректно.
     - Да, - ответил Сендрик, - но ее, к сожалению, в  настоящее  время  нет
дома.
     Это заявление, видимо,  не  удивило  молодого  человека.  Он  вынул  из
кармана запечатанный конверт и протянул его Сендрику.
     - Передайте ей это, когда вернется, - приказал он.
     Сендрик взял конверт с таким видом, будто боялся, как бы его что-то  не
укусило, и начал закрывать дверь. Молодой человек с  неприкрытой  неприязнью
смотрел на него.
     - И не вздумайте открывать его над паром,  -  продолжал  он  угрожающим
тоном. - Я отлично знаю все,  что  вы  делаете,  толстый  бездельник,  всюду
сующий свой нос.
     Потом он круто повернулся, оставив Сендрика с открытым  ртом  и  полным
стыда и ярости.
     - Ну, что еще за мысли! - ворчал Сендрик, запирая дверь.  -  Ну  и  ну!
Теперешние молодые люди бог знает что себе позволяют! Никогда  раньше  я  не
слышал ничего подобного!
     Он вернулся на кухню, держа конверт в руке, и там бросил его  на  стул.
Когда  он  немного  успокоился  и  пришел  в  себя,  вскипятил  воду,  чтобы
приготовить себе чашку  чая.  Потом  взял  конверт  и  стал  с  любопытством
рассматривать.
     Сендрик некоторое время колебался,  прежде  чем  решиться.  Он  говорил
себе, что это его обязанность находиться  в  курсе  дел  своих  постояльцев,
знать, чем они живут и  в  чем  нуждаются.  Его  очень  занимало:  кто  этот
молодой человек с  таким  тяжелым  взглядом?  Какое  отношение  он  имеет  к
Сьюзен?  И  вообще,  что  это  значит?   Он   вскрыл   конверт   с   большой
осторожностью. Когда он  вынимал  бумагу  из  конверта,  его  пальцы  слегка
дрожали.  На  ней  было  написано:  "Отправляйтесь  в  агентство  Фресби  на
Руперт-Курт, 308. Они помогут вам войти. Д.К."
     Сендрик положил бумагу  обратно  и  тщательно  заклеил  конверт.  Он  и
теперь знал не больше, чем до прочтения письма, и это  обстоятельство  очень
огорчало его. Он положил конверт на столик в вестибюле и вернулся  на  кухню
пить чай. Когда Сендрик наполнил чашку, то услышал,  как  открылась  входная
дверь и послышались легкие шаги Сьюзен. "Как раз вовремя пришла,  -  подумал
он. - Мне действительно надо быть осторожнее. Что бы она подумала,  если  бы
пришла раньше на пять минут?" Он не допил чай и отправился в вестибюль,  где
и застал Сьюзен, читавшую записку.
     - А вот и вы, - сказал он. - Вы сегодня вернулись раньше.
     Сьюзен  бросила  на  него  быстрый  взгляд,  кивнула  головой  и  взяла
конверт, произнеся что-то неопределенное.
     Потом, видимо, вспомнив о правилах хорошего тона, сказала:
     - Да. Какой замечательный сегодня день, не правда ли, мистер Смит?
     Сендрик отмстил про себя, с каким беззаботным видом она  направилась  к
лестнице.
     - Я только что заварил чай, мисс, - предложил он. - Не хотите ли  зайти
и выпить чашечку? Я не хочу слышать отказ.
     - Это так любезно с вашей стороны, мистер  Смит,  но,  к  сожалению,  я
очень тороплюсь, - ответила Сьюзен. - Во всяком случае, спасибо.
     И она побежала по лестнице, прежде  чем  Сендрик  смог  остановить  ее.
Войдя в свою комнату, Сьюзен села на  кровать  и  несколько  раз  перечитала
послание Джоса.  Это  послание  означало,  что  ей  следовало  обратиться  в
агентство Фресби.
     "Они, видимо, найдут для меня должность в клубе "Золотая  лилия",  -  с
некоторым страхом и опасением подумала Сьюзен.
     Она сунула письмо в сумочку. Делая это, она вдруг вспомнила  мужчину  в
черной рубашке и визгливый  женский  голос.  Должна  ли  она  все-таки  идти
туда? - спрашивала она себя,  или  же  должна  постараться  забыть  всю  эту
историю о Кестере Вайдемане и его брате?  И  Джосе?  Нет,  теперь  это  было
слишком поздно, она  не  может  сделать  этого,  теперь  она  слишком  много
узнала. К тому же  существовало  очень  мало  девушек,  способных  выполнить
подобную работу. В конце концов, ведь она зависела только от самой  себя,  а
это что-нибудь да значило! Она встала и посмотрела на себя в зеркало.
     Сьюзен была красивой девушкой. Блондинка с большими голубыми глазами  и
прекрасным цветом лица. Когда она улыбалась, на ее  щеках  появлялись  такие
очаровательные ямочки, что невольно вызывали ответную  улыбку,  зубы  у  нее
были мелкие, ровные и очень белые.
     Сьюзен посмотрела на себя и решила, что слишком хорошо одета для  того,
чтобы посетить агентство Фресби, и подумала, что будет лучше надеть  простое
темное платье, маленькую темно-синюю шапочку  и  замшевые  туфли  на  низком
каблуке. Сделав все это, она  вихрем  пронеслась  по  лестнице,  прежде  чем
Сендрик заметил ее уход.
     Агентство Фресби находилось в маленьком грязном переулке, выходящем  на
Пикадилли. Оно было расположено на третьем этаже дома без  лифта.  Сьюзен  с
бьющимся сердцем поднялась по лестнице. На первом этаже  находилась  контора
тотализаторов, и проходя  мимо  двери,  она  услышала  телефонные  звонки  и
мужские голоса, спорящие о чем-то.
     Кабинеты третьего этажа были пусты, а коридор весь в пыли.
     Она толкнула дверь, на  которой  было  написано  "Справки",  но  и  это
помещение тоже оказалось пустым.  Это  была  маленькая  комната,  в  которой
стоял один стол и стул. На столе рядом с  телефонным  справочником  высилась
ваза с искусственными цветами и полная окурков пепельница. В  комнате  пахло
табаком, затхлостью и грязью. Сьюзен  некоторое  время  подождала,  а  затем
продолжила  свои  исследования.  Она  открыла  другую  дверь  и  увидела   в
следующей комнате худого пожилого человека в поношенном коричневом  костюме,
вопросительно смотревшего на нее. Он сидел за письменным столом,  перед  ним
стояла чашка с чаем, на листе  бумаги  лежал  маленький  кусочек  хлеба.  Он
медленно жевал, и крошки висели на его усах, пожелтевших от никотина.
     - Простите меня, - робко сказала  Сьюзен,  -  я  думала,  что  и  здесь
никого нет.
     Худой незнакомец проворчал:
     - Не рассчитывайте на чай.  -  Он  взял  кусок  хлеба  своими  грязными
пальцами и отправил его в рот. - У меня нет другой чашки. Интересно было  бы
знать, почему посетители так часто приходят сюда во время чаепития?
     Сыозен с трудом удержалась  от  смеха.  В  этом  человеке  было  что-то
трагикомическое. Воротник его пиджака потерся,  и  рубашка  была  не  первой
свежести. Крошки на усах делали его смешным, и  вместе  с  тем  в  нем  было
что-то печальное, остатки достоинства, мало гармонировавшего с этой  грязной
и запущенной комнатой и поношенной одеждой.
     - Я совсем не жажду чая, - Сьюзен  вошла  в  комнату.  -  Я  хотела  бы
получить работу.
     Старательно скатав хлебный шарик, он отправил его в рот.
     - Работу? - прошамкал он. - Какую работу?
     - Я хотела бы получить работу  в  клубе  "Золотая  лилия",  -  ответила
Сьюзен, уверенная, что пришла по  адресу.  Этот  человек,  возможно,  и  был
мистером Фресби, но  не  имел  никаких  служащих  и,  вероятнее  всего,  сам
нуждался в работе.
     - О! - произнес мистер Фресби ворчливым  тоном,  помешивая  ложечкой  в
чашке. - Это уже совсем другая история, - произнес он, разглядывая Сьюзен.
     - В самом деле? - спросила Сьюзен, переминаясь с ноги на ногу. Ей  было
неприятно так стоять перед ним посередине комнаты. - Могу я сесть?
     - Да, я думаю, - ответил  мистер  Фресби.  -  Но  не  требуйте  чаю,  -
вспомнив, что уже говорил это, добавил  с  некоторым  юмором:  -  Во  всяком
случае, он не стоит того, чтобы его пили.
     Сыозен взяла стул.
     - Может быть, вы меня не поняли, - торопливо продолжала она.  -  Мистер
Краффорд сказал мне, чтобы я пришла к вам.
     - Я знаю об этом, - и мистер Фресби посмотрел на нее.
     Она ясно видела, что он смотрит на нее с каким-то  странным  выражением
лица,   и   почувствовала   легкое   сердцебиение.   Его   бледные,   совсем
невыразительные   глаза,   казалось,   раздевали    ее.    Она    неожиданно
почувствовала, что краснеет и что ее наполняет гнев.
     - Если вам нечего сказать мне, - произнесла она  сердито,  -  то  я  не
стану отнимать у вас время.
     Мистер Фресби медленно тянул свой чай.
     - Кто это вам сказал, что мне нечего вам сказать? - ответил  он.  -  Не
нужно злиться.
     Сыозен промолчала. Враждебно глядя на старика, она  ждала  продолжения.
Чай, казалось, подкрепил мистера Фресби. Он начинал понемногу  оттаивать,  и
с него словно спало напряжение. Он откинулся на стуле  назад,  и  его  худое
лицо подобрело.
     - Вот какая хорошая рекомендация!  -  неожиданно  заговорил  он  совсем
иным тоном. - Подумать только, послать ко мне такую красивую женщину!
     - Кто это? - Сьюзен не понравилось такое вступление мистера Фресби.
     - Молодой Джос, - ответил он, засунув кончик усов себе  в  рот.  -  Это
просто демон. Как это вы познакомились с ним?
     - Я предпочитаю не говорить об этом, - последовал на это ледяной  ответ
Сьюзен.
     Зазвонил телефон, и Фресби бросил  на  аппарат  подозрительный  взгляд,
потом, несколько помедлив, снял трубку.
     - Алло?
     У звонившего был мужской голос, и Сьюзен показалось, что это Джос.  Она
бросила взгляд на мистера Фресби и заметила,  что  он  сразу  стал  каким-то
очень старым и усталым.
     - Да? -  говорил  он.  -  Это  очень  хорошо...  Да,  я  понимаю...  Не
заводитесь. Вы же отлично понимаете,  что  я  хочу  сказать.  Нет...  нет...
конечно.
     Он послушал еще немного и повесил трубку.
     - Это был Джос, - сообщил он устало.  Сьюзен  увидела  у  него  на  лбу
капли пота. - Это сущий демон. Остерегайтесь его! Он,  видите  ли,  полагал,
что я недостаточно вежлив с вами. Он ошибается, не правда ли, мисс?  Я  ведь
ничего оскорбительного вам не сказал.
     Его желание  быть  ей  приятным  было  таким  же  большим,  как  и  его
неприязнь вначале.
     - Нет, нет, все хорошо, - поспешила успокоить его Сьюзен.
     - Вы ему это скажете? - Фресби наклонился вперед. - Мне он не  поверит.
Он очень недоверчив, знаете? А  между  тем  он  легко  может  доставить  мне
неприятности.
     - Да, я скажу ему это, - пообещала Сьюзен, ничего не понимая. -  Но  не
кажется ли вам, что мы могли бы перейти к делу? Я ведь очень тороплюсь.
     - Конечно, конечно, - поспешно сказал Фресби. Он внимательно  посмотрел
на нее, потом спросил: - Вы совершенно уверены, что не хотите  чашечку  чая?
Я могу вымыть эту чашку и угостить вас чаем. Вы знаете,  у  меня  не  бывает
здесь таких посетителей, иначе  я  держал  бы  здесь  еще  одну  чашку...  Я
сначала подумал, что вы одна из тех девушек... Я теперь вижу, что ошибся.  Я
очень огорчен. Я вам показался невежливым?
     - Одной из девушек? - машинально повторила Сьюзен.
     - Да,  я  им  иногда  нахожу  комнаты.  Раньше  на   них   можно   было
зарабатывать деньги. А теперь так  много  крупных  агентств,  и  я  не  могу
доставать им квартиры. Агентства же всякий раз, когда находят  квартиры  для
девушек, получают до сорока фунтов... И, кроме того, эти девахи дают им  еще
на чай.
     Он печально покачал головой, и на его  лице  появилась  жалкая  улыбка.
Сьюзен ничего не поняла из того, что он ей говорил, у нее появилось  желание
уйти отсюда и как можно скорее.
     - А у вас есть требования в клуб "Золотая лилия"? - спросила она.
     Фресби покачал головой.
     - Нет, в  данный  момент  нет.  Но  мы  все  же  найдем  что-нибудь.  Я
обязательно устрою это дело. Пойдите туда завтра утром  и  спросите  мистера
Марча. Я его очень хорошо знаю.  Это  сутенер.  Я  поговорю  с  ним  сегодня
вечером. - Он задумчиво погладил свои усы. - В этой стране  за  сводничество
получают до шести месяцев, - вдруг произнес он. - А что  вы  можете  делать?
Вы приемщица?
     Сьюзен сделала утвердительный жест.
     - Я полагаю, что это вполне подойдет.
     Ее  ответ  был  довольно  неопределенным.  Ей  меньше  всего  на  свете
хотелось бы иметь дело с мистером Фресби и с клубом "Золотая лилия".  Ноздри
мистера Фресби вдруг задрожали.
     - Да, я полагаю так, но вам нужно быть очень и очень  осторожной,  -  в
его глазах появился алчный  блеск,  что  еще  больше  смутило  ее.  -  Такая
красивая девушка, как вы! Они все там, определенно, набросятся на вас,  если
вы сами не будете осторожны.
     Сьюзен встала.
     - Ведь вы действительно мисс Хэддер, не так ли? - он  посмотрел  на  ее
ноги. - Я скажу ему. Приходите туда завтра утром около десяти часов.
     - Спасибо.
     Она быстро направилась к двери. Она не  оглядывалась,  но  чувствовала,
что он находится позади, как дикий  зверь,  готовый  напасть.  И  охваченная
внезапной, непонятной паникой, побежала по каменным ступеням лестницы  вниз,
не замечая, куда бежит.




     - Это было всего пять минут назад, как он  появился  здесь,  у  черного
входа,  -  сказала  старая   женщина,   показывавшая   на   лесистую   часть
невозделанного участка. - Бездельник, вот он кто такой.  Грубый,  некрасивый
детина с окурком, свисавшим с его губы, и в каком-то балахоне.
     Джос Краффорд сунул руки в карманы брюк и пожал плечами.
     - Что он хотел?
     Он очень хорошо знал, кто  этот  человек,  и  мысль  о  нем  заставляла
сжиматься его желудок. Старая женщина усмехнулась.
     - Откуда я могу знать? Он мне сказал, что это ради страховой  компании,
но я ему не поверила, конечно. Он хотел знать, кто живет в этом доме,  но  я
ему не ответила и захлопнула  дверь  перед  самым  его  носом.  Если  бы  вы
слышали, как он ругался, как грозился! Потом он  пошел  туда.  Я  совершенно
уверена, что он спрятался в лесу. Но я обязательно понаблюдаю за ним.  Я  не
ошиблась. Он все еще определенно находится там, в этом у  меня  нет  никаких
сомнений.
     - Хорошо, - сказал Джос, сжимая  кулаки.  -  Я  узнаю,  что  он  хотел.
Продолжайте вашу работу. Незачем устраивать истерики.
     - Истерики?  -  повторила  старая  женщина,  потухшие   глаза   которой
неожиданно зажглись обидой. - Кто это тут устраивает истерики?
     - Продолжайте свою работу, - повторил Джос.
     Он вышел из кухни, прошел большую прихожую,  мощеный  двор  и  вышел  в
сад. Полдень был светлым, блестящим, без малейшего ветерка. Это  был  совсем
не такой полдень, который вызывает чувство опасности, но  Джос  ощутил,  как
непонятный страх и холод проникают в самое сердце. Тем не  менее  знал,  что
ничто не помешает ему углубиться в лес в поисках человека в черной  рубашке.
Он решил предупредить его, чтобы тот не попадался ему на пути.  Может  быть,
если он будет действовать таким образом, они подумают, что  их  разгадали  и
им не стоит рисковать? Джос, конечно, не надеялся, что ему это  удастся,  но
он хотя бы, по крайней мере, попытается что-то делать.
     Он прошел по дорожке, которая вела к  лесу,  засунув  руки  в  карманы.
Чувствуя на себе взгляд старой женщины, стоявшей у окна кухни, он думал,  уж
не следит ли и она за ним? А может быть, в это  время  и  мужчина  в  черной
рубашке тоже следит за ним? Как бы хорошо было, если  бы  он  имел  хотя  бы
ружье, нож или на худой конец трость. Он прекрасно  знал,  что  не  сильный.
Слабость тонких рук и узкая грудь терзали его  сейчас,  хотя  обычно  он  не
обращал на это внимания.  Он  вспомнил  о  толстой  шее  человека  в  черной
рубашке, грубых руках, налитых мускулах, и дрожь пробежала по его  телу.  Но
он упрямо шел дальше, потому что не  должен  был  показать  этому  человеку,
будто  боится  его.  В  лесу  было  холодно,  сумрачно  и  тихо.   Джос   не
оглядывался. Он знал, что теперь из дома  его  уже  никто  не  мог  увидеть.
Правда, интересно бы знать, последовала ли за ним  старуха.  Конечно,  проку
от нее было мало, и все-таки это лучше, чем ничего. Его  ужасала  встреча  с
человеком в черной рубашке в этом глухом месте.  Внутри  у  него,  казалось,
возник ледяной сплошной ком, но он ни за что не повернет назад. Если  он  не
сделает задуманное теперь, тип в черной рубашке поймет, что Кестер  Вайдеман
не имеет человека, способного защитить его. Джос  думал  о  встрече  с  этим
человеком, ожидая, что тот накинется на него,  выскочив  из-за  деревьев,  и
ему придется драться. Но все произошло совершенно иначе.
     Он дошел до лужайки, которая освещалась солнцем,  пробивающимся  сквозь
деревья. На краю ее лежало упавшее дерево,  которое  до  сих  пор  никто  не
убрал. Лужайка была очаровательна. В таком месте хорошо устраивать  пикники.
Настоящий  оазис  посреди  молчаливого  враждебного  леса.  Джос  прошел  до
середины лужайки и вдруг словно споткнулся. На стволе упавшего дерева  сидел
Батч, в шляпе, надвинутой на самый нос, с сигаретой, свисавшей с его  тонких
губ. Джос внимательно посмотрел на него.
     - Хэлло! - крикнул ему Батч, большие мускулистые руки  которого  лежали
у него на коленях.
     Джос не ответил.
     - Вы ведь меня знаете, не правда ли? - продолжал Батч.
     Джос  утвердительно  кивнул.  Он  вновь  отметил  про  себя  угрожающее
выражение лица Батча, его мощную фигуру.
     Батч вынул изо рта сигарету и стряхнул пепел в траву.
     - Вас только двое, не так ли? - спросил  он,  смотря  на  Джоса  из-под
полей своей шляпы. - Вы и старуха?
     - Этого вполне достаточно, - спокойно ответил Джос.
     Батч недоверчиво посмотрел на него.
     - Старуха ни на что не годится, - заметил он. - Что она может сделать?
     Джос переминался с ноги на ногу. Он нервничал.  Сквозь  подошвы  туфель
он чувствовал влажность травы. Он ничего не ответил.
     - На вашем месте я бы оставил это, - продолжал Батч.  -  И  убрался  бы
отсюда, пока еще есть время.
     - Нет, только не  я,  -  ответил  Джос,  пожав  плечами.  -  Если  люди
доставляют мне неприятности, я возвращаю им вдвойне.
     Батч раздавил окурок. Он, видимо, не ожидал такого ответа.
     - О'кей, - наконец проговорил он и сдвинул шляпу назад.  -  Ну  что  ж,
тогда это будет вашей могилой.
     Джос взорвался:
     - Почему вы не оставите его в покое? Что он вам сделал?
     - Не думай больше об этом, - не спеша Батч поднялся.
     - Что бы вы ни сказали, ничего от этого не  изменится,  так  почему  бы
вам самому не быть осторожным? Выходите-ка лучше из этой истории,  пока  еще
не поздно и пока вы целы.
     Их разделяло метров восемь. Они стояли друг  против  друга  неподвижно,
на ярком солнце, и их черные тени четко вырисовывались на зеленой траве.
     - Я все равно выкручусь  из  этого  положения,  -  бросил  Джос  сквозь
сжатые зубы.
     Батч стал продвигаться, оказавшись совсем  рядом  с  ним,  остановился.
Джос сжал в карманах кулаки и снова пожал плечами. Его губы были  сухими,  а
сердце бешено колотилось. Но он не отступил и не спускал глаз с холодного  и
угрожающего лица Батча.
     - Если бы у меня была уверенность, что ты можешь помешать мне,  я  тебя
убил вы, - невозмутимо проговорил Батч.
     Джос  промолчал.  Он  устремил  свой  ничего  не  выражающий  взгляд  в
глядящие на него с угрозой глаза Батча, и ему даже удалось скрыть страх.
     - Я ведь не любитель, я  профессиональный  убийца,  -  тихо  проговорил
Батч. - Но я очень давно никого не убивал. Это тебе, наверное, не понять.  Я
думаю, это просто у меня в крови. И  оно  очень  помогало  мне  в  некоторых
обстоятельствах. Но сейчас я хочу быть благоразумным. Я  не  собираюсь  тебя
убивать, если только у меня не появятся для этого особые основания. Если  ты
уйдешь, я забуду о тебе.
     - Я вас не боюсь, - храбрился Джос. - Я знаю, что  это  будет  нелегко,
но я сделаю все, чтобы помешать вам.
     В безжалостных глазах Батча появилось сомнение.
     - Что же ты можешь сделать? - насмешливо спросил  он.  -  Ты  пытаешься
остановить каток, который со страшной силой катится с горы.
     - Его уже не раз останавливали и будут  останавливать  впредь.  -  Джос
успокоился. Он заметил колебания Батча, и чувство победы наполнило его.
     - Ты - псих! - Батч тем не менее  как-то  сжался.  -  Мальчишка,  вроде
тебя, ничего не сможет сделать.
     - Я вас предупредил, вот и все, - ответил Джос. Он понимал,  что  Батчу
потребуется совсем немного времени, чтобы овладеть собой. Тогда  Батч  снова
станет опасен, и дальнейший разговор с ним ничего не даст.
     Джос круто повернулся и углубился в лес. Он не оглядывался,  но  ощущал
спиной тяжелый взгляд Батча. Сдерживаясь, чтобы не побежать,  Джос  вернулся
в дом. И тут дал волю страху. Но все это уже не имело никакого значения.  Он
выдержал поединок с человеком в черной рубашке и доказал ему, что их  партия
будет не из легких. Это было все, что он мог сделать в настоящий момент.
     Джос по лестнице поднялся в свою комнату. Если ему  удастся  что-нибудь
сделать, он их остановит. Но если  они  нападут  раньше?  Это  вполне  могло
произойти.  Батч  вскоре  опомнится.  Он,  Джос,  не  может  себе  позволить
рисковать.  Если  его  убьют,  кто  же  защитит  Кестера  Вайдемана?  Старая
женщина, находившаяся в  доме?  Полиция?  Он  покачал  головой.  Они  просто
поместят Вайдемана в сумасшедший дом. Разве им понять,  что  этот  маленький
человек не опасен и счастлив даже  в  своей  печали  возле  тела  брата.  Он
выдержит недолго, если очутится в психушке.
     Джос провел рукой по  волосам.  А  эта  девушка,  может  быть,  она  на
что-нибудь пригодится? Сьюзен нравилась ему. Это была очень  хорошая,  умная
девушка. Но сможет  ли  она  сделать  что-нибудь,  если  его  не  будет?  Он
вспомнил, как ей удалось выследить Батча. Он ударил  рукой  по  подлокотнику
кресла. Фресби ни к чему не пригоден. Он не решился довериться  ему,  а  вот
Сьюзен доверилась.
     Джос вскочил, прошел через комнату и открыл маленький  шкафчик.  Достал
оттуда стальную шкатулку и поставил ее на столик рядом с чернилами, пером  и
бумагой. Длинным чеканным ключом он открыл шкатулку,  наполненную  фунтовыми
купюрами. Он точно знал, сколько их получал  в  подарок  от  Корнелиуса,  он
откладывал их на черный день. Триста фунтов, которые  у  него  сейчас  были,
помогут. Имея их, Сьюзен сделает все, что нужно.
     Он сел за  стол  и  начал  писать.  Потом  отложил  ручку  и  перечитал
написанное. Удовлетворенный, сложил листки и сунул  их  в  конверт.  Написал
имя  Сьюзен  и  заклеил  его.  Он  положил  конверт  поверх  денег  и  запер
шкатулку...
     Некоторое время Джос размышлял. Если  с  ним  что-нибудь  случится,  он
надеялся, что Сьюзен заменит его. Конечно, он требует от нее слишком  много,
но, возможно, эти  триста  фунтов  ей  помогут.  Правда,  прежде  он  должен
узнать, что они затевают. Джос снова взял бумагу и написал  Сьюзен  записку:
"Сохраните этот ключ до того  момента,  когда  получите  стальную  шкатулку.
Может случиться и так, что  вы  ее  вообще  не  получите,  но  если  вам  ее
принесут, этот ключ поможет ее открыть".
     Он положил записку и ключ в другой конверт, заклеил его, взял  шкатулку
и вышел из комнаты.
     Было уже больше шести  часов  вечера,  когда  Джос  поехал  до  вокзала
Эл-Курт. Он знал, что Фресби в баре "Дей Хид", он всегда там  в  это  время.
Это  его  первая  остановка  после  того,  как  он  уходит  из  конторы   на
Руперт-Курт, прежде чем вернуться в свою грязную нору на Эрл-Курт-Ройд.
     Фресби, увидев Джоса, бросил на него  испуганный  взгляд.  Он  сидел  в
углу на банкетке, а перед ним на столе, уставленном грязной посудой,  стояла
бутылка пива.
     - Хэлло, Джос! - воскликнул он.
     Джос присел к столу, глядя на Фресби с откровенным отвращением.
     - Я так и думал, что застану вас здесь.
     Фресби нервно забарабанил пальцами по столу.
     - Хэлло, Джос, - слабо повторил он. - Очень приятно вас видеть.  У  вас
хороший вид.
     Джос знал, что Фресби боится его. Это было действительно  забавно.  Он,
Джос, боялся человека в черной рубашке, а  Фресби  боялся  его,  Джоса.  Ему
очень хотелось бы знать, боится ли Фресби человека  в  черной  рубашке.  Ему
казалось, что нет. Фресби боялся Джоса лишь потому, что тот знал его  тайну.
Фресби не был закоренелым преступником и не хотел попасть в тюрьму.
     - Для вас, Фресби, есть небольшая работа. -  Джос  поставил  перед  ним
шкатулку. - Я хочу, чтобы вы хранили ее у себя. -  Он  посмотрел  на  Фресби
долгим испытующим взглядом. - Если вы  ее  потеряете,  то  сразу  же  будете
окружены копами, как соты пчелами.
     Фресби задрожал.
     - Я ее никогда не потеряю, - пообещал он. - Я положу ее  в  несгораемый
шкаф в моей конторе. Никто не дотронется до нее.
     Джос покачал головой.
     - Это и есть как раз то место, где ее  прежде  всего  будут  искать,  -
возразил он. - Вы должны найти лучшее место.
     - Они? Кто это "они"?
     - Не беспокойтесь о них. Ваша задача спрятать этот  ящичек  понадежнее,
иначе я буду вынужден кое-что сообщить копам.
     Фресби взял шкатулку.
     - А что там такое внутри? Это не опасно, надеюсь? Я  не  хочу  еще  раз
влипнуть в историю.
     Джос небрежно усмехнулся:
     - Вы не можете иметь больше историй, чем у вас есть.  Не  ломайте  себе
голову. Там не содержится  ничего  опасного,  хотя  многие  люди  хотели  бы
получить этот ящик.
     Фресби опустил голову, он не понимал, о чем идет речь, но подумал,  что
если начнет приставать к Джосу с вопросами, тот может рассердиться.
     - Я займусь им, - пообещал он. - Вы  меня  прекрасно  знаете,  Джос.  Я
многое сделал для вас.
     - Вы хотите сказать,  что  вынуждены  делать  для  меня  то,  о  чем  я
прошу? - Джос пожал плечами. - Хорошо, Джек. Теперь же  послушайте  меня,  -
он так низко наклонился к Фресби, что почти  коснулся  его  лица.  -  Каждый
день я буду звонить вам по телефону. Если же не позвоню,  вы  должны  тотчас
же отправиться на Филен-роуд 155А и отдать эту коробку мисс Хэддер. Вы  меня
поняли?
     Фресби не торопился  с  ответом.  Он  немного  отпил  пива,  вытер  усы
рукавом пиджака, потом поставил стакан на стол.
     - Вы ожидаете неприятности? - его  взгляд,  полный  надежды,  заморозил
кровь в жилах Джоса.
     - Может быть, все может быть, - не показывая страха,  спокойно  ответил
он. - Но не надейтесь, что отделаетесь от меня легко.  Если  я  не  позвоню,
ящик отправляется к мисс Хэддер! Поняли?
     Фресби выдавил кривую улыбку:
     - Я сделаю все, что вы хотите. Можете совсем  не  беспокоиться.  А  кто
вас ищет?
     Джос нахмурился.
     - Не беспокойтесь  о  том,  что  касается  только  меня.  Нужно  внести
ясность. Если я  не  позвоню  вам  завтра  до  десяти  часов  утра,  что  вы
сделаете?
     - Я пойду на Филен-роуд 155А и отнесу эту коробку  мисс  Хэддер,  -  по
лицу Фресби пробежала легкая усмешка.
     - А почему вы должны будете так поступить?
     Фресби стал вертеть стакан с пивом.
     - Возможно, кто-то разделается с вами, в этом  случае  молодая  девушка
получит ящик. Так?
     Джос кивнул.
     - Только не слишком-то давайте волю своему воображению, - сказал он.  -
Я ведь могу просто проверить вас. Я могу вам звонить  в  течение  месяца,  а
потом решу больше этого не делать. Если вы не отдадите этого  ящика,  что  я
сделаю, как вы думаете?
     Фресби был совершенно обескуражен. Он не предполагал, что  здесь  может
быть западня.
     - О, конечно, я догадываюсь,  вы  прямиком  направитесь  в  полицию,  -
робко ответил он.
     - Да, я именно это и сделаю. Вы теперь понимаете, как  опасно  для  вас
пытаться надуть меня? - он быстро встал со стула и, не  прощаясь  с  Фресби,
вышел из бара.
     Фресби смотрел ему вслед, и лицо его было искажено от злости и  страха.
Потом он взял стакан и глотнул пива. Ему показалось, что оно  потеряло  свой
вкус.


     Позади справочного стола в вестибюле "Золотой лилии" расположился  Коен
Марч,  толстые  пальцы  которого  пересчитывали  билетики   приглашенных   с
прошлого вечера. Билетиков было совсем немного. Ролло разрешал  лишь  давним
и проверенным членам клуба приводить с  собой  гостей,  беря  с  каждого  по
двадцать одному шиллингу за вход.
     Марч был  еще  молодым  упитанным  человеком  с  вьющимися  лоснящимися
волосами почти оливкового цвета и влажным чувственным ртом. Он старался,  по
возможности,  одеваться  шикарно:  его   сорочка   сверкала   необыкновенной
белизной, серый с белым галстук был криком моды.  Часы-браслет  из  платины,
подарок Маргарет, украшали его внушительную руку,  а  из  жилетного  кармана
высовывался массивный  золотой  портсигар,  подарок  Мэй.  Эти  две  молодые
женщины попросту содержали его. Он никогда так  и  не  мог  понять  причину,
заставлявшую их отдавать ему большую часть своего заработка,  полученного  в
основном на панели. Но так как они  не  считали  непристойным  делить  между
собой его благосклонность, он без зазрения совести брал у  них  деньги.  Обе
женщины впадали в отчаяние при  мысли,  что  могут  потерять  его,  если  он
предпочтет им кого-нибудь еще, может быть, даже из клиенток клуба.  Поэтому,
если у него возникала нужда в деньгах, ему достаточно было только  намекнуть
Маргарет или Мэй.
     Пока Коен пересчитывал билеты,  мысли  его  витали  далеко  отсюда.  Он
думал о Фресби. Его очень интересовали вопросы: кто такая Сьюзен  Хэддер,  и
почему она хотела работать в "Золотой  лилии"?  Он  даже  стал  ворчать  про
себя: "Значит, мне придется платить ей из  собственного  кармана.  Ролло  не
захочет,  чтобы  я  принимал  лишнего  человека,  обслуги  в  клубе   вполне
достаточно. Какая же отрава этот Фресби!"
     Но  не  выполнить  требование  Фресби  нельзя.  Обидевшись,   тот   мог
доставить ему большие неприятности. Скажет  Маргарет  или  Мэй  о  Джейн,  и
разразится страшный скандал. Очень мерзкую игру затеял с  ним  Фресби.  Марч
не мог себе представить, как ему удалось пронюхать про Джейн? Он  встретился
с  этой  малышкой  месяца  два  тому  назад.  Она  только  начинала  на  Олл
Берлингтон-стрит. Девушка была очень мила, но совсем плохо знала свое  дело.
Раньше она жила в какой-то конурке на Кони-стрит. Он устроил ее  в  квартире
на Кондунт-стрит, и теперь она жила в районе, где у нее могла  быть  богатая
клиентура. Конечно, он рассчитывал, что кое-что перепадет и ему.  Она  тоже,
как и те две, находила вполне естественным давать ему  пятнадцать  фунтов  в
неделю. У него не было необходимости встречаться с нею чаще  одного  раза  в
неделю, и если бы Фресби молчал, все было бы в порядке.
     Сьюзен была без работы, как объяснил Фресби, и ее необходимо  устроить,
в противном случае Фресби разрушит его благополучие. А  если  так  случится,
Маргарет обязательно продаст его. Когда эта маленькая фурия злится,  того  и
жди беды! Мэй не такая вспыльчивая, но под горячую руку тоже может  наделать
неприятностей.
     Марч вздохнул. В сущности, это обойдется ему не больше  трех  фунтов  в
неделю, но зато он будет иметь больше свободного времени. Он надел на  пачку
билетиков резиновое кольцо и спрятал в стол. Взглянул на часы, висевшие  над
входом в ресторан. До открытия бара напротив клуба оставалось еще  несколько
минут. Ему просто необходим был хороший стакан алкоголя.  Ультиматум  Фресби
вывел его из равновесия, и он провел очень и очень тревожную ночь.
     Сторож в рубашке с закатанными рукавами и с  метлой  в  руках  просунул
голову в дверь и сказал Марчу, что его  спрашивает  какая-то  молодая  дама.
При этом он подмигнул с заговорщицким видом.
     Марч хмыкнул.
     - Пусть войдет, - сказал он. - И не  делайте  такого  идиотского  вида.
Что здесь особенного, что меня спрашивает дама?
     Сторож посторонился, пропуская Сьюзен.
     - Вот вы и пришли, моя красавица, - сказал он, обращаясь  к  Сьюзен.  -
Вон там вы видите его величество. Не смотрите на меня, я еще не одет.
     Сьюзен прошла через холл  по  толстому  ковру  и  прямо  посмотрела  на
Марча, к которому сразу же почувствовала отвращение.
     - Доброе утро, - сказала она тихо. - Я... Я Сьюзен Хэддер.
     Марч закусил губу.
     - О! В самом деле? Гм... Да, я вас  ждал.  Мистер  Фресби  рекомендовал
мне вас, не так ли?
     - Да, мистер Фресби думал, что вы найдете для меня место.
     - В  сущности,  это  вполне  возможно,  -  продолжал  он  с   некоторым
колебанием, думая при этом, что она совсем неплохо выглядит.
     Он раздевал ее глазами, сравнивая с Маргарет и Мэй, и пришел к  выводу,
что она несравненно лучше их. Неожиданно он  подумал,  что  и  Сьюзен  может
быть для него неплохим источником дохода. Он спрашивал себя,  знает  ли  она
его  ремесло?  По  ее  виду  можно  было  судить,  что  это  ей   совершенно
неизвестно. Но теперь нельзя ничему верить. А если она не такая, то  почему,
к дьяволу, хочет работать в этом клубе? Мысли об  открывающимися  перед  ним
возможностями дополнительного дохода воодушевили его. "В хороших  руках  эта
милашка может быть просто золотом", - подумал он.
     - Знаете, - снова заговорил Марч с ободряющей улыбкой, -  работа  здесь
не будет для вас обременительной, и время, я  считаю,  тоже  будет  удобным.
Вам совсем незачем приходить сюда раньше восьми часов, а уходить  отсюда  вы
сможете в полночь. Три фунта вас устроят?
     - О да! - быстро ответила Сьюзен, боясь, что он передумает.
     Марч с удивлением понял, что он мог бы предложить ей и меньшую сумму.
     - Да, это меня вполне устроит, - повторила  Сьюзен.  -  Что  мне  нужно
здесь делать?
     - Снимите вашу шляпку и пальто, мисс... Кажется, мисс Хэддер?..  Будьте
как дома. Так, давайте-ка их мне.
     Он отошел от стола и взял вещи Сьюзен.
     - Мы повесим их в этот вот шкаф. Я сюда  кладу  и  свои  вещи.  Теперь,
если вы подойдете, я покажу вам, что нужно будет делать.
     У Сьюзен совсем не было желания приближаться  к  этому  толстому  типу,
лицо которого вовсе не внушало  ей  никакого  доверия,  но  у  нее  не  было
выбора. Она прошла за конторку, и Марч последовал за ней.
     - Прежде всего, скажите мне, чем вы  занимались  до  этого?  -  спросил
Марч, закурив сигарету.
     - Я была стенографисткой, - ответила  Сьюзен,  прислонившись  к  стене,
чтобы оставить какое-то пространство между собой и собеседником.
     - В самом деле? Я догадываюсь, что  вы  хотели  бы  иметь  место  более
интересное. Э... Жизнь  ночной  коробки,  конечно,  более  веселая,  -  Марч
пристально посмотрел на нее. - Держу пари, что вы тоже  любите  повеселиться
потихоньку, а?
     - Да, но в благоразумных пределах, -  сказала  Сьюзен  и  почувствовала
прикосновение жирной ноги Марча. - Я пришла сюда  потому,  что  в  настоящее
время нуждаюсь в работе. Понимаете,  моя  контора  закрылась,  а  работа  на
улице не валяется.
     - Конечно, конечно. Но такая красивая девушка, как  вы,  не  должна  об
этом беспокоиться, - улыбался Марч.  -  Это  таким  образом  Джек  Фресби  и
вспомнил обо мне, чтобы найти для вас работу, да?
     - Мистер Фресби мой давний друг, - Сьюзен подчеркнула эти слова.
     Марч, который уже собирался  погладить  ногу  Сьюзен,  быстро  отдернул
руку.
     - О, старый друг! Ну что же, это очаровательно. Замечательный  человек,
этот Джек! Он и я были добрыми товарищами.
     Сьюзен сообразила, что Марч почему-то боится Фресби.
     - Я счастлива. Приятно, что вы друзья, - сказала она. -  Мистер  Фресби
и я, мы часто видимся, - добавила она в восторге от смущения Марча.
     Марч немедленно перешел к делу.
     - Хорошо, так вы ему скажите, что будете чувствовать  себя  счастливой,
моя дорогая. Я сделаю все возможное  и  невозможное,  чтобы  облегчить  вашу
работу. - Он кашлянул,  прочищая  горло:  -  А  теперь  посмотрим,  что  вам
придется здесь делать. Вот телефон. Да, я  уверен,  что  с  этим  вы  вполне
справитесь. Нужно, чтобы кто-то отвечал на звонки,  и  это  будет  для  меня
большим облегчением. Нужно отвечать вот так:  "Добрый  вечер,  это  "Золотая
лилия". Это гораздо лучше, чем кричать "Алло!"  Этот  ответ  создает  лучшее
впечатление о клубе, не так ли?
     Сьюзен согласилась с ним.
     - Ролло любит, чтобы  этот  дом  имел  хорошую  вывеску.  Это  приносит
определенные плоды.
     - А кто это Ролло? - спросила  Сьюзен,  решив  сразу  же  приступить  к
осуществлению своей тайной миссии.
     Марч фыркнул.
     - Это и есть владелец клуба. Я не думаю, что  вы  когда-нибудь  увидите
его. Он сюда не заходит. Когда он произнес  последние  слова,  вошел  доктор
Мартин.
     - Добрый вечер, - недовольно приветствовал его Марч.
     - Как дела? - спросил  доктор,  бросив  немного  удивленный  взгляд  на
Сьюзен. - Да! Но кого же мы здесь видим?
     - Мисс Хэддер, наша новая телефонистка.
     - Боже мой! Мы становимся просто  важными  и  нам  уже  необходима  для
обслуживания  специальная  телефонистка!  -  Он  улыбнулся  Сьюзен.  -   Как
поживаете?  Но  только  прошу  вас,  не  слишком  доверяйте  этому  молодому
человеку. Ему можно доверять только тогда, когда он держит руки в карманах.
     Сьюзен покраснела и пробормотала что-то нечленораздельное. Марч  бросил
на врача злобный взгляд.
     - Мне совсем не нужна такая реклама, - упрекнул  Марч  доктора.  -  Вам
что-нибудь здесь нужно?
     Подняв  большой  палец  и  показывая  на  потолок,  доктор  с  гримасой
заметил:
     - У Ролло сборище. Это действительно наказание, но ведь вы  не  наш,  а
собрание объединяет только элиту. - Он подмигнул Сьюзен и,  что-то  тихонько
насвистывая, направился к лестнице, ведущей в кабинет Ролло.
     Марч проводил его взглядом, полным ненависти. Он  кусал  себе  губы  от
злости.
     - Ну вот, от этой свиньи  вам  не  следует  ждать  ничего  хорошего,  -
презрительно проговорил он. - Очень бы мне хотелось знать, что у них там  за
дела? Его зовут Док. Я совсем не  понимаю,  чем  здесь  может  быть  полезен
врач? Питание здесь для вас будет хорошее.
     Сьюзен вежливо улыбнулась, в то время как ее мозг был  занят  вопросом,
по какому поводу Ролло устроил это сборище? Касаются  ли  эти  дела  Кестера
Вайдемана, и не смогла  бы  она  под  каким-нибудь  предлогом  подняться  на
второй этаж?
     - Ну, хорошо... Итак, мисс Хэддер, что же еще я могу  поручить  вам?  -
Марч окинул взглядом свою маленькую конторку. - По правде говоря, работа  не
пыльная. Вы получили эту должность только  потому,  что  вы  очень  красивая
девушка, и потому, что у меня слабость к блондинкам.  -  Он  бросил  на  нее
похотливый взгляд. - Вы можете также  следить  за  тем,  чтобы  члены  клуба
платили  за  тех  людей,  которых  приводят  с  собой.  Нужно   быть   очень
внимательным, чтобы узнать их. Я надеюсь, у вас хорошая память?
     - О, да, - уверенно сказала Сьюзен. - Я отлично запоминаю лица.
     Она сразу же замолчала, и у нее перехватило дыхание.  В  комнату  вошел
Батч и уставился на нее своим пустым взглядом. Марч поднял глаза,  улыбнулся
и быстро открыл регистрационную книгу, которую положил перед Сьюзен.
     - Вот в этой книге, - он показал ей, где именно, - мы отмечаем...
     Он остановился, так как Батч подошел к столу  и  облокотился  на  него.
Батч продолжал пристально смотреть на Сьюзен, а она, совершенно обезумев  от
ужаса, все же  нашла  в  себе  мужество  не  дрогнуть  перед  этим  каменным
взглядом.
     - Это мисс Хэддер, наша новая регистраторша,  -  сказал  Марч.  У  него
неожиданно охрип голос.
     Батч надвинул свою шляпу на нос.
     - Вы? Я где-то уже видел вас.
     - Да? - холодно  произнесла  Сьюзен  и  отвела  взгляд,  чувствуя,  как
бьется сердце.
     - А кто вам сказал, что мы нуждаемся в новой регистраторше?  -  спросил
Батч, уставившись на Марча.
     - Это личная рекомендация, -  Марч  изо  всех  сил  старался  сохранить
непринужденный вид. - Мисс Хэддер искала работу, а  мне  необходима  большая
свобода действий. Если мне нравится самому оплачивать  ее  работу,  то  ведь
это касается меня одного!
     Батч снова повернулся к Сьюзен.
     - Я знаю теперь, где я вас видел, - проговорил он, подозрительно  глядя
на нее.
     - И я тоже, - с живостью подхватила она. - Я узнаю эту рубашку.  Я  вас
видела в одном маленьком кафе на Глосхауз-стрит на прошлой неделе. Это  ведь
так, не правда ли?
     Она  старалась  выглядеть  естественной.  Батч  продолжал   внимательно
разглядывать девушку. Выражение недоверия постепенно исчезало из его глаз.
     - Да... Это действительно было так, да...
     Он проворчал еще что-то и отвернулся. Сьюзен и Марч молча следили,  как
он поднимался по лестнице, и не пошевелились до тех пор, пока  он  не  исчез
за дверью. Потом Марч выпалил:
     - Уф! Мне хотелось бы знать, почему  Ролло  пользуется  услугами  этого
грубияна?  В  один  прекрасный   день   он   принесет   клубу   непоправимые
неприятности, можете быть уверены!
     Сьюзен, которая была очень довольна, что так ловко рассеяла  подозрения
Батча, спросила Марча, кто он такой.
     - У нас его  зовут  Батч,  -  Марч  еще  раз  сокрушенно  посмотрел  на
лестницу. - Но настоящее его имя Майк Эган. Кажется, он гангстер из Чикаго.
     Сьюзен   глубоко   вздохнула.   Она   чувствовала   себя   одновременно
полумертвой от ужаса и очень возбужденной.  Нет  ничего  удивительного,  что
Батч  напомнил  ей  знаменитого  Хэмфри  Богора.  У  него  было  все,  чтобы
соответствовать виду американского гангстера.
     - Не попадайтесь ему на пути,  -  посоветовал  Марч.  -  Он  никому  не
доверяет и очень  опасен.  Вы  понимаете...  -  Тут  его  внезапно  охватило
беспокойство. - Я не знаю, что  еще  скажет  Ролло,  когда  узнает,  что  вы
работаете у меня. Он может вам отказать от места.
     Сьюзен вздрогнула.
     - В таком случае, - холодно сказала она, - мне, наверное,  лучше  будет
повидаться с мистером Фресби. Я поняла из его слов, что это верное место.
     Марч похлопал ее по руке.
     - Ну, не расстраивайтесь преждевременно, -  ласково  проговорил  он.  -
То, что я вам сказал, Ролло, конечно, мог бы сделать,  но  он  наверняка  не
сделает этого. Мне определенно удастся  уговорить  его.  За  мной  пока  еще
всегда последнее слово.
     - Я очень надеюсь на это, - у Сьюзен  создалось  впечатление,  что  она
может делать  с  Марчем  все,  что  только  ей  захочется,  достаточно  лишь
воспользоваться именем Фресби как угрозой. - А потом, не оставите ли вы  мне
побольше места? Я не люблю сидеть так близко.
     В  течение  нескольких  секунд  выражение  лица   Марча   было   просто
потрясенным, но он быстро овладел  собой.  Шагнул  к  прилавку,  оставив  ей
маленький стол.
     - Хорошо, мисс Хэддер, - с некоторой обидой в голосе  и  тем  не  менее
ободряющей улыбкой проговорил он. - Я думаю, вам  следует  находиться  здесь
дольше. Вы будете работать с семи часов вечера  до  полуночи.  Я  увижу  вас
сегодня вечером?
     Открылась дверь, и в клуб вошла Селия. Она пересекла холл  и  поднялась
по лестнице, не бросив ни одного взгляда вокруг  себя.  На  ней  был  тюрбан
цвета слоновой кости, черное блестящее бархатное платье  и  тяжелое  золотое
ожерелье на шее. Марч проводил ее восхищенным взглядом.
     - Кто это? - Сьюзен, сама того не желая, была поражена.
     - Это мисс Селия, - ответил Марч. - У  нее  настоящий  шик,  да?  -  Он
вздохнул. - Это девочка Ролло. - Он подмигнул: - Черная, а какая пикантная!
     Прежде чем Сьюзен успела ответить, появился Гилрой.  Он  дошел  уже  до
половины холла и тут  заметил  Сьюзен.  Он  сразу  остановился,  внимательно
посмотрел на нее, потом повернулся и скрылся за дверью.
     - Ну вот, и он, видно, нашел вас достойной внимания, -  сказал  Марч  и
улыбнулся. - Вам очень повезло, так как вы за одно утро увидели всех.  -  Он
задумчиво посмотрел  на  лестницу.  -  Мне  очень  хотелось  бы  знать,  что
происходит там, наверху.
     - А кто это был? - спросила Сьюзен, хотя  ее  больше  занимало,  о  чем
говорят наверху.
     - Это Гилрой, ударник из оркестра. Я лично не  люблю  негров,  но  этот
ничего, славный парень, - ответил Марч, не думая  особенно  о  том,  что  он
говорит. Было совершенно очевидно, что собрание у Ролло интересовало его  не
меньше, чем Сьюзен. Нужно было во что бы то ни стало подняться туда.
     - Прежде чем уйти, - произнесла Сьюзен  немного  смущенным  голосом,  -
могу ли я... ну, привести себя в порядок?
     - Ну, конечно. Туалет находится вон там. - Он сделал жест рукой.  -  На
первом этаже направо. Вы не сможете ошибиться: на дверях надпись.
     Сьюзен улыбнулась.
     - Спасибо, я пройду туда прежде, чем надену пальто и шляпу.
     В этот момент зазвонил телефон, и Марч устремился  к  аппарату.  Сыозен
воспользовалась случаем и проскользнула на первый этаж. На  половине  дороги
находились туалеты, но Сыозен не вошла  туда.  Она  продолжала  подниматься,
пока не очутилась в длинном коридоре. Толстый ковер заглушал  ее  шаги.  Она
пробежала по коридору, останавливаясь  у  каждой  двери.  В  конце  коридора
находилась  дверь,  на  которой  золотыми  буквами  было   написано:   "ВХОД
ВОСПРЕЩЕН". Сыозен нагнулась, почти прижимаясь головой  к  двери.  Отчетливо
были слышны голоса.


     В большом, уединенно расположенном  доме  Библедон  Бомон  в  одной  из
комнат  зазвонил  телефон.  Зара,  старая  женщина,  занимавшаяся   уборкой,
посмотрела на Джоса.
     - Интересно, кто это  звонит?  -  спросила  она,  головой  указывая  на
потолок. - Вы бы лучше  сделали,  если  пошли  и  спросили.  Мне  совсем  не
нравится это дело. Все время какие-то звуки и шумы.
     Джос был уже около двери. Он поднялся  по  узкой  лестнице  и  вошел  в
большой будуар.  Мебель  в  этой  комнате  была  в  белых  чехлах,  портьеры
отдернуты, атмосфера  комнаты  наполнена  тревожным  одиночеством.  Он  снял
трубку.
     - Алло? - спросил он неприязненно, надеясь, что ошиблись номером.
     Дрожащим голосом, в котором  даже  на  расстоянии  чувствовался  испуг,
Сьюзен вдруг спросила:
     - Мистер Краффорд дома?
     Джос сел на ручку кресла.
     - Да, - сказал он, узнав свою компаньонку. - Это Джос.
     - Я устроилась на работу в "Золотую лилию",  -  сказала  девушка  после
небольшой паузы.
     - Я  знаю  об  этом,  -  сказал  Джос.  -  Я  велел  Фресби,  чтобы  он
обязательно устроил вас туда. Он всегда делает то, что я  ему  прикажу.  Ну,
ладно. Так что же произошло?
     - Они  ожидают   сегодня   вечером   прихода   мистера   Вайдемана,   -
разочарованно проговорила Сьюзен, ожидавшая  совсем  иной  реакции  на  свой
звонок. - У них было совещание в кабинете Ролло,  хозяина  "Золотой  лилии".
Они там были все, и мне удалось подслушать их разговор.
     - Кто все? Почему вы не начинаете с самого начала?
     - Я пытаюсь сказать вам это... - Сьюзен была возмущена,  что  он  столь
спокойно воспринимал ее сообщение. - Там  был  небольшой  человек,  которого
называли доктор  Мартин,  и  он  говорил  почти  все  время.  Потом  молодая
женщина, которую зовут Селия. Это негритянка или мулатка, я  в  точности  не
знаю. Она очень темная и шикарная на вид.
     Джос издал нетерпеливое ворчание.
     - Мне совершенно наплевать на нее! Кто там был еще?
     - Там был еще один негр, его зовут Гилрой. Это ударник  и  руководитель
клубного оркестра. И потом человек в черной рубашке, его здесь  зовут  Батч.
Сперва я очень испугалась, что он может меня  разоблачить,  но  мне  удалось
его обмануть.
     Лицо Джоса передернулось. Она его обманула! Она что, врет, что  ли?  Он
вспомнил весь тот ужас, который постоянно внушал ему этот человек  в  черной
рубашке. Что все это значит? Он не хотел ей верить. О  том,  что  произошло,
она ему рассказывала не без гордости, а Джос не мог решиться похвалить ее.
     - А может быть, он просто сделал вид, что не узнал вас? Может быть,  вы
его совсем и не обманули? - И добавил с горечью: -  Может  быть,  он  только
ждет, чтобы устроить вам ловушку?
     Молчание, которое последовало за этими словами, было таким долгим,  что
он подумал, не слишком ли он ее напугал.
     - Алло, вы еще здесь?
     - Да, - и по ее тону понял, что обидел Сьюзен. - Я  думала,  вы  будете
довольны моим сообщением, а не наоборот.  Вы  требуете  от  меня  совершенно
невозможного.
     - Это хорошо, - быстро  проговорил  он.  -  Я  очень  огорчен  и  очень
беспокоюсь.  Вы  отлично  выкрутились  и  вышли  из  этого  затруднительного
положения. Ну, а дальше?
     - По правде говоря,  мне  это  было  все  очень  неприятно.  Я  страшно
боялась. Я все время повторяла себе, что не должна делать всего  этого.  Они
все такие страшные, особенно Батч-Эган. Это человек в черной рубашке.
     - Да, вы должны быть очень осторожны,  -  подтвердил  Джос.  -  Вы  мне
просто необходимы, вы сообразительная девушка.
     - Но ведь я все это делаю потому, что вы платите  мне,  не  так  ли?  -
спросила она так, будто хотела в этом убедить себя. - Во  всяком  случае,  я
не должна была терять времени. Они ожидают мистера Вайдемана сегодня  ночью.
Но, к сожалению, я не могла понять  того,  о  чем  шла  речь.  Это  касается
какого-то Вуду.
     - Кого? - изумился Джос.
     - Вуду. Разве это не вид  какого-то  колдовства?  Доктор  Мартин  давал
указания Гилрою, негру. Я не могла услышать всего. Я  не  имела  возможности
слушать долго, но слово "зомби" повторялось много раз. Я не  знаю,  что  оно
означает. А вы?
     - Нет. Я тоже не знаю этого, но я выясню.
     Джос был очень удивлен, так как не мог предположить ничего подобного.
     - Доктор сказал, что это  будет  стоить  очень  дорого.  Он  говорил  о
чем-то вроде миллиона фунтов. Они спорили, как будут делить между собой  эти
деньги. Они никак не могли придти к соглашению. К  сожалению,  я  больше  не
решилась подслушивать: этот тип  из  справочного,  Марч,  ожидал  меня.  Мое
долгое отсутствие могло вызвать  у  него  подозрение.  Но  я  ведь  все-таки
обнаружила кое-что, не правда ли? Я ведь не зря потратила время?
     - Нет, нет! У нас теперь есть уже след,  по  которому  можно  идти.  Вы
сказали о "зомби"? Мне нужно поскорее выяснить, что это  такое.  Вы  пойдете
туда сегодня вечером?
     - Да, обязательно. Я буду там  работать  с  семи  вечера  до  полуночи.
Постараюсь узнать побольше. Они говорили, что мистер  Вайдеман  придет  туда
около одиннадцати часов.
     - Во всяком случае, его там не будет. - У Джоса был  решительный  голос
и звучал он твердо. - Я просто испорчу машину. Я помешаю ему  поехать  туда.
Кажется,  они  очень  торопятся  получить  миллион.  Мне  необходимо   любым
способом отвлечь его от этой банды. Предоставьте это мне.
     - Хорошо,  -  Сьюзен  почувствовала  облегчение.  -  Это  действительно
отвратительная банда, и я уверена, что нам надо быть очень  внимательными  и
осторожными. Это очень опасные люди, они способны на все.
     - Послушайте, - Джос заговорил очень серьезно.  -  Я  послал  вам  один
ключ.  Хорошенько  храните  его.  Если  со  мной  что-нибудь  случится,  вам
передадут стальной ящик. Это ключ от него.
     - А что может с вами случиться? - Сьюзен испугалась. - Что вы имеете  в
виду?
     - Я должен быть готовым ко всему.  Я  могу  быть  раздавленным,  убитым
иным способом, вообще все, что угодно. Все может случиться,  -  он  старался
не драматизировать свои опасения, но не мог удержаться, чтобы не сказать:  -
Человек в черной рубашке может начать действовать, так как он понимает,  что
я могу помешать осуществлению их грязной затеи. Я не хочу этого  утверждать,
но это вполне возможно.
     У Сьюзен душа ушла в пятки.
     - А вам не кажется, что мы должны  обо  всем  предупредить  полицию?  -
умоляюще сказала она. - Ведь для того она и существует, чтобы защитить нас.
     - Нет, - возразил он. - Что бы ни произошло, мы не должны иметь дело  с
полицией.  Я  уже  вам  говорил,  почему.  Они  попросту  не  станут  ничего
выяснять, а сразу запрут Кестера в сумасшедший дом. Лучше пусть эти  бандиты
отберут у него все деньги,  только  бы  его  не  сунули  в  психушку,  -  он
судорожно сжал телефонную трубку. - Вы должны мне обещать  не  обращаться  в
полицию. Что бы ни произошло, вы не обратитесь в полицию!
     - Я не могу дать вам подобное обещание, -  твердо  ответила  она.  -  Я
хочу сказать...
     - Нет, вы обязательно должны мне  это  обещать,  чего  бы  вам  это  ни
стоило, - голос его был уже пронзительным. - Ведь они все равно  не  поверят
вашим словам и обязательно запрут его в сумасшедший дом. Поклянитесь  мне  в
этом!
     - Хорошо, я обещаю вам, только я не уверена,  что  могу  продолжать,  -
слабым голосом проговорила Сьюзен.
     - Наоборот.  Я  вас  уже  прекрасно  узнал,  у  вас   достаточно   ума.
Наблюдайте за ними. Я помешаю Вайдеману отправиться в клуб. А вы  все  время
держите меня в курсе дела, - выпалил Джос одним духом.
     - Хорошо, я позвоню вам завтра. Нам пока не  следует  встречаться,  они
могут следить за мной. Нас вообще не должны видеть вместе.
     - Да, это совершенно верно. Вот вы и пришли в себя,  не  правда  ли?  И
хорошенько запомните, если со мной что-нибудь случится, Фресби поможет  вам.
Он сделал нечто противозаконное, я один знаю об этом. Обо всем я  написал  в
своем письме к вам. Вы его найдете в том ящике, который вам  передадут.  Вам
нужно будет только пугать Фресби, и он все сделает,  что  вам  будет  нужно.
Фресби далеко не глуп. Вам он может понадобиться.
     - Но что вы такое  говорите?  -  снова  испуганно  проговорила  она.  -
Во-первых, что он такое сделал?
     - Пока не думайте об этом, - Джос неожиданно стал  осторожным.  -  Если
со мной что-нибудь случится, тогда вы обо всем узнаете. Теперь же мне  нужно
начать действовать, а не наблюдать за ними. Вы и сами  вполне  справитесь  с
этим. Продолжайте и увидите, что все будет хорошо. Ну,  а  теперь  мне  надо
идти. До свидания.
     И прежде, чем она успела задать еще вопрос, повесил трубку.


     Джос сразу же после разговора с Сьюзен направился  в  библиотеку,  взял
словарь и стал искать слово "Зомбия". Он прочитал: "Могущественная сила  или
сверхъестественная сила, которая может, как считают,  проникнуть  в  труп  и
вернуть его к жизни".  В  течение  нескольких  минут  он  сидел  неподвижно,
уставившись глазами в книгу, поняв наконец-то, что собиралась делать  банда.
Потом медленно встал, положил словарь на место и  вышел  из  библиотеки.  Он
поднялся по большой лестнице, ведущей на верхний этаж, и прошел по  коридору
до комнаты Кестера Вайдемана. У двери остановился,  впервые  решив  войти  в
комнату хозяина без вызова. Постучав, Джос открыл дверь.
     - Кто там? - удивился Вайдеман.
     Комната была темной. Единственный источник света - лампа на  столе  под
коническим абажуром освещала лишь стол. Несмотря на дневное время, шторы  на
окнах были  задернуты.  Неприятный  запах  царил  в  комнате.  Джос  пытался
рассмотреть что-нибудь в этом полумраке. И  наконец  увидел  Вайдемана.  Тот
сидел за письменным столом, рассматривая бумаги и регистрационные книги.
     - Что вы хотите? - нелюбезно спросил Вайдеман. -  Я  вас,  кажется,  не
вызывал?
     - Я пришел относительно машины, сэр. Что-то там не ладится  с  магнето.
Я решил, что лучше предупредить вас на случай, если она вам понадобится.
     Кестер поджал губы и скрестил руки на столе.
     - Да? И когда же она будет исправна?
     - Это может занять около недели, - ответил Джос, постепенно привыкая  к
мраку. - Необходимо сменить некоторые детали, а это займет немало времени.
     И  вдруг  совершенно  неожиданно  у  него  появилось  ощущение,  что  в
комнате, кроме Вайдемана, сидит еще кто-то в большом  кресле,  повернутый  к
Джосу спиной. Он даже смог  разглядеть  силуэт  головы  и  контуры  руки  на
подлокотнике кресла. На него напал  какой-то  безотчетный,  безумный  страх.
Ему показалось, что он коснулся холодной рептилии.
     - Неделю? - спросил Вайдеман,  глядя  на  него  в  упор.  -  Это  очень
неудобно. Вы слышали, Корнелиус? Джос  сказал,  что  машина  будет  исправна
только через неделю.
     Джос сделал шаг назад. Корнелиус?! Он посмотрел на  фигуру,  сидящую  в
кресле. Но ведь Корнелиус был мертв!
     - Нам нужна машина сегодня вечером, - проговорил Кестер  требовательно.
Взгляд его переходил с фигуры в кресле на Джоса и обратно. - Мы поедем оба.
     Джос сжал губы.
     - Вы, к  сожалению,  не  сможете  сегодня  воспользоваться  машиной,  -
сказал он. И, не в силах больше сдерживаться, спросил: - Кто  это?  Кто  это
сидит там, в кресле?
     Кестер  улыбнулся.  Его  маленькие   сумасшедшие   глазки   беспрерывно
моргали.
     - Что это такое, Джос? Вы забыли Корнелиуса?  Джос  вас  не  узнает,  -
продолжал он, обращаясь к неподвижной фигуре, сидящей в кресле. -  Подойдите
сюда, Джос, и посмотрите сами.
     Джос пожал плечами.
     - Нет, мистер Корнелиус умер, и я не могу понять, о чем вы говорите.
     Кестер медленно встал.
     - Мы скоро приведем все в порядок, - сказал он, направляясь к  Джосу  с
хитрой улыбкой на лице. - Еще совсем немного, и  Корнелиус  снова  будет  на
ногах. - И прежде  чем  Джос  успел  убежать,  он  схватил  его  за  руку  и
подтолкнул так, что у Джоса перехватило дыхание.
     - Пошли, Джос. Это мой маленький секрет от всех, но вам я  его  открою.
Вы теперь член нашей семьи, Джос.  У  Корнелиуса  и  у  меня  нет  секретов,
которые вы не могли бы разделить с нами. Только не надо никому  говорить  об
этом.
     Медленно, словно загипнотизированный, Джос  позволил  подвести  себя  к
креслу. На секунду выпустив руку Джоса,  Кестер  повернул  лампу  в  сторону
кресла.
     - Разве он не выглядит совершенно здоровым? - пробормотал он.
     Джос, охваченный смятением, не в силах был оторвать взгляда  от  трупа.
Корнелиус смотрел на него пустыми стеклянными глазами. Его  рот  был  открыт
наполовину. На нем был одет  серый  костюм,  тонкая  платиновая  цепочка  от
часов  поблескивала  на  узкой  груди.  Портсигар,   которым   Джос   всегда
любовался, высовывался из кармана жилета. Если бы не  ужасная  неподвижность
тела, пустые глаза и отвисшая челюсть,  никто  не  мог  бы  догадаться,  что
Корнелиус умер шесть недель тому назад.
     Джос внезапно почувствовал приступ тошноты, лицо  его  покрыл  холодный
пот. Он отступил, прижимая носовой платок  ко  рту  и  стараясь  не  вдыхать
сладковатый тошнотворный запах набальзамированного трупа.
     - Скоро, - сказал Кестер, улыбаясь трупу своего брата, - я  увижу  тебя
снова на ногах. Это самое большое, что я  могу  сделать,  Корнелиус.  -  Его
губы скривились в жалкой усмешке. - Тебя будут называть "зомби", но  все  же
лучше, чем быть зарытым в холодную, сырую землю далеко от меня.
     Запах мертвечины, безумный лепет  Кестера  -  все  это  было  кошмаром,
угрожавшим рассудку Джоса. Он повернулся и стремглав бросился  из  кабинета.
Очнулся он уже только в своей комнате, дверь  которой  немедленно  запер  на
ключ.
     Прошло некоторое время, прежде чем Джос  смог  привести  свои  нервы  в
порядок и начать снова трезво рассуждать.  Он  лежал  на  кровати,  ощущение
смертельного  леденящего  ужаса  не  оставляло  его,  он  лежал  неподвижно,
уставившись в потолок. "В конце  концов,  -  думал  он,  -  они  определенно
достигли своего и убедили Кестера, что  могут  оживить  Корнелиуса.  За  это
Кестер должен заплатить миллион фунтов. Им, конечно, не удастся оживить,  но
Кестер, который в настоящее время невменяем, уверен в их добрых  намерениях.
Они будут все время тянуть из Кестера деньги, пока не разорят его совсем".
     Джос сжал кулаки. Он  помешает  им.  Прежде  всего,  Кестер  не  сможет
сегодня поехать на это свидание с ними. И, начиная с сегодняшнего дня,  Джос
всегда будет мешать ему выходить из дома. Только  бы  они  не  пришли  сюда.
Очень трудно, но это дело надо довести до конца.
     Он долго оставался в своей комнате, изо всех  сил  стараясь  преодолеть
охвативший его страх перед человеком в черной рубашке. В итоге возник  план,
хотя особой уверенности в его осуществлении у Джоса не было.  Он  знал,  что
противники гораздо сильнее его и, конечно же, постараются не  упустить  этот
миллион. Джос встал с постели, приготовил себе на ужин  чай  и  бутерброд  с
маслом. Было около семи часов. Сьюзен  должна  уже  приступить  к  работе  в
клубе. Может быть, она и еще что-нибудь обнаружит  там?  Возможно,  сообщит,
как там воспримут отсутствие Кестера. Как жаль, что у  него  в  комнате  нет
телефона.
     В начале одиннадцатого Джос решил сходить взглянуть, чем занят  Кестер.
Старая женщина, вероятно, уже ушла. Она жила в Вайбадоне  и  уходила  каждый
вечер в половине десятого. Кестер теперь должен быть один в  своей  огромной
комнате. Может быть, стоило попытаться убедить его, что  Корнелиуса  оживить
невозможно. Наверное, это можно сделать, проявив большое терпение и такт.
     Убирая чайник, Джос внезапно остановился,  и  его  сердце  забилось  со
страшной силой: кто-то крался по лестнице к его  комнате.  Он  слышал  скрип
ступенек и слабый шелест руки, скользящей  по  стене,  нащупывающей  путь  в
темноте. Он замер, держа в руке чайник, его глаза были устремлены на  дверь.
Он был уверен, что кто-то притаился за ней.
     Дверь скрипнула. А Джос все еще стоял неподвижно,  потеряв  способность
реагировать, ожидая человека в черной рубашке. Однако ничего  не  произошло.
Шаги неожиданно начали удаляться. Потом они даже зазвучали  громче  -  внизу
не было смысла соблюдать осторожность. В панике Джос крикнул:
     - Кто там?
     Никто не ответил. На улице послышался шум  отъезжающего  "роллс-ройса".
Джос бросился к двери, повернул ключ. Дверь не поддавалась.  Она  отворялась
наружу, и кто-то подпер ее.
     Шум машины удалился. Джос с яростью пинал дверь ногой,  но  это  только
сильнее заклинивало ее. Он бросился к окну и успел заметить за рулем  машины
Кестера  Вайдемана.  Это  было  словно  вспышка  молнии,   через   мгновение
"роллс-ройс" исчез за углом.


     Батч наблюдал за Селией, на лице которой было жесткое  выражение,  а  в
глазах сквозило недоверие. Он знал, что Кестер Вайдеман был уже в клубе,  но
на встречу с ним его не пригласили.  Как  только  Селия  покинула  клуб,  он
бросился за ней на машине, решив во что бы то ни стало узнать обо всем.
     - Ну, - сказал он, заходя следом за девушкой в ее  квартиру,  -  внесем
ясность. Не сиди словно немая шлюха. Я ведь не уйду, пока ты  не  опорожнишь
весь мешок, так что лучше не тяни.
     Селия небрежно откинулась на кровати. Сигарета  торчала  в  ее  влажных
красных губах, нога нервно постукивала по полу. Лицо ее было угрюмо.
     - Я в этом не участвую, - сказала Селия. Батч понял, что она боится.  -
Это доктор занимается этим делом. Если же ты  так  хочешь  знать,  так  вот!
Брат Вайдемана умер шесть недель тому назад, а Вайдеман желает во что бы  то
ни стало его оживить. Он совершенно ненормальный и верит, что доктор  сможет
это сделать.
     Батч провел рукой по своим коротким волосам.
     - Валяй дальше. - Он с трудом сдерживал злость.  Селия  быстро  подняла
голову. - Боже мой! Не вешай мне лапшу на уши. Будто я не понимаю,  что  тут
главный Ролло. Не рассказывай мне сказки. Вы  что,  думаете  провернуть  это
дело без меня?
     - Ты всегда что-то воображаешь, - неторопливо проговорила  Селия.  -  Я
изо всех сил пытаюсь вдолбить тебе в голову, что для нас с тобой там  ничего
нет. Только доктор и Ролло занимаются этим.
     - А почему же там этот негр?
     - Гилрой?
     - Ты отлично знаешь, о ком я говорю, - глаза  Батча  метали  молнии.  -
Кажется, он собирается проделать  трюк  Вуду?  -  Батч  закурил  сигарету  и
нервно затянулся. - Боже мой! - повторил он. - Как бы  я  хотел  знать,  что
все это означает!  -  не  унимался  он.  -  Этот  тип,  Вайдеман,  он  точно
сумасшедший или нет?
     Селия напустила на себя утомленный вид.
     - Да, они заставляют поверить Вайдемана в то,  что  можно  оживить  его
брата при помощи колдовства и прочей чертовщины.  И  ради  этого  он  выдаст
кусок, да еще какой!
     Внезапно Селия почувствовала опасность.  Если  Батч  узнает  достаточно
много, он может заставить ее поделиться. Он не из  тех,  кто  упустит  кусок
пирога, который Ролло вовсе не собирался ему давать.
     - Я не знаю точно, сколько он собирается заплатить,  -  Селия  вытянула
длинные ноги. - Ладно,  тебе  пока  не  стоит  беспокоиться.  Вопрос  сейчас
только в том, что ему обещают оживить брата. Ради всего святого, сколько  ты
будешь пытать меня? Откуда ты взял, что я в этом участвую? Это  все  доктор,
Гилрой и Ролло.
     Батч пожал плечами.
     - Ну, что же, я этим займусь, как только будет названа сумма.  Вайдеман
стоит кучу монет. Он может потерять два миллиона и не обеднеет.
     - Ты можешь убедить себя в чем угодно.
     Селия взяла  сигарету  из  коробки,  лежащей  на  ночном  столике.  Она
закурила, сильно затянулась, потом выпустила дым, направив его в потолок.
     - Ты поступишь лучше, если выбросишь эту  мысль  из  головы.  Это  дело
одного Ролло. Если он захочет дать тебе что-нибудь, он даст.  Если  же  нет,
ты все равно ничего не получишь.
     Батч улыбнулся.
     - Ты хочешь заставить меня поверить, будто я не имею шансов?
     Его голос был угрожающе спокоен. Селия подняла голову и  посмотрела  на
тонкую линию его губ, на маленькие глаза, похожие на кусочки льда,  и  вдруг
поняла, что лучше ему не перечить.
     - Послушай меня, Мики, - она оперлась на локоть. -  Ты  знаешь,  что  я
хочу убежать, при первом моменте. Но сейчас еще не  время.  Давай  подождем.
Не будем рисковать.
     - Ну, ну! Закройся лучше!  -  прорычал  Батч.  -  Ты  собираешься  меня
бросить. Я это прекрасно знаю. Это чувствуется за милю. Ну что ж,  тебе  это
не удастся. Прежде я тебя пристукну. Ты, надеюсь, поняла мою мысль?
     Она через силу улыбнулась.
     - Не говори, как сумасшедший, Мики. Я вовсе не собираюсь бросать тебя.
     Глаза его потеряли свое ледяное выражение, губы покривились.
     - Мне доставит большое  удовольствие  уничтожить  тебя,  моя  прелесть,
знаешь? Я сломаю твою спинку на своем колене. После этого  тебе  понадобятся
еще недели, чтобы отправиться на тот свет.
     Улыбка Селии мгновенно погасла.
     - Ну вот, мы и договорились.
     - Да, но не расстраивайся из-за этого, - он швырнул окурок в  камин.  -
Может быть, я найду возможность встрять вместе с тобой в дело. У  меня  тоже
иногда появляются идеи.
     - Ну, ладно, хватит, -  Селия  вскочила  на  ноги.  -  Договорились.  А
сейчас уходи, Мики, я устала.
     Он притянул ее к себе, ощупывая ее прямую спину через шелк пеньюара.
     - Ты теперь всегда усталая, когда я прихожу,  не  так  ли?  Ладно,  это
ничего. Я могу и подождать, -  он  оттолкнул  ее  и  неожиданно  спросил:  -
Вайдеман держит тело своего брата дома?
     Селия вся напряглась.
     - Я этого не знаю. Почему ты спрашиваешь?
     Батч наморщил лоб, будто задумался, и  вдруг  на  его  губах  мелькнула
злая улыбка.
     - Мне, кажется,  пришла  в  голову  совсем  неплохая  мысль.  Послушай.
Представь себе, что я украду труп. И  Вайдеман  заплатит  кругленькую  сумму
только за то, чтобы получить обратно тело брата.
     Глаза Селии широко раскрылись.
     - Ты спятил! - простонала она. - Ты не сделаешь этого!
     - А почему бы и нет? - Батч с издевкой  смотрел  на  нее.  -  Это  ведь
очень  просто.  Все,  что  мне  нужно  будет  сделать,  -  украсть  труп   и
куда-нибудь его спрятать. Может быть, мы сможем  и  сами  вытянуть  из  него
миллионы.
     Селия отвернулась, чтобы скрыть  свое  беспокойство.  Если  этот  идиот
начнет действовать, все планы полетят прахом.
     - Ты  не  станешь   Ролло   поперек   дороги,   -   бросила   она,   не
оборачиваясь. - И ты сам это отлично знаешь.  Не  будь  идиотом,  Мики.  Это
глупо.
     - Это здорово! - радостно возразил он. - Ты и сама  это  понимаешь.  Но
тебя почему-то не устраивает такая игра. Ну что ж, дорогая, я  обойдусь  без
тебя.
     Она резко обернулась.
     - Только попробуй.
     Ее голос прозвучал угрожающе. На лицо Батча было страшно  смотреть.  Он
поднял руку, чтобы ударить  ее,  но  в  этот  момент  зазвонил  звонок.  Оба
замерли  на  месте,  их  ярость  мгновенно  остыла.  Батч  медленно  опустил
поднятую руку и повернул голову.
     - Ролло,  -  прошептал  он,  инстинктивно  сунув  руку  в   карман   за
пистолетом.
     Селия покачала головой.
     - У него есть свой ключ, - шепнула она. - Дверь заперта  на  засов,  но
мы обязательно услышали бы, если бы кто-то пытался открыть ее.
     Батч немного успокоился.
     - Ты кого-нибудь ждешь?
     Селия снова покачала головой.
     - Ладно, тогда пусть трезвонит, пока не надоест.
     На этот раз звонок был  более  длинным  и  нетерпеливым.  Оба  смущенно
переглянулись.
     - Проклятье! - вырвалось у Батча. Он повернулся к двери, потом  сел  на
кровать, кусая нижнюю губу  и  хмуря  брови.  Наклонив  голову  вперед,  он,
казалось, хотел увидеть стоявшего на площадке человека.
     - Они определенно знают, что я дома, - прошептала Селия.  -  Они  могли
видеть свет сквозь щели в шторах.
     Звонок продолжал заливисто напоминать о неожиданном госте.
     - Я не могу больше заставлять их ждать, - сказала она неожиданно.  -  Я
пойду посмотрю, кто это. Звонок просто сводит меня с ума.
     Батч вытащил из кармана автоматический револьвер.
     - Будь осторожна и не впускай сюда  никого,  -  он  зловеще  улыбнулся,
показывая свои мелкие зубы.
     - Я никому не позволю войти, - ответила Селия. -  Я  просто  не  открою
засов.
     Батч бросил взгляд на большой зеркальный шкаф в углу комнаты.
     - Я, конечно, всегда могу спрятаться там, но ты на  всякий  случай  все
равно никого не впускай, если только не будешь вынуждена сделать это.
     Звонок продолжал трещать, и Селия, возмущенно  ворча,  застегнула  свой
пеньюар и побежала  вниз.  Прежде,  чем  открыть,  она  накинула  цепочку  и
посмотрела в узкую щель. За дверью виднелся мужской силуэт.
     - Кто там?
     - Вероятно, вы были  в  ванной,  Селия,  или  это  какой-то  влюбленный
задержал вас? - она узнала голос доктора Мартина.
     - Это вы, доктор? - Чувство страха  сразу  же  исчезло,  уступив  место
подозрению. Она ненавидела доктора, догадываясь, что он знает о  ее  обманах
Ролло. - Что означает ваш поздний приход?
     Доктор оперся о противоположную стену.
     - Я хочу с вами поговорить, моя красавица.
     - А я не собираюсь в такое время разговаривать с вами,  -  неприязненно
возразила она. - Я не одета, и вообще, я уже собиралась ложиться. Я  сегодня
очень устала.
     - Я могу это стерпеть, - ответил врач с ехидным смешком. - Я на  многое
могу закрыть глаза. А вообще у вас вид нашкодившей кошки, Селия.
     Селия взорвалась.
     - Убирайтесь вон отсюда, старый негодяй! - закричала она. -  С  кем  вы
говорите?
     - Боже мой! - вздохнул доктор. - Я не хочу быть неприятным,  Селия,  но
дайте мне войти, будьте милой.
     - Нет, ты не войдешь! Убирайся отсюда!
     - Если я сейчас уйду, ты горько пожалеешь об этом.
     Селия покраснела.
     - Как ты смеешь мне угрожать? - она сняла цепочку и  широко  распахнула
дверь. - За кого ты меня принимаешь? Проклятый докторишка! Убирайся вон  или
я все расскажу Ролло!
     Доктор Мартин галантно снял шляпу и отвесил ей насмешливый поклон.
     - Люблю смотреть на женщин с характером,  даже  если  они  и  кофейного
цвета, - потом добавил, широко улыбаясь: - Ну, решайся же! Или я  вернусь  и
расскажу Ролло, что Батч - твой любовник, или ты впустишь меня. Выбирай,  да
поскорее, а то мне очень вреден сырой воздух.
     Селия застыла. Откуда он мог  знать  о  Батче?  -  Она  закусила  губу,
представив, что произойдет. А может, это блеф? Но если Ролло узнает  про  ее
связь с Батчем, он попросту вышвырнет ее. Тут у Селии сомнений  не  было.  И
она не получит своей доли из тех денег, которые заплатит Вайдеман.
     - Ну  что  вы,  доктор,  -   проговорила   она,   стараясь   изобразить
удивление. - Что это вы тут рассказываете? Батч - мой любовник? Вы  что  же,
спятили?
     Доктор, освобождая проход, оттеснил ее плечом.
     - Поднимайся наверх, моя  канареечка,  и  там  дружески  поговорим  обо
всем.
     Подстегиваемая  страхом  и  яростью,  Селия  стремительно  влетела   на
верхний этаж. Батч едва  успел  спрятаться  в  шкаф.  Доктор  бросил  вокруг
изучающий взгляд и удовлетворенно кивнул головой.
     - Очень хорошо, моя дорогая, -  проговорил  он,  потирая  руки.  -  Это
напоминает мне комнату шлюхи, к которой я похаживал, будучи  молодым.  Но  я
совершенно уверен, что вы, как и она, находите  все  это  прекрасным.  -  Он
посмотрел наверх. - Боже мой, какая вульгарность!  Звезды,  нарисованные  на
потолке!
     Селия едва сдерживалась, чтобы выглядеть спокойной.
     - Ну, валяйте,  доктор,  рассказывайте  мне  сказку,  зачем  пожаловали
сюда, и поскорее выметайтесь.
     Доктор сел в  единственное  кресло  в  комнате,  повернутое  спинкой  к
шкафу. Селия встала у камина, скрестив руки и поставив ногу на решетку.
     После того, как  доктор  устроился  поудобнее  в  кресле,  Батч  слегка
раздвинул створки, чтобы  видеть  происходящее.  Он  встретился  взглядом  с
Селией и невольно покривился.
     - Собрание было интересным, не правда ли? -  начал  Мартин,  переплетая
пальцы и улыбаясь Селии. - Хорошая организация  этого  дела  должна  кое-что
принести нам.
     Селия ничего не  ответила,  ее  взгляд  был  холоден,  но  беспокойство
заставляло ее сердце усиленно колотиться.
     - К сожалению, несмотря на приятную перспективу в дальнейшем, меня  это
мало устраивает. Мне нужны деньги сейчас, - доктор вдруг остановился,  потом
продолжал с легкой усмешкой: - Даже  если  это  великолепное  представление,
приготовленное для нашего друга Вайдемана, и удастся, я не думаю, что  увижу
цвет денег раньше, чем через несколько недель. Так вот,  я  не  могу  ждать.
Мне необходимо выполнить некоторые обязательства. Я, к  сожалению,  не  могу
уговорить  своих  кредиторов  подождать,  -  он  бросил  на  нее  испытующий
взгляд. - Я хотел бы знать, достаточно ли ты  умна,  чтобы  понять,  куда  я
гну.
     Селия глубоко вздохнула.
     - Я полагаю, что поняла, -  сказала  она.  Лицо  ее  выражало  злобу  и
одновременно беспокойство. - Вы устали быть все время  шарлатаном  и  теперь
хотите стать доносчиком.
     Лицо доктора вдруг озарилось лучезарной улыбкой.
     - Какое  колоссальное  удовольствие  получаешь  от  разговора  с  умным
собеседником! - произнес он и пошевелил своими короткими  худыми  ногами.  -
Это так, и больше ничего. Ты не хочешь, чтобы Ролло знал, что ты  все  время
наставляешь ему рога, а мне  надо  немного  денег.  И  нам  остается  только
договориться. Послушай, ты ведь должна отхватить двадцать тысяч фунтов!  Это
именно то, что обещал тебе Ролло, я ведь не ошибаюсь?
     У Селии невольно вырвался предостерегающий жест. Потом она  взяла  себя
в руки, хотя глаза ее пылали от ярости. Она не сомневалась в том,  что  этот
маленький негодяй выложит все. И вот теперь  Батч,  который  определенно  не
пропустил ни слова из их разговора, узнал,  что  она  ему  солгала.  Она  не
смела посмотреть в сторону  шкафа,  но  чувствовала  на  себе  пронизывающий
взгляд Батча.
     - Ну что ж, если Ролло узнает, что вы его надуваете, то я не  думаю,  я
просто уверен в том, что вы никогда не положите свои лапки на кусочек  этого
фрика, - любезно продолжал  доктор,  будто  речь  шла  о  чем-то  для  Селии
приятном.
     - Батч для меня никто, - голос Селии прервался. -  У  вас  нет  никаких
доказательств, и ваше слово не будет стоить дороже моего.
     - Ну-ну, - возразил доктор, грозя ей пальцем. - Так дела  не  делаются.
У меня есть определенные доказательства. Я даже знаю, что Батч сигналит  два
раза клаксоном, чтобы дать тебе знать о своем приезде.  Не  стоит  выступать
против меня, мой цветочек корицы. Ролло обязательно мне поверит,  в  этом  я
нисколько не сомневаюсь.
     Селия сидела совершенно неподвижно,  бессильная  в  своей  ярости.  Она
понимала, что он прав. Сжав кулаки, бросила быстрый взгляд в  сторону  шкафа
и встретилась с глазами Батча. Одно мгновение они пристально  смотрели  друг
на друга, потом Батч открыл дверцу и неслышно подошел к  креслу,  в  котором
сидел доктор.
     - Итак, док?
     Доктор съежился, как от внезапного удара. Глаза его вылезли  из  орбит,
и он позеленел. Батч  с  невозмутимым  видом  обошел  вокруг  кресла,  потом
остановился против Селии. В его  глазах  было  необычное  выражение,  а  рот
открыт, будто ему не хватало воздуха. Руки обвисли вдоль  корпуса.  Селия  с
ужасом смотрела на Батча, не зная, что он  собирается  делать.  Никогда  еще
она не видела его в  таком  состоянии.  С  неожиданной  остротой  она  вдруг
почувствовала приближение катастрофы. Она подошла к Батчу  и  положила  свою
руку на его плечо, но он  толчком  сбросил  ее,  что-то  пробормотав  сквозь
зубы.
     - Итак, что же дальше, док?
     Мартин дрожал, и его маленькие руки невольно схватились  за  горло.  Он
дрожал всем своим тщедушным телом в кресле, глядя на Батча,  как  кролик  на
удава.
     - У вас теперь  есть  все  доказательства,  не  правда  ли,  доктор?  -
продолжал издевательским тоном Батч. Потом  он  пошарил  в  карманах,  найдя
сигарету, закурил, не спуская с доктора глаз.
     - Я... Я просто... немного пошутил, - пролепетал  заплетающимся  языком
Мартин.
     - Конечно, конечно, - Батч  выпустил  из  своих  узких  ноздрей  облако
дыма. - Вы ведь не выдадите Селию, не правда ли?  Нет,  такой  человек,  как
вы, никогда не позволит себе подобную вещь.
     - Совершенно верно! - доктор сделал жалкое усилие,  пытаясь  изобразить
на посеревшем лице подобие улыбки. - Я,  конечно  же,  ничего  подобного  не
сделаю. Я просто немного пошутил, вот и все.
     Батч согласно кивнул.
     - У вас исключительное чувство юмора, док. - Неожиданно  он  повернулся
к Селии: - Доктор и я хотим поговорить наедине. Ты бы  лучше  сделала,  если
бы в это время наполнила ванну.
     - Ванну? - переспросила она, с опаской глядя на него.
     Доктор с усилием встал.
     - Я ухожу... Я должен уйти, - противно было смотреть на его  испуганный
вид. - Я не должен больше беспокоить вас... - он привстал. - Я удаляюсь.
     Батч посмотрел на него и свистящим шепотом приказал:
     - Садись!
     Доктор почувствовал, как ноги его подогнулись, и он бессильно рухнул  в
кресло. Потом, обхватив голову руками, застонал. Батч грубо толкнул Селию  к
двери. Блеск его глаз наводил и на нее ужас.
     - Ну, отправляйся живее, приготовь себе ванну, и  чтобы  вода  была  не
слишком горячей, ну, иди же, мне надо поговорить с врачом.
     Она, вся трясясь, вышла из комнаты, и через  минуту  мужчины  услышали,
как зашумела вода.
     - Итак, лекарь, - Батч  прислонился  к  камину,  -  ты  начал  говорить
совсем не в добрый час. Что это с тобой произошло? Что ты, устал  от  жизни,
что ли?
     Доктор едва дышал, он так боялся, что не мог  ничего  возразить  Батчу.
Тот вынул сигарету изо рта и бросил в камин.
     - В следующий раз, когда захочешь проделать такую  шутку,  обращайся  к
парню, который будет не сильнее тебя.
     Очень медленно доктор поднял голову и взглянул на Батча.
     - В следующий раз? - повторил он. И вдруг  мелькнувшая  в  этих  словах
надежда придала ему сил. - Вы хотите сказать, что я могу уйти?
     Губы его собеседника выгнулись в усмешке.
     - Нет, ты ведь, конечно, не захочешь, чтобы меня повесили  из-за  твоих
прекрасных глаз, грязное животное! -  он  нагнулся,  и  доктор  увидел,  что
глаза его сверкнули адским огнем. - В этой стране убийц вешают, -  продолжал
Батч. - Убирайся отсюда! Но если ты только посмеешь  разинуть  свою  поганую
пасть, я узнаю сразу, и уж тогда я рискну веревкой ради того, чтобы  и  тебя
не было на свете.
     Доктор выпрямился.
     - Я ничего не скажу, - истеричная радость рвалась из  него.  -  Я  ведь
только немного пошутил, поверьте мне. Ну, а теперь все в порядке. Я  никогда
ничего никому не скажу!
     - Ну, проваливай отсюда, да поживее,  отродье  мерзкой  обезьяны!  Твой
вид вызывает у меня тошноту!
     Доктор, неловко подпрыгивая, устремился к двери и с трудом  открыл  ее.
Потом, на мгновение, словно  споткнувшись,  притормозил  на  пороге,  увидев
стоявшую у ванной комнаты Селию. Девушка, обхватив лицо руками, смотрела  на
него расширенными  от  ужаса  глазами.  К  нему,  держа  в  руке  покрывало,
медленно приближался Батч. Доктор громко вскрикнул и  бросился  к  лестнице.
Но не ушел. Покрывало накрыло его и откинуло назад.
     - До свидания, доктор, -  Батч  встал  на  колени  перед  барахтающимся
тюком. - Тебя найдут утонувшим, и никто ничего не заподозрит и  не  принесет
тебе даже цветов. Он с силой завязал  покрывало,  потом  поднял  этот  живой
пакет и, усмехаясь, понес на руках в ванную комнату. Селия стояла на  пороге
ванной с позеленевшим лицом.
     - Нет! - простонала она. - Ты сошел с ума! Не надо этого делать,  Батч!
Нет! Нет!
     - Прочь с дороги, негритянская шлюха! - не повышая голоса, Батч  хорошо
рассчитанным ударом бросил ее на пол.  Затем  опустил  в  наполненную  водой
ванну завернутого в покрывало доктора, вытянув руки, он прижал его  ко  дну.
Будто продолжая дружескую беседу, заговорил, успокаивая:
     - Если ты будешь хорошо себя вести, доктор, то все  кончится  для  тебя
очень быстро.
     Обернувшись, Батч ногой со стуком захлопнул перед  Селией  дверь.  Лежа
на полу, девушка затыкала  уши,  чтобы  не  слышать  происходящего  там,  за
темной дверью.




     Ролло, развалившись в большом глубоком кресле возле письменного  стола,
со вкусом зевал. Потом достал из коробки сигару  и,  надкусив  ее,  выплюнул
кусочек табака. Закурив, посмотрел на дверь. Прошло  несколько  минут  после
того, как Селия, доктор и Гилрой ушли. С Кестером Вайдеманом говорил  доктор
Мартин.  Ролло  вынужден  был  признать,  что   доктор   проявил   необычную
смекалистость. Вайдеман,  как  завороженный,  ловил  его  слова.  "Проклятый
хитрец!" - думал о Мартине Ролло. Конечно, доктор получит круглую  сумму  за
эту комбинацию. Но теперь, когда он все объяснил, Ролло вдруг сообразил,  до
чего это просто. Если бы он сам с самого начала понял, в чем  дело,  он  мог
бы обойтись без посредника. Но доктор был настолько  хитер,  что  сыграл  на
его неведении  и  теперь  получит  треть  всей  суммы.  Все  существо  Ролло
протестовало против этого.
     Постучали в дверь, и  Ролло,  недовольный,  что  прервали  течение  его
мыслей, проворчал:
     - Войдите!
     Гилрой остановился на пороге с тревожным выражением в темных глазах.
     - Войди и закрой дверь, - сказал ему Ролло и указал сигарой на стул:  -
Садись.
     Гилрой сел на краешек стула, положив свои большие руки на колени.
     - Тебе совсем не нравится  это  дело,  не  так  ли?  -  спросил  Ролло,
пристально глядя в его глаза. - Да ты говори, не бойся. Я просто хочу  знать
почему?
     - Я считаю, что ничего хорошего из этого не выйдет,  -  Гилрой  опустил
голову.
     - Но, тем не менее, ты участвуешь?
     - Да.
     Ролло затянулся сигарой и выпустил к потолку густую струю дыма.
     - Ты считаешь, что должен мне еще что-то?
     - Да, возможно.
     - У тебя слишком долгая память, Гилрой.  Многие  люди  на  твоем  месте
давно бы забыли об этом, - Ролло стряхнул в пепельницу пепел с сигары.
     - Я ничего не забываю, - ответил негр.
     - Тем  не  менее  все  очень  просто.  Твоя  мать  была  очаровательная
женщина. Она была слишком горда и слишком хороша, чтобы  остаться  рабой.  -
Он вздохнул и добавил: - Итак, ты по-прежнему считаешь себя  моим  должником
за то, что я купил ее у того негра и освободил?
     Гилрой снова утвердительно кивнул.
     - А почему ты так торопишься заплатить долг?
     - Я не люблю вас и остальных и хочу вернуться на Гаити. Я уже  давно  в
этой стране, но вы все время не давали  мне  рассчитаться  с  вами.  Теперь,
когда такая возможность представилась, несмотря на то, что это очень  плохая
вещь, я хочу ею воспользоваться.
     Ролло улыбнулся, будто был удовлетворен объяснением.
     - Он ведь очень богат. Эта сумма  для  него  ничего  не  значит,  и  ты
совершенно напрасно так переживаешь.
     - Меня совсем не это беспокоит, - продолжал Гилрой.  -  Мне  совершенно
безразлично, кто будет платить  и  кто  получит  деньги.  Но  вы,  вы  здесь
играете нашей религией, вы попросту издеваетесь над ней. Ничего хорошего  из
этого не получится!
     - Но ведь  мы  только  сделаем  вид,  что  оживляем  труп,  -  возразил
Ролло. - Если ты утверждаешь, что этого можно добиться,  значит,  ты  лжешь.
Если Вайдеман хочет в это верить, значит, он сумасшедший,  не  больше.  Если
же я хочу вытянуть из него деньги, значит, я хитрец.
     - Ничего хорошего не получится, - упрямо повторил Гилрой.
     - А что, по-твоему, может случиться?
     Ролло  заинтересовался  выражением  грусти  и  беспокойства  в   глазах
Гилроя.
     - Это уже ваше дело обнаружить это, -  ответил  Гилрой.  -  Я  не  могу
предсказать будущее, но я вам говорю: будьте осторожны, и  если  вы  все  же
хотите сделать это дело, то делайте его  с  величайшей  осмотрительностью  и
осторожностью.
     - Ты странный человек, Гилрой, - проворчал Ролло. - Я думаю, ты  знаешь
значительно больше, чем говоришь. Тебе  совсем  не  обязательно  делать  это
ради меня. Доктор и сам сделает все, что нужно.
     Странное выражение появилось в глазах Гилроя. Он посмотрел на часы.
     - Через несколько минут доктор будет мертв, - произнес он.
     Ролло  дернулся  в  кресле,  потом  лицо  его   стало   фиолетовым   от
охватившего его бешенства.
     - Не каркай, идиот! - закричал он, и его одолела икота.
     Гилрой с грустью покачал головой.
     - Я думаю, мне нужно вернуться домой. Я ничего не  смогу  сделать  этой
ночью.
     - Оставайся там, где ты есть, - сердито  прикрикнул  Ролло.  -  Что  ты
хотел сказать, утверждая, что доктор будет мертв?
     Гилрой пожал плечами. Он вынул из кармана деревянную, грубо  вырезанную
фигурку и приставил ее к коробке с сигарами.
     - Через минуту, - произнес он спокойно, -  кукла  упадет,  и  в  ту  же
минуту доктор умрет.
     Ролло наклонился вперед, как для прыжка.
     - Я не могу пренебрегать тем, что существуют привидения,  -  проговорил
он. - Ты жил в такой стране, где  происходят  подобные  вещи,  ты  знаком  с
различными обрядами и всяким колдовством, да и с прочими ритуалами. Но  пока
для меня это только слова, и мне на них наплевать.
     - Тогда  вам  незачем  бояться,  -  Гилрой  отодвинулся  на  стуле,  он
улыбался. - А вам разве не интересно, почему доктор умрет?
     Ролло казался захваченным врасплох. Он еще больше наклонился и забыл  о
своей сигаре.
     - Он стар, но он совершенно здоров. Что же заставляет тебя думать,  что
он умрет?
     - Это его судьба. Тень смерти прошла по нему сегодня.
     Ролло встал и с трудом подошел к бару. Он  налил  себе  хорошую  порцию
виски и вернулся на свое место.
     - Ты можешь держать свои истории для тех, кто верит в них,  мне  же  от
всего  этого  ни  холодно,  ни  жарко,  -  ответил  он.  -  А  если   доктор
действительно умрет... - он непроизвольно  подумал  про  себя,  что  в  этом
случае доля доктора перейдет к нему, но тут же спохватился: а сможет  ли  он
самостоятельно дурить Вайдемана?
     Мартин условился с Вайдеманом, что они трое:  Ролло,  доктор  и  Гилрой
посетят завтра вечером дом Вайдемана и определят на месте,  сколько  времени
потребуется, чтобы "оживить" Корнелиуса. Вайдеман  согласился  заплатить  за
это Ролло десять тысяч фунтов. Гилрой гарантировал успех, но настаивал,  что
ему нужно время, чтобы этого добиться.  Маленький  человек  настолько  не  в
своем уме, что обвести его вокруг  пальца  совсем  несложно.  Он  согласится
платить до тех пор, пока не оживят его брата. Он так жаждал этого!  Все  шло
хорошо, и вдруг этот черномазый  вылез  со  своим  пророчеством.  Ведь  если
доктор неожиданно умрет, все может  сорваться.  Но  сейчас  мысль  о  смерти
Мартина казалась Ролло  совершенно  абсурдной.  Впрочем,  если  понадобится,
Ролло сумеет и рассеять подозрения, возникни  они  у  Вайдемана.  Он  искоса
посмотрел на Гилроя  и  почувствовал  себя  смущенным.  Послушается  ли  его
Гилрой? Впрочем, негр не должен возражать, не посмеет и сделает все, что  он
захочет. Эта мысль приободрила Ролло. Он допил виски  и  опустил  стакан  на
письменный стол.
     Телефонный звонок раздался совсем некстати. Ролло посмотрел на  Гилроя,
наморщил брови и поднял трубку.
     - Кто?
     Голос звонившего был  какого-то  странного  тембра  и  очень  дрожащий,
слова звучали невнятно, истерично.
     - Кто? - Ролло отвел трубку от уха. - Я не могу понять вас!  -  На  его
лице отразилось беспокойство. - Да кто же это? Ради  бога,  не  вопите  так!
Кто у телефона?
     Он пытался понять что-нибудь, но  понял  только,  что  кто-то  там,  на
другом конце провода, впал в истерику.
     - Мне кажется, это какой-то сумасшедший. - повернулся он к Гилрою. -  Я
не могу понять, чего он хочет. Возьми и поговори с ним.
     Гилрой на мгновение заколебался, потом взял из рук Ролло трубку и  стал
слушать.
     - Кто это? - спросил он своим низким голосом.  -  Скажите,  пожалуйста,
кто вы?
     Ролло услышал, как кто-то ответил. Гилрой наполовину прикрыл глаза.  Он
еще некоторое время послушал, потом сказал:
     - Мистер Вайдеман, не вешайте, пожалуйста, трубку, я сейчас  все  скажу
мистеру Ролло.
     - Вайдеман? - Ролло перегнулся через ручку  кресла.  -  Что  случилось?
Что там у него происходит?
     - Он сказал, что тело его брата похищено, - тихо ответил Гилрой.  -  Он
не знает, что ему делать.
     - Что? - Ролло вскочил с кресла и закричал: - Украли труп  его  брата?!
Что он говорит? Он совсем сошел с ума! Кому понадобился труп его брата?
     Гилрой ничего не ответил. Он сидел и спокойно  смотрел  на  Ролло.  Тот
вдруг неожиданно замолк и замер на  месте,  с  недоумением  глядя  на  него.
Визгливый голос Вайдемана снова послышался в трубке, но они не  обращали  на
него внимания.
     - Без тела его брата мы пропали!  -  Ролло  как  подкошенный  рухнул  в
кресло.
     Тонкая улыбка появилась на губах Гилроя.
     - Что же ответить ему? Он ждет.
     - Пусть подождет, - сердито ответил Ролло. - Кто же  мог  сделать  это?
Ты не думаешь, что доктор мог сыграть подобную шутку?
     - У него не было на это времени, - Гилрой пожал плечами.
     - Кто же тогда? Не сидите же  тут,  как  истукан!  Что  же  мне  теперь
делать?
     Голос Вайдемана в трубке стал пронзительным.
     - Алло! - он уже просто вопил. - Почему вы не отвечаете? Алло!
     - Скажи ему, что мы сейчас приедем к нему. - Ролло снова сел. -  Скажи,
что мы уже выезжаем.
     Гилрой повторил это в трубку и повесил ее.
     - Да, кто-то в этом деле есть еще! - воскликнул  Ролло,  бегая  взад  и
вперед по кабинету. - Тот, у кого находится труп, может заставить  Вайдемана
заплатить очень крупную сумму! Какой же я идиот, что не подумал об  этом!  Я
мог бы обойтись и без доктора.
     Он остановился, и его взгляд встретился со взглядом  Гилроя.  Потом  он
посмотрел на стол. Деревянная фигурка лежала на боку.
     - Вам больше  не  надо  беспокоиться  относительно  доктора,  -  сказал
Гилрой. - Он больше не существует.
     - Послушай меня, грязный негр! - выругался Ролло. -  Кончай  со  своими
суевериями! С меня довольно на эту ночь! А ну-ка, убери ее!
     Гилрой поклонился.
     - Я думал, вы хотите знать об этом, -  он  пожал  плечами.  -  Я  очень
огорчен.
     Ролло снова посмотрел на фигурку, потом на Гилроя.
     - Ну, мы это сейчас проверим,  -  он  набрал  номер  телефона  доктора.
Гудки звучали в трубке долго, но никто ее не поднимал.
     - Это еще ни о чем не говорит, - сказал Ролло. - Может быть, он  просто
вышел из дома или еще не вернулся.
     - Ему хватало десяти минут,  чтобы  дойти  отсюда,  -  небрежным  тоном
заметил Гилрой. - А он ушел уже более часа тому назад.
     - Может быть, у него было свидание с кем-нибудь?
     - У него определенно было свидание со смертью.
     - Ну, заткнись! - закричал Ролло. Он сбросил фигурку на пол. -  У  меня
нет времени на всякую ерунду, надо срочно что-то предпринять. - Он  погладил
массивное золотое кольцо на пальце. Его рука слегка дрожала. -  Скажи  Тому,
чтобы подал машину. Найди мне Батча.  Нам  надо  немедленно  отправляться  к
Вайдеману.
     Гилрой вышел из кабинета. Проводив его  взглядом,  Ролло  схватился  за
телефон, пытаясь дозвониться до  доктора.  Но  опять  безуспешно.  Тогда  он
позвонил Селии. Она ответила не сразу, он  уже  собирался  повесить  трубку,
когда она спросила:
     - Кто у телефона?
     - Селия, почему ты так долго не отвечала? - закричал Ролло.
     - Что ты хочешь? Я спала, - голос Селии показался ему странным.
     - Ты видела доктора после того, как он ушел от меня?
     - Доктора?
     - Да, да, нашего доктора. Где ты с ним рассталась?
     - На углу улицы. Он сказал, что пойдет домой.
     - Слушай, Гилрой утверждает, что он мертв.
     - Гилрой? - простонала Селия  так  отчаянно,  пронзительно,  что  Ролло
отвел трубку от уха. Он услышал какую-то возню, и все смолкло.
     - Алло! Алло! Селия, что происходит?
     В трубке звучали лишь короткие сигналы.
     Вернулся Гилрой.
     - Машина подана... - начал он.
     Ролло повернулся к нему.
     - Что-то произошло с Селией! - закричал он. - Быстрее! Заедем к ней!  А
где Батч?
     - Я звонил ему на квартиру, но там  никого  нет,  -  Гилрой  равнодушно
улыбнулся. - Вероятно, его нет дома.
     - Ну, пошли, - сказал Ролло.
     Он открыл шкаф и взял шляпу.
     Огромный  "паккард"  стоял  в  конце  аллеи.  За  рулем  с  мрачным   и
недовольным видом сидел Большой Том.
     - К квартире мисс Селии, - коротко бросил Ролло, влезая в машину.
     Гилрой последовал за ним. Машина тронулась,  и  через  несколько  минут
они уже были у дома Селии. Достав из кармана ключ,  Ролло  открыл  дверь.  У
входа горел свет.
     - Подожди меня здесь, - сказал Ролло, обращаясь  к  Гилрою.  -  Я  тебя
позову, если будет нужно.
     Шумно  втягивая  воздух,  Ролло  помчался  вверх  по  лестнице.   Селия
встретила его в коридоре. На нее было страшно смотреть.  В  ярком  свете  ее
лицо было совсем серым.
     - Что тебе надо? - возмутилась она. - Я не  хочу  тебя  сейчас  видеть.
Уходи!
     Ролло остановился от неожиданности, увидев ее в таком  состоянии.  Лицо
Селии было перекошено, огромные глаза полнились непомерным ужасом, и к  тому
же у нее тряслась челюсть, отчего зубы отвратительно щелкали.
     - Но объясни же, в конце концов, что с тобой?
     Селия свесилась над перилами.
     - Убирайся отсюда! Да убирайся же! - вопила она.
     Ролло продолжал подниматься, замедлив, однако, шаги. Наконец  он  дошел
до нее, и его огромные руки легли на плечи Селии.
     - Что с тобой?  -  он  так  сильно  встряхнул  ее,  что  голова  у  нее
откинулась назад.
     - Оставь меня в покое, - простонала она. Колени  Селии  подогнулись,  и
он едва удержал ее. Потом взял на руки и отнес на кровать.
     - Что ты знаешь о докторе? - закричал он. - Ну, говори!
     Селия отрицательно покачала головой.
     - Я ничего не знаю, - еле слышно  проговорила  она  и,  повернувшись  к
нему спиной, заплакала.
     - Успокойся, Селия! - он снова потряс ее. - Ты ведь определенно  знаешь
что-то, не правда ли? Что же это такое?
     Она оттолкнула его руку, продолжая рыдать.
     - Убирайся! - снова потребовала она.
     - Ты  зря  теряешь  время,  -  сказал  Гилрой,  появившийся  на  пороге
комнаты.
     Ролло резко повернулся.
     - Разве я велел тебе подняться сюда? - прорычал он. Его лицо от  ярости
перекосилось.
     - Вайдеман ждет, - спокойно напомнил Гилрой. - Я подумал, что  это  для
тебя более срочное дело.
     Ролло отодвинулся от впавшей в истерику Селии.
     - Да, ты прав, - успокаиваясь, сказал Ролло.  Он  перевернул  Селию  на
спину. - Послушай, я не хочу знать, чем вы тут занимались,  но  Батч  должен
присоединиться к нам  у  Вайдемана.  Он  отстранил  Гилроя  и  спустился  по
лестнице.
     Гилрой тихо прошептал Селии:
     - Прибери хорошенько ванную комнату, Селия, там пахнет трупом, - и,  не
оглядываясь, последовал за Ролло.


     Сендрик Смит снова воскликнул:
     - Действительно, это совершенно  невероятно.  Я  не  понимаю,  как  это
могло произойти?
     Симпатичный молодой человек,  сидевший  напротив,  слегка  улыбнулся  и
поднял свой стакан с пивом.
     - Послушай, ты должен согласиться, что из меня никогда не получился  бы
хороший актер, так что не спорь, Сендрик.
     - Я ведь не совсем в этом уверен. - Сендрик покачал головой.
     - У тебя просто не  было  удобного  случая.  Я  лично  считал,  что  ты
замечательно играл в "Когда-нибудь - никогда". Если  бы,  по  крайней  мере,
Питер Пак был к тебе благосклонен, если бы Джимми  Агат  был  немного  более
благосклонен...
     - Во всяком случае, они такими не были,  -  перебил  его  Джерри  Адамс
ворчливым тоном. - И вот это-то и  заставило  меня  решиться.  Согласись,  я
совсем  неплохо  преуспел.  Если  тебе  понадобится  кого-нибудь  задержать,
позвони мне по телефону.
     Сендрик вздохнул. Он был счастлив. В первый раз  за  несколько  месяцев
один из бывших друзей навестил его. Очень жаль, Джерри Адамс покинул  театр.
Какой талант пропадал! И все  ради  того,  чтобы  стать  полицейским!  Какая
дикая мысль. Сендрик не скрывал огорчения. Был  период,  когда  Джерри  чуть
было не стал ведущим актером, и Сендрик пророчил ему блестящее будущее.
     Джерри покончил со своим пивом.
     - Ну, мне пора возвращаться на свой пост, - поднялся он. - Теперь-то  я
знаю, где тебя найти. Мне всегда приятно узнавать новости о своих друзьях.
     Сендрик посмотрел на часы.
     - Разве так необходимо, чтобы ты сейчас ушел? - грустно спросил  он.  -
Правда, я понимаю, что  не  должен  мешать  твоей  работе,  но,  пожалуйста,
приходи почаще. Я очень  здесь  одинок,  Джерри.  Ты  даже  не  можешь  себе
представить, насколько я одинок!
     - Я тоже, дружище, одинок, - Джерри улыбнулся.  -  Ну,  конечно  же,  я
очень скоро приду к тебе снова. Я очень приятно провел здесь с тобой  время.
К тому же, мне хочется познакомиться  с  этой  мисс  Хэддер,  о  которой  ты
столько рассказывал мне.
     У Сендрика был очень довольный вид.
     - Она просто очаровательна, Джерри, -  он  вышел  проводить  его.  -  Я
действительно очень беспокоюсь за нее. Когда молодая  девушка  так  одинока,
никогда не угадаешь,  что  ей  взбредет  в  голову.  -  Он  многозначительно
посмотрел на Джерри. - Я всегда думал, что  она  будет  замечательной  женой
для человека вроде тебя. Не улыбайся, я говорю совершенно серьезно.
     Джерри расхохотался.
     - Ты все такой же, старина Сендрик! - Он надел свой плащ. -  Ты  всегда
и во всем готов видеть роман. Но, в  сущности,  почему  бы  тебе  самому  не
жениться на ней?
     - Мой дорогой друг! - Сендрик совершенно искренне возмутился. - Что  за
мысль! Я для нее слишком стар. Мое время ушло. Во всяком случае,  надо  тебя
познакомить с нею. Я обязательно постараюсь организовать это. Только  вот  с
недавнего времени она очень занята. Мне  бы  хотелось  знать,  чем  это  она
занимается.
     - Если нарушает установленный порядок, то ты прекрасно знаешь,  к  кому
следует  обратиться,  -  Джерри  горделиво  подбоченился.   -   Мне   сейчас
необходимо первоклассное дело, Сендрик, первоклассное дело  для  поддержания
своего престижа. Если ты узнаешь  о  ком-нибудь,  кто  собирается  совершить
преступление, позвони мне.
     Пока детектив переходил улицу,  Сендрик  провожал  его  глазами,  затем
вернулся к себе, взял грязные стаканы и пустую бутылку и отнес их в кухню.
     Все его жильцы, за исключением Сьюзен, уже вернулись. Но  Сьюзен  такая
скрытная, что не стоило ожидать ее - все равно не скажет, где она  была.  Он
положил посуду в мойку и выключил свет. Ощупью Сендрик  прошел  к  лестнице.
Но едва он поставил ногу на первую ступеньку, как  у  входной  двери  нервно
позвонили.  Он  включил  свет  и  посмотрел  на  часы.  Было  двадцать   три
пятнадцать. Сендрик вернулся к двери и  открыл  ее.  На  пороге  стоял  Джос
Краффорд.
     - У меня есть кое-что для мисс Хэддер, - сказал он, глядя  на  Сендрика
своим обычным мрачным и холодным взглядом.
     У Сендрика невольно вырвался изумленный возглас, и он  отступил  назад.
Он совсем не жаждал видеть Джоса, ледяное  лицо  которого  приводило  его  в
ужас. Придя в себя, он  заметил  такси,  видимо,  ожидающее  этого  позднего
визитера.
     - Что, нужно подождать, хозяин? - крикнул шофер, приоткрыв дверцу.
     - Я скоро, - обернулся к нему Джос. - И, посмотрев на Сендрика,  сказал
с неприязнью: - Это предназначено для мисс Хэддер. Мы внесем это.
     - Что там такое? - любопытство Сендрика превозмогло страх. -  Потом,  я
еще  не  знаю,  должен  ли  я  разрешить  вам  входить  после   оскорбления,
нанесенного вами мне...
     - Все в порядке, так что лучше заткнись, - посоветовал Джос.
     Он сбежал по ступенькам вниз. Вместе с шофером они подняли  мешок  и  с
трудом затащили его в холл. Тюк  упал  на  пол,  глухо  стукнув.  Тогда  оба
посмотрели на Сендрика.
     - Боже мой! - воскликнул Сендрик. - Этот мешок  наполнен  камнями,  что
ли?
     - Где находится комната мисс Хэддер? - не слушая его, спросил Джос.
     - Что это такое?  -  повторил  Сендрик,  с  беспокойством  рассматривая
тюк. - Кто вы такие? И почему вы хотите внести этот тюк?
     Джос нетерпеливо махнул рукой,  и  его  бледное  лицо  исказилось  злой
гримасой.
     - Послушай, толстяк, - Джос  говорил  сквозь  сжатые  зубы,  -  я  тебя
спрашиваю,  где  комната  мисс  Хэддер?  Я  совсем  не  нуждаюсь   в   твоих
комментариях. Покажи нам дорогу и заткнись.
     Шофер прыснул от смеха. Это был плотный человек среднего роста,  и  его
глаза весело поблескивали.
     - Ну, разве он не шутник! - подмигнул он  Сендрику.  -  Он  ругается  с
момента, как мы отъехали. Ну, не заставляйте ждать его величество!  Покажите
дорогу.
     Онемев от гнева, Сендрик начал  подниматься  на  второй  этаж.  Джос  и
шофер с тюком следовали за  ним.  Им  едва  удалось  протиснуться  по  узкой
лестнице.
     - О, Бог мой! - выдохнул шофер, выпуская из рук рог мешка,  чтобы  хоть
немного отдышаться. - Хозяин, Боже мой, я ведь не такой молодой, как вы!
     Джос прислонился к стене. Его лицо было очень бледным, и он тоже  дышал
с трудом. Он устал не меньше шофера, но старался не показать этого.  Сендрик
смущенно смотрел на них.
     - Ну, продолжайте, - сухо разрешил он, поняв, что они едва держатся  на
ногах. Это их состояние придало ему мужества. - Я хочу спать  и  не  намерен
больше прохлаждаться с вами.
     - Заткнись! - закричал Джос и, схватив тюк со своего  конца,  приподнял
его.
     - Настоящий  палач,  вот  вы  кто,  -  проговорил  шофер  с  комической
ужимкой, и они пошли дальше наверх.
     Сендрик шел впереди и, дойдя до квартиры Сьюзен, открыл ее.
     - Я надеюсь, что она знает об этом и ожидает этого, -  холодно  заметил
он, когда они, шатаясь, ввалились в дверной проем и опустили тюк на  пол.  -
Я ведь еще не знаю, должен ли я был позволять заносить сюда этот тюк.
     - Ладно, старина, все равно он уже здесь, - примирительно сказал  шофер
и выпустил ношу из рук. Тюк шлепнулся так, что ему  показалось,  будто  весь
дом задрожал. - Если он вам не  нравится,  можете  попробовать  стащить  его
вниз.
     - Его это абсолютно не касается, - с горечью проговорил Джос.
     - Хорошо. А теперь уходите, - Сендрик держал дверь открытой.  -  Вы  не
можете оставаться здесь. Это ведь комната дамы.
     Джос и шофер  не  без  любопытства  осмотрелись  вокруг.  Комната  была
маленькая, без особого комфорта.  В  ней  стояли  диван,  туалет,  небольшой
столик, кресло и шкаф. Перед камином сушились белье и чулки.
     - А она умеет одеваться, не правда ли? - шофер указал на них пальцем  и
фыркнул. - Было бы очень приятно увидеть эти вещи на их владелице.
     Джос,  не  говоря  ни  слова,  направился  к  выходу,  успев,   однако,
осмотреть все уголки в помещении. Итак, она живет здесь.  Он  надеялся,  что
деньги, которые он дает, позволят ей немного улучшить комфорт. Здесь же  ему
казалось слишком мрачно, неуютно. Его собственная комната в доме  Вайдеманов
и то выглядела намного приветливее.
     Они спустились по лестнице вниз и,  прежде  чем  сесть  в  такси,  Джос
наказал стоящему на пороге Сендрику:
     - Передайте ей, чтобы она не трогала  мешок,  пока  мы  не  увидимся  с
ней. - И, не ожидая ответа, быстро вскочил в машину и хлопнул дверцей.
     Сендрик запер дверь и  пошел  на  кухню.  Он  был  так  ошеломлен  всем
происшедшим, что машинально поставил чайник на огонь. Ожидая,  пока  закипит
вода, Сендрик снова поднялся в комнату Сьюзен. Он пытался  поднять  тюк,  но
не смог даже сдвинуть его с места. Он осмотрел замки на упаковке.  Они  были
превосходны,  открыть  их  было,  пожалуй,   невозможно.   Он   нагнулся   и
почувствовал, что от тюка  исходит  едкий  запах.  Это  был  запах,  который
напоминал ему похороны отца. "Как странно, -  подумал  он.  -  Что  это  мне
вспомнились похороны?" - И вдруг его охватил такой страх, какого он  никогда
не испытывал в жизни. Ему вдруг показалось, что тюк  в  любую  минуту  может
раскрыться, и оттуда появится что-то дьявольское.
     Он быстро подошел к двери, открыл ее и в возбуждении осмотрел  коридор.
На этот раз коридор показался почему-то таким же  странным,  как  и  тюк.  А
что, если этот ужасный парень затаился где-то здесь и готовится  напасть  на
него? Он прислушался. В доме, однако, все  было  спокойно,  только  с  улицы
слышался обычный легкий шум. Сендрик пошарил по стене в поисках  выключателя
и включил свет. Освещенный коридор уже  не  выглядел  зловещим.  Он  погасил
свет в комнате Сьюзен и торопливо спустился к себе. Налив  чаю,  решил,  что
сегодня обязательно встретится с  Сьюзен.  Он  очень  любил  девушку,  но  в
последние две недели она начала беспокоить его. Он  снова  подумал  о  тюке.
Что означает этот запах? Где он его слышал? И что же, в конце  концов,  было
в тюке? Он долго сидел, погруженный в тяжелые размышления и  сомнения.  Было
уже половина второго, когда он услышал,  что  открылась  входная  дверь.  Он
сразу же поспешил в холл. Сьюзен удивленно уставилась на него.
     - Добрый вечер, мистер Смит, - сказала она. - Я думала, вы уже спите.
     - Я хотел поговорить с вами. - Сендрик строго посмотрел на нее.  -  Мне
кажется, мисс Хэддер, с вами в последнее время  происходят  весьма  странные
вещи... Я знаю, что это, конечно, меня не касается, но  в  самом  деле...  Я
хочу... Я хочу, чтобы вы дали мне все же некоторые разъяснения.
     - Почему, мистер Смит? - Сьюзен покраснела. - Я... Я... Не понимаю...
     - Я надеюсь, вы сможете уделить  мне  несколько  минут?  -  перебил  ее
Сендрик. - Пожалуйста, прошу вас.
     - Хорошо. - Сьюзен лихорадочно соображала, что он  мог  узнать  о  ней?
Она прошла за ним в маленькую гостиную, на ходу поправляя волосы.
     - Мисс Хэддер, - торжественно начал Сендрик, остановившись у камина,  -
я прошу вас объяснить мне, что это  за  странный  молодой  человек,  который
оставлял для вас письмо и этот тюк сегодня?
     Сьюзен удивленно посмотрела на него.
     - Да, действительно, тюк, - повторил Сендрик. - Он  принес  его  с  час
назад и при  этом  был  очень  груб.  Никогда  в  жизни  со  мной  никто  не
разговаривал подобным тоном. Если бы он  не  сказал,  что  он  ваш  друг,  я
попросту пригласил бы сюда полицию.
     - Полицию? - Сьюзен вытаращила глаза. - О! Зачем же делать такие  вещи?
Я хочу сказать...
     - Естественно, я бы этого не  сделал,  предварительно  не  поговорив  с
вами. - добавил он. Ему совсем не хотелось быть жестоким с ней. - Но  я  был
так ошеломлен, - продолжал он. - Есть и еще кое-что, что мне не  нравится  в
этом тюке. Меня, правда, не так  уж  легко  испугать.  Если  вы  помните,  я
участвовал в последней войне. Я старый солдат, мисс Хэддер. Но я уже не  так
молод,  как  раньше.  Этот  тюк  просто  нервирует  меня.  Я,  к  тому   же,
почувствовал, что от него исходит какой-то странный запах.
     - Но я же ничего не понимаю, - Сьюзен ничего не понимала. -  О  чем  вы
говорите? Какой тюк?
     - Этот тип принес его для вас  сегодня  вечером.  Вы  должны  знать  об
этом...
     - Вы хотите сказать, мистер Краффорд? - перебила Сьюзен.
     - Он не назвал мне своего имени,  -  Сендрик  сердито  хмыкнул.  -  Это
совсем молодой человек, но очень  грубый...  Он  употреблял  ужасные  слова.
Естественно, в армии я многого наслушался, - он выпрямился, словно  вспомнил
себя в строю. - И, тем не менее,  я  не  ожидал  услышать  когда-либо  такие
выражения в своем собственном доме.
     - Может  быть,  будет  лучше,  если  я  пойду  и  посмотрю?  -   Сьюзен
попыталась прекратить разговор и уйти. - Я же совершенно об этом  ничего  не
знаю.
     - Очень хорошо. - Сендрик сжал губы.  -  В  таком  случае  я  поднимусь
вместе с вами.
     - Но это совсем не обязательно. - Сьюзен почувствовала  раздражение.  -
Я уверена, что вы очень устали  и  разнервничались,  и  вообще...  вообще...
сейчас так поздно.
     - Я опасаюсь, мисс Хэддер, - настаивал Сендрик и  решительно  шагнул  к
двери, - что я  обязан  идти  с  вами.  Я  считаю,  что  я  обязан  получить
исчерпывающие объяснения. В самом деле... - Он остановился, заметив  гнев  в
глазах Сьюзен.
     - В таком случае, мистер Смит, у меня нет иного  выхода,  чем  покинуть
ваш дом, - с твердостью сказала она. - Я совсем не собираюсь кому бы  то  ни
было давать отчет относительно  своей  частной  жизни,  пока  сама  не  буду
считать это необходимым!
     - Ну, конечно... - Сендрик почувствовал себя неловко. -  Вы  совершенно
правы. Но и меня нужно извинить. Я был просто  ошеломлен  всем  этим.  Я  не
хочу, чтобы вы покидали мой дом.
     - Это очень хорошо. - Сьюзен решительно схватила свою шляпу. - В  таком
случае, доброй ночи. Я очень огорчена случившимся. Я обязательно поговорю  с
мистером  Краффордом,  -  прежде  чем  Сендрик   смог   что-либо   ответить,
повернулась к нему спиной и побежала по  лестнице.  "Джос  говорил  ей,  что
пришлет стальной ящичек", - вспомнила Сьюзен, торопясь в  свою  комнату.  Ей
необходимо было задать  несколько  вопросов  Джосу.  Она  хотела  бы  знать,
почему Кестер Вайдеман все же пришел в клуб, хотя Джос уверял, что он  ни  в
коем случае не допустит этого. Она не успела повернуть ручку  в  двери,  как
зазвонил телефон. Это  была  единственная  роскошь  в  ее  комнате.  Он  был
установлен кем-то, кто  жил  у  Сендрика  до  нее.  Спеша  к  телефону,  она
почувствовала  едкий  запах,  напомнивший  запах   цветов   в   венках   для
покойников. Она увидела черный  тюк,  огромный  и,  видимо,  очень  тяжелый,
прислоненный к стене. Ее охватила неприятная дрожь. Отвернувшись, она  взяла
телефонную трубку.
     - Алло?
     - Это говорит Джос, - голос его был тихим и торопливым. -  Не  говорите
ничего, а слушайте  внимательно.  Я  обнаружил,  что  труп  брата  Вайдемана
находится в его комнате. Он заставил набальзамировать  тело.  Он  хочет  его
оживить и считает, что это  можно  сделать,  если  следовать  ритуалу  Вуду.
Ролло обещал ему проделать все это, чтобы вытянуть из него деньги.  Ну,  вот
теперь они  этого  сделать  не  могут.  Я  спрятал  труп.  Это  единственная
возможность уберечь его от этих  бандитов.  Что  бы  ни  произошло,  они  не
должны обнаружить труп.
     Сьюзен сидела, выпрямившись, с телефонной трубкой, прижатой к  уху,  не
очень-то улавливая то, что твердил Джос.
     - Я не понимаю, - сказала она. Потом с  ужасом  взглянула  на  тюк.  Ее
сердце мучительно сжалось, она снова стала дрожать. - Труп?.. Что вы  хотите
этим сказать?
     - Не  корчите   из   себя   идиотку!   -   взорвался   Джос.   -   Тело
набальзамировано. На него, конечно, неприятно смотреть, но я ничего не  смог
придумать другого. Вам совсем ни к чему вскрывать этот мешок.
     Все вокруг закружилось у нее перед глазами.
     - Нет! - завопила она. - Нет! Джос! Я вас умоляю!
     - Я  сейчас  не  могу  больше  продолжать.  Здесь,   по-моему,   кто-то
есть... - его голос осекся. После секундного перерыва он добавил: - Они  уже
здесь! Он послал их разыскивать... -  разговор  внезапно  оборвался.  Сьюзен
ожесточенно кричала в трубку:
     - Алло! Алло!
     Никакого  ответа.  Она  снова  взглянула  на  тюк.  Телефонная   трубка
вывалилась у нее из рук. Она медленно встала и, прижавшись к стене, в  ужасе
прикрыла рот рукой. Потом страшно закричала.


     Джос положил трубку и посмотрел своим мрачным и  недоверчивым  взглядом
на Ролло и Гилроя, появившихся на пороге его комнаты.
     Кестер Вайдеман с измученным лицом,  с  заплаканными  от  горя  глазами
казался ему карликом рядом с ними.
     Вайдеман протянул к ним руки, потом указал на Джоса:
     - Вот Джос. Он очень хороший мальчик. Он нам обязательно  поможет.  Где
вы были, Джос? Корнелиус исчез, кто-то его увел...
     Джос почувствовал на себе подозрительный взгляд Ролло.
     - Что вы хотите сказать словом "увел"? Ведь он умер шесть  недель  тому
назад, не правда ли? - он произнес это, почти не двигая губами.
     - Кто-то увел его! - с  несчастным  видом  повторял  Вайдеман,  заломив
свои руки.
     Ролло положил руку на плечо Вайдемана и уверенно пообещал:
     - Я его обязательно найду. Я хочу поговорить с  Джосом.  А  вам  сейчас
необходимо пойти немного отдохнуть,  мистер  Вайдеман.  Вы  больны.  Гилрой,
проследите, пожалуйста, чтобы он лег в постель, - а сам не отрывал от  Джоса
взгляда.
     - Нет, я не могу спать, я должен найти  Корнелиуса,  -  слабым  голосом
возразил Вайдеман. Он пытался сопротивляться, но Гилрой увел его.
     Ролло остался наедине с Джосом.
     - Итак, это вы - Джос? - он подошел поближе. - Кому это вы звонили?
     - Своей подружке, - Джос старался оставаться спокойным. - Ведь  я  имею
право звонить своей подружке, не так ли?
     - Естественно,  -  Ролло  улыбнулся  и  подвинул  стул  к  столу,  сел,
оглянувшись вокруг. - Тогда расскажите мне немного о ней. Кто она?
     - Это только мое дело, - Джос весь напрягся и сразу же вызвал  у  Ролло
подозрение. - Вы кто такой?
     - На вашем месте я был бы более  осторожным  в  разговоре  со  мной,  -
Ролло по-прежнему улыбался, но в его взгляде без труда можно  было  прочесть
клокотавшую в нем злобу. - Почему  вы  спрашиваете,  кто  я?  И  почему  ваш
хозяин спрашивал у вас, где вы были? Разве вы выходили из дома, Джос?
     Джос отрицательно покачал головой.
     - Вы в этом уверены?
     - Да, - твердо ответил Джос, сжимая кулаки.  -  Вы  бы  лучше  убрались
отсюда, вы и этот негр. В вас здесь совершенно не нуждаются.
     Вернулся Гилрой.
     - Он отдыхает, - сообщил он Ролло. - А вы нашли что-нибудь?
     - Еще нет, но обязательно найду, будь уверен,  -  Ролло  внимательно  с
тем же выражением злобы на лице посмотрел на Джоса. - Я думаю, что  это  он,
но не совсем уверен, - Ролло указал на Джоса. -  Это  вы  увели  Корнелиуса,
да?
     - Для  чего  же  мне  надо  было  это  делать?  Он  же  мертв,  -  Джос
рассмеялся. - Кому нужен труп?
     - Не корчите из себя идиота! - Ролло снова начал улыбаться.  -  Я  могу
это проделать гораздо лучше, чем вы. Садитесь и поговорим.
     Джос не пошевелился.
     - Садитесь же, Джос, - повторил Ролло, указывая на стул.
     Джос  некоторое  время  колебался,   потом,   напряженно   вытянувшись,
направился по другую сторону стола.
     - Вот так-то лучше, - сказал Ролло. - Мы теперь сможем  поговорить.  Вы
молоды, ведь не думаете же вы в одиночку провернуть все это  дело?  Вайдеман
очень много заплатит тому, кто найдет труп его  брата.  Так  что  совершенно
бесполезно терять время. Вы знаете, где  находится  труп.  Я  могу  вытянуть
деньги из Вайдемана. А что, если мы вместе с вами провернем это  дельце?  Вы
сможете получить треть того, что я получу от Вайдемана. Идет?
     - Если бы я знал, где находится его брат, я  бы  еще  мог  обсуждать  с
вами этот вопрос, но я этого не знаю.
     - А может быть, вы звонили совсем не вашей подружке только  что?  Может
быть, это была персона, к которой вы отправили Корнелиуса?
     Джос не ответил. Наступило долгое молчание. Потом Ролло сказал:
     - Да, конечно, я мог бы употребить разные методы, чтобы  заставить  вас
заговорить, но я не хочу устраивать драм. Было бы много лучше,  если  бы  вы
просто договорились со мной.
     - Если бы я знал, где он находится, я бы сказал вам.
     Джос почувствовал, что слабеет. Дверь отворилась,  и  в  комнату  вошел
Батч. Сигарета, как всегда, свисала у него с губы, и он смотрел на  Джоса  с
легкой усмешкой.
     - Вы  устроили  свое  появление  артистически,  -  Ролло   одобрительно
кивнул. - Вот это - Джос.
     Джос почувствовал дрожь во всем теле. Как он  мог  надеяться,  что  ему
удастся выкрутиться, имея дело с такими  людьми?  Теперь,  когда  человек  в
черной рубашке был здесь, его храбрость, как и его надежды, испарились.
     - Ну, Джос, решайтесь же.
     Он  знал,  что,  пытаемый  Батчем,  не  сможет  удержать  секрета.   Он
прекрасно знал пределы своего мужества. Он не мог  бы  долго  сопротивляться
боли. Он не может бороться с Батчем один на один. Он обязательно  заговорит.
И они, после того,  как  узнают  все,  просто  убьют  его.  В  этом  он  был
совершенно уверен. После этого они прямиком направятся  к  Сьюзен  и  найдут
там труп. Может быть, они убьют также и Сьюзен, и того толстяка.  Потом  они
уже до конца обчистят Кестера. Все это только потому, что у него  не  хватит
мужества вынести пытки... Оставалась только одна вещь,  которую  можно  было
попробовать осуществить. И вдруг  он  сразу  же  увидел  надежду.  При  всех
обстоятельствах они все равно убьют его. В этом  он  был  абсолютно  уверен.
Батч просто ужасал его... Батч и все его пытки, которые он  может  придумать
и применить... Умереть  он  не  боялся.  Это  было  просто  несколько  минут
необычного состояния, и потом все было бы кончено. Батч  же  мог  продолжать
пытку в течение нескольких часов. Ему оставался лишь один выход.  Он  провел
языком по пересохшим губам.
     - Хорошо, я скажу вам это.
     Ролло кивнул головой.
     - Мне кажется, что он очень вас боится, Батч, - проговорил он.
     - Может быть, будет лучше сразу приняться за него, - ответил Батч.
     - Нет, мы сперва послушаем, что он нам скажет. Ну, Джос?
     - Он здесь, в этом доме. - сказал Джос, ни на кого не глядя. -  Я  знал
о ваших намерениях, но теперь мне ничего не остается делать, как  рассказать
вам все.
     - В этом доме? -  Ролло  нагнулся  вперед.  -  Значит,  вы  все  же  не
выходили из дома?
     - А для чего? Как я мог бы унести  отсюда  труп?  Нет,  я  спрятал  его
наверху.
     - Он лжет, - заявил Батч.
     - Это вам не поможет, - предупредил Ролло. - Это вам может дать  только
несколько лишних минут жизни, только и всего.
     - Я вам покажу, - Джос встал. Его сердце отчаянно колотилось.  В  горле
пересохло. - Он наверху.
     - Где? - коротко спросил Ролло.
     - На антресолях, где лежат чемоданы, на самом верху дома.
     - Пойди и посмотри, - приказал Ролло Батчу. - Мы подождем здесь.
     - Вам самим никогда  не  найти  его,  -  проговорил  Джос  с  довольной
улыбкой. - Но идите, если вам так хочется.
     Трое мужчин переглянулись. Ролло наклонился к нему.
     - Вы дорого заплатите, если надуете нас!
     - Он там наверху, - Джос посмотрел ему в глаза. -  Вы  можете  пойти  и
посмотреть. Только я должен сам показать вам место, куда я его спрятал.
     - Мы подождем здесь, -  сказал  Ролло.  -  Иди  с  ним,  Батч,  и  будь
осторожен. Я все же думаю, что он хочет сыграть с нами какую-то шутку.
     Батч головой указал Джосу на дверь.
     - Пошли, - сказал он, - и если вы захотите меня надуть,  я  оторву  вам
уши.
     Джос, не говоря ни слова, прошел впереди него. Они  начали  поднимешься
по лестнице.
     - Ведь я же вас предупреждал, чтобы вы не вмешивались в это дело,  пока
у вас еще было время подумать, - напомнил Батч, когда они достигли  площадки
второго этажа. - Теперь полюбуйтесь  сами,  в  какое  опасное  положение  вы
попали.
     Джос ничего не ответил, потому что он знал, о чем сейчас  думает  Батч.
Он, вне всякого сомнения, конечно, убьет его.  Он  чувствовал,  как  у  него
внутри все леденеет. Мысли его устремились к Сьюзен. Сделает ли она то,  что
он просил ее? Или, может быть, бросит все  и  спрячется?  Если  она  сделает
это,  то  кто-нибудь  найдет  труп  в  тюке.  Это  не  может  иметь   других
последствий, кроме того, что они заточат  Кестера  Вайдемана  в  сумасшедший
дом. Он сделал все, что мог. Как странно, но он предвидел  это.  Можно  было
подумать, что у него появилось второе зрение. Сейчас он  прекрасно  понимал,
что жить ему осталось совсем немного. Он подумал о Фресби.  Если  Фресби  не
отдаст ящик Сьюзен,  все  будет  кончено.  Но  Фресби  все  же  побоится  и,
конечно, сделает то, что ему приказано. А от этого зависит многое.
     - Ну, - рявкнул Батч, когда он ускорил шаги. -  Совершенно  ни  к  чему
бежать от меня. Ты должен идти на расстоянии вытянутой руки  от  меня,  -  и
издевательски засмеялся.
     Ноги Джоса вдруг ослабли,  а  сердце,  казалось,  вот-вот  вырвется  из
груди. Если он сейчас допустит хотя бы одну маленькую  ошибку,  ему  уже  не
спастись. И если он потеряет еще хоть  одну  секунду,  упустит  единственную
возможность, то все будет кончено. Они  были  как  раз  на  половине  пустой
лестницы. Он глубоко вздохнул, быстро повернулся и с силой  ударил  Батча  в
грудь обеими руками. Батч громко вскрикнул, попытался сохранить  равновесие,
но не удержался и сорвался вниз. Когда он поднялся, Джос снова  ударил  его.
Батч окончательно потерял  равновесие  и  покатился  по  лестнице.  Джос  не
смотрел назад, а изо всех сил рванулся вверх и оказался на площадке  раньше,
чем тщетно пытавшийся зацепиться за перила Батч скатился вниз.  Он  ударился
о площадку нижнего  этажа  и  на  некоторое  время  потерял  сознание.  Джос
промчался по  коридору  до  маленького  окошка,  выходившего  на  крышу.  Он
слышал, что кто-то, вероятно, Ролло,  орал  на  лестнице.  Дрожащими  руками
Джос  пытался  поднять  раму,  но  окно  не  открывалось.  Он  попытался  ее
отодвинуть, но тоже безуспешно, и в этот момент его снова охватила  страшная
паника. Окно не открывалось. Снизу до него  доносились  ругательства  Батча.
Он будет  здесь  через  несколько  секунд,  и  всякая  возможность  спастись
исчезнет. Джос продолжал изо  всех  сил  трясти  раму,  но  краски  и  время
накрепко скрепили  ее.  Он  уже  слышал,  как  Батч  тяжело  поднимается  по
ступенькам. Снова в  отчаянии  повернувшись  к  окну,  Джос  сильнее  ударил
плечом  по  стеклу,  выбил  ногой  остатки  стекла  в  раме,  протиснулся  в
образовавшееся отверстие  и  вылез  на  крышу  в  тот  момент,  когда  Батч,
шатаясь, показался в конце лестницы.
     - Стой! - закричал ему Батч, останавливаясь.
     Джос, не обращая внимания на окрик, начал карабкаться  по  черепице  и,
наконец, достиг конька крыши. Он сел на него верхом, спиной к саду  и  лицом
к окну, из которого вылез. Ночь была душной. На небе светила огромная  луна.
Далеко под ним виднелся сад, а вдали - лес. Батч просунул голову  в  окно  и
окинул взглядом крышу. На его лице отражалась холодная ярость,  смешанная  с
опасением. Он  видел  Джоса,  сидевшего  верхом  на  коньке,  на  расстоянии
каких-то двадцати метров от него, и зло посоветовал:
     - Ты бы лучше вернулся сюда, а не то я вылезу и все равно схвачу тебя!
     Джос оскалил зубы и плюнул в его  сторону.  У  него  немного  кружилась
голова, но он знал, что Батч теперь ничего не сможет с ним сделать.
     Ролло, задыхаясь от подъема по  крутой  лестнице,  оттолкнул  Батча  от
окна. Заметив Джоса, он разразился ругательствами.
     - Я ведь предупреждал тебя, Батч, чтобы ты внимательно следил  за  ним!
Вот как ты выполнил приказ!
     - Я полезу к нему, от меня он не сможет ускользнуть.
     - Не будь идиотом! Ты свалишься с крыши, здесь очень высоко!
     - Я не упаду, - уверял Батч, но не сделал  ни  одного  движения,  чтобы
пролезть в окно.
     Ролло снова посмотрел на Джоса.
     - Послушай, мой мальчик, имей хоть каплю здравого смысла.  Это  же  все
равно ни к чему  не  приведет.  Ты  бы  лучше  вернулся,  пока  с  тобой  не
случилось несчастья.
     Джос уцепился за теплые черепицы и шагнул вперед.
     - Через секунду я прыгну с крыши вниз.  Я  все  рассчитал.  Если  я  не
прыгну, я заговорю. Я в этом совершенно уверен.
     Ролло ошеломленно смотрел на него. Бледное  и  худое  лицо  Джоса  было
искажено. Ролло понял, что парень действительно выполнит задуманное,  и  ему
стало жутко.
     - Не будьте идиотом! -  он  старался  говорить  убедительно.  -  Мы  не
причиним вам вреда. Если вы только скажете,  где  труп,  мы  оставим  вас  в
покое.
     - Нет, - Джос отрицательно покачал головой. Он с трудом удерживал  стук
зубов. Ночь совсем  не  была  холодной,  крыша  еще  хранила  тепло  летнего
солнца, но, несмотря на это, он покрылся холодным потом.
     Ролло прошептал Батчу:
     - Найди поскорее веревку, мы попытаемся поймать его петлей.
     Батч что-то проворчал сквозь зубы и пошел по коридору.  Ролло  вернулся
к окну.
     - Ну, будьте же благоразумны, - он старался говорить как  можно  мягче,
как с маленьким ребенком. - Вы же так молоды и вам  рано  умирать.  Сообщите
мне, где находится труп, и вы получите десять тысяч фунтов. Итак,  подумайте
об этом, мой мальчик.
     - Как вы не можете понять, - возразил Джос. - Эти люди все сделали  для
меня. Я знаю, что вы хотите, и не позволю вам сделать это. Теперь вы уже  ни
за что не найдете тело Корнелиуса, а  без  него  у  вас  ничего  не  выйдет.
Потому я и прыгну. Своей смертью я задушу ваши  махинации,  и  тогда  Кестер
ускользнет от вас. - Он взглянул вниз и увидел под собой сад.
     Ролло заметил, как он зашатался, и подумал, что он сейчас упадет.
     - Осторожнее! - закричал он в ужасе, зная, что если Джос упадет,  шансы
отыскать труп будут ничтожно малы.
     В этот момент вернулся Батч, в руках у него была длинная веревка.
     Ролло пробормотал:
     - Спрячься! Пусть он тебя не видит. Как ты думаешь проделать это?
     - Я попробую влезть на крышу с другой стороны,  а  вы  пока  отвлекайте
разговорами эту грязную скотину.
     Ролло вытер пот, обильно катившийся по его лицу.
     - Мне кажется, он уже собирался прыгнуть.  Он  тоже  сумасшедший.  Тебе
нельзя сделать ни одного неверного движения.
     Лицо Батча исказилось от ярости.
     - Я не сделаю этого, можете быть уверены.
     - Смотри, будь осторожнее. Он может попытаться увлечь тебя за собой.
     - Ладно. Продолжайте разговаривать с ним.
     Батч исчез в коридоре, а Ролло снова высунулся из окна.
     - Я только что разговаривал с Батчем. Ты можешь меня послушать?
     - Что такое? - спросил Джос и подозрительно посмотрел на него.
     - Мы решили оставить тебя в покое. Мы найдем  Корнелиуса  и  без  твоей
помощи. Мы уходим.
     - Я не верю ни одному вашему слову, - ответил  Джос.  -  Вы  спрячетесь
где-нибудь и будете ждать, пока я не спущусь отсюда.
     - Не будьте идиотом. Вы это увидите сами. Вы же видите сад, не так  ли?
Мы все вместе пройдем по аллее.
     - Вы все равно вернетесь, - Джос не собирался верить ему. - И  если  не
сегодня, то завтра вы все равно подкараулите меня. Нет, я все равно  прыгну.
Другой возможности у меня больше не будет.
     Ролло снова вытер лоб. Где же этот Батч? Почему он  так  медлит?  И  он
продолжал увещевать Джоса:
     - Я не люблю видеть смерть. Я не хочу быть замешанным  в  преступлении.
Если я дам вам бумагу  со  своей  подписью,  что  оставляю  в  покое  вас  и
Вайдемана, вы не прыгнете?
     Джос лихорадочно обдумывал обещание. Смертельный страх перед  Батчем  и
необычный подъем, который был у него, когда  он  собирался  прыгнуть,  после
слов Ролло несколько ослабли. Он ухватился за блеснувшую надежду. "Если  они
действительно дадут бумагу, ему можно будет не бояться", - подумал Джос.  Он
принадлежал к тому типу людей, которые слепо верили  тому,  что  написано  и
подписано.
     - А вы в самом деле сделаете это? - Он поудобнее уселся на коньке.
     - Ну, разумеется, - Ролло улыбнулся. -  Итак,  я  пишу.  Он  порылся  в
кармане и достал бумажник и авторучку.
     - Как мне начать? К кому надо  адресоваться?  Я  должен...  Вы  хотите,
чтобы я написал подробнее?
     Джос сделал утвердительный жест. Итак, он не умрет. Он так  внимательно
слушал  Ролло,  что  не  услышал  Батча,  осторожно  продвигавшегося   вдоль
водосточного желоба.
     - Вот все это написано, - лгал  Ролло,  улавливая  легкий  скрип  шагов
Батча над своей головой. - Вот послушайте:  "Я  утверждаю,  что  пытался..."
Так будет хорошо, правда? Вы должны понять, что я выполняю то,  что  обещал.
Итак, слушайте дальше: "...что я пытался обокрасть Кестера Вайдемана..."  Ну
вот, я и написал это!
     Джос вдруг краем глаза увидел, что кто-то шевелится на крыше. Он  резко
повернулся  и  услышал  слабый  свист  веревки.  "Итак,  они  все-таки  меня
надули!" - с ужасом подумал он. Нельзя было терять ни секунды. Ему очень  не
хотелось умирать, он хотел жить, но времени раздумывать не было.  Он  уперся
руками о крышу и оттолкнулся назад, и в этот момент петля захлестнула его.
     - Болван! - заорал Ролло, увидев, что петля обвилась вокруг шеи парня.
     Но было слишком поздно. С легким криком Джос  исчез  где-то  за  домом.
Веревка с сухим звуком зацепилась за черепицу. Затем на четвереньках  выполз
Батч. Он добрался до края крыши,  свесился  головой  вниз  и,  ошеломленный,
увидел бледное лицо Джоса, безжизненное тело  которого  болталось  на  конце
веревки.
     Сендрик Смит снял пиджак и жилет, собираясь ложиться в  постель.  Дикий
крик Сьюзен вызвал у него дрожь. Одно мгновение  он  оставался  неподвижным,
потом накинул на себя халат  и  стремительно  выбежал  в  коридор.  Дом  был
погружен в темноту. После этого  страшного  крика  снова  наступила  тишина.
Сендрику мучительно захотелось, чтобы кто-нибудь  из  жильцов  присоединился
сейчас к нему. Они бы выяснили, что же случилось в  комнате  Сьюзен.  Никто,
похоже, не слышал этого ужасного крика.
     - Мисс Хэддер, что с вами? - Сендрик все еще стоял внизу.
     Наконец, решившись, он стал медленно подниматься по  лестнице  и  вдруг
услышал,  как  дверь  ее  комнаты  открылась  и  закрылась,  потом  в  замке
повернулся ключ. И по коридору застучали торопливые шаги.
     - Боже  мой!  -  испуганно  воскликнул  он  и  прижался   к   стене   с
вытаращенными глазами и сильно бьющимся сердцем.
     Сьюзен одним  прыжком  буквально  слетела  по  лестнице.  В  руках  она
держала пальто и шляпку и не видела Сендрика, пока  с  ним  не  столкнулась.
Что-то выкрикнув, она попыталась обойти его. Сендрик задержал ее.
     - Что случилось? - он смотрел на площадку  второго  этажа  позади  нее,
будто надеялся обнаружить там нечто, столь сильно ее напугавшее. -  Вы  меня
смертельно напугали. В чем дело?
     - Я не могу вам ничего сказать, - Сьюзен  немного  опомнилась  и  взяла
себя в руки. - Мне нужно идти. - Она отстранила его и быстро  спустилась  по
лестнице, прошла через холл и исчезла.
     Где-то по соседству часы пробили два часа  ночи.  Длинная  улица  Филен
была пустынна, луна освещала дома и окна,  казавшиеся  в  ее  бледном  свете
слепыми. Сьюзен испуганно осмотрелась по сторонам и начала  сумасшедший  бег
к Путни. У нее в голове была только одна мысль. Она должна  была  сейчас  же
во что бы то ни стало повидать  Джоса.  Он  должен  немедленно  увезти  этот
ужасный тюк!  Пока  его  не  обнаружила  полиция.  Труп  в  тюке!  Это  было
невероятно! Как мог Джос придумать такое?  Он  должен  немедленно  придти  и
избавить ее от этого ужаса. Она ничего больше не могла сделать  для  Кестера
Вайдемана. Она была просто безумной, когда согласилась  участвовать  в  этой
кошмарной истории. Неожиданно появилось свободное такси,  и  Сьюзен  сделала
отчаянный жест, чтобы оно остановилось.  Шофер  с  любопытством  смотрел  на
нее.
     - Что-то вы уж очень поздно гуляете, мисс, - и утомленно прибавил: -  А
я уже еду домой.
     - Это совсем недалеко, -  Сьюзен,  задыхаясь,  открыла  дверцу.  -  Это
совсем  рядом  с  "Зеленым  человеком".  Я  покажу  вам,  где   надо   будет
остановиться.
     Потребовалось  не  больше  трех  минут,  чтобы  доехать  до   "Зеленого
человека", и Сьюзен наклонилась к водителю.
     - Я хочу пойти к Кестеру Вайдеману. Вы знаете, где он живет?
     - Еще бы я не знал этого! Миллионер! А что вы от него хотите?
     - О, я работаю у него. Я... его горничная, -  Сьюзен  старалась  что-то
придумать.  -  Высадите  меня,  пожалуйста,  перед   воротами.   Если   меня
кто-нибудь ждет, я пройду прямо...
     Через несколько минут машина остановилась.
     - Вот мы и приехали, мисс.
     Сьюзен выбралась  из  машины,  расплатилась  с  шофером  и  побежала  к
большим въездным воротам по аллее, которая вела к дому. Она  не  знала,  где
найдет Джоса, но твердо решила найти  его,  если  даже  для  этого  придется
разбудить весь дом. Он должен был сейчас поехать вместе с ней и увезти  этот
страшный мешок. Она не  поддастся  ни  на  какие  уговоры.  Что  бы  там  ни
произошло, Джос должен немедленно забрать мешок. Ей пришлось  идти  довольно
долго. Она  бы,  наверно,  заблудилась,  если  бы  не  светила  луна.  Аллея
пересекала густой лес, и  ей  понадобилось  время,  чтобы  дойти  до  места,
откуда был виден дом. Возле дома стоял большой "паккард". Только  тогда  она
вспомнила  слова  Джоса:  "Они  приехали!  Он  позвал  их!"  Она  сбежала  с
освещенной части аллеи  и  спряталась  в  окаймлявших  ее  густых  зарослях.
Значит, Ролло и человек в черной рубашке уже здесь? Она шла  прямо  на  них.
Что они здесь делают? Почему Кестер Вайдеман позвал их? Где Джос? Прячась  в
зарослях, она осторожно подошла к  дому,  остановилась  и  посмотрела  через
кусты.  Высокий  худой  мужчина,  откинув  голову  назад,  стоял  посередине
дороги. Он был совершенно неподвижен.  Казалось,  он  наблюдал  за  дорогой.
Вдруг сверху чей-то голос прокричал:
     - Я не могу вытянуть наверх этого проходимца. Я лучше перережу  веревку
и дам ему упасть.
     - Я отойду в сторонку, - проворчал худой.
     Сьюзен подошла поближе. Теперь ей  было  видно  все.  На  коньке  крыши
кто-то сидел.  Приглядевшись,  девушка  узнала  его  по  белому  галстуку  в
сочетании с черной рубашкой. Но еще больше потрясло  Сьюзен  болтавшееся  на
веревке  под  крышей  тело.  Эта  тонкая  фигура  с  густыми,   беспорядочно
торчащими во все стороны волосами  принадлежала  Джосу.  Веревка  неожиданно
оборвалась, и труп упал на землю. Сьюзен закрыла лицо руками. Она  не  могла
кричать. Она не могла и бежать. Ее тело было сковано ужасом.  Она  упала  на
колени и кусала себе  кулаки.  Потом  зарылась  лицом  в  траву  и  потеряла
сознание.
     Сьюзен не знала, сколько времени пролежала так. Но когда она  пришла  в
себя, на аллее уже были трое.  Тот  же,  в  черной  рубашке,  затем  Гилрой,
которого она узнала, и третий, огромный, должно быть, сам Ролло. Они  стояли
и смотрели на Джоса, лежащего на бетонной дорожке. Сьюзен была  парализована
страхом. Все произошло так стремительно и  казалось  таким  нереальным,  что
было похоже на кошмарный сон.  Полная  страха  и  любопытства,  она  все  же
решила выждать и посмотреть, что же будет дальше.
     Ролло  весь  дрожал.  Ужасное  воспоминание  о  предупреждениях  Гилроя
преследовало его. "Будьте  осторожны  и  не  запачкайте  руки  в  крови",  -
говорил Гилрой. А ведь  то,  что  произошло  сейчас,  было  самым  настоящим
убийством. Батч не хотел убивать Джоса, но, тем не менее, все же  убил  его.
Батч тоже дрожал, но по совершенно другой причине. Это было  удовлетворенное
чувство  садиста.  Вот  уже  два  года,  как   он   не   совершал   подобных
преступлений, а сегодня в один день он убил сразу двоих! Ему  совершенно  не
хотелось заниматься ликвидацией трупа. Ему  хотелось  поскорее  вернуться  к
себе. Там он воспроизведет в памяти лица убитых им людей и получит от  этого
необыкновенное удовольствие.
     Убийство доктора Мартина наполнило его небывалой  энергией,  смерть  же
Джоса  немного  огорчила.  Она  была  слишком  быстрой  и   не   потребовала
каких-либо усилий или напряжения. Работа, которую ему пришлось выполнять  по
перевозке трупа врача, закутанного в серое покрывало, сначала  в  машине,  а
потом на руках до укромного местечка на набережной  Темзы,  утомила.  И  вот
теперь Ролло собирается зарывать еще одно тело.
     - Том отлично все сделает  и  один,  -  сказал  он,  выпрямляясь  и  не
отрывая взгляда от лица мертвого Джоса. - Том и Гилрой.
     - Это необходимо сделать сейчас же, -  приказал  Ролло,  губы  которого
слегка дрожали. -  Этот  парень  был  определенно  помешанный.  Ну,  друзья,
побыстрее. Нам срочно нужно запрятать тело.
     Длинный Том отступил.
     - Я... Я не участвовал в этой игре, - пробормотал он.
     Батч сделал шаг вперед  и  ударил  его  по  лицу.  Удар  был  не  очень
сильный, но, тем не менее, Том зашатался. Ролло сказал:
     - Ты, закройся!
     А Батч добавил со своей обычной гнусной миной:
     - Бери лопату, да побыстрее рой землю, или я разорву тебе пасть!
     Том направился к сараю, расположенному неподалеку. Гилрой тихо шепнул:
     - За нами кто-то наблюдает. Я чувствую чужие глаза.
     - Заткнись, ты, ниггер! - злобно прорычал Ролло.
     Гилрой продолжал смотреть на Ролло, и его глаза беспокойно вращались  в
орбитах. Ролло почувствовал, что у него на голове зашевелились волосы.
     - Что ты хочешь этим сказать? - спросил он.
     - За нами наблюдают, - повторил Гилрой. - Я в этом уверен.
     Ролло бросил взгляд на Батча.
     - Он просто ненормальный,  -  проговорил  Батч,  без  особого  интереса
поглядев на темные заросли.
     - А кто это может быть? - спросил Ролло.
     Сьюзен почувствовала настороженность этих людей, ставших смотреть в  ее
сторону. Кровь бросилась ей  в  голову,  и  на  мгновение  она  забыла,  что
кустарник очень густой, и они не могут ее увидеть.
     Тем временем возвратился Том с лопатой. Все  тотчас  же  повернулись  к
нему, и вскоре Том и Гилрой подняли тело Джоса и понесли его в сарай.  Ролло
продолжал разговаривать с Батчем, но все же поглядывал на кусты,  потом  они
медленно направились к ним.
     Онемев  от  ужаса,  Сьюзен  замерла.  Потом,  поняв,  что   ей   грозит
опасность, что попади она им  в  руки,  ей  не  спастись,  вскочила  и,  как
стрела, понеслась в лес. Кто-то закричал, и это только подстегнуло  ее.  Она
слышала за собой шум погони и треск ломаемых веток. Это, видимо, был  Ролло.
Его она не боялась. Но был еще  Батч,  худощавый,  быстрый  и  сильный.  Лес
становился  все  гуще  и  гуще,  но  она  продолжала   бежать.   Ее   пальто
превратилось в клочья, ветки деревьев стегали по лицу.
     Как только Сьюзен побежала, Батч сразу  же  устремился  за  ней.  Итак,
негр был прав. Кто бы там ни  был,  они  должны  настичь  его.  Батч  ощущал
страстное желание сжать руками  горло  своей  новой  жертвы.  Ролло  отстал,
продираясь сквозь чащу, как слон,  с  треском  и  шумом.  Это  мешало  Батчу
определить,  куда  бежать.  Он   крикнул,   чтобы   тот   вернулся.   Ролло,
задыхавшийся,  совершенно  измученный,  с  радостью  послушался.  Батч  тоже
остановился и тогда понял, что убегавший углубился в лес с  правой  стороны.
Он молча рванул туда. Но человек, за  которым  он  гнался,  был  быстр.  Это
обозлило Батча. Он тоже  прибавил  скорости,  и  Сьюзен  услышала  его.  Она
прекрасно знала, кто преследует ее, и собралась было позвать на  помощь,  но
вовремя вспомнила, что этого делать нельзя, что помощи ждать неоткуда.
     Батч приближался, и она поняла, что он сделал круг, чтобы  пересечь  ей
дорогу. Тогда девушка остановилась в  густой  чаще.  Задыхаясь  и  дрожа  от
страха, она прислушивалась к  маневрам  искавшего  ее  Батча.  Тот,  побегав
вокруг, тоже остановился. Он стоял на маленькой  лужайке,  пытаясь  взглядом
проникнуть  сквозь  тьму.  Сьюзен,  которая  находилась  от  Батча  всего  в
каком-то десятке метров, тихо опустилась на траву, не отрывая от него  глаз.
Она стала горячо молиться и, охваченная ужасом, повторяла:
     - О, Боже! Сделай так, чтобы он меня не нашел, пожалуйста...
     Батч понимал, что его жертва должна быть близко.  Эта  мысль  приводила
его в исступление.
     - Вы бы лучше  вышли  оттуда!  -  неожиданно  крикнул  он.  -  Вы  меня
слышите? Я ведь вас вижу, так что выходите сами.
     Сьюзен чуть не задохнулась от  радости.  Крича,  он  повернулся  к  ней
спиной. Это означало, что, на самом деле, он ее не  видел  и  не  знал,  где
она. Постояв, Батч  медленно  пошел  в  противоположную  сторону.  Сьюзен  с
радостью подумала, что,  может  быть,  и  выкрутится.  Выждав,  пока  совсем
затихли шаги, она вышла из кустов и лицом к лицу столкнулась с Ролло.  Ролло
первым пришел в себя и схватил ее за руку. Его хватка была такой  силы,  что
Сьюзен упала на колени. Она стала бить его по руке, но он, казалось,  совсем
не замечал этого.
     - А, вот это  кто!  -  Ролло  внимательно  вглядывался  в  ее  лицо.  -
Подружка Джоса, да? Это вы, не так ли?
     Сьюзен онемела от ужаса. У нее больше не было сил.
     - Батч! - заорал Ролло. - Батч, иди скорее сюда, я поймал ее!
     Батч сейчас же устремился на этот зов, ломая по  пути  ветки  деревьев.
Батч, который так жаждал ее убить! Она яростно впилась зубами в руку  Ролло.
Вкус  крови  вызвал  у  нее  тошноту.  Ролло   пронзительно   вскрикнул   и,
выругавшись, выпустил ее. Она мгновенно вскочила на  ноги  и  помчалась,  не
разбирая дороги. Вслед ей неслись проклятия, но она все бежала и бежала,  не
оглядываясь. Она слышала, как шумно приближался  Батч,  и  это  подстегивало
ее. Выскочив из леса, Сьюзен устремилась к "Зеленому человеку".  Кто-то  шел
ей навстречу, а топот позади внезапно замер.  Какой-то  человек  смотрел  на
нее.  Она  перешла  с  бега  на  шаг  и  увидела,  что  к  ней  приближается
полицейский. Он подозрительно посмотрел  на  нее,  но  прошел  мимо.  А  она
промчалась мимо "Зеленого человека", не заходя туда.




     Джек Фресби, теребя кончики  усов,  подозрительно  смотрел  на  Сыозен.
"Безусловно, что-то произошло, - думал он. - Похоже, что  она  провела  ночь
не дома, и, вне  всякого  сомнения,  она  на  грани  истерики".  Он  заметил
грязное пятнышко на подбородке и спущенную петлю на чулке.  "Меня  нисколько
не удивит, если я узнаю, что она провела ночь  на  соломе,  -  продолжал  он
размышлять. Он еще раз пристально посмотрел на Сьюзен. -  А  может  быть,  и
нет. Это совсем не в ее стиле". Ему очень хотелось  бы  узнать  о  ней  все.
Сейчас она совсем не походила на ту элегантную женщину, которая  в  тот  раз
приходила к нему.  Он  почесал  голову  и  потихоньку  свистнул.  По  правде
говоря, он не знал, что ему сейчас делать. Джос сказал: "Каждое утро я  буду
звонить тебе по телефону в десять тридцать. Если я не позвоню,  идите  сразу
же на Филен-роуд 155А и отдайте этот ящичек мисс Хэддер".
     Было уже десять тридцать пять, и эта молодая  женщина,  растрепанная  и
испуганная, требовала у него ящик. Случилось  что-то  с  Джосом?  Фресби  не
знал о содержимом ящика, но был уверен, что Джос  не  раскрывает  карты.  "Я
ведь в состоянии причинить вам много неприятностей, - говорил Джос,  -  если
вы не отдадите ящик". И, конечно, Фресби не сомневался,  что  он  не  станет
колебаться, этот  маленький  подонок!  И  все  же  Фресби  решил  попытаться
перехитрить его.
     - Какой ящик? - спросил он, глядя в потолок. - Кто угодно может  придти
сюда и потребовать ящик. Вы что себе воображаете? Что я их фабрикую? Нет,  я
этим не занимаюсь, у меня  есть  другие  дела,  -  выговаривая  девушке,  он
надеялся, что она не будет такой настойчивой.
     Сыозен, очень бледная, но безжалостная в своем требовании,  наклонилась
вперед.
     - Вы отлично знаете, о чем я говорю. Джос все рассказал мне о  вас.  Он
сказал, что вы станете со мной хитрить, и я тогда должна пойти в полицию.  Я
это сделаю немедленно, если сейчас же не получу ящик!
     "Еще одна на мою  голову!"  -  Фресби  отвернулся,  чтобы  скрыть  свои
колебания, и тихо спросил: - Что он вам сказал?
     - Вы об  этом  хорошо  знаете,  -  Сьюзен  откинулась  назад.  -  Я  не
собираюсь повторять вам всю эту историю. Она слишком противна.
     Она, конечно, блефовала, но догадывалась, что какой-то поступок  Фресби
был достаточно мерзким, иначе Джос не стал бы ей об этом говорить. Вместе  с
тем,  она  прекрасно  понимала  всю  сложность  своего  положения   и   тоже
отвернулась, чтобы Фресби не смог ничего прочитать в ее глазах.
     - Что случилось с Джосом? - спросил он, помолчав.
     - Раз вы не хотите отдать мне этот ящик, я уйду, - ответила  она.  -  Я
сюда пришла совсем не для того, чтобы говорить о Джосе.
     Фресби вдруг  охватил  гнев.  Что  это  она  себе  позволяет?  С  каким
удовольствием он разделался бы с нею. Если бы  он  только  был  уверен,  что
Джоса нет в живых! Его большие мускулистые руки задрожали. Они были  одни  в
этом здании. Букмекеры с  нижнего  этажа  не  придут  раньше  завтрака.  Она
целиком в его власти! Но он постарался подавить в себе эти  мысли.  Ситуация
была слишком похожа  на  ту,  из-за  которой  он  уже  имел  неприятности  в
прошлом. Та тоже пришла к нему одна...
     Джос тогда был в доме и видел, как он тащит труп в подвал. Это и  стало
началом всех его, Фресби, неприятностей! Подонок! С тех пор он  шантажировал
его, а теперь еще и эта девчонка собирается делать  то  же  самое!  Да,  ему
очень хотелось бы преподать ей урок. Он продолжал смотреть на  нее.  Девушка
красивая... Да, к  тому  же,  довольно  слаба.  Она  определенно  не  сможет
защититься... Но Фресби вовремя остановился.
     А может быть, Джос находится где-то рядом? Может  быть,  он  следит  за
ним? Усилие, которое он сделал, чтобы подавить в  себе  желание  наброситься
на  девушку,  отразилось  на  его  лице.  Сьюзен,  которой  стало   страшно,
направилась к двери.
     - Ну, хорошо, хорошо, - пробормотал Фресби, глядя на нее.  -  Я  ничего
плохого вам не сделаю. Я отдам вам ящик. Я только хочу быть  уверенным,  что
не делаю ошибки.
     Он направился к большому сейфу, стоявшему  в  углу  комнаты,  и  открыл
тяжелую толстую дверь.
     - Это нечто вроде ломбарда.  Я  решил,  что  здесь  не  очень  надежное
место. Отправляйтесь к Герингу и Тресту на Грин-стрит. Они отдадут вам  ящик
после уплаты десяти шиллингов. Я не считаю нужным оплачивать этот расход.
     Сьюзен вырвала из его рук квитанцию. Фресби пробормотал:
     - Ладно. Я не могу помешать вам с этим, но только не кидайтесь ко  мне,
если с вами что-нибудь произойдет. Я не люблю девушек вашего сорта.
     Меньше чем через час Сьюзен сидела  в  подвальном  этаже  кафе  "Лион".
Стальной ящик, чашка кофе, небольшой хлебец и  масло  стояли  перед  ней  на
мраморном столике. Никто на нее не обращал внимания. Она достала из  сумочки
ключ, присланный Джосом, и отперла ящик. Толстая  пачка  банковских  билетов
повергла ее в изумление. Она поспешно  переложила  деньги  в  свою  сумочку.
"Там, наверное, не одна сотня фунтов", - подумала она. На дне  ящичка  лежал
конверт с ее адресом. Почерк был тонкий, как настоящая паутина. Джос писал:

     "Я буду  мертв,  когда  вы  прочтете  это.  Человек  в  черной  рубашке
приходил сегодня днем. Он сказал, чтобы я не совался в  это  дело,  иначе  я
пожалею об этом. Он убийца. Я прекрасно понимаю, что он  собирается  делать,
и поэтому принимаю меры  предосторожности.  Я  знаю,  что,  как  только  они
отделаются от меня, они тут же примутся за Кестера. Они  хотят  забрать  все
его деньги, и если их никто не  остановит,  обязательно  завладеют  ими.  Вы
должны им помешать! Вам совсем не обязательно обращаться в полицию, так  как
тогда Кестера непременно отправят в больницу. Вы должны  сделать  все  сами,
ведь он же совсем не опасен для окружающих. Деньги в  этом  ящике  для  вас.
Это совсем немного, но все же, может быть, достаточно.  Я  догадываюсь,  что
вы спросите, почему я сам не помог мистеру Кестеру? Дело в том,  что  он  не
совсем здоров и не может постоять за себя. Это очень  трагично,  потому  что
он хороший человек. Я не могу просить вас сделать больше того,  что  вы  уже
сделали, но мне больше не к кому обратиться за помощью. Вы  не  глупы,  и  я
уверен, что, если вам удастся пройти незамеченной, вы сумеете опрокинуть  их
горшок с цветами, и Фресби вам поможет в этом. Я не скажу вам, в чем  там  у
него было дело, так как тогда вы станете свидетелем. Он  постарается  пугать
вас, как это делал со мной. Но мне было наплевать на  это,  и  вы,  конечно,
поступите так же, не правда ли? Будьте осторожны,  он  не  должен  заметить,
что вы  блефуете.  Он  опасен.  Скажите  ему  просто,  что  вы  знаете,  где
находится Вера, и этого будет вполне достаточно.  Если  же  вам  не  удастся
помешать им, это будет плохо для мистера Кестера. Кроме  вас,  никто  ничего
не  сможет  сделать.  Но  еще  раз  прошу  вас,  что  бы  ни  произошло,  не
обращайтесь в полицию! И еще повторяю:  думайте  о  том,  что,  если  вы  не
поможете мистеру Кестеру, то никто другой ему не поможет.
     Джос Краффорд".

     Сьюзен еще раз перечитала письмо. Джосу легко было написать, чтобы  она
помогла. А как? Если бы точно знала, как и что делать, она  была  бы  готова
рискнуть. Джос мертв. Он немного напугал ее, но вместе с тем восхищал  своим
отношением к мистеру Кестеру и его брату. Он был предан им до конца,  а  она
всегда уважала  преданных  людей.  Триста  фунтов  стерлингов!  Это  большие
деньга! И если она не попытается оказать услугу Кестеру  Вайдеману,  она  не
будет иметь никакого права на эти деньги. А она не чувствует себя  способной
продолжать эту неравную борьбу.
     Сьюзен подумала о мешке, который находится в ее комнате.  Джос  сказал,
что нельзя обращаться за помощью в полицию, и  что  "они"  не  должны  найти
труп. Ролло заверил Кестера, что они оживят труп  брата,  но  им  теперь  не
удастся обмануть его, если трупа не будет. Оживить Корнелиуса! Она  невольно
передернула плечиками. Ведь  только  потому,  что  Кестер  невменяемый,  они
смогли заставить его поверить в это. Труп спрятан в ее  комнате.  Совершенно
ясно, что его нельзя там оставлять. Если  Сендрик  из  простого  любопытства
вскроет тюк, то сразу же донесет в полицию. Она  должна  во  что  бы  то  ни
стало отделаться от этого тюка. Его надо спрятать, причем надежно.  Но  где?
Подумав, девушка  решила,  в  этом  ей  поможет  именно  Фресби.  Она  снова
отправится  к  нему  и  все  расскажет.  Она  даст  ему  денег,  а  если  не
согласится, напомнит о Вере. Ибо без его помощи ей  ничего  не  сделать.  Но
нужна крайняя осторожность. В Фресби есть что-то жуткое.  "Не  рассчитывайте
на меня, если с  вами  что-нибудь  случится".  Поэтому  нужно  принять  меры
предосторожности.
     Она достала из сумочки листок бумаги  и  авторучку.  Записку  вместе  с
письмом Джоса положила в ящик и заперла.
     Было уже около трех часов дня, когда она снова поднялась  по  лестнице,
ведущей в контору Фресби. На этот раз она уже не боялась.
     Фресби пил чай и бросил на нее быстрый взгляд.
     - Итак, вы снова здесь, - он нахмурил брови.
     - Да, существуют некоторые вещи, и я хочу,  чтобы  вы  сделали  их  для
меня.
     Он с невозмутимым видом налил себе еще  чаю,  положил  сахар,  прибавил
молока и сел на свое обычное место.
     - Что я еще могу для вас сделать? - просто спросил он.  -  Вы,  видимо,
пришли не по адресу, милая дама. У меня свои дела, и я не  желаю  заниматься
вашими.
     - Джос умер!
     Произнеся это, Сьюзен внимательно смотрела на  него  и  увидела  в  его
глазах неудержимую радость, которую он и не пытался скрыть.
     - О! - Он потеребил себя за кончики усов. - Джос умер? Вы  не  ожидали,
надеюсь, что я стану рыдать от этого известия?
     Сьюзен отрицательно покачала головой.
     - Я заняла его место, -  она  старалась  держаться  твердо.  -  Он  мне
сказал, где находится Вера.
     Фресби от неожиданности вздрогнул.
     - Он вам сказал это? А что он говорил об этом другим людям?
     - Ничего.
     - А вы?
     Сьюзен отрицательно покачала головой. Он смотрел на  нее  пронзительным
взглядом.
     - Я не думаю, что вы проживете особенно  долго,  -  сказал  он,  сжимая
кулаки. - Мне уже порядочно надоело жить под постоянной угрозой.
     - Я на этот случай приняла меры предосторожности, - сказала  Сьюзен,  с
трудом удерживаясь от того, чтобы не убежать от этого страшного человека.  -
Я все подробно описала и отдала это письмо своему банкиру.  На  тот  случай,
если он не увидит меня в течение недели. Я нисколько не сомневаюсь,  что  он
выполнит поручение, он всегда был очень  любезен,  когда  я  приносила  свои
деньги в банк.
     Фресби с безнадежным видом почесал свою голову, потом проговорил:
     - Вы просто сумасшедшая, что вмешиваетесь в эту  историю.  Флики  будут
допрашивать вас как свидетеля.
     - Что же вы хотите, чтобы я сделала? Сказать им правду?
     Фресби пожал плечами.
     - Ладно, - махнул он рукой. - Джос, вероятно, сказал бы вам то  же.  Но
о нем говорить уже слишком поздно, - он отпил из чашки.  -  Так  что  же  вы
хотите от меня?
     Сьюзен рассказала ему всю историю  про  Корнелиуса,  Кестера  и  Ролло.
Фресби  сразу  же  забыл  свой  чай,  уставившись  на  нее  и  слушая  очень
внимательно. Когда она закончила, он глубоко вздохнул и воскликнул:
     - Ничего себе, вот так история!
     - Она правдива с самого начала и до конца, - сказала Сьюзен.
     - Возможно, возможно... - Фресби  пожевал  немного  усы  и  спросил:  -
Кестер Вайдеман - миллионер? - затем что-то  проворчал  еще,  скрестив  свои
костлявые ноги. - Да, в этом деле очень много денег,  -  произнес  он.  Щеки
его порозовели. - Ролло хочет из  этого  дела  извлечь  большую  выгоду  для
себя. Ну, а я? Что мне будет причитаться?
     Сьюзен призвала на помощь все свое мужество.
     - Вы должны спрятать труп, - она несколько  вздрогнула,  произнося  это
слово. - Я не могу хранить  его  в  своей  комнате.  Мистер  Смит,  это  мой
хозяин, может заподозрить неладное. Если он  его  обнаружит,  то  немедленно
вызовет полицию.
     Фресби снова пристально посмотрел на нее.
     - Спрятать труп? А где я могу его спрятать? Нет, я не хочу  вмешиваться
в это дело.
     Сьюзен открыла свою сумочку, достала  тонкую  пачку  денег  и  положила
перед Фресби.
     - Я не собираюсь просить вас о работе даром, но вам  обязательно  нужно
сделать это. Я уже на пределе. Я заплачу вам за эту работу.  А  если  вы  не
поможете, я просто пойду и извещу полицию.
     - Это не приведет  ни  к  чему,  -  Фресби  с  интересом  посмотрел  на
банковские билеты. - Я им скажу, что вы прячете в  своей  комнате  труп,  а?
Как вы тогда будете выглядеть? А если вы его не спрячете, они так или  иначе
узнают об этом. Что тогда?
     Сьюзен надеялась все же, что он ей поможет.
     - Мне наплевать на то, что произойдет потом.
     Фресби грыз усы. Она определенно способна сделать то, о  чем  говорила.
Он не мог позволить себе идти на такой риск.
     - Сколько у вас тут?
     - Двадцать пять фунтов.
     - Не будьте идиоткой! Я не хочу рисковать головой ради такой  ничтожной
суммы. Сколько вы можете дать мне еще?
     У Фресби был  неприязненный  вид.  Сьюзен  положила  деньги  обратно  в
сумочку.
     - Ладно, - сказала она.  -  Я  совсем  не  обязана  давать  вам  вообще
что-либо. Если вы реагируете таким образом, я  просто  прикажу  вам  сделать
это, и если вы откажетесь, я обращусь в полицию.
     Фресби встал и подошел к окну. Он подавил в себе  злобу.  Но  если  она
будет продолжать в таком тоне, он убьет ее!
     Долгое  молчание  установилось  в  маленькой  пыльной  комнате.  Сьюзен
сидела прямо, с руками на сумочке, с бьющимся  сердцем  и  сухим  от  страха
горлом. Ей необходима была помощь. Если Фресби откажется, она не знает,  что
будет делать дальше. Она понимала, что если проявит хоть малейшую  слабость,
то исчезнет последняя надежда  спасти  Кестера  Вайдемана.  Наконец,  Фресби
нарушил молчание.
     - Ну, ладно, давайте мне эти деньги.
     - А где вы его спрячете? Я вам дам, обязательно дам деньги,  но  только
после того, как вы его спрячете.
     Фресби вернулся к столу и снова сел.
     - Я еще сам этого хорошо не  знаю,  дайте  мне  немного  подумать.  Без
денег я не стану делать вообще ничего. Мне нужно подумать.
     Она  некоторое  время  колебалась,  потом  отсчитала  билеты  в   своей
сумочке.
     - Вот  возьмите,  но  помните,  что  надо  действовать  быстро.  -  Она
подтолкнула к нему деньги. Он поспешно сунул их в карман.
     - Значит, это тюк? Это, пожалуй, будет не слишком трудно. Я отвезу  его
в Чаринг-Кросс.
     Она покачала головой.
     - Нет, вы не понимаете... Это ведь уже пахнет...
     Фресби в задумчивости почесал голову.
     - Ладно, во всяком случае, я не могу хранить  его  здесь.  Может  быть,
лучше бросить его в реку?
     - Нет,  его  надо  будет   вернуть   мистеру   Вайдеману,   когда   все
закончится. - Она приложила руку к уху. - Что это за шум?
     - Я ничего не слышу.
     Сьюзен встала и быстро направилась к  двери.  Там  она  остановилась  и
прислушалась, потом повернула к Фресби свое бледное и испуганное лицо.
     - Кто-то поднимается по лестнице, - прошептала она.
     Фресби пожал плечами.
     - Это ничего, не беспокойтесь, - равнодушным  тоном  проговорил  он.  -
Это не к нам. Сюда очень редко кто заходит.
     Сьюзен, однако, вышла в соседнюю комнату и осторожно приоткрыла  дверь,
выходящую  на  лестничную  клетку.  Она  сама  не   понимала,   почему   так
испугалась. И все же легкий скрип кожи на ступеньках  внизу  приводил  ее  в
ужас. Она немного  перегнулась  через  перила  и  в  ужасе  отшатнулась.  По
лестнице поднимался человек в черной рубашке. Он еще  был  этажом  ниже,  но
определенно направлялся в контору Фресби. С трудом переводя дыхание,  Сьюзен
бросилась обратно.
     - Человек в черной рубашке  поднимается  сюда.  Спрячьте  меня.  Он  не
должен видеть меня здесь. Ну, быстрее же!
     Лицо Фресби вытянулось. Он стоял и как-то ошалело  смотрел  на  Сьюзен,
метавшуюся по комнате в поисках убежища. Его  мозг  отказывался  соображать.
Сьюзен обвела  взглядом  комнату,  потом  решительно  бросилась  к  большому
шкафу, стоящему в углу, и открыла дверцу. На одном гвозде  висели  пальто  и
шляпа Фресби. Там было много места. Она заскочила в шкаф и прикрыла  дверцу.
Фресби продолжал стоять. Он тоже  испугался.  Только  лишь  успел  закрыться
шкаф за юркнувшей туда Сьюзен, как дверь отворилась, и  в  комнату  ворвался
Батч.
     - Как  дела,  Джек?  -  спросил  он,  глядя  на  Фресби  своим  ледяным
пронзительным взглядом. - Ты один?
     Фресби что-то проворчал, открыл один из  ящиков  стола,  достал  оттуда
прокуренную трубку  и  старый  кисет.  Пока  он  неторопливо  и  старательно
набивал табаком трубку, немного пришел в себя.
     Батч подошел к стене, прислонился к ней и надвинул свою шляпу  на  нос.
Казалось, он совсем не торопился начинать разговор.
     - Что вы хотите? У меня для вас ничего нет. -  Фресби  проговорил  это,
не глядя на посетителя.
     - Кто такая Сьюзен Хэддер? - спокойно спросил его Батч.
     Фресби не спеша раскурил трубку, проверил плотность табака  и  выпустил
струю дыма. Его мозг несколько успокоился и начал работать.  Ему  необходимо
быть  очень  осторожным.  Банда  Ролло  слишком   опасна,   чтобы   проявить
беспечность, он предпочел бы не иметь с ними никаких дел.
     - Сьюзен Хэддер? А кто это?
     Этот вопрос дал ему возможность выиграть немного времени.
     - Хэддер! Итак, без глупостей, Джек! Ты ведь прекрасно знаешь, о ком  я
говорю.
     Фресби отрицательно покачал головой.
     - Я не делаю никаких глупостей. Хэддер? Я должен вспомнить... Кто это?
     - Это  то,  о  чем  я  тебя  спрашиваю.  Ты  ведь  не  захочешь   иметь
неприятностей? Итак, Джек?
     Фресби снова покачал головой.
     - Я совсем не шучу, Майк. Я никогда даже не слышал об этой девушке.  Ты
знаешь, я их вижу очень много. Очень большое число  их  проходит  через  мое
бюро. Совершенно невозможно запомнить все их имена,  но  я  вообще-то  помню
многих из них, а имя мисс Хэддер ничего мне не говорит.
     Батч задумчиво посмотрел на него.
     - Но ведь ты же сам послал ее к Марчу, чтобы он устроил ее на работу  к
нам.
     "Так, значит, это Марч продал меня, - подумал Фресби. -  Очень  хорошо.
Ну, теперь я устрою ему веселую жизнь. Я  все  расскажу  Маргарет  и  Джейн,
если только я выйду невредимым из этой переделки".
     - Это была не Сьюзен Хэддер, - сказал  он,  глядя  на  Батча  с  хорошо
разыгранным удивлением. - Ее звали Бэтти... Погоди, я не помню  ее  фамилии.
Мне надо вспомнить... Кажется... кажется, Бэтти Фримэн. Да, именно  это  имя
она назвала.
     Он сам был доволен, что придумал удачный ответ. Во  всяком  случае,  не
заметно, что Батч ему не верит.
     - Ладно, ладно. Сьюзен Хэддер или Бэтти Фримэн, мне это совершенно  все
равно. Кто она?
     Фресби пожал плечами.
     - Почем я знаю. Ко мне приходит девушка,  я  нахожу  ей  работу,  какую
могу. Я никогда не задаю вопросов. Это не принято в нашем бизнесе.  Раз  она
оплачивает услугу, к чему мне спрашивать, кто она такая?
     Батч достал пачку  "Кэмела",  закурил  и  спрятал  сигареты  обратно  в
карман. Потом внимательно осмотрелся вокруг. Взгляд его был пустым.
     - Не рассказывай чепуху, - проговорил он наконец.
     Фресби сразу же понял, что Батч не доверяет ему.
     - Марч  рассказывал,  что  ты  очень  настаивал  на  том,   чтобы   тот
обязательно устроил ее на работу и именно в наш клуб.
     Фресби возмутился.
     - Паршивый маленький подонок! Девица очень хотела иметь у вас работу  и
дала мне за это двадцать пять фунтов.  Это  очень  хорошая  сумма  за  такую
услугу, Майк. Поэтому я немного подмазал, где надо, чтобы ее взяли.
     Они некоторое время смотрели друг на друга в упор, потом Батч  поднялся
со стула.
     - Итак, ты не знаешь, кто она такая?
     Фресби покачал головой.
     - Что-нибудь не так, Майк?
     - Я еще не знаю. Если она не появится  сегодня  вечером,  многое  может
пойти не так. Если же придет, то все устроится. - Он направился к  двери.  -
И все же постарайся узнать это, Джек. - И добавил: -  Ролло  заплатит  сотню
за хорошие сведения. Во всяком случае, я не думаю, что  она  придет  сегодня
вечером на работу. Но ее во что бы то ни стало нужно найти. Я приду еще  раз
повидать тебя, может быть, за это время ты сумеешь что-нибудь узнать.
     Фресби уже готов  был  выразительно  посмотреть  на  шкаф,  но  вовремя
вспомнил о письме, хранящемся в банке, и, полный злобы от бессилия,  опустил
глаза. И ведь только подумать, у него в шкафу находится сотня фунтов,  и  он
не может забрать ее!
     - Да, это сумма! -  он  поднял  глаза.  -  Странно,  почему  это  Ролло
заплатит столько?
     - Не занимайся этими делами, я тебе не советую, - Батч открыл двери.  -
А в другой раз, когда будешь посылать к нам в  клуб  какую-нибудь  из  своих
курочек, не переговорив предварительно со мной, получишь  от  меня  подарок.
Второй раз я не скажу тебе этого, ты меня знаешь.
     - Я не сделаю этого во второй раз, Майк. Я постараюсь найти ее.
     Батч  проворчал  что-то  невнятное  и  вышел.  Фресби  некоторое  время
прислушивался к его удаляющимся шагам. Он  слышал,  как  Батч  спускался  по
лестнице, но  не  торопился  звать  Сьюзен.  Он  мечтал.  Если  Ролло  готов
заплатить сотню фунтов только за то, чтобы заполучить Сьюзен,  значит,  игра
определенно стоила свеч. И все это  дело  вертелось  вокруг  трупа  в  тюке.
Ролло хотел именно его. Без сомнения, им очень  нужна  Сьюзен.  Хорошо,  что
девушка у него в руках, да к тому же вместе с трупом. Вне всякого  сомнения,
из этой комбинации можно извлечь кругленькую сумму.
     Дверь шкафа с легким  скрипом  отворилась,  и  Сьюзен  вышла  из  него,
бледная, дрожащая.
     Фресби с улыбкой посмотрел на нее.
     - Вы слышали, о чем мы говорили?  Ну,  дело  идет  отлично!  Начиная  с
сегодняшнего дня, мы с вами по горло влезли в это дело.  У  меня  есть  одна
мысль. Я знаю, где надо спрятать труп.
     Напряженное молчание наполнило кабинет Ролло. Селия стояла позади  него
на своем обычном  месте  у  холодного  камина.  Ролло  сидел  за  письменным
столом, а Батч прислонился к стене около двери.
     - Она,  по  всей  вероятности,  была  осведомительницей,   -   внезапно
проговорил Ролло.  -  Уже  семь  тридцать  три,  ее  нет.  Определенно,  тот
прохвост Джос подсадил ее сюда.
     - Да, и я так думаю, - согласился Батч и посмотрел на Селию.
     - Девушка, которую я схватил, была блондинкой, стройная, лет  двадцати,
с приятным лицом и маленьким носом, - продолжал Ролло. -  Она  очень  похожа
на ту, что нанял Марч.
     Батч проворчал:
     - Это, конечно, была она, и если бы так не вовремя не появился флик,  я
обязательно поймал бы ее.
     - Ладно, что уж теперь говорить об этом. Нам  теперь  необходимо  найти
ее, Майк, - сказал Ролло. - Она определенно что-то знает. Может  быть,  даже
где труп Корнелиуса. Позови ко мне Марча.
     Батч оторвался от стены  и  вышел  из  кабинета  своей  раскачивающейся
походкой. Ролло взял сигару из ящика, стоящего на столе.
     - И еще ко всему прочему, меня очень беспокоит  отсутствие  доктора,  -
медленно проговорил он.
     Селия, которую Ролло не мог видеть, сжала  кулаки.  Ее  нервы  были  на
пределе. Лицо было серым, глаза нервно метались. Она много  плохого  сделала
за свою жизнь, но мысль об убийстве ужасала ее.
     - Ну, скажи же что-нибудь! - резко  проговорил  Ролло  и,  оглянувшись,
посмотрел на нее. - Что это с тобой, а?
     - Оставь меня, пожалуйста, в покое.  -  Она  отвернулась.  -  Я  просто
очень плохо себя чувствую. Я... Не могу спать...
     Ролло задумчиво посмотрел на ее тонкую фигуру.
     - Ты определенно что-то скрываешь от меня. Ну, ладно, можешь ничего  не
говорить, я ведь все равно узнаю. Я всегда все узнаю, ты прекрасно  об  этом
знаешь!
     Он ворчал, повернувшись спиной к столу. У него  и  так  хватало  забот,
чтобы в настоящее время еще заниматься  и  Селией.  Он  все  время  думал  о
словах Гилроя. Это, конечно, выдумка! Но где же  все-таки  Мартин?  Вот  уже
сутки он не подавал о себе вестей.
     - Гилрой утверждает, что он мертв, - вдруг заявил Ролло,  но  так,  как
будто разговаривал сам с собой. - Откуда он мог бы это знать?
     Селия полуобернулась.
     - Мне совершенно наплевать на этого старого идиота!
     Она была на грани истерики.
     Отворилась  дверь,  и  Батч  привел  Марча.  Вид  Селии  заставил   его
заскрипеть зубами. "Я пришел как раз вовремя, - подумал  он.  -  Не  хватало
только, чтобы эта дикая кошка предала меня! А она это сделает,  если  только
это успокоит ее".
     - Вот он, - сказал Батч, указывая на Марча.
     - Пришла эта девушка на работу? - спросил Ролло,  пристально  глядя  на
Марча.
     - Нет, сэр... Я не думал... Я не знал... - Он остановился и закрыл  рот
рукой. - Это не моя вина. Я ничего не знаю о ней. Джек Фресби  уверял...  Он
хотел... Он хотел, чтобы я устроил ее сюда. Это его ошибка...
     Ролло, сдерживая злобу, холодно смотрел на него.
     - А вы сами-то, почему же вы не удосужились поинтересоваться и  узнать,
кто она такая, прежде чем поставить ее на работу  к  нам  и  ввести  в  курс
дела, да к тому же и познакомить с нами?
     Марч отступил под взглядом сверкающих злобой глаз Ролло.
     - Нет, - откровенно сказал он. - Фресби сказал, что ничего,  своя.  Как
я мог догадаться, что она может быть подослана к нам специально? Он  ведь  и
раньше находил для нас девушек, не так ли?
     Ролло посмотрел на Батча.
     - Мне кажется, что этой маленькой сволочи стоит  преподнести  урок.  Он
мог подстроить нам пакость.
     Батч угрожающе  посмотрел  на  Марча,  который  поднял  руки  кверху  и
отступил.
     - Не трогай меня! - закричал он. - Ты не смеешь меня трогать!
     - Нет, вы только  послушайте  его,  его,  видите  ли,  нельзя  трогать.
Сволочь! - Батч медленно приблизился к нему. - Ты взял ее  в  клуб.  Да  или
нет? - Марч рванулся к двери, но Батч схватил его за ворот  и  резко  дернул
назад голову Марча. Тот заорал от страха и боли,  пытаясь  ударить  обидчика
ногой, но потерял равновесие, и Батч еще раз  дернул  его  голову  назад,  а
затем ударил рукой по лицу.
     - Я сказал - урок! - нетерпеливо вскочил Ролло.
     Батч достал из кармана пистолет и, держа его  за  ствол,  стал  осыпать
ударами шею и плечи Марча, волоча его за волосы по комнате.  Селия  спрятала
свое лицо в ладонях. Она больше не могла выносить этого зрелища.  Она  вдруг
сообразила, какую опасную игру затеяла, задумав  надуть  Ролло.  Она  теперь
видела  его  таким,  каким  он  был:   безжалостным,   совершенно   лишенным
сантиментов убийцей. Глухой шум от ударов, истошные крики  Марча  и  топанье
ног по комнате  -  все  это  наполнило  ее  смертельным  ужасом.  Если  Батч
что-нибудь узнает о Гилрое, он тоже, вот таким  же  образом,  расправится  с
ним.
     Вдруг Ролло сказал:
     - Остановись!
     Его властный тон заставил Батча обернуться. Марч,  у  которого  лицо  и
шея были покрыты черными пятнами и ссадинами, рухнул на пол. Он задыхался  и
страшно стонал, но Батч не обращал на него внимания. Он  смотрел  на  Ролло.
Тот вдруг испуганно проговорил:
     - Полиция!
     На его письменном столе горела красная лампочка.
     - Уходите отсюда, быстро!
     Батч подхватил Марча и поволок его из комнаты.
     - Убирайся отсюда и ты! - велел Ролло Селик. - Я не знаю, что с  тобой,
но если флики тебя увидят, обязательно поймут, что здесь что-то не ладно!
     Ролло боялся. Полиция приходила в его клуб лишь  однажды,  и  было  это
год назад. С тех пор  он  следил  за  тем,  чтобы  не  дать  им  повода  для
повторного визита. И вот теперь, когда  Кестера  Вайдемана  они  спрятали  в
одной из комнат первого этажа, им оказалось нужным сунуть  свой  нос  в  его
дела! Может быть, это курочка Джоса предупредила их? Если у них  есть  ордер
на  обыск  и  если  они  обнаружат  здесь  Вайдемана,  будет  очень   трудно
объяснить, что он делает в этом клубе.  Он,  конечно,  мог  рассчитывать  на
Вайдемана, но полиция обнаружит, что этот маленький человечек не  в  себе  и
вообще плохо понимает, что творится вокруг.
     Когда Селия исчезла за дверью,  скрытой  портьерами  и  ведущей  в  его
спальню, Ролло открыл ящик стола и вытащил  оттуда  толстую  регистрационную
книгу. Он взял ручку и стал проставлять цифры, делая вид, что занят делами.
     В дверь постучали,  и  в  комнату  вошел  молодой  человек.  Он  был  в
штатском костюме, а в руке  держал  шляпу.  Ролло  недоуменно  посмотрел  на
него.
     - Да? - он оттолкнул книгу и положил ручку на стол. -  Вы  хотели  меня
видеть?
     Молодой человек осмотрелся  и  сложил  губы  как  бы  для  того,  чтобы
свистнуть.
     - Я сержант-детектив Адамс из Вик-стрит. А вы - Ролло?
     Ролло  утвердительно  кивнул.  Молодой  человек  с  независимым   видом
совершенно не походил  на  полицейского,  но  это  вовсе  не  означало,  что
опасности нет.
     - Садитесь, пожалуйста,  и  возьмите  сигару,  -  приветливо  предложил
Ролло.
     Джерри Адамс покачал головой.
     - Я не курю.  -  Он  сел.  -  В  полиции,  знаете  сами,  не  составишь
состояние. - Он еще раз осмотрелся. - Люди из  ночных  коробок  мне  кажутся
более зажиточными.
     Ролло фыркнул.
     - Надо уметь делать  дело,  -  он  пожал  плечами.  -  Наши  заработки,
действительно, довольно приличные. Но вы, как я полагаю, пришли сюда не  для
того, чтобы узнать об этом, не правда ли?
     - Нет. - Адамс вытянул свои длинные ноги. - Я полагаю,  что  вы  знаете
Герберта Мартина? Дока Мартина - для друзей?
     Ролло напрягся.
     - Я его знаю. Я знаком с ним много лет. А что с ним  случилось?  Почему
вы о нем спрашиваете?
     Адамс рассматривал кончики пальцев и, взглянув на Ролло, продолжал:
     - Речная полиция приблизительно два часа назад выловила его из реки.
     Ролло сжал кулаки.
     - Мертв?
     - Мертвее не бывает.
     Значит, Гилрой был прав. Бедный старый  лекарь!  Выужен  из  Темзы,  а?
Может быть, кто-нибудь толкнул его туда? Или это самоубийство? Нет,  док  не
сделал бы этого! Он так  любил  жизнь!  Преступление...  Значит,  надо  быть
осторожным. Это может  дать  фликам  повод  познакомиться  со  всеми  делами
клуба.
     - Я совершенно ошеломлен, - как-то машинально  проговорил  Ролло.  -  И
кто бы мог подумать! Я всегда считал,  что  добрый  старый  парень  умрет  в
своей кровати.
     Адамс внимательно смотрел на Ролло. Он  был  уверен,  что  новость  эта
того не удивила. Это-то и было подозрительным. Не имеет ли  Ролло  какого-то
отношения к смерти старого доктора?
     - Когда вы  сами  видели  его  в  последний  раз?  -  небрежно  спросил
детектив.
     Ролло  подумал,  что  лучше  сказать  правду.  Если  дать  флику   хоть
маленький шанс к подозрению, он будет твердым и  жестким.  Безразличный  вид
Адамса не внушал доверия.  В  спокойных  глазах  детектива  мелькал  огонек,
который не вязался с его наигранным спокойным видом.
     - Подумаю. - Ролло заметил, как дрожали его руки. -  Позавчера  вечером
он пришел повидаться со мной и ушел отсюда часов в одиннадцать.
     Он бросил быстрый взгляд на Адамса и по выражению его лица  понял,  что
тот знал  об  этом!  Да,  сейчас  необходимо  говорить  только  правду.  Эти
проклятые флики докопаются до всего, прежде чем начнется следствие.
     - А что он хотел? - спросил Адамс.
     - Хотел? - Брови Ролло поднялись. - Ничего. Он любил приходить  ко  мне
время от времени. Я  его  очень  любил,  мы  посидели,  поболтали.  Это  был
отличный старик.
     Адамс странно улыбнулся.
     - Понимаю.
     Про себя же он подумал: "Вот и первая ложь..." Потом вслух произнес:
     - Я думал, у вас мало времени для общения с друзьями.
     - О, вот в этом вы сильно заблуждаетесь, - возразил Ролло. -  Я  люблю,
чтобы вокруг меня были люди. Док был очень интересным  стариком.  Мне  очень
будет недоставать его.
     - У него были неприятности?
     "Итак, они думают, что это самоубийство!" Ролло поджал губы.
     - У него были денежные заботы, - сказал он. - В  сущности,  док  пришел
ко мне занять двести фунтов, но я, к сожалению,  не  мог  удовлетворить  его
просьбу. Я деловой человек, и деньги у меня не задерживаются, а  он  не  мог
предложить гарантий.
     - Понимаю, - Адамс  по-прежнему  рассматривал  свои  ногти.  -  Значит,
вопрос не в дружеском визите?
     - О, наоборот! - Ролло покачал головой. -  Он  заговорил  о  деньгах  в
последнюю минуту, когда уже собирался уходить.  Я  не  принял  его  всерьез.
Если бы я только мог представить себе, что бедняга бросится в Темзу,  я  дал
бы ему денег безо всякого обеспечения.
     - Я не говорил, что он покончил с собой.
     Ролло повернулся в кресле и уставился на Адамса.
     - Так что же тогда произошло? Что с ним случилось? - Его  голос  звучал
тоскливо.
     - Одна из трех возможных  случайностей:  он  мог  упасть  сам,  он  мог
броситься в воду, его могли бросить в воду.
     - Значит, преступление? - Ролло нагнулся вперед. -  А  на  нем  имеются
следы насилия?
     Адамс покачал головой.
     - Это ни о чем не говорит. Это был человек маленького  роста.  А  такой
крупный тип, как, например, Эган, мог бы просто  швырнуть  его  в  воду  без
малейших затруднений.
     Ролло весь напрягся. Что он хотел этим сказать? Что он знал?  И  почему
именно Эган?
     - Я ничего не знаю. Его не было в клубе сегодня вечером.
     - Странно, а мне показалось, что именно его я видел,  когда  поднимался
сюда.
     - Вы обознались.
     Наступило молчание, во время которого оба пристально смотрели  друг  на
друга. Потом Адамс сказал:
     - Значит, вы не можете мне ничем помочь?
     - Нет. Доктор редко выходил из дома. Я ничего  не  знаю  о  его  личной
жизни. У него не было врагов. Мне  кажется,  вам  не  следует  рассматривать
этот случай, как насильственный. Вас это не должно заботить.
     - Меня это нисколько и не заботит, - Адамс встал. - Если его убили,  то
только потому, что он  обнаружил  что-то.  Он  был  по  своей  натуре  очень
любознателен.
     - В самом деле?
     - Да, он знал кое-что о гангстерах этого района, например, об Эгане.  И
это могло быть решающим мотивом для убийства.
     - Почему вы все время говорите об Эгане?
     Адамс улыбнулся.
     - Я бы очень хотел наложить на него руку, - и доверительно  добавил:  -
Он слишком ужасен, чтобы быть естественным.
     "Может быть,  доктор  обнаружил  что-либо  касающееся  Батча?  -  Ролло
задавал себе этот вопрос. - И если это действительно так, то что?" Батч  был
очень скрытным человеком. Потом  Ролло  вдруг  вспомнил  странное  состояние
Селии. Его большие кулаки сжались. Адамс наблюдал за ним с интересом.
     - Вы, кажется, вспомнили что-то? - вкрадчиво спросил он.
     Ролло сразу же овладел собой.
     - Нет, - ответил он. - Ничего. Я просто огорчен, что ничем не могу  вам
помочь.
     - Ну, мы с вами еще увидимся. Это будет зависеть от того,  какой  будет
вынесен вердикт.
     Ролло поклонился.
     - Я всегда рад видеть у себя сотрудников полиции, - радушно  проговорил
он. - Выпейте стаканчик перед уходом.
     Адамс покачал головой.
     - Я нахожусь на службе, - он прошелся по  комнате.  -  У  вас  шикарный
кабинет!
     Дверь вдруг открылась,  и  вошел  Кестер  Вайдеман.  Лицо  Ролло  стало
похоже на маску. Кто мог выпустить его? Узнает ли его Адамс?
     - У меня дела, - строго проговорил он Вайдеману. - Зайдите попозже.
     - Ладно, - проговорил Адамс, с любопытством глядя  на  Вайдемана.  -  Я
сейчас ухожу.
     - Мне не нравится здесь,  -  жалобно  проговорил  Вайдеман.  -  Я  хочу
вернуться домой.
     Адамс спрашивал себя, где он видел этого человека?
     - Мы с вами не встречались? - неожиданно спросил он.
     Вайдеман  не  обратил  на  него  внимания,  будто  не  слышал  вопроса,
обращенного к нему. Он стоял  перед  Ролло,  опершись  о  стол,  и  вся  его
маленькая птичья фигурка дрожала мелкой дрожью.
     - Я хочу, наконец, получить  своего  брата.  Вы  сказали,  что  если  я
приеду сюда, вы приведете его. Так где же он? Почему вы не ищете его?
     Ролло встал и похлопал Вайдемана по плечу.
     - Садитесь. Мистер Адамс  уходит,  и  мы  с  вами  поговорим  обо  всем
этом, - он подошел к Адамсу. - Я могу быть вам еще чем-нибудь полезен?
     Адамс задумчиво наблюдал за ним. Он заметил капли  пота  на  лбу  этого
человека и изменившееся выражение его лица. В этом определенно  было  что-то
подозрительное. Кто этот маленький человек?
     - Кто этот человек? - повторил он вслух.  -  Это  тоже  один  из  ваших
друзей? - сказал он, глядя на Вайдемана, который сел и задумчиво смотрел  на
него.
     Ролло широко открыл дверь.
     - Да, - ответил он с широкой улыбкой. - У меня много друзей.
     Адамс некоторое время колебался, потом вышел  из  комнаты.  У  него  не
было никаких оснований задавать вопросы  Вайдеману,  как  бы  ему  этого  ни
хотелось.
     - Я определенно где-то его видел, кто  это?  -  все  же  спросил  он  у
Ролло.
     - Николас. Джон Николас, - заверил  Ролло,  сопровождая  Адамса.  -  Он
немного не в себе, но это  меня  забавляет.  Ему  кажется,  что  он  потерял
брата. А самое забавное заключается в том, что  у  него  вообще  никогда  не
было брата, насколько мне об этом известно.
     Адамс в упор посмотрел на него.
     - Хорошо. Мы еще увидимся. Пока.
     Ролло смотрел,  как  он  спускается  по  лестнице.  Он  подождал,  пока
швейцар закроет за ним дверь, и побежал обратно в  кабинет.  В  коридоре  он
встретил Батча.
     - Каким образом ему удалось выйти?  -  завопил  он,  схватив  Батча  за
руку. - Флик видел его!
     Батч резко вырвал свою руку.
     - Это сделал Марч. Он сделал это нарочно. Я убью этого подонка!
     Ролло оттолкнул его и вошел в кабинет. Вайдеман  по-прежнему  сидел  на
стуле и выпрямился, увидев Ролло.
     - Вы должны что-нибудь сделать! - застонал он. -  Если  до  завтрашнего
утра не найдете Корнелиуса, я извещу полицию.
     - Полиция  ничего  не  сможет  сделать  для  вас,  -  возразил   Ролло,
сдерживая ярость. - Дайте мне чек на десять тысяч  фунтов,  и  завтра  же  я
приведу к вам вашего брата. Я знаю, где он находится, но мне необходима  эта
сумма, чтобы быстро вызволить его оттуда.
     Лицо Вайдемана вытянулось.
     - У меня нет  денег,  -  тихим  голосом  сказал  он.  -  Все  деньги  у
Корнелиуса. Он их вам даст.
     Ролло выпрямился.
     - У вас нет денег? - спросил он упавшим голосом.
     Вайдеман улыбнулся и покачал головой.
     - Я все отдал Корнелиусу. У него три миллиона в акциях.  Это  находится
в поясе, который на нем. Он гораздо лучше меня сохраняет наши деньги.


     Вдалеке гремел гром, и огромное черное облако висело над  головой.  Вот
уже несколько часов воздух был просто удушающим, обещая проливной дождь.
     - Я не хочу выходить! - Сьюзен с  трудом  различала  фигуру  Фресби  на
фоне черного неба. Фресби задыхался. Пока  тащил  тяжелый  тюк  из  такси  в
глубину темной улочки, он измотался совсем.
     - Вы будете вести себя так, как я скажу, - со злостью бросил он, -  или
я умываю руки.
     Сьюзен едва слышала его.  Она  испытывала  ужасный  страх  каждый  раз,
когда оставалась наедине с Фресби. Больше того, резкий запах,  исходящий  от
тюка, почти лишил ее сознания. Сильный удар грома заставил задрожать ее  еще
сильнее.  Раскаты  грома  напоминали  удары  молота  по  металлу,  покрытому
материей, словно дело  происходило  на  сцене  театра.  Сьюзен  думала,  что
будет, если кто-нибудь случайно пойдет  по  улице  и  обнаружит  их  с  этим
тюком? Она задерживала  дыхание,  прислушивалась,  но  слышала  лишь  биение
собственного сердца, прерывистое дыхание Фресби да шум грозы.
     - Я же не могу  сделать  это  один,  -  продолжал  Фресби,  раздраженно
кривясь. - Помогайте.
     Она слышала, как звенели монеты, когда он шарил у  себя  в  карманах  в
поисках ключа. Скрипнул замок. Дверь отворилась. Фресби включил свет.
     - Где мы? - шепотом спросила Сьюзен.
     - Это ателье Теда Витби, - ответил Фресби, берясь за  ручку  тюка.  Его
лицо было мокрым от пота. - Идите сюда и помогите мне. Нас никто  не  должен
видеть.
     Одна мысль, что ее  могут  увидеть  с  этим  тюком,  парализовала  волю
Сьюзен.  Она  помогла  Фресби  протащить  мертвеца  в  коридор,  в   котором
отвратительно пахло затхлостью, сыростью и  еще  чем-то,  от  чего  к  горлу
подступала тошнота. Когда Фресби запирал  дверь,  снова  громыхнули  раскаты
грозы. Сьюзен с расширенными от страха глазами, сжавшись у  стены  в  комок,
старалась держаться подальше от страшного мешка. С треском, будто их  грызла
стая крыс, отваливались отсыревшие обои. Фресби выругался и,  сдвинув  шляпу
на затылок, вытер пот.
     - Давай, - нетерпеливо позвал он, - надо положить этот маленький  пакет
в погреб.
     Сьюзен оперлась о стену.  Ко  всему  прочему,  ее  беспокоили  взгляды,
которые Фресби время от времени бросал на нее.
     - Нет, я не пойду в подвал... Я уже достаточно сделала.  Я  не  могу...
я... боюсь.
     - Не будьте дурочкой. Вы были  слишком  смелой,  когда  думали,  что  я
сделаю все один. - И он снова посмотрел на нее своим  странным  взглядом.  -
Мы оба вляпались в эту историю. Вы зашли слишком далеко, чтобы отступать.  А
потом, вам совершенно нечего бояться. Ну, пошли, нам нельзя терять время.
     "Я скоро проснусь, - думала Сьюзен, как в тумане. - Я скоро проснусь  в
своей кровати. Ведь просто невозможно,  чтобы  со  мной  наяву  приключилось
нечто подобное.  Это  самый  отвратительный  кошмар,  который  я  когда-либо
видела во сне".
     Фресби взял ее за руку и потряс.
     - Не смотрите на меня так, - сердито проговорил он. -  Мне  это  совсем
не нравится. Да и все это дело мне не нравится не менее, чем вам.
     Сьюзен попыталась освободиться от него,  но  он  схватил  ее  свободной
рукой и грубо притянул к себе. Она почувствовала сырость его  одежды,  запах
пива и пота.
     - Пустите, - сказала она, борясь с  собой,  чтобы  подавить  свой  ужас
перед ним. - Вы не смеете трясти меня таким образом. Вспомните  о  письме  в
банке. Если со мной что-нибудь случится...
     Он мгновенно выпустил ее, бормоча извинения.
     - Ладно, если вы так все воспринимаете, то мы отвезем этот тюк  обратно
к вам на квартиру, и вы будете спать в хорошей компании. Подождите здесь,  я
пойду за такси...
     - Нет! - голос Сьюзен прервался. -  Я  не  хочу  хранить  его  в  своей
комнате.
     - Тогда помогайте, - Фресби снова взялся  за  рог  мешка.  -  Меня  уже
тошнит от вас. Может быть, вы думаете, что я собираюсь провести ночь с  этой
сатанинской поклажей? Вот что значит иметь дело с женщиной.
     Сьюзен, наконец, решилась. Она уцепилась за  тюк  сзади,  чтобы  он  не
скатился назад.
     - Где еще тут этот чертов выключатель? - проворчал  Фресби,  когда  они
оказались внизу. - У вас есть спички?
     Сьюзен  дрожащим  голосом  сказала,  что  нет.  Свет,  проникавший   из
коридора, освещал лишь  часть  лестницы.  Ей  было  очень  страшно  рядом  с
Фресби. Она все время ждала, что он вдруг набросится на нее.  Она  понимала,
что если он потеряет голову, то может быть очень опасен.
     В  отчаянии  она  шагнула  вперед,  пытаясь  нащупать  выключатель,   и
неожиданно коснулась чего-то такого, что заставило ее застыть.
     - Это вы, мистер Фресби? - ногти ее сжатых кулаков впились в кожу.  Она
так задержала дыхание, что почувствовала боль.
     - Что это с вами? - спросил Фресби из другого конца помещения.
     Поколебавшись, она снова протянула руку. Ее сердце  бешено  колотилось.
В руке оказался жесткий рукав мужского пиджака. Это, конечно,  не  мог  быть
Фресби, он был далеко  от  нее.  Парализованная  страхом,  она  бросилась  в
сторону. Неожиданный удар грома заглушил ее вопль.
     - Что с вами? - сердился Фресби.
     - Здесь кто-то есть! - Сьюзен снова закричала, спрятав лицо в ладони.
     - Имейте же голову на плечах, - хохотнул Фресби. - Это же манекены.
     Он, наконец,  нашел  выключатель.  Тусклый  и  холодный  свет  наполнил
погреб. Сьюзен невольно отступила,  увидев  возле  себя  какого-то  типа  со
странно  искаженным  ртом.  Восковое  лицо  и  зеленые   стеклянные   глаза,
казалось, насмехались над ней и ее страхами. Она никак  не  могла  поверить,
что это всего лишь манекен.
     - Ну-ну,  пожалуйста,  без  истерики,  -  Фресби  положил  руку  на  ее
плечо. - Я же вам говорю, это манекены.
     Она вцепилась в него, с ужасом  озираясь  вокруг.  Все  помещение  было
заполнено восковыми фигурами. Можно было подумать, что  находишься  в  музее
ужасов.  Некоторые  манекены  сидели,  другие  стояли.  Все  они   выглядели
отвратительными выродками.
     - Я должен был предупредить вас, - продолжал Фресби, - но  я  забыл  об
этом...  Витби  наполняет  экспонатами  музей  ужасов.  Он  делает  скверную
работу, правда? Вы не отказались бы  провести  ночь  с  кем-нибудь  из  этих
парней? - он нервно рассмеялся. - Я вам уже говорил, какой я хитрый?  Никому
и в голову не придет искать труп между этих фигур, не так ли?
     Сьюзен продолжала дрожать, не решаясь глядеть  на  неподвижные  фигуры.
Она боялась, что снова закричит. "Если я это сделаю, - думала она, -  Фресби
обязательно нападет  на  меня.  Нужно  держаться.  Нельзя  смотреть  на  эти
ужасные фигуры".
     - Тед  работает  здесь  один,  -  продолжал  Фресби,   оглядываясь   по
сторонам. - Это довольно мерзко, правда?
     - Почему вы привели меня сюда?
     Сьюзен уставилась на жилет Фресби. Он  отошел  от  нее  и  стал  рыться
среди кусков воска и всяческих обломков,  среди  которых  валялись  восковые
головы.
     - Что нам нужно сделать, это положить слой воска на его лицо и руки,  -
указал он на тюк. - После этого он  станет  такой  же  фигурой,  как  и  все
остальные. Держу пари, что Тед и сам не заметит.
     - Слой воска?
     Сьюзен машинально повторила эти слова, чувствуя, как в ее жилах  стынет
кровь.
     - Это совсем не трудно. Вы растапливаете воск и поливаете его на  лицо.
Это вроде маски. - Он посмотрел на нее. - Но нужно, чтобы вы помогли мне.
     - Нет! - закричала Сьюзен, отступая  к  лестнице.  -  Нет!  Я  не  могу
больше этого выносить!
     Фресби тихо выругался.
     - Ну, возьмите же себя в руки, маленькая дурочка! - злобно крикнул  он.
И  вдруг  пошел  на  нее.  Сьюзен,  охваченная  слепым  ужасом,  кинулась  к
лестнице. Фресби рванулся следом.
     - Стойте! - вопил он.
     Она, как сумасшедшая, взлетела  по  лестнице  и  понеслась  по  темному
коридору. Фресби преодолел лестничные ступеньки, когда Сьюзен уже  открывала
входную дверь. Он лишь увидел,  как  она  бежала,  не  разбирая  дороги,  по
переулку, который выходил на улицу.


     А в это время в нескольких километрах от мастерской  Теда  Витби  возле
маленького,  спрятанного  во  дворе  дома,  в  котором  жил  доктор  Мартин,
остановился зеленый "паккард". Ролло с трудом вытащил свою массивную  фигуру
из машины.
     - Подожди, - сказал он Большому Тому.  -  Я  вскоре  вернусь.  Но  если
увидишь флика, посигналь.
     В течение нескольких минут он подбирал ключ к дверному  замку.  Наконец
ему  удалось  открыть  дверь,  и  он  через  маленький  вестибюль  прошел  в
гостиную. Его быстрый осмотр увенчался успехом.  Он  нашел  именно  то,  что
искал. Как-то раз,  совершенно  случайно,  доктор  проговорился,  что  ведет
дневник. Ролло никогда ничего не забывал, и вот теперь он во что  бы  то  ни
стало хотел отыскать его. Он сунул дневник в карман и покинул дом, не  забыв
запереть за собой дверь.
     - Трогай, безразлично куда, только побыстрее, - приказал он Тому.
     Ролло  устроился  поудобнее  и  стал  быстро   перелистывать   тетрадь.
Последний абзац  познакомил  его  с  тем,  что  его  интересовало.  "Сегодня
вечером я зайду к Селии, - писал  доктор.  -  Надо  действовать  теперь  или
никогда. Они получат хорошую сумму денег от Вайдемана.  Если  Ролло  узнает,
что она спит с Батчем, она не получит ничего. Она будет  рада  заплатить  за
молчание. Я поговорю с ней после совещания".
     Красное  облако  поплыло  перед  глазами  Ролло.  Он  медленно   сложил
дневник. Так, значит, они с Батчем любовники... А он  еще  сомневался...  Но
теперь он, наконец, убедился в этом! Он  глубоко  вздохнул  и  сжал  кулаки.
Выходит, что док пошел к Селии, а там был Батч. Не удивительно, что у  Селии
вид мокрой курицы. Он заставит их заплатить  за  это!  Потом  он  подумал  о
Вайдемане. Три миллиона в акциях на предъявителя! Это  невероятно!  Надо  во
что бы то ни стало найти труп! Это первое, что  он  должен  сейчас  сделать.
Позже он займется мщением. В настоящий же момент Батч ему  необходим.  Нужно
обязательно разыскать эту женщину. Батч уже отправился  на  поиски.  Но  это
могло занять много времени. Лондон -  город  большой!  Может  быть,  они  ее
вообще не найдут.
     - Поезжай к Гилрою! - велел он шоферу. Через несколько  минут  они  уже
были на месте.
     - Подожди.
     Ролло пересек внутренний дворик  и  поднялся  на  четвертый  этаж.  Его
мысли были заняты двумя вопросами: историей  с  Селией  и  трупом.  Как  его
отыскать? Он был рад, что это несколько отвлечет его  от  мыслей  о  мщении.
Иначе он мог бы наделать делов. Никто его так не  обманывал,  и  никогда  он
еще не чувствовал такого желания  отомстить.  Но  он  не  любил  действовать
опрометчиво. Если придется покарать Селию и Батча, он это сделает  так,  что
полиция не сможет предъявить ему никаких обвинений.
     Он нетерпеливо позвонил. Дверь открылась, и Гилрой посмотрел на него  с
удивлением. Несмотря на второй час ночи, Гилрой был одет  в  серый  вечерний
костюм.
     - Вы никогда не приходили ко мне.  Я  удивлен,  -  он  пропустил  Ролло
перед собой. - Вероятно, произошло что-то особенное?
     Ролло вошел в большой будуар. Он подошел  к  камину  и  закурил.  Потом
задумчиво посмотрел на Гилроя.
     - Нам нужно немедленно найти тело Корнелиуса, - сказал он.
     - А как это сделать?
     - Вот я и пришел спросить тебя об  этом,  -  Ролло  пытливо  глядел  на
негра. - Я верю в то, что ты  найдешь  труп.  Ты  говорил,  что  обязан  мне
чем-то, так вот, я пришел потребовать от тебя уплаты долга. Найди мне труп.
     Гилрой стал ходить по комнате.
     - Эта девушка знает, где он находится,  -  сказал  он,  взяв  маленькую
куколку и гладя ее по золотым нитям, изображающим  волосы.  -  Она  приведет
нас к нему.
     - Батч ищет ее, но  я  не  могу  больше  ждать.  Ты  должен  что-нибудь
сделать.
     Гилрой немного подумал.
     - Мне нужно найти ее.  Это  займет  у  меня  час  времени  или  немного
больше. Я сделаю так, что она придет к вам на свидание на  угол  Гайд-парка.
Ждите ее там. Это может продлиться долго, но если вы  запасетесь  терпением,
она обязательно придет.
     Рот Ролло скривился.
     - Что ты мелешь?
     Гилрой взял куклу и поставил ее на пол, указав на красный квадратик  на
ковре.
     - Мы  будем  считать  это  Гайд-парком.  Когда  кукла  достигнет  этого
квадрата, молодая девушка будет в  Гайд-парке.  Вопрос  только  в  том,  кто
будет победителем: ее воля или моя. Когда увидите ее, ничего не говорите,  а
следуйте за ней. Она приведет вас к Корнелиусу. Вы меня поняли?  Не  надо  с
ней говорить, и она не должна вас видеть.
     Ролло посмотрел на красный квадрат и на куколку, лежащую на ковре.
     - Хорошо, - он был смущен. - Я сделаю то, что ты  говоришь.  Это  очень
важно.
     - Она  придет,  -  безразлично  повторил  Гилрой,  -  если  вы   будете
терпеливы.
     Ролло  что-то  проворчал  и  вышел.   Спустившись   этажом   ниже,   он
прислушался: сверху доносился звук барабанной дроби, казавшейся ему  сначала
отдаленным шумом грозы. Но на самом деле бил барабан: бум...  бум...  бум...
Дробь отчетливо проникала в  голову,  как  пульсация.  Он  пожал  плечами  и
направился к машине.
     - Что это за шум? - недовольно спросил Большой Том. - Вы слышите?  Меня
так просто сначала оглушило. Послушайте...
     - Это ничего, - ответил  Ролло.  -  Это  Гилрой  забавляется  со  своим
барабаном, - и он провел рукой по лицу.
     - Едем в Гайд-парк. У меня там свидание.


     Сержант-детектив Джерри Адамс выпрыгнул из автобуса, приветливо  кивнув
водителю "До скорого...", и поднялся по ступенькам дома 155А по  Филен-роуд.
Нажимая на кнопку звонка, он  с  трудом  удерживался  от  зевоты.  Была  уже
полночь, он мотался целый день, и день этот показался ему  длинным,  слишком
длинным. А в заключение дежурный сержант  отделения  Вин-стрит  передал  ему
срочную  просьбу  Сендрика  Смита,  что,  конечно  же,   не   улучшило   его
настроения. И только потому, что жил неподалеку, он решил зайти к  Сендрику.
Тот сразу же открыл ему.
     - Наконец-то ты пришел! - его круглое  лицо  прояснилось.  -  А  я  уже
думал, что ты не придешь.
     - Да, но я ненадолго, - сухо, без восторга  ответил  Адамс.  -  Я  весь
день на ногах. Что случилось?
     - Мой  дорогой  мальчик,  -  Сендрик  широко  распахнул   дверь   перед
Джерри. - Все это слишком серьезно, чтобы говорить об этом на  пороге  дома.
Я очень тревожусь.
     Адамс снисходительно улыбнулся.
     - Пф! Ты всегда готов из мухи сделать слона. Я  уверен,  будь  у  твоей
кошки блохи, ты и от этого не сомкнул бы глаз.
     Он прошел за Сендриком в маленькую гостиную.
     - Во-первых,  у  меня  нет  кошки,  -  Сендрик   держался   подчеркнуто
официально. - Я боюсь кошек. Отвратительные маленькие существа.  Они  всегда
проскальзывают мимо рук, когда их хочешь поймать.  Но  садись,  Джерри,  мне
необходимо посоветоваться  с  тобой.  Верю,  что  ты  очень  устал,  но  мне
необходим совет. Ты хочешь выпить? У меня есть пиво и виски. Выбирай.
     Джерри вздохнул, положил шляпу на стол и поудобнее устроился в кресле.
     - Я, пожалуй, выпью виски, - он расслабился. - Но, будь добр, не  тяни.
Так в чем же дело? Один из твоих жильцов отказывается платить  за  квартиру,
что ли?
     Сендрик сжал губы.
     - В самом деле,  у  тебя  совсем  нет  сердца,  Джерри,  -  покачал  он
головой. - Это серьезно и, думаю, интересно полиции.
     Адамс бросил на него не лишенный любопытства взгляд.
     - И что же ты обнаружил?
     - Я должен начать с самого начала, - Сендрик налил две  рюмки  двойного
виски, добавил содовой воды и протянул одну  из  рюмок  Джерри.  -  За  твое
здоровье.
     Адамс снова вздохнул, сделал большой глоток, достал трубку и табак.
     - Ладно, Сендрик, не торопись. Я весь внимание, старик,  но  чтобы  это
была действительно хорошая история.
     - Не издевайся, - Сендрик медленно тянул виски. - Не знаю, надо ли  мне
пить, возможно, потом я не усну.
     - Несомненно, - затянувшееся вступление не  понравилось  Адамсу,  -  но
зато ты можешь спать весь день, чего не  могу  позволить  себе  я,  так  как
должен работать.
     - Меня беспокоит мисс Хэддер, - наконец он приступил к делу. -  Кое-что
мне очень не нравится.
     - Опять мисс Хэддер? Что там она еще натворила?
     - Она встречается с непорядочными людьми, -  Сендрик  печально  покачал
головой. - Хуже того, она встречается с преступниками.
     Адамс расхохотался.
     - Ну, Сендрик! Что ты знаешь о преступлениях?
     - Во всяком случае, я могу отличить,  кто  порядочный  человек,  а  кто
подонок. Так вот, этот Джос Краффорд настоящий подонок!
     - Джос Краффорд? Кто это?
     - Вот это-то мне и  самому  хотелось  бы  знать.  Он  приходил  сюда  с
запиской для мисс Хэддер. Он был со мной очень  груб,  Джерри,  ты  даже  не
можешь себе представить его грубость и порочность. Он навел на меня ужас,  а
я ведь не из трусливых!
     - Он оставил ей письмо?
     - Да. Конверт был плохо заклеен,  и  я  подумал,  что  моя  обязанность
прочесть его.
     - Ты определенно наживешь себе  неприятности,  если  будешь  заниматься
подобными делами, - нахмурился Адамс.
     - Естественно, если бы это письмо не  было  почти  совсем  открытым,  я
никогда не позволил бы себе его прочитать, - Сендрик не спорил.  -  У  меня,
конечно, много недостатков, но  к  их  числу  не  относится  любопытство,  -
избегая пытливого взгляда  Джерри,  он  продолжал:  -  Если  мне  память  не
изменяет,  в  письме  говорилось:  "Отправляйтесь  в  агентство  Фресби   на
Руперт-Курт, 308. Он поможет вам войти туда. Д.К."
     - Ты уверен в  этом  адресе?  -  спросил  Адамс,  у  которого  внезапно
проявился интерес.
     - Конечно,  уверен,  -  Сендрику  не  понравился  вопрос,  но,  заметив
заинтересованность Джерри, он приободрился. - Ты знаешь агентство Фресби?
     Адамс  поерзал  в  кресле.  Он  не  мог  говорить,  до  какой   степени
Скотленд-Ярд интересовался деятельностью Фресби, подозревая, что  тот  имеет
какое-то отношение к исчезновению Веры Смэл, манекенщицы большого  магазина.
Об этом заявили родители. Полиции удалось лишь установить, что  в  последний
день ее видели входящей в дом N 24 по  Руперт-Курт.  Репутация  Фресби  была
очень сомнительной, он состоял в одной из небольших  банд,  действовавшей  в
Уэст-Энде, сдавая жилье темным типам и  проституткам.  У  полиции  уже  было
намерение взяться за него по-настоящему.
     - Джек  Фресби  находит  работу   девушкам.   Работу,   надо   сказать,
малопочетную, во всяком случае, - сказал Адамс. - Ну и что же случилось?
     Сендрик рассказал ему о появлении странного тюка и об отчаянии Сьюзен.
     - Она заперла свою дверь и провела всю ночь неизвестно где.  Потом,  на
следующий день, часов в десять вечера, приехала на такси с каким-то  пожилым
мужчиной. Они прошли в ее комнату и вытащили этот тюк. Я хотел заговорить  с
ней, но, похоже, она так нервничала,  что  даже  не  услышала  меня.  А  тот
старик грубо посоветовал мне не вмешиваться не в свои дела.  Они  уехали  на
такси.
     Адамс допил виски и поставил стакан.
     - Девушка была очень взволнованна?
     - Я совершенно уверен в этом.  Она  вся  тряслась  и  была  бледна  как
смерть. Я даже подумал, что она вот-вот потеряет сознание.
     - А ты можешь подробно описать этого типа?
     - Он высок и худ. Я дал бы ему лет пятьдесят. Седые щеткой усы,  острый
нос. Он мне показался неряшливым, словом, совсем не таким, с каким могла  бы
иметь дела девушка вроде мисс Хэддер.
     - Это описание, как две капли воды, подходит к Джеку  Фресби,  -  Адамс
нахмурил брови. - Да-а...  Фресби  порядочная  мразь,  но  пока  еще  нельзя
говорить, что случилось нечто серьезное.
     - Ты ведь не знаешь ничего о тюке!
     - Так расскажи.
     - Джерри, что-то исходило  от  него,  и  это  заставило  меня  потерять
хладнокровие. После того, как  этот  Джос  притащил  его  сюда,  я  поднялся
наверх посмотреть... И мне стало страшно, - он поставил  стакан  на  стол  и
вытер лоб. - От него шел какой-то необычный запах. Он напомнил мне  похороны
отца.
     Теперь Адамс уже смотрел на него с беспокойством.
     - Ты слишком много читаешь полицейских романов, старина,  -  сказал  он
после долгого молчания. - Там было много камфары, в этом тюке.
     Сендрик отрицательно покачал головой.
     - Ничего подобного. Я хочу, чтобы ты очень серьезно  отнесся  к  этому.
Запах был слабый, но характерный. Будто там находился труп.
     Адамс простонал:
     - Мой дорогой Сендрик, у тебя слишком сильное воображение.
     Он возражал и в то же время спрашивал себя: куда  девалась  Вера  Смэл?
Полиция считала, что ее убили, хотя доказательств не  было,  но  Фресби  был
последним, кто видел ее. И вот теперь он переносит какой-то большой  тюк,  в
котором, не исключено, действительно упакован труп. А мисс Хэддер?  Какие  у
нее были основания обращаться за помощью к такому человеку,  как  Фресби,  и
вообще общаться  с  ним?  Да,  здесь  определенно  было  над  чем  подумать.
Сендрик, внимательно наблюдавший за своим  молодым  другом,  догадался,  что
сообщение его заинтересовало.
     - Итак, ты убедился, что я не порол чепухи, и понял, что  здесь  что-то
есть?
     В его взгляде читалось удовлетворение.
     - Я пока ничего не знаю, - уклонился от прямого ответа Адамс, -  у  нас
часто бывают и ложные тревоги. Но это  дело,  безусловно,  стоит  проверить.
Видишь  ли,  Фресби  скользкий  тип.  Подозревают,  что   он   причастен   к
исчезновению одной молодой девушки.
     - Ну вот, так я и знал! Вы обнаружите труп в  этом  тюке.  Я  уверен  в
этом!
     - Спокойно, старина. Так просто такие дела  не  решаются.  Надо  хорошо
подготовиться. Мне бы очень хотелось лично познакомиться с  мисс  Хэддер.  С
другой стороны, я не хочу ее спугнуть, если она в чем-то замешана.
     Сендрик поднял руку.
     - Слушай.
     Они услышали, как хлопнула дверь и кто-то торопливо  начал  подниматься
по лестнице.
     - Это вернулась она!
     Сендрик вскочил. Встал и Адамс.
     - Подожди  немного,  -  сказал  детектив.  -  Не  надо  спешить.  -  Он
посмотрел на часы. Было двадцать пять минут  первого.  -  Если  бы  ты  смог
уговорить ее зайти сюда и немного поболтать  с  нами.  Скажи,  что  один  из
твоих друзей хочет познакомиться с ней.
     Сендрик скривился.
     - Я не думаю, чтобы она согласилась.
     Адамс задумался.
     - Ладно, - сказал он. - Тогда вспомни Джоса Краффорда, это заставит  ее
придти сюда.
     - А что ты ей скажешь?
     - Не беспокойся об этом. Иди побыстрее, пока она не разделась.
     Пока Сендрик ходил за девушкой, Адамс, заложив  руки  за  спину,  мерял
шагами его захламленную  комнату.  Ему  надо  быть  очень  осторожным  и  не
слишком раскрывать карты перед Сендриком. Вполне вероятно,  что  в  тюке  не
было ничего особенного, а человек, который его забирал,  не  имел  с  Фресби
ничего общего. Тем не менее разобраться необходимо, причем  так,  чтобы  он,
Джерри, не выглядел смешным. Наконец, он услышал, что они приближаются.
     Сьюзен с бьющимся сердцем посмотрела  на  высокого  молодого  человека,
прислонившегося к камину. Его доброжелательный,  приветливый  вид  несколько
успокоил девушку. Он, конечно, подумала она, не из полиции.
     - Вот мисс Хэддер, - Сендрик закрыл  за  ней  дверь.  -  Мистер  Джерри
Адамс.
     Адамс улыбнулся ей.
     - Я надеюсь, вы извините меня, мисс Хэддер, за  то,  что  я  потревожил
вас в такое позднее время. Садитесь, пожалуйста, прошу вас!
     Сьюзен посмотрела на Сендрика,  потом  на  Адамса.  Поколебавшись,  она
медленно прошла через комнату и села на предложенный ей стул.  Она  еще  раз
посмотрела на Сендрика. Ей было не по себе. Адамс повернулся к Сендрику.
     - Я думаю, мисс Хэддер предпочтет поговорить со мной наедине.
     Растерянное выражение появилось на лице Сендрика.
     - Конечно, конечно, - засуетился он. - Я пойду  приготовлю  чай.  А  вы
пока поговорите,  он  вам  определенно  понравится,  этот  мистер  Адамс,  -
затараторил он, обращаясь к Сьюзен. - Было время,  когда  мы  вместе  с  ним
ездили на гастроли.
     Сьюзен ничего  не  ответила,  но  уже  смотрела  на  Адамса  с  меньшей
опаской.
     Наступило тягостное молчание. Адамс нарушил его первым:
     - Сендрик сказал мне, что вы знаете Джоса Краффорда.
     Сыозен выпрямилась.
     - Я его очень мало знаю.
     Страх снова овладел ею.
     - Мы были с ним хорошими друзьями, - продолжал спокойно Адамс,  подумав
при этом, что девушка вздрагивает из-за каждого обращенного к ней  слова,  а
в глазах мечется страх. - Я давно его не видел и,  узнав,  что  он  приходил
сюда, решил найти его с вашей помощью.
     Сьюзен казалось, что ее сердце превратилось  в  кусок  льда.  Она  была
уверена, что этот очаровательный молодой человек ей лгал. Джос говорил,  что
у него нет друзей.
     - Я не знаю, где он живет... - ответила  она,  не  отрывая  взгляда  от
своих рук. - Я мало с ним знакома.
     - Очень жаль, - голос Адамса стал тверже. - Я так надеялся. Но если  вы
не знаете, где он находится, мне придется поступить по другому.
     - Я надеюсь. - Сьюзен встала. - Извините  меня.  Уже  поздно,  я  очень
устала.
     Она поднесла руку ко лбу  и  некоторое  время  стояла  с  устремленными
куда-то глазами. Адамс  внимательно  наблюдал  за  ней.  Без  сомнения,  эта
девушка чувствует себя очень  плохо.  Больше  того,  она,  казалось,  вообще
перестала замечать его присутствие. Ее лицо  побелело,  вытянулось,  с  него
сошли все краски. Она приложила обе руки к голове и стала раскачивать ее.
     - Вам нехорошо, мисс Хэддер? - жестко спросил он. - Мисс Хэддер!  -  Он
взял ее за руку и встряхнул. - Что с вами?
     - Кто-то сейчас  бьет  в  барабан...  -  пробормотала  она,  освобождая
руку. - Послушайте! Кто-то сейчас бьет в большой барабан.
     Адамс пристально посмотрел на нее. Он ничего не слышал.
     - Нет, нет, ничего такого... - ответил он.
     Сьюзен дико посмотрела на него.
     - Вы оглохли! Это невозможно! Это не прекращается. Послушайте!
     Внезапно она отстранилась, глаза ее были заполнены ужасом.
     - Меня как будто кто-то  колотит  по  голове!  -  истерически  крикнула
она. - Эти звуки... Все сильнее и сильнее! Неужели вы ничего не слышите?
     - Вы с ума сошли! - Выражение ее лица испугало Джерри.  -  Ну,  придите
же в себя! Вы вообразили себе черт знает что! Нет никакого барабана... -  Он
говорил с ней резко, сурово.
     - Что это со мной? - Сьюзен стала плакать, обхватив  голову  руками.  -
Это бьет меня по черепу. Я схожу с ума... Остановите его...
     - Не будьте маленькой  мокрой  курицей.  Я  вам  говорю,  нет  никакого
барабана!
     Адамс  старался  говорить  спокойно  и  уверенно,  но   и   сам   начал
нервничать. Девушка уставилась на него и отступила к двери.  Прежде  чем  он
успел остановить ее, помчалась по лестнице. Ее громкие рыдания донеслись  до
Сендрика, который прибежал из кухни и сказал укоризненно:
     - Ты расстроил малышку. Что ты ей сказал?
     Адамс стоял и смотрел на лестницу.
     - Ничего я ей не говорил, это она мне вдруг заявила, что кто-то бьет  в
большой барабан. Она совсем раскисла. Она в ужасно нервном  состоянии,  -  у
Адамса тоже был совершенно беспомощный вид.
     - Барабан?
     - Она совершенно не в своем уме  от  чего-то,  что  мне  кажется  очень
серьезным. Я думаю, ты прав,  Сендрик.  Надо  немедленно  же  заняться  этой
историей.
     - Не кажется ли тебе, что нужно позвать доктора? - спросил Сендрик.
     - Слушай, - шепнул Джерри.
     Они неподвижно стояли, глядя  на  лестницу.  Сверху  доносилось  слабое
звучание тамтама. Не раздумывая, Адамс  кинулся  наверх  к  комнате  Сьюзен.
Сендрик,  задыхаясь,  поспешил  за  ним.  Они   остановились   у   двери   и
прислушались.
     - Можно подумать, что  она  барабанит  пальцами  по  столу,  -  заметил
Адамс.
     Было слышно, будто в комнате  продолжал  глухо  звучать  тамтам.  Адамс
постучал в дверь.
     - Мисс Хэддер! - громко позвал он.
     - Тише! Мы всех разбудим, - нервно прошептал  Сендрик.  -  Что  делать?
Может быть, вызвать полицию?
     - Ради бога, успокойся, - сердито ответил Адамс. - Это я -  полиция.  И
я справлюсь с этим.
     Он старался быть спокойным. В этой девушке, стучащей  по  столу  обеими
руками, было что-то  сверхъестественное.  Ритм,  который  доходил  до  него,
просто сводил с ума. Потом удары прекратились. Они услышали  шум  шагов,  и,
прежде чем  успели  посторониться,  Сьюзен  распахнула  дверь.  Адамс  успел
заметить ее бледное лицо, стеклянные с диким выражением глаза в тот  момент,
когда она проходила мимо, направляясь к лестнице.
     - Мисс Хэддер! - пошел он с ней рядом.
     Она не обратила на него ни малейшего внимания. Она  шла,  как  автомат,
вытаращив глаза и ничего не видя. Ее руки безвольно висели  вдоль  тела.  Не
задерживаясь, девушка стала спускаться вниз.
     - Вы видели ее  лицо?  -  прошептал  Адамс,  почувствовав,  как  волосы
шевелятся на его голове. - Она идет,  как  сомнамбула.  Предоставьте  теперь
мне действовать, - сказал Адамс и поспешил к вешалке,  на  которой  был  его
плащ. - Что-то в этом неестественное. Не беспокойтесь, я прослежу за ней,  -
и последовал за девушкой, которая чуть ли не бегом  устремилась  куда-то  по
улице.




     Спрятавшийся в тени ворот Батч наблюдал, как Ролло,  выйдя  из  машины,
направился в домик доктора Мартина. Батч тоже слышал о дневнике  и  понимал,
какая опасность грозит  ему,  найди  его  Ролло.  К  сожалению,  он  немного
опоздал. Теперь стоял  здесь,  под  воротами,  держа  руку  на  "люггере"  и
раздумывая, как ему быть. Самым лучшим было отобрать у Ролло  дневник,  едва
тот выйдет из дома. Но вдруг в дневнике нет  ничего  компрометирующего  его?
Этим только вызовет подозрения Ролло, а потом еще не  известно,  удастся  ли
легко  завладеть  дневником.  Наверняка  придется  убить  Ролло.  Но   тогда
придется убрать и Большого Тома, а тот  не  был  дураком  и  имел  при  себе
оружие. Прежде чем Батч успеет  разделаться  с  Ролло,  Том  застрелит  его.
Прикинув все "за" и "против", Батч решил отступить.
     Тем временем Ролло возвратился  и  спокойно  забрался  в  машину.  Батч
рванулся к ней, но снова опоздал, машина сорвалась с  места  и  свернула  на
Нью-Бонд-стрит. Ругаясь,  Батч  поспешил  к  своему  "паккарду".  Вскоре  он
догадался, что Ролло едет к Гилрою.  Но  зачем?  Остановившись  на  соседней
улочке, в нескольких метрах от Грин-стрит, Батч увидел, что  Ролло  исчез  в
Аллен-Курт. Пристроившись у соседних ворот, он решил ждать. Он понимал,  что
ему нельзя терять из виду Ролло ни на секунду. Он знал, что Ролло  ни  перед
чем не остановится, чтобы наложить руку на деньги  Вайдемана.  Три  миллиона
фунтов! Это умопомрачительная сумма!
     Невыразительное лицо Батча исказила злая  гримаса,  когда  он  подумал,
что можно сделать с такими деньгами.  Его  вера  в  способности  Ролло  была
безграничной. Если будет хоть малейшая возможность обнаружить деньги,  Ролло
ее не упустит. А когда Ролло станет обладателем такой галеты, то Батч  будет
рядом с ним. Он хищно улыбнулся. Ролло очень опасен. Пока ему надо  проявить
осторожность и покладистость. Но как только деньги окажутся у Ролло, он  его
уберет. Слишком велика ставка в этой игре. Но что Ролло делает у Гилроя?
     Батч прокрался вдоль стены, держась в тени, чтобы  не  заметил  Большой
Том. А тот ходил вокруг машины, поглядывая в сторону Аллен-Курт. Можно  было
подумать, что и ему не терпелось увидеть Ролло.
     Наконец Ролло появился. Что-то сказал шоферу,  и  оба  сели  в  машину.
Батч  снова  отправился  за  ними,  сначала  по  Честберн-авеню,  потом   по
Пикадилли. Едут к Селии, начали охоту  за  трупом  Корнелиуса?  -  спрашивал
себя Батч, злобно вцепившись в баранку. Батч не знал, где может  быть  труп,
но  был  уверен,  что  эти  перемещения   Ролло   неспроста.   Значит,   его
единственный шанс - все время быть рядом с ним!
     Ролло, по-видимому, не собирался навещать Селию. Машина  проехала  мимо
отеля Беркин и двигалась теперь по Лейн-парку... Повернут на  Шепард-Маркет?
Нет, машина продолжала свой путь, постепенно  сбавляя  скорость.  Батч  тоже
стал притормаживать. Машина Ролло повернула  к  Гайд-парку  и  остановилась.
Батчу нужно было  что-то  решать.  Поразмыслив,  он  проехал  к  Гайд-парку.
Оставив там "паккард", вернулся  к  тому  месту,  откуда  мог  наблюдать  за
Ролло. Но из машины никто не выходил. Батч хорошо  различал  в  ней  силуэты
Ролло и Большого Тома. Первый  курил  сигару,  кончик  которой  вспыхивал  в
темноте. Так минуло несколько минут. Ролло и Том все не  выходили.  Что  это
они задумали? Они даже не разговаривали. Том,  казалось,  заснул  за  рулем.
Батч подобрался поближе. Может быть, они ожидают кого-нибудь?  Но  кого?  Он
сжал кулаки. Стоять здесь было  опасно.  Подойдет  флик  и  начнет  задавать
вопросы. Лучше спрятаться в парке. Убедившись, что Ролло не  смотрит  в  его
сторону, он бросился к деревьям. Устроившись на траве,  чтобы  его  не  было
видно, Батч стал ждать.
     Ночь была лунной, от домов,  деревьев  тянулись  длинные  тени.  Где-то
вдалеке Биг Бен пробил час ночи. И этот звон прозвучал как  нечто  зловещее.
Батч, которому и так было не по  себе,  зашевелился.  Сколько  еще  вот  так
сидеть? - спрашивал он себя со злостью.  Ролло  хорошо:  он  с  комфортом  в
машине. Какого дьявола они ждут?
     Ролло продолжал курить. Он опустил стекло, и Батч мог видеть даже  дым,
рассеивавшийся в ночном  воздухе.  Он  даже  чувствовал  его  запах,  и  это
вызывало в нем нестерпимое желание закурить тоже. Минуты ползли медленно.
     Неожиданно Ролло вышел из машины. Он стряхнул пепел сигары и  посмотрел
на вход  в  парк,  освещенный  луной.  Мимо  беспрестанно  проезжали  такси,
автобусы, будто в такую хорошую ночь Лондон не собирался засыпать.
     Ролло  посмотрел  на  часы.  Десять   минут   второго.   Он   не   имел
представления, сколько времени придется еще провести здесь, но был уверен  в
колдовстве Гилроя. Раз он обещал, что девушка придет, значит, так  и  будет.
Больше того, Ролло понимал, что это единственная возможность  отыскать  труп
Корнелиуса. Он сел на  подножку  машины  и  развернул  дневник  доктора.  Он
почувствовал, как в нем снова растет непреодолимое желание отомстить  Селии.
Ролло едва удержался, чтобы не помчаться к ней. Убедившись, что  в  дневнике
больше не содержится ничего, касающегося Селии и Батча, кроме того,  что  он
уже знал, сунул тетрадь в  карман.  Да,  он  получит  огромное  наслаждение,
наказывая изменников. В свое время он обязательно это сделает. Даже если  на
это потребуется много времени и усилий.  А  пока  будет  терпеливым.  Однако
снова возникло желание немедленно отправиться к Селии. Руки  его  сжались  в
кулаки и опять он сдержался. Ведь если начнет колотить  Селию,  то  может  в
гневе и убить ее. Что ж, он подождет, зато какая будет расплата!
     Он пожал плечами, прогоняя  эти  сладкие  мысли  из  головы.  Нет,  это
слишком опасно. У него не было ни малейшего желания  быть  повешенным  из-за
двух предателей. Какая неприятная мысль! Его лицо  выразило  отвращение.  Он
на конце веревки... Рывок, и все кончено. А может  быть,  при  этом  у  него
оторвет голову? Не выдержав, он вскочил и начал ходить  туда-сюда.  И  вдруг
появилось  смутное  ощущение,  что  за   ним   наблюдают.   Но   внимательно
осмотревшись  вокруг  и  ничего  не  увидев,  решил,  что  это  просто  игра
воображения. Большой Том высунул голову в окно.
     - Что, долго мы еще будем прохлаждаться здесь? - проворчал он. -  Я  бы
очень хотел лечь спать, патрон. Может быть, поедем домой?
     - Заткнись! Может быть,  нам  придется  провести  тут  и  всю  ночь,  -
оборвал его Ролло.
     - А, черт возьми! - Большой Том простонал, втянул  голову  в  салон,  и
опустил ее на руки, лежащие на руле. Докурив сигару, Ролло тоже  вернулся  в
машину. Он устал, но знал, что не может уйти отсюда. Гилрой обещал, что  она
придет, а упускать ее нельзя.
     Было два часа пятнадцать минут, когда  Сьюзен  появилась  возле  парка.
Батч первым заметил ее и хотел уже броситься к ней,  но  вовремя  сдержался.
Он быстро взглянул на машину Ролло. Тот уже  открыл  дверцу.  С  трех  точек
трое мужчин наблюдали за Сьюзен  с  большим  волнением  и  напряжением.  Она
размеренно шагала по аллее, но у машины Ролло остановилась как вкопанная.  В
ярком свете луны Ролло разглядел  напряженность  на  ее  безжизненном  лице,
отсутствующий взгляд. Девушка смотрела на него, не видя, и  после  минутного
замешательства Ролло догадался, что она не отдает себе  отчета  в  том,  где
находится и кто рядом с ней.
     - Посмотри на нее, - шепнул он Тому, - она идет, будто лунатик.
     - Действительно! - Том высунулся из машины. - Что с ней?
     Ролло  неожиданно  вздрогнул.  "Это  Вуду,  -  подумал  он.  -  Значит,
действительно есть что-то такое!" Он понял, что  там,  в  своей  комнате  на
Аллен-Курт, Гилрой каким-то образом заставил девушку придти сюда. Эта  мысль
одновременно и восхитила, и испугала его.
     - Замолчи! - он поднял руку. Его глаза не отрывались от Сьюзен.
     Она стояла так еще  некоторое  время,  потом  повернулась  и  неверными
шагами пошла из парка.
     - Брось тут машину! - велел Ролло Тому. - Нам нельзя  выпускать  ее  из
виду.
     Том  медленно  отправился  за  Сьюзен.  События  развивались  так,  как
говорил Гилрой. Ролло знал, что она ведет их к  месту,  где  находится  труп
Корнелиуса. Его больше ничего не интересовало, кроме надежды  положить  лапу
на три миллиона. Ничего на свете не имело сейчас  для  него  значения,  даже
собственная безопасность.
     Батч думал совершенно иначе, и если бы  знал,  куда  ведет  их  Сьюзен,
действовал бы  совсем  иначе.  Он  видел  только,  что  девушка,  смертельно
боявшаяся  Ролло,  сама  пришла  к  нему,  и  они  куда-то  направились.  Он
догадывался, что эта прогулка имеет какое-то отношение к деньгам  Вайдемана,
но не предполагал, что цель находится так близко.
     Убедившись, что его никто не заметил, Батч вышел из своего укрытия,  но
внезапно замер. За девушкой, направляющейся  к  Конституцион-хилл,  Ролло  и
Большим Томом  двигалась  еще  одна  темная  фигура.  По  силуэту  он  узнал
детектива Адамса. Батч специально изучил всех  детективов  своего  района  и
отлично мог узнать каждого из них и  днем,  и  ночью.  Рука  его  машинально
опустилась на "люггер", но, дотронувшись до оружия, он сразу же  понял,  что
это крайне опасно. Его первым побуждением было предупредить  Ролло,  что  за
ним следует шпик, но подумал потом, что  будет  совсем  неплохо,  если  флик
накроет Ролло.  Это,  возможно,  даст  ему,  Батчу,  шанс  удрать  вместе  с
добычей. Он бесшумно вышел из-за деревьев и пошел за Адамсом.
     Однако вскоре Батч сообразил, что все не так просто. Если Ролло  сейчас
обнаружит деньги, Адамс тоже будет  знать  о  них.  Он  сжал  губы.  Значит,
придется убрать всех троих. Теперь дело становилось не только опасным, но  и
почти невозможным.
     Ролло тем временем следовал за  Сьюзен,  не  подозревая  о  присутствии
Батча и Адамса.  Она  прошла  мимо  Букингемского  дворца  и  направилась  к
Слен-скверу.
     Улицы были  безлюдны,  и  Ролло  с  Томом,  не  скрываясь,  в  открытую
двигались за девушкой. Адамс сразу же  узнал  Ролло,  его  сердце  забилось.
Если Ролло замешан в  этой  истории,  это  определенно  окажется  тем  самым
делом, которого он ожидал  с  таким  нетерпением.  Время  от  времени  Адамс
оборачивался, проверяя, не следят ли за ним,  но  Батч  был  специалистом  в
такой игре, и обнаружить его было очень трудно. Он вовремя  проскальзывал  в
тень высоких домов, невидимый в своем  черном  костюме  и  черной  шляпе.  А
когда выходил на угол улицы, останавливался, выжидая удобный  момент,  чтобы
пуститься дальше.
     Ролло думал, что конца не  будет  этой  дороге.  Пот  крупными  каплями
стекал по его лицу. Он никогда не ходил столько пешком, привычный к  машине.
Том, поглядывая на него, испытывал удовлетворение, видя его состояние.
     - Если говорить о любви к пешим прогулкам, то она их  очень  любит,  не
правда ли, патрон? С  такой  скоростью,  как  у  нее,  она  будет  в  районе
Брайтона часа через два, - говорил он, неспособный молчать.
     Ролло злобно ворчал. Если даже придется ползти на четвереньках, он  все
равно  это  сделает.  Разве  она  не  ведет  его  к  трем  миллионам  фунтов
стерлингов?
     - Хэлло, шеф, она останавливается, - бросаясь в тень,  крикнул  Большой
Том.
     Ролло бросился за ним.
     В десяти шагах от них  Адамс  поспешно  шагнул  в  подворотню,  а  Батч
распластался вдоль стены.
     Сьюзен  остановилась.  Она  немного  поколебалась,  потом   исчезла   в
переулке.
     - Это там!
     Ролло последовал за ней. Он  быстро  добежал  до  конца  переулка,  но,
убедившись, что это тупик, вернулся к Тому.
     - Отправляйся за машиной, не теряй ни секунды. Я с ней разделаюсь  сам,
но мне нужна машина!
     Большой Том заворчал.
     - Что же это, значит, мне  снова  надо  проделать  это  же  расстояние?
Разве у вас нет сердца, хозяин?  Мои  ходули  слишком  устали  и  дьявольски
болят!
     - Слушайся,  и  живее!  -  приказал  Ролло.  В  его  маленьких   глазах
загорелся зловещий огонек.
     - Ладно уж, иду.
     И Большой Том ушел. Адамс видел его, но так как у него не было  времени
спрятаться,  то  он  повернулся,  будто  идет  в  противоположную   сторону.
Большого Тома не интересовала полиция. Он  не  изучал  ее  персонал  подобно
Батчу, поэтому-то и не обратил на Адамса внимания.
     Батч спрятался в подворотне,  увидев  приближающегося  Тома.  Нужно  ли
предупредить его относительно Адамса? Может, надо вернуться вместе с  ним  и
ликвидировать  этого  детектива,  чтобы  помочь  Ролло?   Но   он   тут   же
отрицательно покачал головой.  Он  не  доверял  Тому.  Это  преданный  Ролло
человек. Если Ролло знает о его связи с Селией, Том получит долю  Батча.  Уж
лучше избавиться от Тома, а потом свести счеты с Ролло и Адамсом.
     Большой  Том  промчался  мимо  Батча.  Тот  выругался  сквозь  зубы   и
посмотрел на улицу. Ролло и Адамс исчезли. Он пробежал  к  началу  переулка.
Никого! Батч осторожно пошел по узкой улице до какой-то двери,  прислушался,
но ничего не разобрал. Он тихо нажал на ручку, открыл  дверь  и,  приготовив
револьвер, проскользнул внутрь. Он немного постоял и расслышал  над  головой
чьи-то шаги. Ролло был наверху. Но где же Адамс? Он  снова  прислушался,  но
ничего больше не услышал... Очень тихо он проскользнул в коридор. И  в  этот
миг позади него входная дверь тихо закрылась.


     Джек Фресби вернулся к себе. Сняв шляпу и пальто, он, зевая,  прошел  в
маленькую  гостиную.  Он  был  совершенно  разбит  после   перевозки   этого
проклятого тюка. Когда Сьюзен убежала, он превратил  Корнелиуса  в  восковую
фигуру. Ужасная работа, но надо было сделать все так, чтобы  никто  не  смог
обнаружить Корнелиуса.
     Фресби отправился на кухню и поставил чайник на место. В доме все  было
тихо и спокойно. За исключением уборщицы,  которая  приходила  каждый  день,
никто не мог потревожить Фресби. Уже более пяти лет он  жил  один  и  привык
сам обслуживать себя. Соседний дом не сдавался, с другой стороны  его  жилье
окружали пустырь и запущенное  поле.  Единственным  компаньоном  Фресби  был
кот, рыжий и худой, сейчас он прыгнул в окно и начал тереться о его ногу.
     - Вот и ты, - сказал  Фресби,  посмотрев  на  кота.  -  Я  принес  тебе
кое-что. Кусок рыбы. Это тебе понравится.
     Кот  хрипло  мяукнул,  и  все  его  хилое  тело  передернулось.  Фресби
машинально почесал его за ухом, потом достал  из  шкафа  маленький  пакетик.
Отдав коту рыбу, он помыл руки. Делая все это, он размышлял о  Ролло.  Может
быть, стоит повидаться с ним и сказать, что он знает,  где  находится  труп?
Это был прямой путь. Ролло должен был  дорого  заплатить  за  эти  сведения.
Интересно сколько? Предположим, тысячу или две  тысячи  фунтов.  Он  покачал
головой. Нет, это слишком сильно. Надо требовать пятьсот фунтов. Это  вполне
разумная цена! И лучше не терять времени. Нужно повидаться с  Ролло  сегодня
же ночью. Подумав так, он невольно  поежился.  Он  очень  уже  устал,  чтобы
бежать  еще  куда-то.  Может  быть,  просто  поговорить  по  телефону?  Это,
пожалуй, лучше. Только сначала он попьет чаю, а уж затем позвонит из  кабины
автомата на углу улицы.
     Пока вода закипала, он достал чашку и чайник и  занялся  приготовлением
заварки. Затем перенес  все  в  маленькую  гостиную  и  опустился  в  мягкое
удобное кресло. Им завладели приятные  мысли.  С  пятью  сотнями  фунтов  он
сможет покинуть  страну.  Это  была  его  самая  горячая  мечта.  После  той
отвратительной ночи, когда он  зарыл  труп  Веры  Смэл  в  подвале.  Сейчас,
потягивая крепкий чай, он убеждал себя не вспоминать об этом.  Лучше  думать
о другом. Он упустил Сьюзен. Его большие  жилистые  руки  сжались.  Подумать
только, она была с ним одна в  этом  большом  доме.  Какая  глупость  с  его
стороны. Никто бы ее не услышал, дом был пуст.  А  потом  она  не  стала  бы
жаловаться. У него против нее тоже был козырь - труп Корнелиуса. Но  что  же
с ним случилось? Еще год или два назад он не стал бы медлить  ни  секунды...
Наверное, история с Верой Смэл виновата.  Тогда  у  него  и  мысли  не  было
убивать девушку. Не была бы эта маленькая дурочка такой недотрогой...
     Он поставил чашку на стол и закрыл глаза. Какое странное  ощущение.  Он
почувствовал тогда что-то необычное. Он вспомнил выражение глаз Веры,  когда
душил ее. Эти серые глаза долго преследовали его в темноте.  Он  никогда  бы
не поверил, что у  человека  глаза  могут  быть  наполнены  таким  безмерным
ужасом, какой видел у Веры. В тот момент,  когда  сдавил  ей  горло,  у  нее
разинулся рот, и отвратительно  распухший  язык,  похожий  на  голову  змеи,
показался между зубами...
     Фресби стремительно встал, гоня от себя  воспоминания.  В  самом  деле,
это ни к чему  хорошему  не  приведет.  Но  если  представится  случай,  он,
пожалуй, повторил бы то же самое. Да, он должен признаться себе  в  этом.  У
него вдруг возникло желание испытать те  же  острейшие  ощущения.  Оно  было
настолько сильным, что Фресби  вспотел  и  у  него  перехватило  дыхание.  С
трудом он взял себя в руки.
     Что-то происходило совсем рядом. Фресби услышал легкий стук в  дверь  и
посмотрел на стоящие  на  камине  часы.  Было  около  часа  ночи.  "Кто  это
приперся в такое время?" Он нахмурил брови и затаил дыхание, словно  боялся,
что его услышат там, за дверью. Никто, за исключением молочницы,  почтальона
или уборщицы, не переступал порог его жилища. Джек немного  подождал.  Может
быть, подумают, что его нет дома  и  уйдут?  Но  в  дверь  снова  постучали,
громче и нетерпеливее. Не переставая ворчать,  Фресби  вышел  в  прихожую  и
открыл дверь.
     - Вы один? - спросила Селия, входя на свет.
     Фресби ошеломленно смотрел на нее. В белой курточке,  темно-синей  юбке
и тюрбане она была очень привлекательна и эффектна.
     - Вот как? - проговорил он и вдруг почувствовал,  что  голос  его  стал
хриплым, а дыхание прерывистым. - Вы хотели меня видеть?
     Она смотрела  на  него,  и  в  ее  глазах  было  выражение  смущения  и
недоверия.
     - Да. Вы ведь знаете, кто я?
     Он утвердительно кивнул головой.
     - Вы ведь мисс Селия?
     - Я могу войти?
     Он посторонился, давая пройти, и  затрепетал,  почувствовав  аромат  ее
духов.
     - Сюда, - пригласил Фресби, стараясь совладать со своим волнением.
     "Что ей понадобилось? И что подумает Ролло, если  узнает?  Или  это  он
сам послал ее?"
     Селия прошла в комнату и встала около камина, с  отвращением  оглядывая
неряшливую комнату и  убогую  обстановку.  Фресби  указал  рукой  на  старое
кресло.
     - Прошу садиться, - смущенно предложил он. - Простите за такую  скудную
обстановку. Вы ведь к такой не привыкли, не так ли?
     - Что вы знаете о мисс Хэддер? - резко спросила Селия,  не  обратив  ни
малейшего внимания на его слова.
     Фресби опешил. Он не был готов к подобному вопросу и пробормотал:
     - Батч тоже задавал мне этот  вопрос.  -  И,  чтобы  выиграть  время  и
оправиться от смущения, стал наливать себе чай.  -  Не  хотите  ли  чашечку?
Впрочем, думаю, не хотите. Коктейли вам больше по вкусу, не так  ли?  Но,  к
сожалению, у меня их нет...
     Взгляд Селии помрачнел.
     - Я ничего не хочу. Вы не ответили на мой вопрос.
     Фресби уже полностью справился с  собой.  Он  отметил,  какой  приятной
вдруг стала его комната с той минуты,  когда  в  нее  вошла  Селия.  Грязное
помещение с облинявшими обоями и потертым ковром, казалось,  обрело  прежние
яркие краски. Он знал, что она метиска,  но  какая  фигура!  Он  никогда  не
видел  ничего  подобного.  Ее  одежда...  Тут  дыхание   его   снова   стало
прерывистым. Ее нейлоновые чулки, руки в перчатках - все это возбуждало.
     - А к чему отвечать? - Он больше не думал о чае. Он забыл его на  столе
и, задавая вопрос, приблизился к ней. - Я очень  устал.  Вы  не  возражаете,
если я сяду?
     Но он, конечно, не стал  ждать  ее  разрешения  и  тяжело  опустился  в
кресло. Потом, немного помедлив, поднял на нее глаза.
     - У меня нет лишнего времени, -  Селия  поняла,  какое  впечатление  на
него произвела. - Будет значительно лучше, если вы  прямо  ответите  на  мой
вопрос.
     - А разве вам  Батч  ничего  не  сказал?  -  Фресби  старался  казаться
непринужденным. - Я ведь уже все сказал Батчу. Все, что знал.
     - Это неправда, вы сами это  отлично  знаете.  Вы  не  пожалеете,  если
скажете правду мне. - Она  долгим  взглядом  посмотрела  на  него,  а  потом
пообещала: - Я с вами хорошо рассчитаюсь.
     Фресби закусил кончик усов. Ему было трудно собраться с мыслями.  Какие
длинные ноги! Это выбивало из колеи и заставляло нервничать. Он  смотрел  на
ее бедра, обтянутые юбкой. Как ему не нравились плоские женщины! Он  прогнал
эти мысли. "Мне не придется пожалеть об этом", - повторил он про себя  слова
Селии. - Значит, она заплатит за сведения?
     - Я не понимаю, что же вы все-таки хотите? - спросил он.
     - Скажите мне все, что знаете о ней,  и  вы  получите  сто  фунтов.  Но
советую вам поторопиться.
     Фресби стал размышлять. Батч тоже обещал ему сто фунтов. Но ведь  можно
и поторговаться.
     - С пятьюстами фунтами дело пойдет лучше, - он  сунул  руки  в  карманы
брюк. У него появилось странное желание: ощупать ее всю.
     Она взорвалась:
     - Не будьте идиотом! Вы получите сто фунтов, и больше  ничего.  Решайте
немедленно!
     - Нет, пятьсот фунтов!
     Ему доставляло большое удовольствие торговаться с нею. Он  уже  не  мог
представить свою комнату без нее.
     У Селии вырвался нетерпеливый жест, и подол ее юбки задел  его  колени.
Ее тело было тонкое и мускулистое и реагировало  быстро,  как  электрический
разряд.
     - А вы знаете, где находится труп? - спросила она после паузы.
     Он сжался. Он не сумел скрыть  этого  своего  движения,  что  сразу  же
выдало его.
     - Значит, вы определенно знаете это! Идиот! Вы же  теряете  драгоценное
время! Скажите мне, где он находится, и я дам вам сто фунтов! - Голос  Селии
стал жестким. Она открыла сумочку и  достала  четыре  банковских  билета.  -
Посмотрите, вот они!
     Он скрестил ноги.
     - Мы с вами так не сторгуемся. Ролло определенно за эти  сведения  даст
мне тысячу фунтов. Итак?
     Селия отвернулась, чтобы  он  не  увидел  ее  искаженное  ненавистью  и
злобой лицо. Каждую минуту  Ролло  мог  обнаружить  труп.  Теперь  не  время
торговаться. Даже если она даст Фрссби половину  суммы,  это  все  же  будет
лучше, чем  ничего,  иначе  Ролло  заберет  все.  Можно  даже  инсценировать
несчастный случай с Фресби после того, как он  назовет  место,  где  спрятан
труп. Если бы Батч был здесь! Он обязательно заставил бы  Фресби  заговорить
по-другому. Она повернулась к нему.
     - На трупе спрятаны деньги, - она сжала кулаки. - Если мы не  обнаружим
их быстро, то опоздаем и будет жалеть об этом!
     Глаза Фресби загорелись. Так вот почему Ролло так торопился найти  труп
Корнелиуса! И подумать только, он  столько  времени  затратил,  заливая  его
лицо воском, и не догадался обшарить!
     - Деньги? Сколько денег?
     Селия колебалась. Но она понимала, что рано или  поздно  он  все  равно
узнает об этом. Лучше уж не терять времени и сказать правду.
     - Три миллиона фунтов стерлингов! - выпалила она одним духом.
     Фресби, как сумасшедший, выпрыгнул из своего  кресла.  Сумма  ошеломила
его.
     - Три миллиона! Вы уверены в этом?
     - Абсолютно уверена. И не стойте болваном, уставившись  на  меня.  Если
вы знаете, где труп, надо действовать  немедленно.  Ролло  может  обнаружить
его раньше.
     Фресби подумал, что ему вряд ли это удастся,  но  не  стал  разубеждать
Селию.
     - Если вы  проводите  меня  на  место,  я  разделю  с  вами  всю  сумму
пополам, - проговорила Селия после недолгого молчания.
     В голове у Фресби уже роились  различные  проекты.  Три  миллиона!  Три
миллиона фунтов! Сумма просто невероятная, умопомрачительная... Разделить  с
ней? Но почему? Ведь это он знал, где находится труп, а  не  она!  Все,  что
ему оставалось сделать, это побыстрее отправиться к  Теду  Витби  в  подвал,
забрать деньги и удрать из Лондона.
     Селия наблюдала за ним краем глаза. Она чувствовала себя  очень  плохо.
Она прекрасно понимала, как опасно было говорить ему правду  о  деньгах,  но
что ей оставалось делать?
     - О чем это вы еще раздумываете? - нетерпеливо спросила она.
     Он посмотрел на нее  и  подумал  о  Вере  Смэл,  о  свисающем  языке  и
вытаращенных от ужаса глазах. Его руки сжались в карманах.
     - Я сегодня слишком много работал и устал, - тихо проговорил он. -  Эта
история доконала меня.
     - Вы теряете время. Нам необходимо  как  можно  быстрее  идти  туда,  -
возмутилась Селия.
     Фресби кивнул. Он раздевал Селию взглядом.  При  этом  думал,  что  она
доставит ему несравненно больше трудностей, чем  Вера  Смэл.  Ее  прекрасное
тонкое тело выглядело очень сильным. Одна мысль о борьбе  с  ней  доставляла
ему огромное удовольствие и заставляла быстрее бежать  кровь  по  жилам.  Он
внезапно выпрямился и оттолкнул кресло.
     - Ладно, - сказал он хриплым  голосом,  -  сейчас  поедем.  Это  совсем
недалеко отсюда.
     Но он все еще не решил, как ему поступить: действовать  немедленно  или
разделаться с ней,  когда  они  окажутся  у  Витби?  Вероятно,  будет  более
разумным покончить с ней здесь. Там, в подвале, полном восковых  фигур,  это
сделать будет значительно труднее. Здесь, по крайней мере, больше места.  Он
осмотрелся. Стул мог помешать ему, и его следовало отодвинуть в угол. Но  он
не хотел возбуждать в  ней  подозрения.  Ее  надо  обязательно  схватить  за
горло.
     - Я должен переменить  обувь,  простите  меня,  -  спокойно  проговорил
он. - У меня болят ноги, я сейчас, минуту!
     Прежде чем она успела ответить, он  был  уже  около  двери,  по  дороге
опрокинув стул.
     - Почему, к дьяволу, он не стоит на  месте!  -  проворчал  он,  как  бы
разговаривая сам с собой.
     Он поставил стул около стены и вышел,  закрыв  за  собой  дверь.  Селия
посмотрела на пустое место, где только что стоял  стул.  В  ней  пробудилось
смутное подозрение и беспокойство. Почему он переставил  стул?  Она  достала
из сумочки револьвер. Миниатюрное оружие, настоящая игрушка с  рукояткой  из
слоновой кости.  Оно  было  настолько  маленькое,  что  совершенно  свободно
умещалось в ладони. Селия направилась было к двери, но услышала его  шага  и
вернулась на свое место к камину.
     Лицо Фресби было красным, глаза блестящие и влажные. На нее он  смотрел
не прямо, а как-то искоса. Беспокойство Селии возросло.  Она  подумала,  что
он затеял что-то плохое, но пока не могла понять, какая  опасность  угрожает
ей. Не собирается ли он оставить ее здесь и затем отправиться  к  Корнелиусу
в одиночку?
     - Ну, вы готовы? Мы можем идти? - проговорила она.
     У него был приглушенный голос.  Можно  было  подумать,  что  он  что-то
жевал. Он должен заставить ее отойти от  камина.  По  тому,  как  вырывалась
Вера Смэл, он знал,  что  жертву  надо  обойти  сзади,  схватить  за  шею  и
упереться коленом в спину.
     - Куда мы пойдем? - Селия настороженно наблюдала за ним.
     - Недалеко.
     Он стоял подле нее,  и  она  чувствовала  жар  его  тела.  Когда  Селия
проходила мимо, ей  вдруг  ясно  представилось,  что  он  собирается  с  ней
сделать. Но, пока мозг  переваривал  это,  Фресби  сомкнул  руки  вокруг  ее
горла. Его колено уперлось в спину, и она уже не могла  сделать  вдох.  Сила
Фресби была невероятной. Казалось, это стальное кольцо сжимает ее горло  все
сильнее и сильнее.  Еще  мгновение,  и  она  потеряет  сознание.  Вырываться
совершенно бесполезно...  Однако  Селия  не  потеряла  голову.  Она  сделала
единственно возможное: отпрянула назад,  и  не  ожидавший  этого  Фресби  не
удержал ее, потеряв равновесие. Они упали на пол,  но  и  в  падении  он  не
ослабил хватки. Селия чувствовала, как открывается ее рот, как пухнет  язык.
Кровь шумела в ушах и в голове. Все время разговаривая сам с  собой,  Фресби
распластался  на  Селии.  Она,  казалось,  уже  сдалась,  во  всяком  случае
перестала сопротивляться, и это для Фресби оказалось самым  неприятным.  Для
возбуждения желания ему нужен был ужас на ее лице. А тут все, что он  видел,
это затылок и узкие неподвижные плечи...
     Вдруг сильная  вспышка  на  мгновение  ослепила  Фресби,  испугала.  Он
совершенно не представлял, что это такое. Он ослабил хватку,  и  тело  Селии
напряглось. Она повернулась к нему, и что-то больно ударило его. Он  зарычал
от ярости, решив, что это  удар  ногой.  Все  еще  лежавшая  под  ним  Селия
выстрелила вторично, но оружие  выпало  из  ее  рук.  Она  шарила  по  полу,
пытаясь схватить его, а ошеломленный Фресби смотрел на  нее.  Потом  он  все
понял. Схватив револьвер, он рукояткой ударил ее по голове. Селия  наклонила
голову набок, стараясь смягчить удар. До нее дошло, что  она  больше  ничего
не может сделать. На мгновение вспомнился  Гилрой,  его  большие  удивленные
глаза. Затем перед ее угасающим взором промелькнули две куколки,  валяющиеся
на ковре - белая на черной. Затем  доктор  Мартин,  на  лице  которого  была
саркастическая улыбка... Все померкло.
     Фресби понял, что Селия стреляла в него. Он чувствовал странный  жар  в
животе, его рубашка была мокрой.  Он  еще  раз  ударил  Селию,  проломив  ей
череп. Потом услышал крик, чьи-то руки оттащили его  в  сторону,  вырвали  у
него револьвер. Как странно  было  чувствовать  такую  слабость.  Он  больше
ничего не видел. Кровь текла по его  лицу  из  ран,  нанесенных  Селией.  Он
повернулся набок и замер. Ему казалось,  что  прошло  очень  много  времени,
прежде чем его коснулись ощупывающие руки.
     - Осторожно, - проговорил он слабым голосом, - она стреляла в меня.
     Руки повернули его на спину, платок  вытер  лицо.  Он  открыл  глаза  и
увидел полицейского.
     - Вы пришли слишком поздно...  -  кровь  заполняла  рот.  -  Я  пытался
сделать ей одолжение, но у нее было оружие...
     - Она уже умерла, - ответил полицейский,  расстегивая  Фресби  жилет  и
глядя на большое кровавое пятно на его рубашке.
     - Скажите, я умру?
     У полицейского было именно такое впечатление, но он ничего не  ответил.
Он убедился, что Фресби не может пошевелиться, и встал.
     - Я тороплюсь. Где у вас телефон?
     - В конце улицы, но не  уходите,  я  хочу  сделать  одно  очень  важное
заявление.
     - Все же будет лучше, если я пойду  и  поскорее  извещу  о  случившемся
полицию, - нерешительно начал полицейский.
     Он был еще  очень  молод,  и  с  ним  ни  разу  не  происходило  ничего
подобного.
     - Запишите все, что я вам скажу,  -  снова  проговорил  Фресби,  в  его
голосе звучал приказ.  -  Труп  Корнелиуса  Вайдемана  находится  в  подвале
ателье Теда Витби в доме N  24  на  Леннокс-стрит.  На  трупе  спрятано  три
миллиона фунтов стерлингов... Ролло ищет его...
     Агент уже слышал разговоры о Ролло. Он  все  записал  в  свою  записную
книжку и был только очень смущен, видя, как дрожит  его  рука.  Он  понимал,
что все, что сейчас продиктовал ему Фресби, было слишком серьезно. Но  в  то
же время он допускал, что это просто бред.
     - Я быстро вернусь с врачом, - сказал он, выпрямляясь.
     - Скажите в полиции, чтобы они сразу же  пошли  к  Витби!  -  настаивал
Фресби. - А то будет поздно. Ролло опередит...
     Он не мог допустить, чтобы то,  что  уплыло  от  него,  попало  в  руки
Ролло. Полицейский еще раз взглянул на  Фресби  и  снова  почувствовал  себя
смущенным. Потом поправил юбку на Селии. Ее кофейного цвета  ляжки  казались
ему неприличными.
     Фресби закрыл глаза. Ему стало холодно.
     - Скорее, - попросил он.
     Он слышал, как полицейский покинул комнату, и,  оставаясь  неподвижным,
чувствовал, как кровь медленно вытекает из  его  ран.  Итак,  Селия  мертва.
Может быть, он тоже умрет. Какое невезение! Но  все  это  теперь  не  пугало
его. Может быть, это и хорошо.  Может  быть,  тогда  он  избавится  от  этой
страшной боли...
     Когда полицейский  добежал  до  телефонной  будки,  голова  Фресби  уже
откинулась назад.


     Сержант-детектив смотрел, как  Ролло  поднимается  по  лестнице,  и  не
шевелился до тех пор, пока тот не свернул за угол. Ему не хотелось  идти  за
Ролло. Он знал, что если Ролло начнет драться, ему  придется  очень  туго  в
борьбе с таким детиной. И вместе с тем у него не было возможности  позвонить
и известить полицию, чтобы ему прислали помощь. Он вынужден был  действовать
один. А для борьбы с таким матерым бандитом у  него  не  было  даже  оружия.
Если бы у него была хотя бы дубинка, он тогда  чувствовал  бы  себя  гораздо
увереннее. Но против Ролло его кулаки не казались ему надежными.
     Когда он достиг лестницы, кто-то чихнул,  похоже,  женщина.  Потом  еще
раз.  Адамс  решил,  что  это  в  коридоре  мисс  Хэддер.  Может  быть,  она
поднималась на первый этаж? Он повернулся  спиной  к  лестнице  и  осторожно
пошел по коридору к выходу в подвал. Стоя там, он услышал  тяжелые,  хотя  и
осторожные шаги Ролло над своей головой.  Он  осторожно  стал  спускаться  в
подвал. Там горел свет. Он заглянул  туда  и  в  течение  нескольких  секунд
наблюдал жуткую  картину,  пораженный  увиденным.  Сначала  показалось,  что
комната наполнена людьми, старыми и такими страшными, что  у  него  по  коже
пошел мороз. Когда оцепенение прошло, Адамс понял, что это  только  восковые
фигуры. Их страшные неподвижные  лица  блестели  под  электрическим  светом.
Тело наполнилось какой-то слабостью и сковывало его.
     Сьюзен  находилась  посередине   помещения.   Она   стояла   совершенно
неподвижно, как каменное изваяние, но Адамсу хорошо был  виден  ее  безумный
взгляд и слышно ее прерывистое дыхание. Шум тяжелых шагов предупредил его  о
приближении к подвалу Ролло.
     Адамс бесшумно скользнул в темный угол и за  какими-то  тремя  фигурами
спрятался. Он был уверен, что Ролло не сунет ему под нос  фонарь,  а  примет
за одну из этих восковых изваяний.
     Сьюзен пошевелилась, медленно пересекла  помещение,  и  приблизилась  к
группе фигур в противоположном от Адамса углу. Пока она шла, внизу  появился
Ролло и словно споткнулся. Как и  Адамсу,  ему  потребовалось  время,  чтобы
придти в себя от этого ужасного зрелища и понять, что это не живые  люди,  а
всего лишь манекены из воска.  Он  перенес  свое  внимание  на  Сьюзен.  Она
стояла перед маленькой фигурой, прямо сидящей на стуле.  Его  восковое  лицо
имело розовый оттенок, и Ролло подумал,  что  у  него  более  отвратительный
вид, чем у всех других.
     Сьюзен подняла руку и дотронулась до  руки  воскового  человека,  потом
неожиданно отступила, и у нее  вырвался  крик  ужаса.  Адамс  и  Ролло  тоже
вздрогнули. Она  резко  повернулась.  Взгляд  ее  стал  осмысленным,  и  она
увидела Ролло.
     - Нет!.. Нет! - закричала она, отступая назад.  -  Уходите!  Дайте  мне
уйти!
     Ролло прыгнул к ней.
     - Вам нечего бояться,  -  сказал  он.  Его  толстое  лицо  блестело  от
пота. - Теперь все будет хорошо.
     Она поднесла руки ко лбу, ее  глаза,  казалось,  вот-вот  выкатятся  из
орбит. Она зашаталась, потеряла сознание и рухнула на пол. Адамс  с  большим
трудом  удержался,  чтобы  не  выбежать  на  середину  комнаты.  Он  вовремя
спохватился, подумав, что слишком рискованно обнаруживать свое  присутствие.
Необходимо сначала выяснить намерения Ролло.
     Ролло, тяжело дыша, встал на колени подле Сьюзен. Он перевернул  ее  на
спину и убедился, что она в обмороке. Решив, что она теперь  какое-то  время
не  сможет  мешать  ему,  он  принялся  рассматривать  маленького  человека,
сидящего на стуле. Сьюзен указала на него самым определенным образом.  Воск,
наложенный на его лицо, казался свежим. Да и вид у  него  был  более  живой,
чем у остальных манекенов.
     Ролло  осветил  его  фонарем  и,  несмотря  на  свои  стальные   нервы,
затрясся. Это царство ужасных  манекенов  напомнило  ему  загробный  мир.  С
трудом он осмотрелся вокруг.  И  тут  у  него  появилось  ощущение  чьего-то
взгляда. Но ведь тут были только неподвижные неживые фигуры, вылепленные  из
воска. "Нельзя так распускаться, - упрекнул Ролло себя, -  особенно  теперь,
когда цель так близка".
     Он повернулся к трупу Корнелиуса и с отвращением стал расстегивать  его
пиджак.
     В это время Батч, укрываясь за манекенами, подобрался совсем  близко  к
Ролло. Настороженно наблюдая за Ролло, он не забывал и  об  Адамсе.  Он  был
уверен, что Адамс его не заметил. Дело складывалось очень  удачно.  Остается
только сперва убрать Ролло, а потом и полицейского.  Вот  только  не  совсем
удачно, что Адамс находится возле  лестницы.  Чтобы  ему,  Батчу,  спастись,
надо пересечь подвал, и тогда Адамс мог на него напасть.  Убив  Ролло,  надо
было сразу разбить лампочку -  вдруг  полицейский  вооружен.  Батч,  правда,
знал, что британские флики не носят оружия. Но чем черт  не  шутит,  а  быть
убитым он позволить себе не мог. Батч лихорадочно прикидывал, как в  темноте
незаметно проскользнуть мимо Адамса, ну, а  если  возникнет  заминка,  тогда
уже придется пустить в ход оружие.
     Батч снова посмотрел на Ролло. Тот весь вспотел. Ему становилось не  по
себе, когда приходилось дотрагиваться до трупа Корнелиуса, и только мысль  о
деньгах придавала смелости.
     Ролло, наконец, расстегнул на  трупе  пиджак.  Пояс  действительно  был
тут, пояс с двумя заполненными до краев  карманами.  Пальцы  Ролло  дрожали,
когда он попробовал отстегнуть его. А пояс будто не  желал  расставаться  со
своим хозяином. Ругаясь вполголоса, Ролло со злостью  толкнул  труп,  свалив
на пол. Отдышавшись, он снова нагнулся над  мертвецом  и,  наконец,  снял  с
него пояс.
     Возбужденный Батч  приготовил  оружие.  Ролло,  справившись  с  поясом,
радостно улыбался. Он торопливо открыл один  из  карманов  и  убедился,  что
Вайдеман не солгал. Пояс был до  отказа  набит  ценными  бумагами.  Это  был
самый счастливый момент в жизни Ролло.
     Батч поднял оружие. Это движение не ускользнуло от Адамса. Он  был  так
испуган, что не мог даже пошевелиться. Ему казалось,  что  он  увидел  перед
собой ожившую восковую фигуру, и его  сердце  забилось  со  страшной  силой.
Ролло тоже услышал шорох. Он выпустил пояс из рук  и  обернулся.  В  течение
доли  секунды  Ролло  и  Батч  смотрели  друг  другу  в  глаза,  потом  Батч
выстрелил. Этот выстрел громом прогрохотал в  тишине  подвала.  Пуля  попала
Ролло прямо в лоб. Он закрыл глаза, зашатался  и  сложился  пополам,  словно
большой  слон,  пораженный  насмерть.  Почти  сразу  же  после  этого   Батч
выстрелил в лампочку, и подвал погрузился в темноту.
     Адамс решил, не теряя ни секунды, действовать. Несмотря на то, что  был
безоружен, он не раздумывал. Знал, что единственная возможность для Батча  -
бежать, но для этого нужно добраться до лестницы.  Не  думая  об  угрожающей
ему опасности, Адамс рванулся, чтобы опередить бандита. По  дороге  он  сшиб
несколько манекенов, которые принял за Батча. Батч слышал, как  Адамс  бежал
по подвалу, и усмехался.
     - Вы бы лучше убрались отсюда подобру-поздорову, флик! - заорал  он.  -
Ведь вам меня все равно не остановить!
     - Ну, а я именно это и собираюсь  сделать,  -  Адамс  старался  придать
голосу уверенность, хотя чувствовал себя  очень  скверно.  -  Не  только  вы
вооружены.
     - Не вправляйте мне мозги. Я отлично знаю, что флики не  носят  оружия.
Ты предупрежден, смотри! Убирайся лучше, или я тебя убью!
     Адамс, не обращая внимания на угрозы, пробирался в темноте к  лестнице.
Его пальцы наткнулись на фигуру, и он подумал, что ею  можно  прикрыться  от
пули.
     - Бросьте оружие, Батч! Вам все равно не скрыться!
     Батч поднял пистолет и выстрелил на  голос.  Пуля,  как  и  рассчитывал
Адамс, попала в манекен, и тот упал. Адамс, растягиваясь на  полу,  подумал,
что Батч  очень  меткий  стрелок.  Услышав,  что  Батч  направляется  в  его
сторону, он схватил восковую куклу и швырнул ее в направлении  шагов  Батча.
Батчу пришлось отскочить в сторону,  и  он  с  трудом  удержался  на  ногах,
отчаянно ругаясь. Батч снова выстрелил, и пуля  попала  в  потолок.  Вспышка
выстрела помогла Адамсу определить,  где  находится  Батч.  Тот  был  совсем
близко. Адамс сделал отчаянный рывок и бросился  на  него.  Почувствовав  на
себе руки детектива, Батч словно  взбесился.  Никто  не  помешает  ему  уйти
отсюда с деньгами! Он выпустил из рук пояс и впился ногтями в  лицо  Адамса.
Адамсу уже не раз приходилось встречаться с подобными  типами,  и  он  знал,
чего следует ожидать. Почувствовав, что ногти Батча впились в его  лицо,  он
сильно ударил его головой в грудь, потом схватил за  подбородок.  Они,  сжав
друг  друга,  как  клещами,  покатились  по  полу.   Несколько   минут   они
обменивались ударами. Ни тот, ни  другой  не  могли  использовать  полностью
свою силу. Адамс понимал, что Батч старается подобраться к его горлу.
     - Не будьте глупцом,  -  задыхаясь,  проговорил  он,  поймав  Батча  за
запястье и на несколько секунд задержав его. - Вы ни за что  не  ускользнете
отсюда, а только ухудшите свое положение.
     Батчу огромным усилием удалось  вырваться  и  опрокинуть  детектива  на
спину. Он схватил Адамса за  горло  и  прижал  его  грудь  коленом.  Услышав
тяжелое прерывистое дыхание, переходящее в хрипение,  он  с  дикой  энергией
усилил нажим. Адамс уже  больше  не  мог  дышать.  Темный  до  этого  подвал
внезапно наполнился миллионами искр. Он признался себе,  что  у  него  очень
мало шансов выжить. Слабо сопротивляясь, он пытался разжать руки  Батча,  но
никак не мог высвободиться из душивших его клещей.
     - Вот тебе, мерзкий флик! - вопил Батч, изо всех сил сжимая его  горло.
Но неожиданно он ослабил хватку и весь напрягся.
     - Что здесь происходит? - голос раздался с  лестницы.  -  У  тебя  есть
фонарь, Джим?
     Батч отпустил горло Адамса и вскочил как раз в тот момент, когда  яркий
свет  озарил  внутренность  подвала.  Он  увидел  свой   пистолет,   лежащий
поблизости, и схватил его, отступая к стене. Прямо на него упал яркий луч  и
кто-то повторил:
     - Что происходит?
     Батч ясно различил  полицейскую  каску  и,  не  раздумывая,  выстрелил.
Фонарь погас, и по торопливым шагам он  понял,  что  полицейский  постарался
поскорее убраться отсюда. "Если я  не  убегу,  я  пропал!  -  подумал  он  в
смятении. - Но где же я уронил этот проклятый  пояс?  Я  не  могу  уйти  без
него". Батч встал на четвереньки и пополз по полу, обшаривая все вокруг.
     - Эй, внизу! - снова закричал  голос.  -  Бросьте  оружие  и  поднимите
руки! Сопротивление бесполезно!
     Батч не ответил, чувствуя, как липкий пот заливает  лицо.  Любой  ценой
он должен найти пояс!  Какое  идиотство  с  его  стороны  разбить  лампочку!
Обшаривая пол, он дотронулся до лица Адамса и отшатнулся с криком ужаса.  Он
понял, что в такой темноте  бесполезно  что-то  искать.  Нужен  свет.  Через
несколько  минут  флики  будут  здесь.  Это  будут  уже  не  те  лопухи,   а
специальная криминальная бригада, хорошо вооруженная.
     - Хорошо, флик, дай мне  свет,  я  никак  не  могу  найти  лестницу,  -
попросил он тех, за дверью.
     - Бросьте  оружие!  -  закричал  сверху  полицейский.  -  И  через  все
помещение, чтобы я слышал его падение.
     Батч достал из кармана свой массивный портсигар из золота и бросил  его
в темноту. Портсигар упал с  громким  стуком  и  через  несколько  секунд  в
подвале загорелся свет. Батч нервно огляделся вокруг. Адамс и Сьюзен  лежали
совсем близко друг от друга, а возле Сьюзен валялся  пояс.  Он  стремительно
бросился к нему, подхватил его и, развернувшись, рванулся к  лестнице.  Свет
был направлен прямо на него.
     - Брось оружие! - закричал агент.
     Батч, не целясь, выстрелил. Фонарь выпал  из  руки  агента,  а  сам  он
рухнул на пол. Батч, поколебавшись,  ощупью  двинулся  вперед.  Вдруг  дверь
широко распахнулась, и в помещение ввалились двое полицейских в касках.  Они
осветили ярким светом коридор, в их руках блестело оружие. Раньше  чем  Батч
успел  опомниться,  один  из  них  выстрелил.  Пуля  ударилась  в  стену   в
нескольких сантиметрах от груди Батча. Он прыгнул назад и  неловко  упал  на
лестницу.
     - Осторожно, Хэнк! - завопил один из детективов. - Это Майк Эган!
     - Я его прекрасно знаю, - с  горечью  сказал  Хэнк.  -  Этот  гад  убил
Джима.
     - Ничего, теперь он не вывернется. Последи за лестницей, пока я  вынесу
Джима.
     Батч с трудом приподнялся на четвереньки. Удар был слишком сильным.  Он
поднял  пистолет  и  выстрелил.  Ответ  последовал  немедленно.   Две   пули
ударились в стену над его  головой.  Батч  притих,  злобно  скривив  рот  от
страха и злобы и продолжая держать пистолет наготове. У него  не  оставалось
никаких сомнений - он попался, как крыса.  Ролло  всегда  говорил,  что  эти
проклятые английские флики страшнее динамита. Он  сжал  пояс.  Три  миллиона
фунтов! И он из этого не получит ни гроша! Но нет, он им  еще  покажет!  Они
не возьмут его живым! Расстегну плащ, надену на себя пояс. Теперь готово.  У
него все-таки был маленький шанс.  Удачные  выстрелы  могли  расчистить  ему
путь, но он тут же подумал, что дом, может быть, окружен со всех сторон.  Но
и здесь оставаться совершенно бесполезно. В таком случае он покажет им,  как
надо стрелять. Если они убьют его, это все же будет лучше, чем виселица.
     Внезапно вспыхнул свет и вслед за этим в подвал  влетел  пакет  горящих
газет. Сверху грохнул выстрел.
     - Не двигайся, Эган! - приказал властный  голос.  -  Иначе  я  отправлю
тебя к сатане.
     Батч хотел  отступить  в  сторону,  но  вдруг  остановился.  Он  увидел
стоящую перед ним Сьюзен, страшно бледную, с расширенными глазами от  ужаса.
В руках у нее был пистолет Ролло.
     - Не шевелись, или я выстрелю! - истерически закричала она.
     - Не суй мне  под  нос,  сумасшедшая  дура!  Это  может  выстрелить,  -
пробормотал он, отползая.
     - Никто не должен шевелиться, - проговорил  голос  сверху,  и  секундой
позже подвал наполнился полицейскими.


     Кабинет  сержанта-детектива  Адамса  был  маленьким  и   не   отличался
комфортом. Голые стены, окрашенные синей  краской,  придавали  ему  зловещий
вид.  Сьюзен  Хэддер,  сидевшей  на  кончике  стула,  он  почему-то  казался
тюремной камерой.
     - Я очень огорчен, что заставил вас ждать, мисс Хэддер, - с  ободряющей
улыбкой проговорил детектив. - Этот кабинет, конечно, не годится для  встреч
с молодыми девушками.
     Он сел за письменный стол и предложил Сьюзен сигарету. Она отказалась.
     - Ну что вы, - проговорил Адамс. - Ведь вам  теперь  совершенно  нечего
бояться.  Конечно,  вы  поступили  несколько  странно  и   необдуманно,   не
обратившись сразу же в полицию. К счастью,  мы  схватили  Батча,  и  мне  не
пришлось докладывать начальнику, что вы не поставили  нас  в  известность  о
происходящем. Вы были очень неосторожны. Вы, надеюсь, это понимаете?
     Сьюзен сжала руки, но ничего не ответила.
     - Но объясните мне, почему вы вообще ввязались в это  дело?  -  спросил
Адамс.
     - Я не знаю и сама. Главным образом из-за  Джоса  Краффорда.  Мне  было
его  жаль,  а  ему  так  хотелось   помочь   мистеру   Вайдеману.   Я...   Я
действительно... Я не могла удержаться...
     - Мы уже давно следили за Ролло, но он был  слишком  хитер,  чтобы  его
можно было легко уличить. Благодаря вам все же удалось свести счеты  с  этим
матерым бандитом.
     - Но я ведь ничего не сделала! - запротестовала Сьюзен.
     - Как раз наоборот. Я вам очень признателен за вашу помощь. Если  бы  я
не  проследил  за  вами,  огромная  сумма  денег  была  бы  похищена   этими
бандитами.
     - Вы знаете, я до сих пор не могу понять, как и почему  я  оказалась  в
подвале, - проговорила Сьюзен.
     - Мне это тоже непонятно, - Адамс наморщил лоб. - Глядя на  вас,  можно
было подумать, что вы действовали под внушением. Батч утверждал, что  Гилрой
пользовался ритуалом Вуду, но мне не верится в это.  К  тому  же,  когда  мы
отправились к Гилрою, оказалось, что он уже уехал на  Антилы.  Мы  не  можем
предъявить ему обвинения, так как не имеем доказательств его участия в  этом
деле.
     Сьюзен явно нервничала.
     - А что с мистером Вайдеманом? - неуверенно спросила она.
     - Вот именно из-за него я и попросил вас  придти  сюда.  Он  хочет  вас
видеть.
     Сьюзен колебалась.
     - Где он?
     - Вы ведь знаете, что он не совсем здоров. Нам пришлось позаботиться  о
нем. Он сейчас находится в  доме  отдыха  под  наблюдением  врачей,  которые
считают, что пройдет немало времени, прежде чем он оправится.
     - Да,  но  это  как  раз  то,  чего  так  боялся  Джос,  -  с   горьким
разочарованием произнесла Сьюзен.
     - Да, но здесь не о чем беспокоиться. Он  совершенно  счастлив,  что  о
нем теперь заботятся. Ведь он совершенно одинок. Мы не  могли  оставить  его
на произвол судьбы. У него  нет  родственников,  которые  могли  бы  за  ним
присмотреть, и к тому же он так богат. Дирекция его банка взяла дело в  свои
руки, и он теперь свободен. Итак, мы едем?
     - Хотелось бы знать, чего он хочет от меня? - Сьюзен тоже встала. -  Но
я думаю, неудобно  отказываться  от  встречи  с  ним.  Это  ведь  невежливо,
правда?
     Адамс смотрел на нее и улыбался. Эта девушка очень привлекала его.  Ему
нравилось ее  свежее  лицо,  чудесные  волосы,  красивые  глаза,  наполовину
испуганные,  наполовину  удивленные,  но  больше   всего   -   беспредельное
мужество.
     - Вам совсем не о чем беспокоиться, - успокоил он. - А  потом,  я  буду
поблизости, и если понадоблюсь...
     Сьюзен улыбнулась ему.
     - После всех этих ужасных  дней  кажется  смешным  так  нервничать  при
мысли о том, что я увижу этого несчастного человека, правда?  -  Она  надела
перчатки. - Ну, все равно, решено. Я готова.
     Пока  они  ехали  в  темном  полицейском  автомобиле,   Адамс   пытался
завоевать доверие девушки.
     - Теперь, когда все самое страшное  позади,  скажите  мне,  что  же  вы
собираетесь делать?
     Сьюзен как-то неопределенно покачала головой и сказала:
     - Мне  необходимо  поскорее  найти  работу.  И  какой  она,   наверное,
покажется нудной после всех этих приключений!
     Адамс рассмеялся.
     - Не стоит думать, что такие вещи случаются в жизни часто. Я уже  более
пяти лет работаю в полиции, и это моя первая криминальная история.
     Сьюзен вытянула губки.
     - Может быть, потому, что вы не искали  приключений.  Если  бы  у  меня
было состояние и я была  бы  независима,  я  все  время  искала  бы  сильных
ощущений.
     - Нет, конечно, не может быть и речи,  чтобы  вы  снова  вмешивались  в
подобные истории. Бедный Сендрик был страшно напуган всем  этим.  Я  уверен,
что он не переживет вторичного такого испытания, и все же,  несмотря  ни  на
что, он очень помог нам.
     - У меня осталось еще немного денег из тех, что  мне  дал  Джос.  Когда
они кончатся, мне все равно придется искать занятие.
     - У вас нет родных? - с участием спросил Адамс.
     Она отрицательно покачала головой.
     - Правда, у меня есть тетка, но она не одобряет мой образ  жизни,  и  я
стараюсь поменьше общаться с ней.
     Адамс внимательно посмотрел на нее.
     - Тогда вы, без сомнения, скоро выйдете  замуж.  У  вас  нет  друга?  -
весело спросил он, но после слова "друг" погрустнел и  пристально  посмотрел
на Сьюзен.
     Сьюзен рассмеялась.
     - У меня его нет. В настоящее время мужчины действуют мне на нервы.
     - Но я совершенно уверен в том, что вы нуждаетесь, чтобы рядом  с  вами
кто-то был.
     - Это совсем не обязательно, - кокетливо проговорила Сьюзен. -  Я  могу
отлично со всем справиться и сама... Когда-нибудь позже, но не сейчас...
     Машина замедлила ход, потом свернула в  боковую  аллею  и  остановилась
перед красивым зданием.
     - Ну вот, мы приехали, - Адамс открыл дверцу.  -  Вы  хотите,  чтобы  я
пошел с вами или подождал здесь?
     - Я справлюсь сама,  спасибо,  -  ответила  Сьюзен,  вспомнив  о  своей
независимости.
     - Хорошо, я подожду вас здесь. А на случай,  если  я  вам  понадоблюсь,
выбросьте что-нибудь в окно, и я пойму, что мне надо войти.
     Сьюзен кивнула и, поднявшись по  ступенькам,  позвонила.  Дверь  открыл
пожилой человек.
     - Пожалуйста, - сказал он, когда Сьюзен представилась. - Мы  вас  ждем.
Я - доктор Эджели, - добавил  он  и  провел  ее  по  маленькому  коридору  к
лестнице.
     - Только  прошу  вас,  постарайтесь  не  заставлять  мистера  Вайдемана
нервничать, - попросил он. - Ему в настоящее время необходим  полный  покой.
Потом, возможно, спустя некоторое время, он и поправится.
     Доктор Эджели постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, толкнул ее.
     - Мисс Хэддер пришла навестить  вас,  мистер  Вайдеман,  -  он  говорил
свободно, но немного фальшивым голосом, как обычно говорят  врачи  с  детьми
или тяжело больными взрослыми. - Я сказал ей, что не следует заставлять  вас
нервничать и долго оставаться у вас. Вам необходим покой. Вы и  сами  должны
помнить об этом, если хотите поскорее поправиться.
     Мистер Вайдеман сидел  перед  большим  окном,  его  ноги  были  покрыты
пледом. В руках он держал книгу.  Сьюзен  нерешительно  прошла  на  середину
комнаты и остановилась, вопросительно глядя на Вайдемана.
     - Садитесь, - сказал  он  приветливо,  и  доктор  Эджели  придвинул  ей
стул. - Вот теперь мы можем и  поговорить,  -  Вайдеман  жестом  дал  понять
врачу, чтобы он оставил их  наедине  с  Сьюзен.  -  Не  беспокойтесь,  я  не
собираюсь долго болтать, но еще меньше хочу, чтобы вы были здесь.  Я  и  так
очень много времени общаюсь с вами.
     Эджели бросил косой взгляд в сторону Сьюзен,  как  бы  напоминая  ей  о
сказанном в коридоре, и ушел.  Вайдеман  задумчиво  смотрел  на  Сьюзен.  Он
смотрел так долго, что она забеспокоилась и даже заерзала на стуле.
     - Итак, вы мисс  Сьюзен  Хэддер,  -  сказал  он  наконец.  -  Простите,
пожалуйста, что я вас так рассматриваю, но мне  кажется,  вы  необыкновенная
молодая женщина. Мне даже  не  верится,  что  вот  такая  молоденькая  могла
проявить столько мужества и оказать мне такую помощь и неоценимую услугу.
     - Но мне это совсем не кажется, - слегка улыбаясь, проговорила Сьюзен.
     - Послушайте, ведь вы так молоды! Сколько же вам лет? Простите меня,  я
нескромен.
     - Мне исполнилось двадцать два года в октябре.
     - Да, несомненно.
     Вайдеман откинулся в кресле. Несколько минут  он  смотрел  на  огонь  в
камине, потом снова поднял глаза на Сьюзен.
     - Они стараются убедить меня, что я не в своем  уме.  Естественно,  что
это выдумки врачей. Я так же ненормален, как и этот старый  лекарь,  который
сам сумасшедший, уверяю вас. Но если они хотят держать меня здесь,  то  это,
честно  говоря,  мне  совершенно  безразлично.  Правда,  мое  дорогое  дитя,
заключается в том, что я слишком постарел.  Мне  трудно  вести  теперь  свои
дела, как прежде. И знаете, почему? Потому что мой бедный  брат  уже  не  со
мной. Вместе мы могли бы своротить горы, но один я не нахожу в  себе  сил  и
считаю все бесполезным. В конце концов, я получил обратно  мои  деньги,  дом
здесь довольно комфортабельный, а я устал заниматься делами.  Так  пусть  же
всеми этими делами занимаются они сами, пока я здесь.
     Сьюзен внезапно ощутила, что не боится этого  несчастного  старика.  Он
совсем не похож на сумасшедшего, он просто очарователен, даже немного  похож
на ее отца.
     - Расскажите мне, пожалуйста, о Джосе, - сказал  он.  -  Я  просил  вас
придти сюда из-за него.
     - Я не могу оставаться здесь долго, - она нервно теребила  перчатки.  -
Меня ждут внизу, да и доктор  сказал,  что  вам  очень  вредно  волноваться.
Лучше уж как-нибудь в другой раз, хорошо?
     Вайдеман щелкнул пальцами.
     - Не беспокойтесь об  этом.  Не  заботьтесь  о  врачах  и  полицейских,
которые вас ожидают. Это их работа, им больше и делать-то нечего.
     Тогда Сьюзен решилась и  рассказала  ему  обо  всем  с  самого  начала,
закончив переносом с Фресби трупа Корнелиуса.  Вайдеман  сидел  в  кресле  с
закрытыми глазами и поникшей головой.
     - Какая необыкновенная и  страшная  история!  Послушайте,  полицейский,
как его зовут? Да, Адамс. Он рассказал мне, что без вас  я  потерял  бы  все
свое состояние. Это привело меня в ярость. Я потратил так  много  времени  и
сил,  чтобы  заработать  все  эти  деньги...  Знаете,   я   хотел   бы   вас
отблагодарить за все, что  вы  сделали  для  меня,  -  он  печально  покачал
головой. - А бедного Джоса я никогда не забуду!
     Сьюзен почувствовала себя неловко.
     - О! Но я ведь ничего  не  сделала  особенного,  что  стоило  бы  вашей
благодарности. Я... Я просто очень заинтересовалась этим делом и  прониклась
участием к Джосу, такому преданному человеку, что... Естественно,  мне  было
очень страшно, но я совсем не жалею  об  этом.  Ведь  теперь-то  уже  все  в
прошлом, и у меня ничего нет впереди. А ведь это очень скучно, уверяю вас.
     Он пристально посмотрел на нее.
     - Ну, нет! - сказал он. -  Вы,  разумеется,  не  бросайтесь  в  объятия
первого попавшегося вам на пути шалопая. Молодая женщина с вашей  храбростью
и мужеством может  пойти  очень  далеко,  если,  конечно,  будет  достаточно
рассудительна и сможет сама за  себя  постоять.  Вы  старались  помочь  мне.
Теперь наступила моя очередь сделать что-нибудь  для  вас,  -  он  вынул  из
своего кармана большой конверт и положил его на одеяло. - Я долго  спорил  с
моим доверенным. Они все думают, что я не  в  своем  уме,  но  я  убедил  их
оставить эти деньги для вас. Я хочу,  чтобы  вы  их  обязательно  взяли.  Не
будьте сейчас гордой. Ведь можно доставить  себе  много  удовольствий,  имея
деньги.  Вы  ведь  будете  молоды  только  один  раз,  и  вам  надо   полнее
пользоваться жизнью.  -  Он  перебросил  конверт  на  колени  Сьюзен.  -  Не
открывайте его сейчас, не надо. Здесь, правда, не особенно много,  но  этого
вам все же хватит, чтобы почувствовать себя на некоторое время  свободной  и
независимой.
     - О, право, я не знаю... - Сьюзен покраснела. -  Вы  понимаете...  Джос
платил мне... У меня даже осталось немного его денег...
     - Ну, не станем спорить из-за этого. Возьмите это как оплату за  работу
детектива, каким вы были в этой истории. Итак, не упускайте  возможностей  и
пользуйтесь временем!
     Без стука в комнату вошел доктор Эджели.
     - Я полагаю, что настало время для небольшого отдыха и  сна,  -  сказал
он с несколько глуповатой улыбкой. - После этого вы будете свежи,  как  роза
для нашего обеденного стола.
     - Вы когда-нибудь слышали подобную чепуху? - спросил Вайдеман,  пожимая
плечами и улыбаясь Сьюзен. - Но все же, видимо,  придется  выполнить  каприз
этого типа.
     Сьюзен встала.
     - Спасибо, мистер Вайдеман... - начала она.
     Тот поднял руку.
     - Уходите скорее, дитя мое. Если же вам понадобится  помощь,  приходите
ко мне снова. Если же нет, оставайтесь там, где  вам  нравится.  Это  совсем
неподходящее  место  для  такой  девушки,  как  вы,  -   потом,   совершенно
неожиданно, его улыбка исчезла  и  выражение  лица  изменилось.  Можно  было
подумать, что на его глаза опустилась  какая-то  завеса,  такими  они  стали
пустыми и лишенными выражения.
     - Уведите отсюда эту  женщину,  -  хриплым  голосом  проговорил  он.  -
Кстати, кто она такая? И  вообще,  что  она  здесь  делает?  -  закричал  он
неприятным пронзительным голосом.  -  Я  хочу  видеть  Корнелиуса!  Скажите,
чтобы он пришел! Нам ведь надо обсудить все наши дела.
     Доктор Эджели деликатно, но твердо выпроводил  Сьюзен  из  комнаты.  Он
постарался сделать это как можно быстрее и запер дверь на ключ.
     - Вы теперь сами видите, какой он. У него  еще  часто  бывают  подобные
кризисы. В течение нескольких дней он бывает совершенно нормален,  потом  на
него снова что-то находит, и он требует своего брата. Это очень печально,  и
я сильно  опасаюсь,  что  пройдет  немало  времени,  прежде  чем  он  совсем
поправится.
     Сьюзен, совершенно ошеломленная и  сильно  испуганная,  не  знала,  что
ответить.
     - Но...  Он,  по  крайней  мере,  счастлив?  -  наконец  спросила  она,
умоляюще глядя на врача.
     - О да! Не беспокойтесь на его счет, - заверил он. -  Вы  сами  найдете
дорогу или мне вас проводить? Мне ведь надо идти к нему.
     - Да... Да, доктор, не беспокойтесь, я сама  выйду  отсюда,  -  сказала
Сьюзен и кивнула ему на прощание.
     В  холле  Сьюзен  остановилась,  чтобы  осмотреть  конверт,  данный  ей
Вайдеманом. После небольшого колебания она вскрыла его  и  вытащила  розовую
бумажку. Это оказался чек, подписанный администратором  банка  Вайдемана  на
сумму в пять тысяч фунтов стерлингов. Она несколько минут стояла  совершенно
неподвижно, с недоумением разглядывая чек,  голова  ее  кружилась.  "Да,  он
действительно очень добр", - подумала она о Вайдемане.
     Нетерпеливый звук клаксона полицейской машины заставил  ее  вздрогнуть.
Она быстро сунула чек в сумочку. Вот она  и  независимая  особа.  Она  может
даже подумать о том, чтобы создать собственное дело. Можно открыть  контору,
купить маленький магазин, даже создать контору частного сыска...
     Снова раздался звук  клаксона,  более  нетерпеливый,  чем  первый.  Она
быстро открыла входную дверь, бегом спустилась по ступенькам  и  побежала  к
машине, где ее ждал Адамс...

Популярность: 35, Last-modified: Wed, 05 Nov 2003 07:57:19 GMT